Статья
/ Алексей Мазуров
Для того чтобы остановилось ювенальное вторжение, необходимо, чтобы люди вроде Павла Микова покинули свои посты

Политический портрет Павла Микова на фоне ювенального беспредела

Каким-то регионам повезло — там и уполномоченные по правам ребенка не за ЮЮ, и органы местного самоуправления против этой заморской напасти выступают. Но уж никак не скажешь этого о Пермском крае — ведь тут уполномоченным по правам ребенка является Павел Миков! Пермский детский омбудсмен — фигура известная. Без него не обходится ни одна конференция, хоть как-то связанная с «защитой прав детей». Если родителей несправедливо обвиняют в неисполнении родительских обязанностей, то рекомендовать им обращаться за помощью к Уполномоченному — пустое дело. Ведь с его точки зрения родители не могут не нарушать права детей. Периодически пермский омбудсмен делает очень смелые заявления, ставящие его в ряд самых знатных ювеналов — таких как Ольга Баталина, Елена Мизулина, Борис Альтшулер и пр.

Одно из интервью с ним, в котором он яростно выступал против «закона Димы Яковлева», имело характерное название «Дети-сироты в России — крепостные». Вольное обращение с юридическими терминами и статистическими данными приводит в недоумение: неужели этот чиновник настолько некомпетентен? Так выступать может не «детозащитник», не эксперт, а скорее американский пропагандист на зарплате. Выступал он и против запрета на гомосексуальную пропаганду, введенного Госдумой. Еще год назад, когда подобный закон пытались принять на уровне Заксобрания Пермского края, Миков сказал, что «проблема надуманная», сославшись на то, что «Россия стала членом Совета Европы и присоединилась к Европейской Конвенции о защите прав человека и его основных свобод. По ней лица нетрадиционной сексуальной ориентации не могут быть дискриминированы». Выступает он постоянно и за расширение функций и полномочий некоммерческих организаций. Как будто у нас граждане только и жаждут, чтобы в дела их семьи начали вмешиваться еще и какие-то непонятные организации! В общем, это очень «продвинутый» Уполномоченный, заботящийся не о детях, и уж тем более не о семьях, а о чем-то совершенно ином. Но заботящийся изо всех сил.

Уже неоднократно звучала мысль, что ювенальная юстиция — это очередной инструмент для реализации программы «десоветизации», по типу немецкой «денацификации». Ведь пока есть преемственность поколений, от родителей к детям передаются традиции, знания и отношение к истории, в том числе — к советскому периоду истории. А агрессивный контроль над семьей, постоянная угроза изъятия детей позволяет разорвать связь между родителями и детьми. Чего, конечно, хотят те, кто заинтересован в десоветизации. Вспомним, что в разработке этой программы активно участвовало общество «Мемориал» (6 из 13 разработчиков). При чем тут Павел Миков, спросите вы? При том, что он совмещает должность омбудсмена с членством в этом обществе.

Помимо того, что сам «Мемориал» — без пяти минут иностранный агент, его дочерняя структура «Молодежный мемориал» фактически является основателем ЛГБТ-движения в Перми (ЛГБТ — это «лесбиянки, гомосексуалисты, бисексуалы и трансгендеры»). Такое вот общество. 2 марта 2013 г. в Перми прошел ЛГБТ-кинофестиваль «Бок-о-бок», с названием «Разные семьи — равные права?». В ходе фестиваля показывали фильм «Патрик, 1,5 года» (про пару гомосексуалистов, усыновивших по ошибке взрослого ребенка, не желавшего мириться с их гомосексуальностью) и много дискутировали . Естественно, на тему устаревших представлений о семье. Такой вот фестиваль. А организован он был при поддержке «Мемориала», иностранных граждан и фондов. И тут одна крайне любопытная деталь.

Рассматривая фигуру Павла Микова, просто невозможно не сказать несколько слов о другом ярком пермском персонаже — уполномоченном по правам человека Татьяне Ивановне Марголиной — в прошлом комсомольском работнике, секретаре по идеологии райкома КПСС. Теперь она главный покровитель различных антисоветских, антипатриотических организаций, финансируемых из-за рубежа, вроде того же «Мемориала» или музея «Пермь-36». В 2000 году она стажировалась в США, о чем нам сообщает не кто-нибудь, а официальный сайт генерального консульства США в Екатеринбурге. А в 2005 году Татьяна Ивановна встретилась с президентом американской организации «Фонд Макартуров» Дж.Фэнтоном который заверил, что продолжит поддержку института уполномоченных, подчеркнув его важность. Фонд этот, заметим, теснейшим образом связан с официальными структурами США. Вообще Татьяна Ивановна «знает» куда ходить за поддержкой и советом. Она вручает премии пасторам американских церквей и открывает выставки сектантов-сайентологов, встречается со многими представителями американского истеблишмента, посещающими Россию — куда ж они без Татьяны Ивановны!

Павла Микова г-жа Марголина буквально вскормила, да эти два персонажа и вообще крепко связаны. Сидят в одном кабинете, и когда Татьяна Ивановна уезжает в командировки, Павел Владимирович попросту, неформально замещает ее. При поддержке Марголиной уже создан отдельный аппарат Уполномоченного по правам ребенка — Миков получил новые возможности и средства, чтобы делать то, что он делает.

Кстати, раз уж мы коснулись выше темы гомосексуализма, то необходимо затронуть тему сексуального просвещения и такого документа, как « Конвенция Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуального насилия», которая была ратифицирована нашей страной в этом году и согласно которой мы должны вводить уроки сексуального просвещения начиная с младшей школы. Народ наш этого не приемлет, справедливо полагая такие уроки формой разврата малолетних. Выступил против немедленного введения секспросвета и главный Уполномоченный по детям в РФ Павел Астахов. А вот пермский Павел Миков опять впереди планеты всей! Он прямо заявляет о необходимости такого воспитания. Информация с его официального сайта: «Говоря о популяризации правильного поведения детей, детский омбудсмен привел пример информационной кампании Совета Европы для детей 3–7 лет «Правила нижнего белья». Цель кампании — понятным ребенку языком объяснить, что есть места на теле, к которым взрослые не должны прикасаться. «Варианты работы по профилактике преступлений сексуального характера против детей уже есть, просто нужно ими пользоваться, и не думать, что разговоры на эту тему все еще за гранью чего-то неприличного», — сказал Павел Миков». То есть, понимаете, дети 3–7 лет должны опасаться, чтобы мама и папа к ним прикасались — одевали их, купали... Это, оказывается, говорит о нехороших намерениях родителей. Да-да!

Приехав с ювенального шабаша, который проходил 23–24 сентября 2013 года в Ханты-Мансийске, Миков устроил в Перми пресс-конференцию. На ней он, поливая грязью российских родителей, повествовал о том, что проблема сексуального насилия над детьми вообще и в семьях в особенности приняла у нас просто катастрофический характер, что якобы у нас так же, как и в Европе, каждый пятый ребенок подвергается сексуальному насилию. Вы слышите? Слышите эти ни с чем не сообразные цифры? В этой дезинформации ему содействовало следственное управление Следственного комитета по Пермскому краю, раздавая информационные листки, в которых почему-то незначительные изменения в статистике странно выпячивали. Другие же, более значительные, — замалчивали. Видимо, с целью сформировать для журналистов картину, благоприятствующую положительной оценке действий Микова. А «акулы пера» слушали, раскрыв рот, и скрупулезно записывали, чтобы пересказать потом общественности. Для чего это делалось? Понятно, для чего — чтобы всё же ввести секспросвет как якобы единственное лекарство.

Затем Миков занялся темой детских самоубийств. На пермском портале 59.ru вышло его интервью, где прозвучало: «Два десятка подростков ежегодно кончают жизнь самоубийством в Прикамье. Чаще всего это юноши, которых воспитывали родные родители». Всё понятно? Цитируем далее. «Дети зачастую совершают самоубийства потому, что они утратили контакт с близкими людьми, то есть с родителями… Получается, что все наши усилия сейчас направлены на обучения педагогов либо на самих детей. При этом с родителями работы практически не проводится. Поэтому было принято решение о создании в крае системы родительского образования: «Родительские университеты». Работать они будут на протяжении 2014–2017 годов. Одна из основных задач этой программы — профилактика суицидов среди детей». Наших родителей надо «обучать», понимаете? Они «некомпетентны»! Не умеют, по мнению Павла Микова, воспитывать детей. Если непонятно, то это все тот же старый ювенальный разговор про якобы необходимость жесткого контроля над семьей со стороны чиновников.

Также в статье под это дело продвигается «телефон доверия». «Телефоны» уже начали вешать в школах и в местах, где бывают дети. И дети, не понимая, что это за телефоны такие, ведь звонят по ним! А стоит ребенку туда позвонить, как семья моментально попадает под пристальное внимание органов опеки и угроза изъятия детей становится более чем реальной.

Вот таков Пермский уполномоченный по правам ребенка Павел Миков. Больше всего поражает то, что, несмотря на постоянные гневные статьи в СМИ в его адрес, он продолжает делать свое черное дело и на контакт с общественностью идти отказывается. Для того чтобы остановилось ювенальное вторжение, необходимо, чтобы люди вроде Павла Микова или Татьяны Марголиной, осознанно разрушающих семью и государство, покинули свои посты.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER