logo
Статья
/ Эдуард Крюков
(*) Звездочкой отмечены террористические организации, деятельность которых запрещена в РФ

О новых угрозах со стороны радикального ислама в России

Борьба с исламистами на Ближнем Востоке, в Европе и странах бывшего СССР, ведущаяся в последние месяцы, выявила несколько тенденций, имеющих прямое отношение к дальнейшему росту террористической угрозы (и развитию экстремистских организаций) в мире, в том числе и на территории России.

Тенденция № 1 — это нарастающая (и уже давно не вызывающая у мирового сообщества сомнения) поддержка радикального ислама со стороны США.

Вот уже несколько лет американские военные вместе со своими западными партнерами (в рамках так называемой антитеррористической коалиции в Сирии) используют исламистов для свержения режима президента Б. Асада.

Что такое реальная борьба с террористическими группировками и имитация такой борьбы (чем фактически и занимаются США), демонстрируют, к примеру, результаты операций в Сирии, соответственно, Воздушно-космических сил (ВКС) России и вышеупомянутой коалиции.

С 30 сентября 2015 года российские ВКС начали наносить точечные авиаудары по позициям боевиков «Исламского государства» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и к настоящему времени оказали содействие сирийской армии в освобождении более 500 населенных пунктов. Уже уничтожено порядка 28 тысяч боевиков (в том числе более двух тысяч выходцев из России), воевавших в различных исламистских структурах, а также значительная часть боевой техники и инфраструктуры.

В свою очередь, западной коалиции (с августа 2014 года) удалось обезвредить лишь около 3700 террористов. Причем воздушные удары, наносимые США и их союзниками, довольно часто разрушают не инфраструктуру боевиков, а жилые кварталы, в результате которых гибнут десятки и сотни мирных жителей.

Кроме этого, в последнее время появились новые факты, свидетельствующие об оказании террористическим группировкам в Сирии со стороны американцев различной помощи, включающей в себя финансирование и военную подготовку боевиков, предоставление им вооружения и развединформации, транспортировку лидеров исламистов с помощью ВВС США.

Так, в конце сентября 2017 года с закрытой территории «военной миссии США» боевиками ИГ* была совершена атака позиций сирийской армии вблизи города Эль-Карьятейн. Причем во время операции исламисты использовали развединформацию, полученную от американцев.

А в октябре были обнародованы новые данные о том, что на американских базах в Сирии под руководством инструкторов из США, Великобритании и Норвегии проходят подготовку «мобильные группы» ИГ*, которые в дальнейшем совершают диверсионные рейды против подразделений сирийской армии и мирного населения. Здесь же происходит и снабжение исламистов оружием.

Тенденция № 2 — активизация работы «игиловцев» в Сирии по подготовке боевиков для совершения терактов в Европе и управлению «террористическим подпольем» за пределами Ближнего Востока.

Еще в марте 2016 года в западных СМИ появилась информация о подготовке джихадистов-смертников в сирийских спецлагерях.

А в августе 2017-го британская The Times сообщила некоторые подробности о вербовке и подготовке приехавших из западных государств в Сирию добровольцев, которых после семимесячных курсов переправляют обратно на родину. Известно, что обученные в этих лагерях европейские исламисты уже принимали участие в целой серии террористических актов, прошедших в различных городах Европы с ноября 2015-го по август 2017 года и унесших жизни более 300 мирных жителей.

Летом 2017-го в списках Интерпола значилось более 170 смертников ИГ*, готовых переправиться в Европу для совершения терактов.

Тенденция № 3 — всё более активное привлечение для организации терактов в России присягнувших на верность ИГ* приверженцев радикального ислама в российских регионах, а также боевиков, уже вернувшихся из Сирии.

Согласно данным ФСБ РФ, численность российских граждан, воюющих на стороне ИГ*, возросла (с сентября 2015-го к марту 2017-го) от 2400 до 4000 человек. При этом порядка 5000 боевиков приехало на «джихад» в Сирию из других республик бывшего СССР.

Напомним, что еще в 2015 году руководство ИГ* обратилось к своим сторонникам по всему миру с призывом создавать террористические сети за пределами стран Ближнего Востока.

Успешные боевые действия против исламистов в Сирии, проводимые при активном участии ВКС России, спровоцировали миграцию части боевиков в другие «горячие точки».

Так, согласно утверждению главы Антитеррористического центра СНГ А. Новикова, уже «с осени 2016 года наблюдается переброска значительных сил боевиков ИГ из Сирии и Ирака на территорию Пакистана с дальнейшим их перераспределением... Стратегической задачей группировки... является расширение присутствия на севере [Афганистана] ...с выходом к районам вблизи границ государств Центральной Азии...»

На другой активно задействованный к лету 2017 года маршрут эвакуации исламистов (в том числе выходцев из стран бывшего СССР) указывает научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности А. Ярлыкапов. Согласно его данным, «довольно большой процент среди тех, кто вообще ушел из Сирии и Ирака, сейчас находится на территории Турции. В последнее время видна тенденция, что эти люди двинулись дальше... Сейчас мы фиксируем какое-то количество людей на Украине. Оттуда они наверняка двинутся... на территорию России, стран Центральной Азии и Южного Кавказа. Пока... сильного наплыва мы не фиксируем, но это... лишь вопрос времени».

По оценкам экспертов, вернуться в Россию для продолжения «джихада» в ближайшем будущем способно от 10 до 30 % боевиков.

Пока среди задержанных исламистов, готовившихся совершить теракты в российских городах, преобладают сторонники ИГ, не имеющие опыта боевых действий на Ближнем Востоке. В основном, это приверженцы радикального ислама из стран Средней Азии и с Северного Кавказа, которые были завербованы членами террористического подполья в России, а также представителями ИГ, находящимися в Сирии и поддерживающими связь с новыми «адептами» через интернет.

При этом многие из этих «новобранцев» уже научились «кустарным способом» собирать самодельные взрывные устройства (СВУ) и представляют существенную угрозу для российского общества.

Напомним, что 3 апреля 2017 года в Санкт-Петербурге именно такой «адепт» совершил взрыв в метро между станциями «Сенная площадь» и «Технологический институт-2», в результате чего погибло 16 человек, включая террориста-смертника. Вторую бомбу обезвредили тогда же на станции «Площадь Восстания». По результатам следствия, было арестовано более десяти человек.

В апреле глава ФСБ А. Бортников заявил о том, что организация ИГ «ведет переговоры об объединении с другими группировками», а также «активизировала переброску боевиков из Сирии в другие страны для формирования новой масштабной террористической сети».

25 мая в Москве были задержаны четверо сторонников ИГ, «готовивших теракты на объектах столичного транспорта». При этом сотрудники ФСБ обнаружили целую «лабораторию» по производству СВУ, а также огнестрельное оружие и боеприпасы. Утверждалось, что «действиями подозреваемых руководили с территории Сирии», куда боевики планировали уехать после совершения теракта. Тогда же А. Бортников в качестве одного из основных направлений деятельности ФСБ назвал противодействие вербовочной работе исламистов через соцсети.

28 июля замгенпрокурора РФ А. Буксман на заседании коллегии ведомства заявил, что за первые шесть месяцев 2017 года в стране было предотвращено 12 терактов. В этот же день пришло сообщение об очередном задержании в Северной столице семи иммигрантов из Центральной Азии, готовивших «теракты на железнодорожном транспорте и местах массового скопления людей».

А 14 августа сотрудниками ФСБ в Москве была арестована группа из четырех человек, которая вела подготовку взрывов на транспорте и в крупных торговых центрах столицы и Московской области. В данном случае среди задержанных оказался эмиссар ИГ, курировавший организацию терактов. А среди руководителей данной спецоперации были названы находящиеся в Сирии лидеры «игиловцев», в том числе глава школы подрывников А. Ширинджонов.

Аресты исламистов, готовивших серию террористических атак и поддерживавших контакты с представителями ИГ, происходили в Москве, Подмосковье и Махачкале в конце августа, в конце сентября, в середине октября...

Причем речь шла также об обнаружении у потенциальных террористов лабораторий по производству СВУ и тайников с оружием, что являлось в недалеком прошлом характеристиками бандитского подполья на Северном Кавказе.

Заметим, что активность бандформирований на Юге России после начала в 2011 году гражданской войны в Сирии (и эмиграции туда большой части боевиков) существенно снизилась. Однако обстановку в этом регионе никак нельзя назвать стабильной. Периодически из республик Северного Кавказа приходят тревожные сообщения о пропагандистских провокациях исламистов и бандитских вылазках боевиков.

Так, за 9 месяцев 2017 года, согласно данным Национального антитеррористического комитета РФ, на Северном Кавказе «была пресечена деятельность 20 «спящих ячеек» и более 120 их членов». Заметим, что большинство исламистов из «северокавказского подполья» присягнуло на верность руководству ИГ*.

4–5 октября 2017 года в Краснодаре прошло XVI совещание руководителей спецслужб, органов безопасности и правоохранительных органов из 74 стран мира. На этом совещании глава ФСБ А. Бортников заявил, что после поражения в Ираке и Сирии лидеры ИГ вместе со своими союзниками пытаются создать новую международную террористическую сеть. По его мнению, опасными трендами сейчас становятся: «распространение так называемого автономного джихада» (отдельные теракты джихадистов-смертников), укрепление связей исламистов с крупными этническими ОПГ, концентрация террористических группировок в нестабильных регионах мира.

В связи с этим обратим внимание на то, что потенциально опасной территорией, на которой происходит постепенная концентрация исламистских боевиков, становится Украина (это — тенденция № 4).

Напомним, что с 2014 года в карательных операциях в Донбассе в составе крымско-татарского и двух чеченских батальонов принимали участие «джихадисты», прибывшие из Сирии.

В августе 2015 года представители спецслужб указывали на то, что на Украине и в Крыму «создается агентурная сеть ИГ на основе существующих еще с 1990-х годов вербовочных центров фундаментальных исламистов».

А в июле 2016-го вице-премьер Республики Крым Р. Бальбек утверждал, что на территории Херсонской области Украины, недалеко от северных границ Крымского полуострова находятся военные лагеря по подготовке сторонников ИГ*.

Согласно мнению экспертов, к середине 2017 года Украина при негласной поддержке США стала одним из центров по вербовке, транспортировке и легализации боевиков ИГ. Причем, в случае дальнейшей миграции исламистов из Сирии и Ирака, потенциальные террористы, легализовавшиеся на Украине, могут оказаться как на территории России, так и в западных странах.

Таким образом, дальнейшее заигрывание США и их союзников с радикальным исламом чревато нарастанием террористических угроз не только в нашей стране, но и в Европе.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER