Новости
/ Санкт-Петербург

Российских граждан призывают помочь в наведении порядка в столице

Первые красногвардейцы в Петрограде (осень 1917)

23 октября экстренно вызванный главнокомандующий Северным фронтом генерал Черемисов прибыл в Петроград и имел совещание с Керенским по вопросу о конфликте между штабом округа и Петроградским Советом.

По предписанию Керенского, главнокомандующий Петроградским военным округом Полковников отправил в Петроградский Совет телефонограмму с ультимативным требованием отменить воззвание о неподчинении приказам штаба округа.

На ночном закрытом заседании Временное Правительство постановило перейти к решительным действиям. Принято постановление о возбуждении против членов Военно-Революционного Комитета уголовного преследования по обвинению в распространении воззвания с призывом к неповиновению властям и в деятельности, направленной против власти. Отдан приказ о немедленном аресте всех тех большевиков, участников событий 3–5 июля, которые после освобождения под залоги проявили себя какою-либо противоправительственной агитационной деятельностью. Постановлено закрыть за призыв к восстанию газеты «Рабочий Путь» и «Солдат», а также «Новая Русь» и «Живое Слово»; против редакторов этих газет и авторов статей, призывающих к бунту, Временное Правительство предложило министру юстиции немедленно возбудить судебное преследование.

Штабу Петроградского округа предложено принять соответствующие военные меры. Кроме того, вызваны в Петроград верные Правительству воинские части из окрестностей Петрограда (батальон ударников из Царского Села, юнкера из Ораниенбаума, артиллерия из Павловска и др.) и с Северного фронта.

Временное Правительство также постановило:

«1) Уволить члена Временного Правительства и военного министра генерал-майора Верховского в отпуск по болезни с освобождением его от исполнения обязанностей члена Временного Правительства и военного министра.

2) Временное управление военным министерством возложить на товарища военного министра генерала от артиллерии Маниковского под общим руководством министра-председателя».

Временным Правительством утверждены «Правила о порядке и периоде предвыборной (в УС) агитации в войсковых районах, подчиненных командующим армиями». «Правилами» разрешается устройство предвыборных собраний в свободное от занятий время и с разрешения начальства; «воспрещаются… публичные призывы к братанию и к немедленному перемирию на фронте, под страхом уголовных наказаний, как за государственную измену».

Временным Правительством утвержден проект взаимоотношений между Финляндией и Россией, согласно которому Финляндия остается присоединенной к России, но получает собственные выборные законодательные учреждения; Финляндия признается республикой; вопросы мира и войны и внешняя политика остаются за российским правительством.

В предпарламенте — продолжение прений по внешней политике. Карелин от левых эсеров требует скорейшей ликвидации войны. Янушкевич (литовец) требует осуществления принципа самоопределения народностей внутри страны. Вржосек (правый эсер) под негодующие крики левых заявил, что он доволен выступлением министра иностранных дел Терещенко, удовлетворившего всех социал-государственников; предостерегает от выпадов против союзников, подвергает критике наказ ЦИК Скобелеву. Пешехонов (народный социалист) считает своевременным предложить союзникам выяснить конкретные цели войны и указать миру, что союзники ведут войну оборонительную; если добиться мира не удается, то нужно совместно с союзниками продолжать с воодушевлением войну для достижения того мира, который можно считать для себя приемлемым. Абрамович и Мартов — за скорейшее заключение мира. Потресов — за оборону страны; если немедленный мир обязателен и бороться с ним невозможно, то пусть власть берут большевики и расплачиваются за это перед лицом истории.

На запрос Мартова, почему Временное Правительство не уведомило союзников о введении в России республиканского строя, Терещенко ответил, что о Февральской революции за границей стало известно немедленно и с этого времени заграничные правительства были поставлены в курс происходящих в России изменений; это формальное недоразумение.

На заседании Петроградского Совета представитель Московского Совета Ломов сделал сообщение о разгоне Калужского Совета. Ломов указал, что разгон Совета в Калуге есть начало общего плана похода на Советы. В Брянске в ожидании нападения всё приведено в боевую готовность, — весь гарнизон готов дать отпор, захвачен арсенал, подробно разработан боевой план.

Ряд представителей фронта выступали с требованием перехода всей полноты власти в руки Советов и немедленного заключения мира, в противном случае армия в ближайшем будущем бросится с фронта в тыл и «уничтожит всех паразитов, которые собираются воевать еще 10 лет».

С докладом о деятельности Военно-Революционного Комитета выступил Антонов (Овсеенко). Военно-Революционный Комитет открыл свою деятельность 20 октября, когда состоялось его первое пленарное заседание. Создавая этот орган, Петроградский Совет имел в виду действительную защиту столицы.

Когда Совет занял непримиримую линию, правительство попыталось произвести давление на гарнизон. Оно вздумало тайком расформировать его под видом «обороны страны». Но Совет отверг попытку вывода войск и ослабления силы революции в столице.

Состав Комитета чисто деловой, не партийный. Сейчас же по образовании Военно-Революционного Комитета к нему с разных сторон стали поступать заявления о необходимости контроля и принятия целого ряда мер в интересах защиты революции. Так, рабочие одной из типографий довели до сведения Военно-Революционного Комитета, что в типографию поступил заказ черносотенной организации. Со стороны товарищей рабочих и служащих Кронверкского арсенала при Петропавловской крепости был поднят вопрос о необходимости контроля над выдачей оружия. Благодаря вмешательству Комитета приостановилось вооружение юнкеров. 10 000 винтовок, предназначенных для Новочеркасска, задержаны. Задержано также оружие, предназначенное для целого ряда подозрительных лиц и организаций. Со всех сторон поступают требования о назначении комиссаров.

Предполагаемый на 22 октября крестный ход казаков темные силы пытались использовать в контрреволюционных целях. Комитет потребовал, чтобы не было никакой вооруженной демонстрации, и крестный ход был отменен.

Во все воинские части назначены комиссары. Везде они принимаются радушно. Военный штаб убедился, что это не пустые слова: его распоряжения о выдаче оружия, автомобилей и т. д. приведены в исполнение не были. Штабу рабочие и гарнизон не доверяют.

Военно-Революционный Комитет решил послать в совещание при штабе своих представителей. В штабе их встретили крайне враждебно. После угроз штаба Комитет увеличил число комиссаров. Комиссарами в полках были устроены собрания. Те полки, на которые контрреволюция почему-то возлагала надежды, приняли комиссаров так же радушно, как и старые революционные полки.

Рядом со штабом, с которым можно было и не считаться, Военно-Революционному Комитету приходится сталкиваться с ЦИК, который пытался помешать его работе. Однако, несмотря на крики буржуазии, вопли ЦИК, несмотря на угрозы арестами, трогать Военно-Революционный Комитет не смеют и не посмеют.

С Румынского фронта против Петрограда двинуты кавалерийские части. Фронт обнажен. Части эти задержаны в Пскове. Далее была двинута 17-я пехотная дивизия. Но, узнав по дороге, куда и с какой целью ее посылают, дивизия отказалась ехать. В Вендене два полка отказались выступить против Петрограда. Из Киева посылают казаков и юнкеров, где и в каком положении они — пока неизвестно. По Царскосельской дороге должны были быть отправлены ударники. Где они — неизвестно. Но петроградский гарнизон уверен в себе, он уверен в том революционном кольце, которое окружает Петроград.

По докладу выступали ораторы от фракций. Меньшевик рассматривал деятельность Комитета как политическую авантюру и предостерегал петроградский пролетариат и гарнизон от ее последствий. Представитель от фракции объединенных интернационалистов — группы «Новая Жизнь» заявил, что фракция не разделяет большевистского лозунга «вся власть Советам», но считает, что у петроградского пролетариата и гарнизона существует право организоваться, и никто этого права отнять у них не может.

«Если правительство будет нас провоцировать, то будем бороться, отстаивая свои права. Довольно слов, да здравствует дело!»

Троцкий в своей речи заявил, что создание Комитета является важным политическим шагом, направленным к захвату власти и передаче ее в руки Советов. На вопрос об Учредительном Собрании Троцкий ответил, что Учредительное собрание будет охраняться Военно-Революционным Комитетом так же, как и Всероссийский съезд Советов.

Каплан (от фракции эсеров) заявил, что фракция эсеров будет принимать участие в работах Комитета до тех пор, пока не увидит, что его деятельность будет грозить целости рядов самой демократии.

По докладу подавляющим большинством голосов принята резолюция с поддержкой действий ВРК:

«Совет вменяет своим членам, располагающим необходимым временем, в прямую обязанность предоставить себя в распоряжение Военно-Революционного Комитета для участия в его работе».

ВРК Петроградского Совета опубликовано объявление к населению Петрограда:

«В интересах защиты революции и ее завоеваний от покушений со стороны контрреволюции, нами назначены комиссары при воинских частях и особо важных пунктах столицы и ее окрестностей. Приказы и распоряжения, распространяющиеся на эти пункты, подлежат исполнению лишь по утверждении их уполномоченными нами комиссарами. Комиссары, как представители Совета, неприкосновенны».

По приглашению штаба округа, Военно-Революционный Комитет делегировал своих представителей для переговоров. Садовский вспоминает:

«Переговоры были кратки. Представители округа соглашались на все выставленные ранее Советом условия: на право Совета отдавать все распоряжения по гарнизону, на функционирование совещания при Главкоме и проч., обязывались о всех распоряжениях округа осведомлять предварительно Совет и В.-Р. К-т, взамен чего должен быть аннулирован приказ В.-Р. К-та от 22 октября. Заслушав предложения, взяв условия соглашения, подписанные округом… и не входя в переговоры, мы удалились; ясно было, что время переговоров и соглашений прошло и настала пора действия».

Ночью на 24 октября Военно-Революционный Комитет сообщил о принципиальном принятии пунктов ультиматума штаба округа.

Военно-Революционный Комитет продолжает закреплять связь с частями гарнизона. Комиссары при частях всё время контролируют телефонограммы, передаваемые из штаба округа. Арсенал и гарнизон Петропавловской крепости перешли в руки комиссара.

В ночь на 24 октября в Смольный введена дополнительная пулеметная часть.

В Смольном состоялось собрание представителей частей петроградского гарнизона с участием прибывших на съезд Советов делегатов фронта, созванное ВРК. Каменев в информационном сообщении о том, как прошел «День Петроградского Совета» в рабочих кварталах, указал, что на митингах обнаружилось полное единение между рабочими и солдатами.

В докладах с мест представители воинских частей сообщали о настроении солдат и о постановлениях, принятых на митингах в «День Петроградского Совета». Все крупные части гарнизона заявляют о полной готовности идти за ВРК и о подчинении только его приказам и настойчиво требуют передачи всей власти Советам.

Троцкий описывает положение Военно-Революционного Комитета в своей хронике:

«Военно-революционный комитет не отказался делегировать своих представителей для обмена мнениями: лучшей разведки нельзя было и желать. Речь шла о документе, объявлявшем штаб орудием контрреволюционных сил. Те самые делегаты Комитета, которых Полковников столь неучтиво отослал домой два дня тому назад, потребовали и получили на руки, для доклада в Смольном, проект соглашения, подписанный штабом. В субботу эти условия полупочетной капитуляции были бы приняты. Сегодня, в понедельник, они уже запоздали. Штаб ждал ответа, но не получил его…

Граждане приглашаются в случае неурядиц обращаться к ближайшим комиссарам для вызова вооруженной силы. Это язык власти. Но Комитет всё еще не дает сигнала к открытому восстанию. Суханов спрашивает: „Делает ли Смольный глупости или играет с Зимним, как кошка с мышкой, провоцируя нападение?“ Ни то ни другое. Давлением масс, тяжестью гарнизона Комитет вытесняет правительство. Он берет без боя то, что можно взять. Он выдвигает свои позиции вперед без выстрела, сплачивая и укрепляя на ходу свою армию; измеряет своим нажимом силу сопротивления врага, ни на минуту не спуская с него при этом глаз.

Каждый новый шаг вперед изменяет диспозицию в пользу Смольного. Рабочие и гарнизон врастают в восстание. Кто первый призовет к оружию, обнаружится в ходе наступления и вытеснения. Теперь это уже вопрос часов. Если в последний момент у правительства найдется смелости или отчаяния подать сигнал к сражению, ответственность ляжет на Зимний, а инициатива всё равно останется за Смольным. Акт 23 октября означал низложение властей прежде, чем будет низложено само правительство…

Комитет ежедневно читал широко раскрытую перед ним карту гарнизона, знал температуру каждого полка, следил за происходящими в казармах сдвигами взглядов и симпатий. Неожиданностей с этой стороны быть не могло. На карте оставалось, однако, несколько темных пятен. Нужно было попытаться вытравить или хотя бы уменьшить их. Еще 19-го обнаружилось, что большинство комитетов Петропавловской крепости настроено недоброжелательно или двусмысленно. Сейчас, когда весь гарнизон стоит за Комитетом и крепость взята в кольцо по крайней мере политически, пора решительно перейти к завладению ею.

Назначенный комиссаром поручик Благонравов наткнулся на сопротивление: правительственный комендант крепости отказывался признать большевистскую опеку и даже — ходили слухи — хвалился, что арестует молодого опекуна. Нужно было действовать, и притом немедленно. Антонов предложил ввести в крепость надежный батальон Павловского полка и разоружить враждебные части. Но это была слишком острая операция, которой могло бы воспользоваться офицерство, чтобы вызвать кровопролитие и разбить единодушие гарнизона».

Есть ли действительная необходимость идти на такую крайнюю меру? «Для обсуждения этого вопроса был вызван Троцкий…, — рассказывает Антонов в своих воспоминаниях. — Троцкий тогда сыграл решающую роль; он своим революционным чутьем уловил то, что нам посоветовал: предложил взять эту крепость изнутри. „Не может быть, чтобы там войска не сочувствовали нам“, — сказал он, и оказалось, верно. Троцкий и Лашевич отправились на митинг в крепость.

В Смольном с великим волнением ждали результатов предприятия, которое казалось рискованным. Троцкий вспоминал впоследствии: „23-го я поехал в крепость около двух часов дня. Во дворе шел митинг. Ораторы правого крыла были в высшей степени осторожны и уклончивы… Нас слушали, за нами шли“. На третьем этаже Смольного вздохнули полной грудью, когда телефон принес радостную весть: гарнизон Петропавловкий торжественно обязался подчиняться отныне только Военно-революционному комитету.

Переворот в сознании частей крепости не был, разумеется, результатом одной или двух речей. Он был солидно подготовлен прошлым. Солдаты оказались гораздо левее своих комитетов…

В крепости воцаряется неописуемое оживление. „Телефон беспрерывно трещит и приносит вести о наших новых успехах на собраниях и митингах“. Иногда незнакомый голос сообщает о прибытии на вокзал карательных отрядов с фронта. Немедленная проверка обнаруживает, что это — измышления, пускаемые врагом».

Состоялась общегородская конференция представителей Рабочей гвардии Петрограда и его окрестностей. Принят «Устав Рабочей красной гвардии», пункт первый которого задачи и обязанности Рабочей красной гвардии определяет следующим образом:

«Рабочая красная гвардия есть организация вооруженных сил пролетариата для борьбы с контрреволюцией и защиты завоеваний революции… Рабочая красная гвардия составляется из рабочих, рекомендованных социалистическими партиями, фаб.-зав. комитетами, проф. союзами и находится в распоряжении Петроградского Совета Р и СД… Боевые операции Рабочей гвардии и подготовка к ним совершаются по плану и под общим руководством центральной комендатуры Рабочей красной гвардии».

На соединенном заседании Исполнительных Комитетов Московских Советов принят проект декрета о приеме и увольнении рабочих и служащих с согласия комитетов. Фракции меньшевиков и эсеров отказались от участия в обсуждении и голосовании.

В Харькове съезд представителей частей харьковского гарнизона обратился к Совету с требованием издать приказ о переходе харьковского гарнизона в ведение военного совета при Совете о неподчинении приказам начальника гарнизона генерала Курилки. Военно-Революционному совету предложено немедленно приступить к исполнению своих обязанностей и заседать непрерывно впредь до назначения заместителя начальника гарнизона.

В Киеве организован Всеукраинский Военно-Революционный Комитет, в который Украинская Центральная Рада пригласила представителей всех партий, включая большевиков.

В Иркутске закрылся 1-й Общесибирский съезд Советов, прошедший под главенством большевиков. Приняты постановления о переходе власти к Советам: постановлено организовать Центро-Сибирь (ЦИК Советов Сибири).

В Казани, в связи с арестом руководителя Солдатской секции большевика Грасис, обвинявшегося в призыве войск к бунтарским действиям, утром состоялись митинги в артиллерийских частях. Постановлено требовать освобождения арестованного.

В Нижнем Новгороде губернский комиссар Временного Правительства обещал представителям организованного гордумой временного комитета общественной безопасности содействие по снабжению оружием и высказал предположение, что «весьма вероятно, что населению, в конце концов, придется принять участие в открытой схватке с темными элементами, выступающими под флагом большевизма».

Вечером 23 октября состоялось совещание Военного бюро при Московском Комитете РСДРП(б) с представителями из районов и воинских частей. Представители воинских частей утверждали, что время для выступления настало, медлить нельзя, момент благоприятен, чтобы поднять солдат на борьбу с оружием в руках. Ольга Варенцова вспоминает:

«При обсуждении вопроса о восстании выяснилось, что московский гарнизон из рук вон плохо вооружен: в одних полках у половины солдат не было винтовок, в других — патронов. Предусмотрительное начальство постепенно и незаметно под разными предлогами разоружало революционных солдат московского гарнизона… Но и недостаток оружия не особенно беспокоил солдат. „Оружие найдется, лишь бы начать борьбу“, — говорили они».

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER