Статья
24 июня 2015 г. 21:26 / От редакции
Продолжаем публикацию (начатую в № 131 нашей газеты) выступлений политических лидеров на Круглом столе Клуба «София» по теме «Как защитить Европу от американского кризиса?», состоявшемся в Софии 25 апреля 2015 года

Правда должна восторжествовать

Болгария, член Национального совета Социалистической партии, президент фонда «Славяне»

Наша встреча проходит накануне 70-летия Великой Победы. Эта дата сейчас не только в центре внимания историков, но и в центре внимания всей мировой общественности, в том числе и политических элит. Почему? Потому, что сейчас мир пребывает в раздумьях на новом историческом перекрестке. Речь идет о цивилизационном плане, о геополитических изменениях. От того, изберет ли человечество, будучи на этом перекрестке, верное направление, зависит не только будущее цивилизации, но и вообще существование рода человеческого.

Почему? Ответ сложный и требует комплексного подхода. Если формулировать его коротко, можно сказать, что распад Советского Союза, одного из центров биполярного мира, привел к однополярности в системе безопасности. Однако, как человек не может долго на одной ноге стоять, так и мир рискует рухнуть по причине нынешнего неустойчивого основания — однополярности.

Есть ли надежды в этом смысле? Думаю, есть, поскольку именно сейчас проявляется и активно идет процесс формирования второго геополитического центра современного мира. Этот процесс возродился именно там, откуда родом ялтинское мироздание. Из Москвы. Сегодня формируется новое, интернациональное сообщество, и прежде всего на базе взаимоотношений России и Китая. Это вселяет надежду на то, что мир встанет, наконец, на обе ноги, что биполярность мира в ХХI веке будет противостоять философии глобализма, имперским амбициям самого мощного государства современности — США.

Многополярность, по существу, — форма безответственности в мировой политике, ибо полюсов может быть только два. Не только в природе, не только в геофизическом, биологическом, физическом планах, но и в отношении геополитики.

Латвия, депутат Европарламента

Дорогие друзья, сердечно приветствую вас и благодарю болгарских организаторов нашей встречи, фонд «Славяне», за те усилия, что позволили нам собраться здесь.

Любимые слова, завещанные мне еще моим дедом: «Не бывает безвыходных ситуаций». Наверное, это то, что заставляет нас, политиков, активно действовать. А время сейчас требует от нас без устали искать выходы из создавшейся ситуации.

Те полтора года, что прошли после нашей первой встречи, подтвердили правильность прогнозов, изложенных в первой Софийской декларации. Сделаем краткий обзор событий прошедших полутора лет. Мы встречались в октябре 2013 года, за месяц до Вильнюсского саммита. Тогда Виктор Янукович еще готов был подписать соглашение с Европейским Союзом об ассоциации и о свободной торговле. После того, как в ноябре Янукович принял другое решение — отложить подписание соглашения, — события стали разворачиваться стремительно. Объявился Майдан и всё, что за этим последовало. Ситуация приняла, на мой взгляд, принципиально новый характер. Прежде Европейский Союз выстраивал вокруг России так называемую новую Берлинскую стену протяжением от Балтийского до Черного моря и далее, до Каспийского. Часть такого рода стены уже стал возводить Яценюк на границе Украины с Россией.

Тогда, в октябре 2013-го, Европейский парламент принял весьма специфическое определение характера взаимоотношений Европы и России — «критическое взаимодействие». Однако теперь вместо новой Берлинской стены выстраивается уже линия фронта. Изменилась даже риторика. У меня в руках материалы состоявшейся в Европарламенте 21 апреля дискуссии, которую подготовила крупнейшая фракция ЕП — Европейская Народная партия. Тема — отношения Евросоюза и России. Заголовок пресс-релиза по итогам заседания лаконичен и суров: «Европейский Союз должен сказать России: мы готовы идти воевать!» Как говорится, ни прибавить, ни отнять. На том заседании присутствовали и выступали и политики, непосредственно формулирующие внешнеполитическую позицию Европейского парламента: председатель Комитета по иностранным делам Элмар Брок из партии Ангелы Меркель и его заместитель — польский депутат Яцек Сариуш-Вольский. В ходе недавних дебатов на сессии Европарламента Сариуш-Вольский предъявил, по сути дела, ультиматум европейской элите, связанный с трагедией в Средиземном море, когда 900 человек утонуло на судне, идущем от берегов Ливии. Тогда на чрезвычайном саммите Евросоюза было предложено, чтобы все страны ЕС, а не только Италия, Мальта и Греция, распределили между собой нагрузку по решению проблемы беженцев. Так вот, ультиматум Сариуша-Вольского звучал так: мы не станем помогать решению проблемы, если вы не выполните наши требования, касающиеся востока, то есть если вы не займете жесткую позицию в отношении России.

Особенно опасно, что эти кликуши, осмелившиеся произносить слово «война», причем «горячая война», а не «холодная», готовы открыть еще и второй фронт. Не только фронт на Украине, но еще и фронт в странах Балтии. На той дискуссии 21 апреля выступал еще один представитель Народной партии: Габриэлюс Ландсбергис, внук знаменитого Витаутаса Ландсбергиса. Комитет по иностранным делам поручил ему подготовить резолюцию по отношениям Европейского Союза и России. Этот текст уже доступен, и он настолько ужасен, что, говорят, даже Элмар Брок сказал Габриэлюсу, что текст надо переписать, — этот вариант он не примет. В тексте молодого Ландсбергиса ничтоже сумняшеся утверждается, что Россия после Украины намерена атаковать страны Балтии, устроив предварительно провокацию на границе. Мол, уже начиная с весны наблюдается активность на границах.

К нам в республику, в частности, в нашу партию «Русский союз Латвии», буквально повалили иностранные журналисты. Спрашивают, собираемся ли мы объявлять в Латгалии создание республики, по примеру Донецкой и Луганской республик. Аналогичные вопросы они задают по поводу северо-востока Эстонии. Последняя такого рода встреча у меня была с очень представительным и владеющим русским языком корреспондентом «Нью-Йорк Таймс» Эндрю Хиггинсом. Все вопросы, которые он задавал в Риге мне и моим коллегам, касались одного: правда ли, что готовится провозглашение Латгальской Республики. При этом ссылался и даже показал мне распечатки с некого сайта. Я ответила, что это очевидная провокация — таких сайтов можно при желании создать сколь угодно много.

Очевидно, что ситуацию намеренно нагнетают. Что можно противопоставить такого рода действиям? Где искать точки сопротивления? Для этого стоит обратиться к голосованиям в Европейском парламенте по антироссийским резолюциям и по резолюциям об Украине. Против них голосуют на двух флангах: фракция левых в одной стороне зала и, с другой стороны, крайне правые. Плюс — отдельные депутаты в центре. Этот альянс, складывающийся сам по себе, выглядит довольно странным и неестественным. Более того, он, простите за не слишком литературное слово, «напрягает» левых. Их при каждом удобном случае обвиняют в том, что их позиция совпадает с позицией крайне правых. Интересно было бы обсудить сегодня, является ли такое совпадение позиций тактическим или в нем есть некий стратегический подтекст.

Пока же я расскажу о центре. Или, точнее, о левом центре, который представляют присутствующие здесь три политика. Помимо меня, это Анна Миранда и Иньяки Иразабалбейтия. Наши партии входят в общеевропейскую партию, которая называется «Европейский свободный альянс». Ее еще называют партией регионалистов и национальных меньшинств. Партия принципиально дистанцирует себя от правых националистов. Такая позиция закреплена и в политической платформе, и во всех резолюциях съездов Альянса. Мы предложили нечто новое, некую новую комбинацию, а именно — левый национализм. Правда, политики с правого фланга, тот же Ван Ромпей, в течение пяти лет возглавлявший Европейский совет, говорил нам, что, дескать, национализм не бывает левым. Однако я видела своими глазами, как наш принцип работает в Стране Басков. Этот регион Испании, отнюдь не лучший по природным условиям, сейчас впереди по всем экономическим показателям. В основу политики и действий его регионального правительства, локальных органов власти положена как раз идея о сочетании здорового патриотизма, или, если хотите, национализма, с идеей социальной справедливости. Из этой идеи выросло много проектов, в том числе знаменитый кооператив «Мандрагор».

Стало быть, мы трое представляем здесь специфическую политическую структуру. На прошлой неделе в городе Баутзен на востоке Германии, где проживают лужицкие сербы, состоялся съезд Европейского свободного альянса. В ЕСА входит более 40 партий, но, к сожалению, в Европейском парламенте альянс представляют только 7 депутатов, — меньшинствам получить свое представительство на уровне ЕС довольно трудно. Крупнейшими партиями Альянса являются Шотландская национальная партия и левая партия из Каталонии «Euskerra Republikana», которые инициировали в своих регионах референдумы о независимости. Хотя референдум в Каталонии не признан Мадридом, а на референдуме в Шотландии требование независимости получило менее половины голосов (результат референдума готов был признать Лондон, но тот же Лондон сделал всё, чтобы этот результат был не в пользу отделения), сейчас эти регионы продолжают борьбу. И вот вам реакция: несмотря на поражение на референдуме в Шотландии, произошел громадный прилив в Шотландскую национальную партию, численный состав ее вырос в 10 (!) раз. Сейчас, за неделю до выборов в Великобритании, эта партия, судя по опросам, должна взять едва ли не все 58 мест, предусмотренные в Палате общин в Вестминстере для Шотландии. А каталонцы намерены последовательно идти своим путем и региональные выборы в сентябре считают плебисцитом по вопросу о независимости.

Вчера в самолете я прочитала статью в «Нью-Йорк Таймс», автор которой очень озабочен ситуацией в Шотландии. «Нью-Йорк Таймс» в ужасе от того, что Шотландская национальная партия будет очень хорошо представлена в Вестминстере, составив конкуренцию лейбористам и консерваторам. И «Нью-Йорк Таймс» тоже, что интересно, считает — Шотландская национальная партия гораздо более левая, чем лейбористы.

Итак, есть такие партии и такая политическая сила в Европе. О них подробнее расскажут Анна и Иньяки. Я же со своей стороны считаю, что нужно продолжить поиски именно в этом направлении, отбрасывая какие-то не характерные для левых политические установки. Границу здесь можно провести легко. Отправной точкой здесь может служить формула из преамбулы Всеобщей Декларации прав человека: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах». Если эта формула представлена в программе той или иной партии, значит, нам с этой партией по пути. Для сравнения приведу совершенно иную формулу. После известных январских событий в Париже один из идеологов Национального фронта, депутат Европарламента Аимерик Шопрад, в интервью российскому телевидению (допускаю, что во Франции он более осторожен в своих высказываниях) сказал следующее: «Мусульмане должны либо ассимилироваться, либо покинуть Францию». Конечно же, с политиками, представляющими такую позицию, мы не можем быть в стратегическом союзе. Хотя случается, что по некоторым резолюциям мы голосуем одинаково.

В заключение я хочу вернуться к тому, с чего начал Захари Захариев, — к 70-летию Победы. В странах Евросоюза набирают все большую силу попытки переписать историю Второй мировой войны с целью принизить роль СССР в разгроме нацистской Германии. И, пожалуй, сегодня самый громкий антироссийский, антирусский сигнал идет из Польши. Недавние оскорбительные, скандальные заявления польских официальных лиц болью отзываются в моем сердце. Наш семейный архив хранит письма моего дяди, погибшего в Польше незадолго до Дня Победы. Мы не знаем точного места, где он погиб. Поэтому, когда мы похоронили в Риге его мать, на надгробии рядом с ее именем вписали имя сына и слова: погиб в Польше в апреле 1945 года. Уже поэтому мне отвратительно то, что вытворяет сегодня польский политический мейнстрим, а Сариуша-Вольского воспринимаю как своего личного политического противника. В жесткую стычку с ним я вступила еще в 2007 году при обсуждении событий в Эстонии, связанных с переносом «Бронзового солдата»; тогда он возглавлял комитет по иностранным делам. Но сегодня я рада, что в числе прочих на нашей встрече есть представитель Польши, занимающий совсем другую позицию. Правда должна восторжествовать.

Италия, депутат Европарламента в 2004–2009 гг., группа Социалисты и демократы; президент ассоциации «Альтернатива»

Всем нам понятно, что сейчас мы оказались в ситуации, самой опасной за весь послевоенный период. До 2014 года не происходило ничего подобного. На мой взгляд, Третья мировая война — реальная перспектива. К сожалению, немногие об этом думают, и общественное мнение совершенно не готово всерьез задуматься об угрозе новой войны. Однако даже папа Римский два года назад, когда бомбили Дамаск, сказал открыто: мы скатываемся к Третьей мировой войне. Я считаю, что он прав.

Понятно, что это результат распада Советского Союза и превращения мира из двухполярного в однополярный. Но это была только одна из причин. Сейчас происходит нечто еще более серьезное, судьбоносное.

Когда начались события на Майдане, у меня сразу возник вопрос: почему они спешат? Они — это Соединенные Штаты Америки. Всё было организовано, тщательно и систематично подготовлено, финансировалось посольством США в Киеве при поддержке Госдепартамента США. Почему они так спешили? Ведь Украина уже была, по сути дела, американской колонией. Секретные службы Украины — в руках США, армия и представительство в высших эшелонах армии — тоже. Практически они контролировали ситуацию. Почему же они спешили? Могли бы подождать год–полтора, устранить Януковича, назначить нового президента. Зачем они организовали нацистский переворот в центре Украины, в центре Европы? Подчеркиваю, не просто переворот, а нацистский переворот.

Это было не случайно. И сейчас уже очевидно, зачем всё это. Балтийские республики, Польша немедленно откликнулись. Создавалась именно цепочка — три республики Прибалтики, Польша, Украина. Великолепная операция! Разделить Европу двумя чертами, сломить Европу и, конечно, ударить по России. Но, опять же, почему так спешно? Всё это они могли проделать спокойно, за полтора–два года.

Я уверен, что делалось это ввиду угрозы мирового кризиса. Не кризиса европейского — кризиса мирового. Центры стратегического управления США прекрасно понимают ситуацию: либо сейчас Америка завоюет мир, либо будет поздно.

Нам надо понимать, что Россия — единственная сила на сегодняшний день, способная их остановить. Их друзья в Европе уже пишут: «Мы готовы идти на войну!»

В целом в Европе мы наблюдаем, между прочим, обнадеживающую картину. Если посмотреть на Европу в целом, картина однозначная: практически в Европе происходит политическая революция.

Это началось с выборов в Италии в 2013 году, с «Движения пяти звезд». В Италии появилась партия, которой не существовало, и она получила на выборах 25 % голосов.

Далее в Греции — «SYRIZA». В стране побеждает левая коалиция, пришедшая к власти путем выборов.

В Великобритании тоже появляется партия, которой прежде не существовало, — «UKIP», и она не отстает по популярности от лейбористов и консерваторов.

В Испании, опять же, новая партия — «PODEMOS». Она на сегодняшний день получила большинство голосов, по рейтингу — около 30 процентов.

Я считаю, что впервые в Европе, какой мы ее знаем изначально, обрушился пакт между избирателями и властной элитой. 30 лет назад элиты заявили: голосуйте за нас, а мы обеспечим вам очень хороший уровень жизни. И обеспечивали. А теперь вдруг случилось то, что элиты не способны дать всего того, что обещали. И миллионы людей в Европе ищут, кому поверить и кому довериться.

Ключевой элемент на сегодняшний день — выход из НАТО. Любопытно, что в Греции, в программе «SYRIZA» есть пункт о выходе из НАТО. «PODEMOS» в Испании ставил вопрос о референдуме. UKIP в Великобритании — тоже.

Я думаю, если в Италии мы начнем эту борьбу, мы можем стать первыми. Можно всем вместе собрать несколько миллионов подписей, и картина Европы начнет меняться.

Болгария, член Национального совета Социалистической партии, председатель Союза Фракийских обществ

Первое, что я считаю исключительно важным, — сегодня формируется новое поколение, ценности которого во многом определяются фигурами, подобными Соросу. Молодые люди, живущие на Украине и в Болгарии, фактически лишены ценностей, корни которых уходят в историю страны. У нас же нет возможности, нет сил, нет связей, позволяющих консолидироваться и противодействовать этим тенденциям. Мы работаем в условиях информационной блокады. У большой части населения нет доступа к объективной информации. По сути, все европейские страны нынче выполняют указания «вашингтонского обкома». Большинство жителей страны не знает, что происходит на самом деле.

В Европейском Союзе формирование политических группировок фактически лишило местные партии суверенитета. Пора поставить вопрос о необходимости сохранять суверенитет каждой отдельной партии. Партии не должны выполнять навязанные им решения коллективных образований, созданных в Европейском парламенте, в европейских структурах. Нам нужно укреплять связи по горизонтали, прямые связи между отдельными политическими партиями.

Сегодня необходим диалог между партиями отдельных стран с целью определения коллективных позиций по основным волнующим нас вопросам. Это сложная задача. Посмотрите, что делают тем временем США. Посол США заявил: 700 миллионов евро предоставлено для развития структур так называемой «мягкой силы», то есть некоммерческих организаций (НКО). 700 миллионов маленькой Болгарии! Что им противостоит? Партии с ограниченными финансовыми ресурсами, которым не под силу создать рычаги противодействия столь мощному давлению. Но давление и угрозы будут продолжаться и нарастать, если партии несогласных с политикой Вашингтона будут и впредь действовать поодиночке.

Приднестровье, кандидат в президенты на выборах 2011 года

До 2013 года, пока не произошел государственный переворот на Украине, Приднестровье являло собой пункт, который за своей спиной имел сравнительно дружественный тыл в лице Украины. Так было и в 1992 году, когда даже негативно настроенные к Советскому Союзу, к Москве люди принимали участие в защите ПМР. Однако под давлением США впоследствии наступили перемены.

Естественно, американцы попытались взять Приднестровье в кольцо. В этой стратегии наибольшее значение отводилось натиску на Приднестровье с запада. В лице, прежде всего, правых политических силы Молдовы при поддержке Бухареста. А с востока — это та часть политических сил Украины, что наиболее активно сориентирована именно на Соединенные Штаты. К тому же, после смены власти в конце 2011 года, в разы возросло влияние Запада в Приднестровье.

Безусловно, нас попытаются либо удушить извне, либо изменить соотношение внутри самого Приднестровья, работая по нескольким направлениям. Каким? Первое. Ощущается четкая линия — разбить то единство, что существовало и по инерции еще присутствует в Приднестровье между тремя крупными национальными общинами: русской, молдавской и украинской. Второй момент: в интернете формируются группы, члены которых сосредоточены на работе с украинским населением. Они активно проводят антироссийскую линию с тем, чтобы представить Россию агрессором, — она, мол, воюет с Украиной. Приднестровские украинцы обычно эту версию не поддерживают, но, тем не менее, работа по расколу изнутри в последний год идет очень активно. Следующая акция — своего рода десант протестантских проповедников-бандеровцев против православных. К зданию администрации вышли 50–70 проповедников, стали раздавать литературу, призывали людей обратиться в их веру. Их лоббисты одновременно начали пропаганду в социальных сетях. Все происходит точно так же, как и в других странах. Сильно бьет по нам и фактический отказ от концепции социального государства, которая помогала сохранять Приднестровье, и переход с июля 2014 года к классической модели шоковой терапии.

От Евросоюза инициатива в работе с Приднестровьем перешла к американцам, причем их душеприказчиками выступают англичане.

Разумеется, усиление натиска на нас — не просто изолированный, оторванный от общеевропейской ситуации эпизод. Это достаточно четкая американская генеральная линия по превращению всего периметра европейской части границ России в сплошную дугу нестабильности, в линию фронта.

Самые большие усилия должны быть направлены на ликвидацию атмосферы и обстановки, чреватых угрозой войны. Из этого вовсе не следует необходимости проявления большей уступчивости требованиям радикальных кругов Соединенных Штатов. Чем больше уступаем, тем больше возрастает давление. Спасти ситуацию может усиление европейской самостоятельности и военно-политический российско-китайский альянс.

Что касается нашего крохотного государства, нам остается обмануть ожидания наших недругов — остаться в живых и по мере возможности помогать всем остальным, кто не доволен сегодняшним положением вещей.

Молдавия, депутат парламента, фракция Партии социалистов

С развалом биполярного мира проиграла не только социалистическая система и социализм как идея. Рухнул принцип. Мы видим кризис либерализма. Фактически рушится монетаризм. Мы видим разрушение не только Потсдамско-Ялтинских соглашений, но всего мирового международного права. Не надо ходить далеко: Ливия, Афганистан, Ирак и так далее — тому подтверждение. Если хотите, мы видим и разрушение современной экономической модели капитализма как таковой. То есть мы находимся в витке нового хаоса, фактически на грани огромнейших перемен, о чем говорили здесь господин Кьеза, господин Кургинян и другие.

Если исходить из теории Хантингтона о том, что мир состоит из восьми цивилизаций, то модель западной цивилизации фактически утратила свою сущность. Базовым основанием и ценностью этой цивилизации является христианство. Но каким мы видим христианство в сегодняшнем Европейском Союзе? Фактически идет отказ от традиционных христианских ценностей. Идет снижение роли семьи через рост разводов. Здесь и легализация гомосексуализма, и ювенальная юстиция, и отказ от понятий «отец» и «мать», и дискуссии об эвтаназии, в том числе детской. Понимаете, для человека нашего склада ума, условно — восточного склада — всё это представляется полной деградацией. Я уж не говорю о существовании партий гомосексуалистов в некоторых северных странах Европы. Ясно одно: христианские ценности в Европе в серьезном кризисе.

Тот же Хантингтон говорит о другом критерии западной цивилизации — о правовом государстве и демократии. Здесь уже шла речь, в частности, в выступлении представительницы Галиции, о том, что в Европе мы наблюдаем рост тоталитарных, олигархических тенденций. Я уж не говорю о таких казусах, как появление секретных тюрем.

Происходят и еще более страшные вещи. В частности, легализация в той или иной форме фашизма и нацизма и проведение экспериментов в Прибалтике, на Украине. В Молдове тоже есть элементы подобных экспериментов. Для чего они? По-видимому, идет подготовка к большой войне, и происходит легализация всех этих форм, чтобы мобилизовать и вовлечь в войну максимальное число людей.

Хантингтон говорит и об экономике как базовой модели западной цивилизации. Я не знаю, есть ли тут рыночная экономика или нет, — лучше спросите об этом болгар, которых заставляли отказаться от «Южного потока», от других энергетических проектов, суливших стране сотни миллионов евро прибыли. Почему Венгрии запретили выгодные контракты с «Газпромом»? Почему принимаются экономические директивы, в принципе разрушающие экономику Прибалтики, Греции, Румынии? Говорят, это пространство благосостояния. Но почему ни одно из государств, присоединившихся к ЕС после 2003 года, не процветает? Фактически происходит отказ от идеи рыночной экономики. Рыночные инструменты работают на пользу двух-трех игроков, на пользу «тройки», о которой здесь уже говорили мои коллеги.

Когда в 50-х годах были заложены основы ЕС, отцы-основатели настаивали на равенстве всех членов ЕС. И что мы видим сегодня?

Отцы-основатели говорили о взаимопомощи, о том, что каждое государство ЕС может рассчитывать на помощь соседей. Никакой взаимопомощи на самом деле нет.

Говорили отцы-основатели о союзе, основанном на новом единении народов. И что мы видим? Мы видим сверхцентрализованную систему,

Говорили о Евросоюзе как о структуре пацифистской, созданной во имя недопущения войны. Но потом мы увидели, как сам ЕС или отдельные его члены участвовали в военных действиях везде, где только было возможно, — в Афганистане, в Ливии, не говоря уж об Ираке. А сегодня ЕС фактически напрямую поддерживает войну в Донбассе.

И самое смешное: отцы-основатели говорили о Евросоюзе как об отдельном геополитическом акторе, субъекте международного права. Но что мы видим в данный момент? Прямую зависимость от Соединенных Штатов. Сегодня Европейский Союз выполняет директивы из Вашингтона, жестко голосует по приказам Вашингтона, ведет себя как марионетка Вашингтона и уже отказывается от своей автономии, ведя переговоры о Трансатлантическом договоре. Все понимают, что это означает исчезновение ЕС, превращение ЕС в экономический придаток Соединенных Штатов. Хотя, я думаю, не столько экономический, сколько военный придаток. Что делается опять же для подготовки большой войны. Большой, скажем так, конфронтации — либо с Китаем, либо с Россией. Увидев, что Китай посильнее экономически, решили попробовать на России, разобраться с Россией.

Говорили о Европейском Союзе как о некой особой модели экономического развития, о том, что должны быть строгие критерии приема новых членов, что всем нужно соблюдать какие-то правила. Но каким критериям соответствовала Румыния? Хоть одному из Копенгагенских критериев вступления в ЕС Румыния соответствовала? Нет. А Болгария? А хорваты?

Как расходуются бюджеты, на что направляются деньги? Сравните средства на социальные расходы и на военные расходы государств ЕС, и вы поймете, куда уходят деньги.

ЕС как конструкции, которую заложили отцы-основатели, сегодня нет. Евросоюз как модель западной цивилизации тоже исчез. Что делать? С нашей точки зрения, необходимо сделать несколько простых вещей.

Первое: вернуться к христианству. На практическом уровне, в частности, через преподавание в школах.

Второе: хорошо бы вернуться к тем базовым ценностям, которые заложили отцы-основатели ЕС.

Третье: чтобы избежать большой войны, к которой движется Европа, необходимо создание зоны свободной торговли между Таможенным союзом и Евросоюзом.

Четвертое: большинству государств ЕС хорошо бы отказаться от участия в НАТО.

Пятый пункт: мы считаем, что было бы нормально, если бы государства-члены ЕС были и членами Таможенного союза. Или еще лучше: ввиду угрозы большой войны важно, чтобы государства поставили на повестку дня выход из ЕС и чтобы присмотрелись к Таможенному союзу как к возможности изменения баланса сил для предупреждения войны. Нужно также отказаться от приравнивания нацизма и коммунизма, от запрета коммунистических партий. Европа открывает путь фашизму. Ибо фашизм, точнее нацизм, — явление войны. Если где-то запрещают коммунизм, значит, к власти приходят нацисты или фашисты и, значит, миру грозит война.

Если сегодня серьезно проанализировать то, что творится, мы поймем, что нарастания кризиса можно избежать. Кризиса ценностей, кризиса идеологий, кризиса международного права. В истории нет сослагательного наклонения. Но через такие коллективные акции, как эта, через диалог, собственную активность мы можем изменить повестку дня в Европе. Да и в мире тоже.