Йеменский военный перекресток

Скандал в США — газета The Washington Post опубликовала информацию о том, что американские военные напряженно разыскивают в Йемене оружие на $500 млн (!), переданное туда ранее в качестве помощи

Йеменский военный перекресток

В последние недели в одном из государств Аравийского полуострова, Йемене, и вокруг него кипят страсти настолько сильные, что от этого кипения содрогается весь ближневосточный регион. Казалось, что после «арабской весны» и ее последствий, а также шокирующих выступлений «Исламского государства» (ИГ*) в регионе не удивятся уже ничему. Однако йеменский военно-политический кризис вызвал в арабском мире столь сильную и консолидированную реакцию, какую не вызывали никакие предшествующие процессы.

События на Аравийском полуострове буквально нагромождаются друг на друга. Их слишком много. Их подробного описания не выдержит никакая газетная публикация. Поэтому я предлагаю сосредоточиться на обсуждении тех ключевых событий, которые особо важны для понимания логики йеменского обострения.

Начнем с того, что 22 января 2015 года, в день кончины короля Саудовской Аравии, в Йемене подал в отставку президент этой страны Абд-Раббу Мансур Хади, ставленник Эр-Рияда. Вместе с ним в отставку ушло всё правительство во главе с премьер-министром. Еще через день бывший президент заявил, что возвращается. Но к этому моменту мятежные вооруженные формирования йеменских шиитов-хуситов из клана хути уже заняли в столице страны Сане ключевые административные здания.

 

6 февраля 2015 года шииты-хуситы, начавшие свое наступление еще в августе прошлого года, окончательно захватили власть в Йемене. Их представители объявили о роспуске парламента и формировании переходного совета.

Сразу после этого западные страны начали поспешно выводить из Йемена свои дипмиссии. Что касается США, то они, казалось бы, продемонстрировали свое предельно серьезное отношение ко всему, что связано с возможностью передачи американского оружия в руки радикалов.

Американские морские пехотинцы, начавшие эвакуацию, поработали на славу. Командование Корпуса морской пехоты США специально заявило, что «все вооружения разобраны по винтику и разбиты молотком». Представители командования подчеркивали: «Ни один из морских пехотинцев не отдал оружия хуситам». Саудовская Аравия тоже немедленно закрыла свое посольство в Йемене и эвакуировала дипломатов. Массовый дипломатический исход из страны очевидно демонстрировал общую международную убежденность: Йемен обречен на большую войну.

В течение следующей после этого недели хуситы последовательно брали под свой контроль всё большие территории страны. И одновременно выявились их категорические противники — прежде всего суннитская партия «Аль-Ислах».

«Аль-Ислах» осуществляет свою деятельность в рамках, задаваемых программой «Братьев-мусульман». В состав «Аль-Ислах» входят представители «Братьев-мусульман». «Аль-Ислах» опирается на весьма влиятельные в Йемене суннитские семьи.

Какие суннитские силы кроме «Аль-Ислах» способны противодействовать хуситскому натиску? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно присмотреться к тому, что можно назвать «картой распределения силового влияния на территории». Обнаруживается, что на севере Йемена доминирует объединение шиитов-хуситов «Ансар-Алла», а на юге — «Аль-Каида на Аравийском полуострове». Та самая, которая не столь давно присягнула ИГ*. Таким образом, наиболее сильные противники хуситов внутри Йемена — это халифатисты-радикалы. На втором месте — более умеренные сунниты из «Аль-Ислах».

Военно-политические покровители самих хуситов также хорошо известны. В Иране йеменских хуситов рассматривают как составную часть движений шиитского Исламского Пробуждения. В феврале 2015 года, как только хуситы заняли йеменскую столицу Сану, они немедленно объявили о том, что отныне между Йеменом и Ираном будет совершаться 28 авиарейсов в неделю. Так что имеются все основания считать успех хуситов в Йемене ответом шиитского мира (Ирана прежде всего) и на «арабскую весну», и на тот способ, которым прокладывает себе дорогу «Исламское государство»*.

Казалось бы, западные страны, обычно столь беспощадные в своем давлении, должны бы были еще более жестко ударить по Ирану санкциями... Однако на деле вместо ожидаемого усиления давления к началу апреля 2015 года взорам международных наблюдателей открылось поразительное зрелище — Иран, по существу выходящий из-под санкций.

1 апреля, по окончании переговоров в Лозанне между Ираном и «шестеркой», прошла совместная пресс-конференция верховного представителя ЕС по иностранным делам Федерики Могерини и главы МИД Ирана Джавада Зарифа. Во время этой пресс-конференции представитель ЕС заявила, что ЕС и США, в ответ на ограничение Ираном своей ядерной программы, начнут отмену односторонних санкций параллельно отмене санкций ООН. Многие отмечают уникальность иранского прецедента снятия санкций. И этот прецедент явно связан с успехами иранской политики на Ближнем Востоке. К этим успехам относятся:

  • эффективная поддержка режима Асада в Сирии;
  • значительное влияние на события в Ираке и сопротивление Багдада нажиму ИГ*;
  • лавинообразное военное наступление шиитов в Йемене, сравнимое по скорости и масштабности только с прошлогодним наступлением ИГ*, и захват шиитами йеменской столицы.

Не вызывает никаких сомнений то, что противники хуситов окажут им яростное сопротивление. К середине марта оппозиционные победившим хуситам силы переместились в Аден, на юг страны. Сразу после этого противостоящие хуситам политические партии (в основном суннитские) заявили о создании «Национального объединения по спасению Йемена».

Кроме того, очевидно, что победа хуситов чувствительно задевает множество международных интересов, связанных как с контролем над нефтеносным Аравийским полуостровом, так и с контролем над примыкающим к нему морским пространством. И разумеется, в первую очередь речь идет о том, в чьих руках окажется Баб-эль-Мандебский пролив (касающийся своим восточным краем только Йемена) — один из важных элементов в системе мировой экономической и политической власти. Одного этого обстоятельства уже достаточно для того, чтобы переход Йемена в сферу влияния шиитского мира вызвал сильную реакцию и арабских, и западных стран. И, наконец, всё это не может не повлечь за собой ожесточенного противодействия во всех частях суннитской среды — и умеренно-респектабельной, и радикально-террористической.

20 марта 2015 года с участием террористов-смертников были произведены три взрыва в шиитских мечетях Саны, принадлежащих хуситам. Погибли более 140 человек. А поскольку ответственность за теракты взяло на себя ИГ*, то остается только констатировать, что один непризнанный режим — суннитское ИГ* — объявил себя врагом другого непризнанного режима — йеменских шиитов. И их прямое столкновение — это вопрос времени.

В связи с создавшимся положением попробуем сопоставить численность двух крупнейших негосударственных армий Ближнего Востока — ИГ* и хуситов. По ряду оценок, численность армии хуситов достигает 120 тысяч человек. Что касается ИГ*, то численность его армии вначале оценивалась в 30 тысяч. Теперь же говорят о том, что ИГ* располагает армией в 200 тысяч человек. Возможно, что такая оценка завышена. Но все эксперты соглашаются с тем, что численность армии ИГ* на сегодня значительно превышает 100 тысяч человек. Так что названные армии — суннитская и шиитская — сопоставимы по размерам. И обе они беспрецедентно огромны. Для сравнения:

а) численность армии афганских талибов — от 25 до 40 тысяч человек;

б) численность саудовской армии — около 150 тысяч человек.

21 марта, как заявил телеканал Al Arabia, в йеменский порт ас-Салиф, расположенный в одной из хуситских провинций, вошло иранское судно «Шарман» с 180 тоннами военного снаряжения на борту. Подтвердить это очень трудно. При этом достоверно известно, что шиитские вооруженные отряды выступили на юг, в сторону Адена, опорного пункта их противников.

Решительность и быстроту этого наступления следует считать беспрецедентным вызовом суннитскому миру. Который должен теперь давать ответ, адекватный масштабу вызова. Кто же способен дать такой ответ? Какие именно силы способны выступить против хуситов и остановить происходящее на глазах опрокидывание векового геополитического баланса суннитов и шиитов? А главное — выход хуситов и их покровителя Ирана в Баб-эль-Мандеб? 24 марта официальный Йемен обратился к аравийским монархиям с просьбой ввести в страну совместные вооруженные силы в рамках операции «Щит полуострова». В то же время Саудовская Аравия начала подтягивать к йеменской границе военную технику.

И тут разразился скандал в США. Газета The Washington Post опубликовала информацию о том, что американские военные (которые демонстративно ломали свою военную технику, лишь бы не отдать хуситам) напряженно разыскивают в Йемене оружие на 500 млн долларов (!), переданное туда ранее в качестве помощи. И что же именно так мучительно ищут и не находят? Патроны, винтовки, пистолеты, бронежилеты, приборы ночного видения... Далее в списке The Washington Post (внимание!): 160 бронеавтомобилей «Хамви», 4 БПЛА, 4 вертолета, 2 патрульных катера и 3 самолета... Больше миллиона патронов... Всё это тоже потерялось. При этом представители Пентагона не исключают, что всё это богатство попало к боевикам «Аль-Каиды». К тем самым, которые, как мы помним, уже присягнули ИГ*. Вот такие просматриваются на Ближнем Востоке цепочки передач вооружений.

Тем временем события в Йемене продолжали ускоряться.

25 марта отряды шиитов-хуситов сов­местно с союзными им частями йеменской армии заняли Аден.

26 марта страны Персидского залива и Саудовская Аравия начали военную операцию в Йемене и приступили к воздушным ударам по позициям хуситов. Хуситы в ответ в тот же день сбили два самолета, и в тот же день саудовские власти заявили, что одних ударов с воздуха недостаточно. Что нужна наземная операция.

27 марта начатые саудовцами военные действия были поддержаны Лигой арабских государств. Сообщалось даже о предупредительных выстрелах, осуществленных кораблями ВМФ Египта, выдвинувшимися для охраны Баб-эль-Мандебского пролива, по военным кораблям Ирана.

Выводы делать рано. Но можно констатировать, что вблизи саудовско-йеменской границы придвинулись вплотную друг к другу не менее пяти армий, фактически уже начинающих воевать. Это:

  • армия хуситов;
  • армия Саудовской Аравии;
  • совместные силы государств Персидского залива;
  • армия Ирана;
  • и, наконец, армия «Исламского государства»*.

Кроме того, не стоит сбрасывать со счетов и аравийскую «Аль-Каиду», столь внушительно и вряд ли случайно оснащенную «незадачливым» Пентагоном. Судя по всему, Йемен на ближайшее время превратился в один из главных военных перекрестков и Ближнего Востока, и арабского мира, и чуть ли не мира вообще.

Пока что хуситы демонстрируют готовность к переговорам. Оговаривая при этом, что переговоры возможны только в случае прекращения воздушных ударов аравийской коалиции. Но долго ли они будут демонстрировать такую готовность к переговорам? По всей видимости, многое будет зависеть от того, какую позицию займет Иран. И не позицию ли Ирана по йеменскому вопросу (то есть, в сущности, по вопросу и о судьбе аравийской нефти, и о власти в южных морях) должна оплатить отмена иранских санкций? Это покажут буквально ближайшие дни и недели.

* «Исламское государство» (ИГ/ИГИЛ/ISIS/ Daesh - ДАИШ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

Нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить редакции о найденной ошибке