Общества инклюзии — только передовая войны

Общества инклюзии — только передовая войны

Всегда очень интересно слушать или читать высказывания русских «прогрессивных» специалистов. Это потому, что если западный «прогрессивный» специалист говорит на эту тему, логика его имеет определенную гармонию, внутреннюю структуру. И даже если эта структура глубоко противна русской национальной сущности, она всё равно имеет определенный исторический генезис, и тем самым — силу.

А когда говорит русский «прогрессист», то этого всего нет. Сразу видно, что идея была принята извне, не через внутреннее осмысление проблемы, не через природную, общественную эволюцию, а в стиле «так надо». Потому что так думает как бы весь цивилизованный мир. И русские «прогрессисты» просто перенимают эту идею из-за чувства собственной неполноценности. Ведь они же не есть часть этого «прогрессивного общества» и должны от него учиться, так как сами непрогрессивные, не так ли? Такого рода рабский менталитет представителей русских «прогрессистов» дает нам возможность вести эффективную войну против них. Но есть одна проблема.

Из-за того, что русский «прогрессист» не сам приходит к такому решению, у него отсутствуют внутренняя структура и логика, присущие любому западному специалисту, очень трудно в России получить четкое понимание тех основ мировоззрения, против которых нужно воевать и бороться. А без такого четкого представления борьба России против разрушительного «прогрессизма» не воспринимается как борьба за разные варианты развития как такового, но лишь как сопротивление развитию. Это дискредитирует в глазах западной общественности благое начинание и позволяет, в конечном счете, нашим врагам разжигать на западе истерику против России. Россия как бы попалась в ловушку. Ответить и обосновать отказ от разрушающей тенденции нужно — но обосновать так, чтобы это было понятно западной общественности, крайне тяжело, поскольку отсутствует глубокое понимание внутренней логики русского отказа. Тем самым, наши противники могут ссылаться на наш отказ и якобы нелогическое обоснование отказа и говорить, что мы сопротивляемся развитию вообще. И всё из-за того, что Россия не понимает всех тонкостей западной игры.

Данные статьи хорошо показывают всю враждебную суть этих русских «прогрессистов» в целом и общества инклюзии в частности. Что их цель — не построить новое, гуманистическое общество, а разрушить Россию как таковую. Но есть, повторяю, некоторое непонимание той внутренней структуры, о которой писалось выше. Чтобы проиллюстрировать то, что я имею в виду, хочу привести пример из детства, касающийся отношения к инвалидам, который меня сильно поразил. Объясню. Я родился и вырос в Германии, но в душе всегда чувствовал себя русским и русский подход к инвалидам мне всегда казался более правильным. В статье А. Мозжевитинова «Инклюзия — это война с самими собой» критикуется западный подход к проблеме инвалидов, навязываемый выступлением С. В. Алехиной. Этот западный подход вызывает очевидное неприятие и непонимание автора.

Когда я в детстве видел инвалидов в коляске, я всегда хотел им помочь, так как это соответствовало моему внутреннему чувству долга. Но когда я в очередной раз хотел оказать помощь, мой отец (немец) мне сказал, что не надо помогать. Если помогать инвалидам, ты как бы говоришь им, что они не такие, как ты. Это им неприятно. «Помогая инвалиду, ты ему указываешь на то, что он не такой как ты, что ты лучше, а он, раз нуждается в твоей помощи, хуже», — говорил мой отец. И как ни странно, такое чувство неприязни и негодование действительно было присуще тем инвалидам.

Причина этому теперь мне понятна. Западная цивилизация прошла вековую индивидуализацию. В какой-то степени, развитие и индивидуализация стали своего рода синонимами в западном мировоззрении. И тем самым, по представлению западного человека, помощь инвалиду — это другое отношение к человеку, чем к самому себе, так как ты его «унижаешь». А в России, наоборот, это происходит из-за сочувствия, из-за переживания за другого человека, так как боль инвалида русский человек воспринимает как свою боль и хочет помочь. Это и есть глубокие коллективистские корни русского общества, которые так мешают русским «прогрессистам». Ведь у них нет понимания того, что развитие может проходить и без крайней индивидуализации общества.

И именно это есть наше главное оружие против «прогрессистов». Дело в том, что сама проблема на этом не исчерпана. Ведь если это было бы так, можно просто сказать, что мы будем развиваться, не отбрасывая свою коллективность, как это сделал Запад. Мы будем развиваться, основываясь на этой коллективности. И у нас есть опыт такого развития. И в таком опыте нуждается весь мир, потому что без этого опыта, миру — конец! И в какой-то степени, это и делается в России, а особенно в «Сути времени». И это правильно. Но наши враги знают это и строят нам другую ловушку. А именно — «права человека».

Для Запада — закон есть главный регулятор общества. Но не для России. В России главный регулятор, по словам С. Кургиняна, — культура. Именно культура воспитывает интуитивное понимание, что есть хорошо, и что есть плохо. И именно из-за наличия этого, совершенно другого рода регулятора русскому и западному человеку трудно понять друг друга. И именно из-за такого непонимания друг друга наш враг способен разжигать войну между западной и русской цивилизациями.

Но такое понимание для нашей борьбы за умы просто необходимо. Если создать понимание между разными цивилизациями, то народ больше не будет поддерживать войну. И именно из-за этого наши враги пытаются как можно больше создать непонимание. Мне кажется, как раз из-за этого русские «прогрессисты» используют именно такую риторику, так сильно отрицающую русскую суть.

Вторая ловушка заключается в том, что мы не можем воевать против прав человека при помощи демократии. Наши враги используют нам непонятный регулятор «права человека», на который мы отвечаем нашей «культурой», и оказывается, что мы... «нарушаем права человека». Такое часто происходит, когда русский человек, например, выступает против пропаганды гомосексуализма, говоря, что такова воля народа и у нас демократия. Как только такой ход сделан, то этот русский человек в глазах западной общественности является фашистом, так как угнетает меньшинство. Так как права человека стоят выше демократии. Воевать против прав человека можно, только используя права человека. Можно запретить пропаганду гомосексуализма из-за того, что она нарушает психику детей, а дети имеют права на здоровую психику. Такая же логика необходима и при борьбе против общества инклюзии — у инвалидов есть право на учебу в общественных заведениях, как и у всех остальных детей? Есть, но, если поместить их в обычные классы, пострадают как инвалиды, так и обычные дети, так как качество обучения резко упадет, а инвалиды в конечном итоге всё равно не социализируются. Специальные школы со специальными программами дадут им лучшее образование и шансы на социализацию.

Мне кажется, в этом и заключается главный удар по русскому обществу. Если не удастся убить Россию этими способами, то хотя бы ударить по ее авторитету, чтобы идеи, которые родились и развились в России, не смогли овладеть большими массами людей. Ради такого удара по авторитету и разжигают войну против России. Чтобы такое не произошло, нужно понимать всю специфику проблемы даже лучше, чем «прогрессисты». Ее я и попытался описать здесь.

Полные тексты статей становятся доступны на сайте через 8 недель после их публикации в печатном выпуске газеты «Суть времени»

Нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить редакции о найденной ошибке