Тексты статей газеты «Искра» публикуются по изданию 1924 года под редакцией секретаря «Искры» Надежды Константиновны Крупской

«Искра». № 7

Одним из самых неудовлетворенных своей жизнью слоев общества в России конца ХIХ — начала ХХ века были рабочие. Именно им в первую очередь и адресовалась «Искра», в том числе апеллируя ко всем неправдам, притеснению и угнетению, с которыми сталкивались рабочие. Материалы об этом неблагополучии сообщали «Искре» ее агенты, получавшие письма от самих рабочих из разных областей страны.

«Искра» рассказывала о трудной жизни рабочих и учила, как можно улучшить эту жизнь сейчас и как можно добиться коренных изменений в будущем.

В разделе «Хроника рабочего движения» мы неоднократно встречаем, например, описание такого инструмента эксплуатации рабочих как «хозяйская лавка». Вот как она описывается в седьмом номере газеты.

«Обилие штрафов при 12—13 руб. месячной платы для взрослого рабочего, редкая выдача этого заработка (раз в месяц) — таковы условия труда в прядильно-ткацкой фабрике г. Классина в Романове-Борисоглебске, Ярославской губернии. К этому еще присоединяется застарелая язва российской фабрики — хозяйская лавка. Товар в такой лавке недоброкачественный, цены более высокие, чем те, какие значатся в утвержденной фабричным инспектором таксе. При покупке товара в заборной лавке отмечается та цена, которая показана в таксе, надбавка же уплачивается наличными деньгами. В виду редкой выдачи заработка, рабочим часто приходится для покупки товара, не имеющегося в хозяйской лавке, совершать коммерческую операцию: купить какой-нибудь ненужный товар в этой лавке и перепродать его, теряя 20% убытка».

В первом номере «Искры» описаны порядки на подмосковной текстильной фабрике Рабенека, располагавшейся на территории современного города Щёлково.

«Порядки на фабрике действительно безобразные. Помещения для рабочих крайне неблагоустроенные: рабочие должны платить за керосин, за воду и за всякую мелочь. Продукты они должны брать в лавке хозяина, хотя цены там гораздо выше, чем в других лавках. Так, напр., за второй сорт мяса с костями они платят 17 коп. за фунт, тогда как на стороне они могли бы иметь то же самое за 14—15 коп., а то и дешевле. По книжке рабочему, подводя итоги, присчитывают на одной страничке полкопейки, на другой ¾ копейки и т. д., в общем получаются пятачки и гривеннички, а для хозяина довольно-таки кругленькая сумма».

Хозяйские лавки были явлением повсеместным. В первом номере газеты есть еще одно описание такой лавки, речь идет уже про Нижний Новгород:

«Харчевые записки в большом ходу, но рабочие берут их неохотно, так как товары в лавках и дороже и хуже. <…> на харчевых записках рабочие теряют до 20 проц., как было доказано на суде».

Видимо, понимая, что подобные порядки на фабриках и заводах совсем уж зажимают рабочих в угол, государство пыталось этому вяло противодействовать. Делало оно это, то ли опасаясь, что таким образом дело может дойти до революции, то ли просто следуя европейским тенденциям. В конце XIX века был введен институт фабричных инспекторов, которые, с одной стороны, должны были контролировать соблюдение законов, защищающих немногочисленные права рабочих на предприятиях, а с другой — собирать сведения о ситуации на заводах и фабриках страны.

Одной из обязанностей инспекторов был контроль за такими хозяйскими лавками. В обязанности проверяющего входил контроль качества товаров и цен на них, он мог запретить продажу недоброкачественных товаров и товаров с завышенной ценой. Один из инспекторов «первого призыва», профессор Иван Янжул оставил воспоминания, в которых рассказал о противостоянии фабричной инспекции с фабрикантами, пытавшимися всячески дискредитировать инспекторов, судя по всему, «слишком» добросовестно относившихся к своему делу. В ход шли все средства: от подкупа и запугивания до травли в СМИ.

«Лавки при фабриках, являясь во многих случаях — особенно в глуши — необходимостью, в то же время, к сожалению, ведут, как доказано было не раз на суде, — ко многим злоупотреблениям. Не говоря уже о чрезмерных ценах, а иногда и недоброкачественности продуктов, уже самый факт отпуска в кредит при существующей доселе нерегулярной и даже случайной расплате, ведет к тому, что рабочему очень нередко на некоторых фабриках денег получать почти совсем не приходится», — цитирует Янжул собственное письмо, написанное в газету «Современные известия» в период травли, в 1886 году.

Примечательно, что Янжул, в отличие от Ленина, не считает необходимым менять государственный строй и предлагает ограничиться повышением «качества» людей в государстве.

Однако Янжул тоже переживает за судьбу и страны, и рабочих и предвидит большие потрясения, если ничего не будет меняться. Как и Ленин, Янжул уверен, что «благие порывы» царского правительства по внедрению «прогрессивного» законодательства, «защищающего» права рабочих, сталкиваясь с противодействием фабрикантов, завершатся отменой института фабричных инспекторов и фактическим бесправием рабочих.

В передовице шестого номера Искры Ленин прямо пишет об этом:

«Александр III включает в свою так назыв. „народную“ (а на самом деле дворянско-полицейскую) политику фабричное законодательство. В 1882 году учреждается фабричная инспекция, которая публиковала даже сначала свои отчеты. Правительству, конечно, отчеты не понравились, и оно прекратило печатанье их. Законы о фабричном надзоре оказались именно тряпичкой».

Изображение: Янжул И. И.
Фрагмент книги
Фрагмент книги «Из воспоминаний и переписки фабричного инспектора первого призыва»
призыва»первогоинспекторафабричногоперепискиивоспоминаний«ИзкнигиФрагмент

О том же самом, по сути, пишет и Янжул, так рассказывая о своем решении подать в отставку: «После долгого колебания и сомнения я пришел, наконец, к заключению о бесполезности и даже невозможности своей дальнейшей инспекторской службы: никакого просвета в будущем не предвиделось и только одна мрачная сила давила и портила все немногое сделанное». Описывая сложившееся положение, профессор употребляет характерную цитату: «Нельзя в одно и то же время поклоняться и Богу и Мамоне». Тем не менее царский режим упорно продолжал бессмысленные попытки совместить несовместимое. Разрубить гордиев узел удалось только большевикам…

Полную версию седьмого номера газеты «Искра» можно скачать по ссылке.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER