logo
Статья
/ Елена Бредис
Безудержное потребление и индивидуализм с приоритетом прав ничем не ограниченной личности — идеология, которая очень быстро стала торжествовать. Поэтому сегодня идет идеологическая война. С одной стороны которой такие, как Гозман и Венедиктов, а с другой — «Бессмертный полк»

У памяти есть имя

В этом году шествие «Бессмертного полка» по всему миру просто потрясло. То, что показывали в телесюжетах, напоминало скорее стихию, наводнение или сход лавины, которые невозможно остановить. От этого захватывало дух и хотелось только одного: чтобы эта лавина не заканчивалась, а ширилась и ширилась, сметая всю грязь с планеты. Вопреки всем глобалистским призывам и установкам мир объединился сам, выдвинув наиважнейшую именно для себя идею: сказать «нет» фашистской чуме и вспомнить всех тех, кто прошел через ад этой священной войны, как бы парадоксально это ни звучало.

Казалось бы, ни у одного вменяемого человека при словах «Бессмертный полк» не может возникать иных чувств, кроме безмерной гордости. Но, как известно, когда кажется, надо креститься. Журналистка Карина Орлова, работающего на радиостанции «Эхо Москвы» в Вашингтоне обвинила россиян в присвоении праздника. По ее мнению, мы выбрали неправильные символы победы над фашизмом. «Девятого мая русским людям не подобает ходить с портретами своих предков, в этот день мы должны писать доносы на соседа». Вот такое оригинальное мнение.

А вот еще одно: «На «Бессмертный полк» сгоняют школьников, чтобы провести их под проливным дождем ровно 300 метров до трибуны с почетными гостями», — так видит 9 мая радиоведущий «Эха» Владимир Варфоломеев. В этом году, например, журналисты радиостанции решили спрашивать у своей аудитории о дедовских военных трофеях, подспудно выставляя Красную Армию войском мародеров. Александр Плющев отметил, что советские солдаты «грабили» бедных побежденных немцев, отбирая у них последнюю швейную машинку или ложку.

Вам мало? Могу «на закуску» добавить Леонида Гозмана: «По телевизору и с трибун все это произносят присвоившие себе Победу мародеры — духовные наследники особистов, идейные последователи тех, кто вместе с Гитлером развязывал Вторую мировую войну, кто ложью и насилием веками удерживал страну от движения вперед». Уфф... больше не могу.

Ну, да какой спрос с пятой колонны? Можно было и не поминать. Но накануне праздника руководитель управления по работе с общественными организациям Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ протоиерей Димитрий Рощин заявил следующее: «Мы бесконечно не можем выезжать на победе в Великой Отечественной войне. Хоть это и великая веха нашей истории, но прошло очень много лет, и то, что мы этим прикрываемся, говорит о том, что других побед особых не было. А нам нужны новые победы». Как говорится, тишина в студии. Как вам нравится сам термин «выезжать»? И что мы пытаемся «прикрывать»? И разве может быть большая победа, чем спасение мира от фашистских захватчиков? Но это еще не всё. Далее следует предложение «расширить» шествие за счет поминания героев Первой мировой войны и Отечественной войны 1812 года. Можно подумать, эти события к нам хронологически ближе.

Но всмотритесь глубже. Герои войны 1812 года уж никак не объединят нас со всем миром. «Бессмертный полк» станет исключительно русским, в нем не будет казахов, эстонцев, поляков, французов, китайцев. Всё, остановилась народная лавина, смирилась стихия. Неужели допустим?

Протоиерею Рощину прекрасно ответил диакон Илья Маслов: «Дело не в чествовании героев, павших на фронтах Первой мировой, — о них можно и нужно вспоминать — дело в том, что смешение героев Победы и героев катастрофы в одном поминальном акте сводит живую народную гордость о Победе к либерально-скулящему пересмотру итогов 1945 года... Акция «Бессмертный полк» не имеет отношения к РУССКОМУ народу. Она посвящена подвигу СОВЕТСКОГО народа. Это разные вещи».

Вот она, главная цель и задача наших либералов! Свести день Великой Победы к посыпанию главы пеплом за оккупацию советскими войсками Освенцима, Майданека и Дахау. Окончательно и бесповоротно приравнять Сталина к Гитлеру, а коммунизм к фашизму. Ну а потом уже внедрить в ряды «Бессмертного полка» людей с портретами генерала Власова, Бандеры, атамана Краснова и воинов РОА. Вот только примкнут ли к таким шествиям в других государствах?

Я ничуть не преувеличиваю. Достаточно вспомнить весьма странное зарождение этой акции. Она ведь появилась в Томске, с подачи деятелей либеральной оппозиции журналистов Лапенкова и Колотовкина. Казалось бы, зачем им это было надо?! А вот вам небольшая деталь. На первых порах Лапенков и Колотовкин, где только могли, запрещали на шествиях «Бессмертного полка» портреты Героев Советского Союза, красное знамя Победы и другую символику советских лет, пытаясь превратить шествие в либеральный флешмоб с колоссальным количеством условностей и ограничений. Вполне можно предположить, что «Бессмертный полк» в томской задумке должен был стать не акцией памяти, объединяющей народ, а акцией скорби под разговоры о «страшной цене, которую мы заплатили», в «мясорубке, в которую бросили народ» и «Ленинграде, который нужно было сдать, чтобы избежать жертв».

Но народ выбрал свой путь истины и правды.

Впрочем, не будем так уж обольщаться. Хорошо помню, как пару лет назад накануне 9 мая нам вдруг позвонила знакомая, давно уехавшая в Израиль на ПМЖ. Мы по наивности бросились поздравлять ее в преддверии юбилея Великой Победы. Что же услышали в ответ? Слегка надменное: «Это не наш праздник. Ну и наш тоже, но совсем не в той степени, что для вас». Оказывается, в Израиле уже после Второй мировой было множество небольших войн, на которых в процентном соотношении погибло намного больше израильтян, чем евреев в период Великой Отечественной. Вот так. Все мои попытки напомнить ей о дымящих трубах концлагерей, о холокосте, который смогла остановить только Красная Армия, разбивались о неприступную стену отчужденности.

И дело тут не в тех особых условиях, в которых находится Израиль. Дело вот в этом разделении на «мы» и «вы». Оно ведь не географически проходит, а в умах и душах. Когда люди говорят себе: «Мы — сами по себе. Мы — особенные, мы — отдельные. У нас своя история и культура. У нас свои герои и победы». И тогда может оказаться, что фашизм не нес с собой ничего страшного, а куда невыносимее была жизнь в составе союзных республик. И тогда забудутся газовые печи и еврейские гетто, потому как угроза арабского терроризма — она здесь и сейчас, а все эти Майданеки и Освенцимы остались в далеком прошлом.

Справедливости ради замечу, что нашу знакомую мы таки «дожали». Именно рассказом о «Бессмертном полке». Представьте, она понятия об этом не имела. На следующий день позвонила и с радостью сообщила, что такая акция проходит в Иерусалиме, и в интернете она на все это посмотрела, а на будущий год непременно пойдет в рядах полка с портретом отца, который был танкистом и дошел до Берлина. Вот так. И папу родного неожиданно вспомнила. И искреннюю благодарность к нему испытала. Впрочем, неважно, что там произошло в ее душе. Важно, что вновь связалась нить памяти, восстановились связи поколений.

Но объясните мне, как женщина, прожившая большую часть сознательной жизни в СССР, могла вдруг забыть о подвиге советского народа? Как могла забыть родного отца, проливавшего кровь на полях сражений Великой Отечественной, и деда, который еще в коннице Буденного сражался в Гражданскую и награды имел? А это уже, господа-товарищи, идеологическая машина работает. Та самая машина, которую мы демонстративно якобы сломали, пустив на самотек воспитание наших детей, оставив в полной растерянности соотечественников. Но не надо лукавить, ибо свято место пусто не бывает. Безудержное потребление и индивидуализм с приоритетом прав ничем не ограниченной личности — это тоже идеология, которая очень быстро стала торжествовать. Поэтому сегодня идет идеологическая война. С одной стороны которой такие, как Гозман и Венедиктов, а с другой — «Бессмертный полк».

Хотя, я, пожалуй, не точна. Есть еще ретивые чиновники и иже с ними. Те, для кого слова «Спасибо деду за Победу!» — пустой звук. Те, для кого великая держава под названием СССР вообще словно не существовала. В славном татарском городе Альметьевске на шествии «Бессмертного полка» полиция задержала двух женщин, которые хотели пройти с плакатом «Мой дед воевал за СССР!». Видите ли, не по регламенту. А может, не понравилось само уточнение и напоминание — «за СССР»? Не понравилось напоминание о советском народе, память о котором сегодня пытаются если не замарать, то стереть?

Так стоит ли нам успокаиваться и повторять строки Григория Поженяна «И все-таки мы победили!»? Конечно, стоит, но не теряя бдительности. Потому что до сих пор из уст неолиберастов звучит омерзительное слово «победобесие». Потому что уже существуют альтернативные проекты «Бессмертный ГУЛАГ» и «Бессмертный Барак». Потому что остаются такие, как блогер и дизайнер Артемий Лебедев, который, брызжа слюной, твердит: «Участник ВОВ автоматически покрывается слоем золота, даже если он чистил картошку в тылу. Идиотизм начался при Брежневе, когда секретари парткома вдруг поняли, что война — это наше все».

Вот пока они могут всё это себе позволить, мы еще не победили. И сражаться за нашу победу нам надо так же, как когда-то сражались наши деды и прадеды.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER