Хотя и со стороны ООН, и со стороны Евросоюза незамедлительно последовали поздравления Ливии «за смелые и решительные миротворческие шаги», поздравления оказались преждевременными...

Турция — неоосманский синдром. Часть VII

Как мы отмечали в предыдущей части нашего исследования, ни ПНС, надеющееся взять Сирт, ни парламент в Тобруке американский вариант «миротворчества» не устраивал. Однако начавшиеся в первой декаде августа 2020 года «челночная дипломатия» посла США в Триполи Ричарда Норланда и «рейды» главы германского МИДа Хайко Мааса, которые настойчиво «продавливали» именно этот вариант, возымели действие.

Как именно американский и германский эмиссары «убеждали» Триполи и Тобрук — пока неизвестно. Однако 21 августа и Фаез Саррадж со стороны правительства в Триполи, и Агила Салех со стороны парламента в Тобруке объявили о немедленном прекращении огня и перемирии. При этом они оба заодно объявили и условия перемирия, которые, несмотря на сходство, различались важными нюансами.

Саррадж условиями перемирия назвал:

  • создание демилитаризованной зоны в районе Сирта и Аль-Джуфры (то есть по сути отвод из них войск Хафтара!!!);
  • конечной целью перемирия должен стать уход всех иностранных сил, включая наемников, с территории Ливии (действительно, у Хафтара тоже воюют наемники, и не только ливийские салафиты, но и завербованные на деньги Эмиратов боевики из Нигера и Чада);
  • возобновление добычи и экспорта нефти. При этом доходы от продажи нефти должны переводиться на счет Национальной нефтяной корпорации (NOC) в Ливийском иностранном банке и не должны быть обналичены до достижения всеобъемлющего политического соглашения в соответствии с результатами Берлинской конференции, прошедшей в январе 2020 года.

Кроме того, Саррадж выразил поддержку идее проведения президентских и парламентских выборов в марте следующего года на основе конституции, которая будет согласована всеми ливийцами.

Буквально через несколько минут свой призыв к прекращению огня опубликовал и спикер Палаты представителей в Тобруке Агила Салех.

Салех заявил, что Сирт должен стать временной резиденцией для обновленного Президентского совета Ливии, а безопасность города на этапе объединения государственных институтов востока и запада должны обеспечивать полицейские силы из разных регионов страны.

Салех также требует полного прекращения иностранного вмешательства и вывода всех наемников из Ливии.

Салех также считает необходимым завершение работы военной комиссии 5+5 под эгидой миссии ООН по поддержке Ливии (то есть не допускает исключения из политического переговорного процесса Хафтара и его аппарата).

Как и Саррадж, Салех считает необходимым возобновление добычи нефти. Однако доходы от продаж нефти Салех предлагает хранить не в Ливийском иностранном банке (то есть только под контролем НОК), а в Ливийском национальном банке на специальном счете (то есть под государственным контролем), и не обналичивать до момента достижения всеобъемлющего политического урегулирования.

Наконец, в варианте Салеха политическое урегулирование должно проводиться в соответствии с итогами не только Берлинской конференции, но также и Каирской инициативы (включая справедливое распределение нефтяных доходов), а также «гарантиями миссии ООН, американской администрации и стран, которые поддерживают мир и стабильность в Ливии».

То есть Салех обоснованно не верит в то, что при «демилитаризации» в Сирт и Аль-Джуфру вместо Хафтара не войдут турки под флагом ПНС. И не верит в то, что нефтяные деньги из Ливийского иностранного банка внезапно не уйдут ПНС и Турции. И, наконец, не верит в то, что политическое урегулирование без гарантий ООН, США и пула «стран поддержки», включая Египет, будет стоить намного дороже бумаги, на которой оно окажется изложено.

Хотя и со стороны ООН, и со стороны Евросоюза незамедлительно последовали поздравления Ливии «за смелые и решительные миротворческие шаги», поздравления оказались преждевременными.

Уже 22 августа собравшийся в Триполи под руководством Сарраджа Президентский совет выразил глубокую благодарность Турции и Катару, «которые поддержали позицию ПНС и ливийский народ во время нынешнего кризиса». А также уточнил, что из процесса политического урегулирования необходимо «исключить тех, чьи руки были испачканы кровью ливийцев, и тех, кто совершил нарушения, которые равносильны военным преступлениям и преступлениям против человечности». Совет подчеркнул, что он «не откажется от наказания виновных». То есть Президентский совет в Триполи уже заранее решил, у кого руки испачканы кровью ливийцев и кого объявить виновными.

Уже 22 августа глава Минфина Ливии (в Триполи) Ахмед Маитики на встрече в Стамбуле получил от ряда турецких компаний, работавших в стране при Каддафи, согласие вернуться в Ливию для реализации незавершенных контрактов.

В этот же день еще раз подробно обозначил позицию парламента в Тобруке Агила Салех: «Сирт должен стать резиденцией новых властей страны на переходный период… Сирт должен оставаться свободным от каких-либо вооруженных сил, в том числе миротворческих, за исключением полицейских в составе представителей различных регионов страны, которые будут отвечать за защиту правительственной штаб-квартиры и отдельных официальных лиц. Кроме того, предлагаю создать президентскую гвардию на основе указа будущего Президентского совета сразу после его появления. Помимо этого, в рамках предполагаемого консенсуса должны быть оформлены и договоренности между военными в рамках переговоров в формате «5+5» (по линии совместного военного комитета по пять представителей от каждой стороны) под эгидой ООН…

Все ливийцы отвергают раздробление их родины. Но при этом они требуют политической и административной децентрализации — то есть справедливого распределения богатств и государственных институтов по всем ливийским регионам… Доходы от нефти можно распределять справедливо, если создать специальный счет, на котором их будут размещать… мы предлагаем не использовать его до тех пор, пока не будет сформирован новый орган власти или некий комитет из ливийцев с участием Миссии ООН по поддержке в Ливии для осуществления выплаты средств с него, чтобы обеспечить права каждого ливийца на прибыль с нефти и газа».

24 августа официальный представитель ЛНА Ахмад аль-Мисмари заявил, что ПНС во главе с Фаезом Сарраджем использует перемирие для подготовки к нападению: «ЛНА постоянно отслеживает передвижения противника… За последние 24 часа мы отследили два фрегата турецкого производства и три военных корабля класса „корвет“, движущихся к берегам Сирта. Они готовы к нападению…»

Аль-Мисмари также назвал инициативу ПНС «пылью в глаза, которая сбивает с толку местное и международное сообщество».

У Мисмари для таких заявлений были основания. Их в тот же день дал пресс-секретарь президента Турции Ибрагим Калын в интервью Bloomberg. Он подчеркнул, что у Турции и ПНС единая позиция по условиям прекращения огня: «Все силы Хафтара должны быть выведены из Сирта и аль-Джуфры и перемещены в Бенгази и Тобрук. Сирт и аль-Джуфра должны находиться под контролем ПНС. В принципе, мы не против демилитаризации Сирта и аль-Джуфры. Это необходимо серьезно оценить. Есть вопросы: кто будет за этим следить и как это будет соблюдаться. Все главные вопросы связаны с условиями демилитаризации».

Не менее решителен Калын и по вопросу доходов от экспорта нефти: «…доходы должны храниться в Центральном банке Ливии (который под контролем ПНС!) и распределяться оттуда же. Одновременно с этим должны быть предприняты шаги, необходимые для политического урегулирования».

То есть не демилитаризация Сирта и Аль-Джуфры, а их милитаризация ПНС. А потом — можно поговорить и о демилитаризации. И не международный контроль за нефтяными деньгами, а контроль ПНС. А дальше можно поговорить и о политическом урегулировании (на условиях ПНС, то есть Турции).

Отметим, что это была первая реакция Турции на примирительные заявления Сарраджа и Салеха, сделанные 21 августа по инициативе США (о чем открыто говорят и в Триполи, и в Тобруке). Три дня Турция молчала. Более того, в Стамбуле подчеркивают, что Саррадж сделал свое заявление без консультаций с Турцией — за ее спиной. Отметим также, что, как сообщают осведомленные аналитики, и для Москвы заявление Салеха о перемирии стало полной неожиданностью; более того, в этом заявлении он даже не назвал Россию в числе стран, способствовавших перемирию.

То есть? То есть два ключевых «миротворческих актора» в Ливии — Турция и Россия — «одним махом» оказываются как бы «ни при чем». А «миротворческий процесс» как бы «с нуля» вместо них возглавляют США — подчеркнем, в точном соответствии с приведенными в предыдущих частях нашего исследования рекомендациями американского Института Брукингса…

Но с 23 августа в Триполи начинаются массовые протестные акции населения. Участники митингов обвиняют правительство в резком ухудшении экономической ситуации, обнищании населения, разгуле коррупции. Противники власти, собирающиеся на Площади Мучеников, выкрикивают лозунги «Народ хочет смены власти! Да здравствует Ливия!» и требуют отставки ПНС во главе с Сарраджем. Арабские источники указывают, что протесты начались сразу в нескольких городах западной Ливии и затем охватили столицу.

23 августа силы МВД применили по участникам протестов огнестрельное оружие, сообщается о нескольких убитых и десятках раненых. В ночь на 24 августа по всему Триполи прошли массовые аресты активистов и участников уличных протестных акций. 24 августа силы МВД применили для вытеснения протестующих с площадей слезоточивый газ. Как сообщает ТАСС, для разгона протестующих 23 и 24 августа использовались «Специальные силы сдерживания», входящие в МВД ПНС и находящиеся в подчинении у главы МВД Фатхи Башаги.

Скандал получился громкий. Миссия ООН выступила с резким заявлением, требуя «немедленного и тщательного расследования фактов чрезмерного применения силы сотрудниками службы безопасности ПНС во время состоявшихся в воскресенье протестных акций в Триполи». А поскольку именно Башага реально (хотя, как всегда в подобных случаях, далеко не полностью) контролирует «силовой ресурс» Триполи, состоящий из нескольких далеко не дружественных друг другу криминально-террористических группировок и называемый «полицией», в инцидентах обвинили Башагу. После чего он 28 августа спешно улетел в Стамбул. Где его — с военной церемонией!!! — встретил глава минобороны Турции Хулуси Акар. Кроме того, в Стамбуле (почему-то!) Башага встретился с управляющим Центральным банком Ливии Сиддиком аль-Кабиром. И в этот же день председатель ПНС Саррадж сместил Башагу с поста главы МВД.

Но не тут-то было! Башага объявил в СМИ, что он невиновен в инцидентах и готов на их публичное и официальное разбирательство. 29 августа в Мисурате — родном городе Башаги — прошли массовые демонстрации в его поддержку. Кроме того, демонстранты потребовали от Сарраджа сформировать антикризисное правительство, сменить всех министров и перевести новое правительство в любой другой город, кроме Триполи.

И этот демарш — совсем не мелочь. Группировка Мисураты — один из наиболее мощных и боеспособных ресурсов войск ПНС и лично Башаги. Когда 29 августа Башага вернулся в Триполи из Турции, его встречала крупная и хорошо вооруженная «группа поддержки» из Мисураты. И уже 3 сентября Башага — причем без всякого публичного разбирательства — оказался восстановлен в должности главы МВД…

(Продолжение следует.)

Набор мальчиков в янычары (фрагмент), рисунок XVI века
векаXVIрисунок(фрагмент),янычарывмальчиковНабор
Набор мальчиков в янычары (фрагмент), рисунок XVI века
Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER
Cтатьи газеты «Суть времени» № 395