В настоящее время «Вилайят Хорасан»* занят в основном вербовкой и защитой своих источников дохода, а также ― внимание!!! ― созданием сети «спящих ячеек» на севере Афганистана и территории пограничных государств

Новый раунд большой игры. Игроки, стратегии и фигуры. Часть XV

Развилка дорог в Афганистане
Развилка дорог в Афганистане
Развилка дорог в Афганистане

Продолжение. Начало в № 263–285, 474–477

Здесь вновь нельзя не подчеркнуть, что если недавно талибы* и игиловцы* беспощадно истребляли друг друга, то уже в 2017–2018 годах всё изменилось, и очень существенно. В частности, обнаружилось, что «военное крыло» талибов* (и прежде всего боевые группы «сети Хаккани»), уже прочно и обстоятельно сотрудничает и даже делится оперативной информацией с афганским ИГ*.

То есть отношения между группировками достаточно резко «потеплели». Особенно ярко это проявлялось на севере Афганистана, где пуштунов совсем мало, и где этническая принадлежность не была препятствием для коммуникаций. Более того, как утверждают некоторые наблюдатели, между семьями талибов* и «Исламского государства»* в северных регионах Афганистана в 2017–2018 годах возникло немало смешанных браков.

Что же такое «Исламское государство»*?

В июле 2015 года Аднан Хан опубликовал в издании RevolutionObserver.com статью ISIS* a US proxy? («ИГИЛ* создано по доверенности США?»). В ней сообщается, что в 2004 году, в разгар мятежа против коалиционных войск во время войны в Ираке, в американском лагере-тюрьме Кэмп-Букка на границе между Ираком и Кувейтом были собраны арестованные после поражения в войне высокопоставленные офицеры Саддама Хусейна, включая всех высших руководителей сегодняшнего ИГИЛ*.

Один из полевых командиров ИГИЛ*, Абу Ахмад, подчеркнул, что США, открыв подобную тюрьму, предоставили им уникальную возможность: «У нас никогда не могло быть такого — ни в Багдаде, ни где-нибудь еще, — чтобы собраться всем вместе вот так, как здесь. Это было бы невероятно опасно. Здесь мы были не только в безопасности, но мы находились только в нескольких сотнях метров от всего руководства „Аль-Каиды“*»__. В частности, именно в Кэмп-Букке содержался первый лидер ИГ*, самопровозглашенный халиф Абу Бакр аль-Багдади, позднее освобожденный из этой тюрьмы с заключением «не представляет опасности».

Указывается, что 17 из 25 наиболее значимых лидеров ИГ* побывали в иракских тюрьмах США в промежутке между 2004 и 2011 годами, и что с начала 2000-х годов через тюрьмы Кэмп-Букка и Кэмп-Кроккер прошли около 25 тысяч иракцев. Причем большинству из них не было предъявлено никаких обвинений, а после ликвидации тюрьмы Кэмп-Букка в 2009 году заключенные передавались под юрисдикцию иракских властей и далее в основном были просто освобождены.

Аднан Хан при этом ссылается на материал, опубликованный 11 декабря 2014 года британской The Guardian. Газета указывает, что будущий лидер ИГ* Абу Бакр аль-Багдади свободно передвигался в тюрьме Кэмп-Букка, поскольку «имел высокий авторитет среди пленных, позволявший ему заниматься разрешением внутрилагерных конфликтов». Упомянутый выше представитель ИГ* Абу Ахмад сообщает: «К нему очень уважительно относились в армии США. Если он хотел посетить людей в другом секторе лагеря, то он мог сделать это когда захочет, но нам такое не позволялось».

Далее The Guardian приводит еще одну цитату Абу Ахмада: «Если бы не было американских тюрем в Ираке, не было бы и ИГ*. Лагерь Букка стал фабрикой. Он подготовил нас. Там была выстроена наша идеология». То же пишет и историк Джереми Сури в журнале Newsweek в декабре 2014 года: «Это был „виртуальный университет для террористов“. Кэмп-Букка был местом, где много джихадистов знакомились друг с другом и множество бывших баасистов связывались с исламистскими группировками».

6 декабря 2016 года президент США Барак Обама в своем выступлении во Флориде признал, что вторжение США в Ирак и допущенные при этом ошибки стали одной из причин появления международной террористической организации «Исламское государство»*. А 5 мая 2017 года президент Афганистана Хамид Карзай в интервью Fox News прямо подтвердил, что «ИГ* является продуктом США».

Более того, далее в других изданиях уточняется, что решающее участие в создании ИГ* и в Кэмп-Букке, и далее принимала именно «Аль-Каида»*. Например, «Комсомольская правда» 19 декабря 2015 года сообщает, что «Аль-Каида»* под руководством Абу Мусаба аз-Заркави созвала в начале 2006 года «Совещательное собрание моджахедов», к которому сразу присоединились группировки «Джайш ат-Таифа аль-Мансура» («Армия победоносной общины»*), «Джайш Ахлу-с-Сунна ва-ль-Джамаа» («Армия приверженцев Сунны и общины»*), «Джайш аль-Фатихин» («Армия завоевателей»*) и «Джунд ас-Сахаба» («Войско сподвижников»*).

Именно они 15 октября 2006 года заявили о создании «Исламского государства Ирак»* (ИГИ*). Первым лидером ИГИ* стал Абу Омар аль-Багдади, и ИГИ* развернуло широкую террористическую войну против союзных войск в Ираке. В июне 2010 года войска США и Ирака в ходе совместного рейда в Тикрите убили лидеров ИГИ* Абу Айюба аль-Масри и Абу Омара аль-Багдади, и генерал армии США Реймонд Одиерно публично объявил, что «террористическая организация „Исламское государство“* разгромлена».

Однако уже через три месяца, в октябре 2010 года, новым лидером ИГИ* стал Ибрагим Аууад Ибрагим Али аль-Барди, который тут же принял имя Абу Бакр аль-Багдади. И ИГИ* продолжила «террористический джихад против евреев, крестоносцев и кафиров (неверных)».

В апреле 2013 года организация ИГИ* активно включилась в войну в Сирии против власти Башара Асада, причем в качестве самостоятельного (независимого) подразделения, и изменила самоназвание на «Исламское государство Ирака и Леванта»* (ИГИЛ*). В связи с этим возник достаточно серьезный конфликт между ИГИЛ* и «Аль-Каидой»*, которая (прежде всего Айман аз-Завахири) настойчиво, но безуспешно призывала ИГИЛ* «вернуться в Ирак».

В результате сложных переговоров «законным представителем „Аль-Каиды“* в Сирии» был объявлен «Фронт ан-Нусра»*. А в начале февраля 2014 года верховное командование «Аль-Каиды»* объявило, что «ИГИЛ* не является отделением движения „Аль-Каида“*. Мы не поддерживаем с ним никаких связей и не можем нести ответственность за его действия». После чего между ИГИЛ* и «Фронтом ан-Нусра»* развернулись серьезные боестолкновения, которые с начала 2014 года унесли почти 2000 жизней.

29 июня 2014 года ИГИЛ* заявило о создании собственного «халифата» и убрало из своего названия дополнение «Ирака и Леванта». Абу Бакр аль-Багдади, объявивший себя халифом, выпустил видео, в котором призвал всех мусульман мира ему подчиняться. Знаменательно, что после установления власти боевой группировки ИГ* в сирийской мухафазе Эр-Ракка ряд иностранных ее членов объявил, что «теперь не нуждаются в гражданстве», и публично разорвал или сжег свои паспорта. После чего ИГ* перешло в наступление на Багдад и быстро оказалось в районе аэропорта иракской столицы, всего в 20 км от Багдада. В результате в октябре 2014 года ВВС США пришлось использовать боевые вертолеты «Апач» для защиты аэропорта.

А далее ИГ* развернуло мощное наступление в Сирии на Кобани, Пальмиру, Дейр-эз-Зор и т. д. Лишь после сентября 2015 года, когда Россия решительно вступила в войну в Сирии и нанесла ряд мощных ракетных ударов по подразделениям ИГ*, его наступления на фронтах были постепенно остановлены.

В январе 2017 года премьер-министр Ирака Хайдер аль-Абади объявил, что иракские войска одержали победу над ИГ*. 2 марта 2017 года Сирийская арабская армия вновь вернула под свой контроль Пальмиру и продолжила освобождение от боевиков ИГ* территории к востоку от города. 3 ноября 2017 боевики ИГ* были разбиты проправительственными силами в окрестностях города Дейр-эз-Зор, и находившийся несколько лет в осаде город был полностью деблокирован. Группы ИГ* бежали на восточный берег Евфрата.

Тем не менее ИГ* всё еще активно действовало в Ираке (на 2018 год — до 75 террористических атак в месяц). Достаточно высока была его активность и в других странах бывшего халифата. В частности, в Ливии группа «Маджлис Шура Шабаб аль-Ислам» (Консультативный совет исламской молодежи*), действующая в Дерне, объявила о своей поддержке ИГ* еще в июне 2014 года.

А в конце 2015 года ИГ* резко активизировало действия в Афганистане. К июню 2015 года местное отделение ИГ*, «Вилайят Хорасан»*, с боями вытеснило талибов* из нескольких районов восточной провинции Нангархар. Вскоре «вилайят» обзавелся своей радиостанцией и начал вести пропагандистскую работу на языках дари и пушту. Тогда же агентство Associated Press сообщило со ссылкой на местные власти, что отряды боевиков ИГ** присутствуют как минимум в трех афганских провинциях: Нангархар, Фарах и Гильменд.

В ноябре 2015 года на верность ИГ* присягнуло «Исламское движение Узбекистана»* (ИДУ*), а его лидер Усман Гази открыто заявил о недоверии к старым союзникам. Поскольку ячейки ИДУ* долгие годы существовали в северных провинциях Афганистана ― Фарьяб, Тахар, Кундуз и Бадахшан, ― их союз с ИГ* не предвещал ничего хорошего для всей Центральной Азии, тем более что полевые командиры ИДУ* сразу возглавили ячейки ИГ* в провинциях Бадахшан, Джаузджан и Фарах.

По некоторым данным, ИГ* присягнули и таджикские радикалы из «Джамаат Ансарулла», у которых есть базы в афганском Бадахшане. Там же базируется «Исламское движение Туркестана»* (ИДТ*), известное давними связями с «Аль-Каидой»*. А далее наблюдался и переход отдельных групп афганских талибов*, недовольных действиями своего командования, под знамена «Вилайята Хорасан»*.

В северных провинциях Афганистана, таких как Фарьяб и Тахар, многие группировки имеют два флага — белый флаг «Талибана»* и черный флаг «Исламского государства»*, — и используют тот и другой по мере необходимости. Известно также, что некоторые тренировочные базы используются одновременно талибами* и ИГ*. Одной из таких баз является стационарный лагерь Абу Убайда ибн аль-Джаррах, расположенный в провинции Нангархар.

В апреле 2017 года спецоперация США и афганских сил безопасности в провинции Нангархар (начатая уже упомянутым выше сбросом «царь-бомбы») привела к уничтожению 35 членов ИГ*. В мае 2017 года при аналогичной спецоперации был убит глава ИГ* в Афганистане Абдул Хасиб Логари.

Но хотя в ноябре 2019 года президент Ашраф Гани поспешил объявить, что с ИГ* в Афганистане покончено, а в марте 2020 года с таким же заявлением выступил «Талибан»*, ― уже в конце марта боевики «Вилайята Хорасан»* устроили стрельбу в храме сикхов в Кабуле, убив 25 и ранив более 100 человек. В начале августа ИГ* напало на тюрьму в Джелалабаде. Погибли 29 человек, сбежали сотни уголовников, и началась контртеррористическая операция, длившаяся целые сутки. То есть атаковавшие тюрьму провели сложную многоступенчатую операцию, в результате которой город погрузился в хаос на целые сутки. Тем самым ИГ* явно стремилось напомнить своим врагам и союзникам в регионе, что «халифат» жив и боеспособен.

Вербовке новых сторонников в ИГ* активно способствует радио «Голос халифата», которое вещает в стране на понятных простым людям языках дари и пушту. Осуществляется также вербовка детей. Для их боевой подготовки создаются школы «Львят халифата». Обучение в школах начинается с трех лет, а боевики платят родителям в среднем 300–500 долларов за ребенка в месяц.

Кроме того, крайне важно то, что «Вилаят Хорасан»* сумел заручиться поддержкой и более привилегированных слоев населения: в июле 2019 года Национальный директорат безопасности Афганистана обнаружил ячейку ИГ* в Кабульском университете, куда входили и учащиеся, и преподаватели. Недавнее исследование, проведенное афганскими социологами, показало, что из 373 студентов, опрошенных в университетах Герата, Кабула и Нангархара, половина одобряет исламский халифат как форму правления.

По данным доклада Совбеза ООН, который был опубликован в июле 2020 года, численность боевиков «Вилайята Хорасан»* в Афганистане оценивается в 2200 человек. Кроме того, на территории страны находится от 400 до 600 боевиков «Аль-Каиды»* и до 6500 пакистанских террористов, в основном выходцев из «Техрик-е Талибан Пакистан»* — именно они и есть костяк боевого контингента «Вилайята Хорасан»*.

Когда в ноябре 2019 года правительственные войска активизировали боевые действия против «Вилайята Хорасан»* в провинциях Нангархар и Кунар, большая часть боевиков нашла убежище на территории пакистанской зоны племен, где тренировочные базы и недоступные для местных сил безопасности анклавы сохранились еще с 1980-х годов.

Не исключено, что «Вилайят Хорасан»* в дальнейшем будет прокладывать коридор в Среднюю Азию через нынешние зоны активности в Афганистане. Провинции Нангархар, Кунар, Нуристан и Бадахшан граничат друг с другом, и коридор через эти провинции позволит боевикам свободно передвигаться от пакистанской до таджикской границы.

Наконец, еще важная деталь: под контролем ИГ* находится так называемый Хайберский проход ― ключевой горный перевал между Афганистаном и Пакистаном и одновременно один из главных маршрутов контрабанды. Сбор пошлин с контрабандистов и сама контрабанда обеспечивают немалую часть доходов «Вилайята Хорасан»*.

В настоящее время «Вилайят Хорасан»* занят в основном вербовкой и защитой своих источников дохода, а также ― внимание!!! ― созданием сети «спящих ячеек» на севере Афганистана и территории пограничных государств. При этом он заодно меняет военную тактику: принято решение перейти к руководству на основе глубоко законспирированных «троек», руководящих боевыми операциями.

За 2018 год 67% всех потерь среди мирного населения Афганистана в результате действий террористов-смертников приходятся на счет «Исламского государства»*. Другим излюбленным ИГ* способом совершения терактов являются массовые расстрелы в местах скопления людей, как правило, безоружных.

Но и в Сирии ИГ* продолжило террористическую войну. Лишь после поражения в битве при сирийском городе Багхуз-Фавкани в феврале-марте 2019 года остатки боевиков ИГ* перешли в подполье. Однако террористическая война на этом не завершилась. Хотя 26 октября 2019 года «халиф» ИГ* Абу-Бакр аль-Багдади погиб, приведя в действие пояс смертника в Барише под Идлибом, уже 31 октября ИГ* заявило, что его преемником является Абу Ибрагим аль-Хашеми аль-Курайши, и подчеркнуло, что ИГ* по-прежнему претендует на создание всемирного халифата.

Религиозная идеология ИГ* основана на самом раннем исламе VII века, а его военные доктрины взяты из толкований аятов Корана и первых завоевательных войн времен пророка Мухаммеда. Эти ранние нормы войны включали порабощение, распятие и обезглавливание кафиров (неверных). При этом если других исламистских радикалов останавливал сам факт исламского вероисповедания противников, то ИГ* считает кафирами и вероотступниками любых других мусульман и обращается с ними, как с евреями и крестоносцами. По идеологии ИГ*, все мусульмане, поддерживающие светскую или даже исламскую, но избираемую власть, сразу заслуживают смерти.

Именно так ИГ* стремится «сразу и быстро» установить халифат по образцу «золотого века праведных халифов» (632–661 годы новой эры). В отличие от «Братьев-мусульман»* и «Аль-Каиды»*, для которых халифат является либо только духовной идеей, либо практический целью ислама на далекое будущее, ИГ* восприняло создание халифата «сразу сейчас и буквально». Именно из-за этого, а также из-за безжалостного насилия в отношении исламского большинства, все ключевые мусульманские богословы осудили ИГ* как еретическое движение.

Но это движение вполне последовательно.

Главой государства является халиф, обладающей неограниченной властью над подданными. При халифе работает совещательная шура, члены которой назначаются халифом. Подконтрольными провинциями ― вилайятами ― управляют назначенные халифом наместники, в том числе в Ираке и Сирии, им подчиняются губернаторы провинций. Военными операциями руководит военный совет, а спецслужбами — совет разведки (который также обеспечивает личную безопасность халифа), состав которых назначается халифом.

Надзор за соблюдением норм шариата и исламской морали осуществляет правовой совет, в функции которого также входит пропаганда за рубежом и вербовка боевиков. Исламское управление общественной информации отвечает за пропаганду, контрпропаганду и работу с молодежью. Разработкой законов занимается административный совет.

Основной закон ИГ* гласит, что мусульмане обязаны соблюдать все законы шариата, а неверные ― кафиры (к которым относятся мусульмане-шииты, алавиты, езиды, суфии-неарабы, «братья-мусульмане»*, сторонники властей Сирии, Ирака, Саудовской Аравии и так далее, а также, разумеется, «не уважающие ислам и мусульман» христиане и иудеи) ― являются воплощением дьявола и должны быть либо убиты, либо (женщины) взяты в рабство.

Задачей-минимум ИГ* является ликвидация границ, установленных в результате раздела Османской империи, и создание исламского государства на территории Ирака и Шама (Леванта) — Сирии, Ливана, Израиля, Палестины, Иордании, Ирака, Турции, Кипра, Египта; в целом ― и на остальных территориях Праведного халифата. Задача-максимум ИГ* ― правительство халифата на территориях всех государств мира.

По данным МИД РФ, на июль 2015 года в Сирии и Ираке число активных членов ИГ* составило около 80 тыс. человек, включая около 30 тыс. иностранцев, являвшихся преимущественно выходцами из стран Ближнего Востока, СНГ и Северной Африки. В декабре 2015 года директор Федеральной службы по борьбе с оборотом наркотиков Виктор Иванов заявил, что, «по нашим данным, сумма афганских доходов ИГ* от торговли наркотиками составляет около $200–500 млн ежегодно». В октябре 2016 года в специальном докладе ООН указывалось, что только за 2015 год боевики ИГ* выручили на торговле заложниками до 45 млн.

А 10 января 2015 года было официально объявлено о создании в ИГ* «Вилайята Хорасан»*. Группа командиров движения «Техрик-е Талибан Пакистан»* (ТТП*, известная как «пакистанские талибы»*) во главе с Хафизом Саид Ханом дала на видео клятву верности халифу Абу Бакру аль-Багдади. 26 января представитель ИГ* Абу Мухаммед аль-Аднани заявил о том, что халиф принял клятву верности и назначил Саид Хана эмиром вилайята, а также подчеркнул, что «Исламское государство»* готово расширяться на территории исторического Хорасана».

Почему это важно?

Дело в том, что Великий Хорасан в исторический исламский период выходил далеко за пределы сегодняшних одноименных провинций Хорасан в Иране. Он объединял части Ирана, Пакистана, Афганистана, Туркменистана, Узбекистана и Таджикистана и включал такие крупные города, как Нишапур и Тус (сейчас в Иране), Балх, Герат, Кандагар, Кабулистан и Газни (в Афганистане), Мерв (в Туркменистане), Самарканд и Бухара (в Узбекистане), а также немалые территории в Таджикистане и Киргизии, включая Ферганскую долину. Более того, арабские географы писали о расширении границ этой страны вплоть до долины Инда в Пакистане.

До катастрофического вторжения монголов Чингисхана в XIII веке Великий Хорасан долгое время оставался культурной столицей всего исламского мира. Отсюда вышли такие выдающиеся научные и культурные деятели, как Ибн Сина (Авиценна), Аль-Фараби, Аль-Бируни, Омар Хайям, Аль-Хорезми, Абу Машар, Аль-Фаргани, Абу-Аль-Вафа, Насир Ад-Дин Ат-Туси, Шараф Ад-Дин Ат-Туси и так далее, которые внесли огромный вклад в мировое развитие математики, астрономии, медицины, физики, географии, геологии, поэзии. И отсюда же, из Великого Хорасана, родом и выдающиеся исследователи исламской теологии, юриспруденции и философии ― от Ахмада ибн Ханбаля и Абу Ханифа до Мухаммада аль-Бухари и Абу Дауда.

А теперь главное. Дело еще и в том, что Великий Хорасан играет огромную символическую роль в эсхатологии ИГ*. В частности, в ряде хадисов пророка Мухаммеда написано, что «будут черные знамена, которые выйдут из Хорасана и не остановятся, пока не дойдут до Иерусалима». А с ними придет последний преемник пророка Махдисвоего рода мессия, чей приход возвестит Конец Времен. Правоверные, говорится в этих хадисах, «должны присоединиться к этим отрядам с черными знаменами, даже если для этого придется ползти по снегу». И вовсе не случайно черное знамя есть и в символике самого ИГ*, и в символике других, более ранних радикально-джихадистских группировок.

Так что идея возрождения Великого Хорасана и Вилайята Хорасан именно здесь, в Афганистане, Пакистане, Узбекистане, Туркмении, северном Таджикистане, южной Киргизии, а по возможности и в Иране, это никак не мелочь и не случайная «проходная» тема. Это ― прямая адресация к метафизическому, причем накаленно-эсхатологическому, центру религиозной доктрины ИГ*!

Понимали ли это в США, концентрируясь на войне с «Талибаном»*? Почти наверняка понимали. Потому что уже с 2017–2018 года, взяв на вооружение древнюю идею Бжезинского о разрушении России через взрыв «горячего исламского подбрюшья», начали активно насыщать своими «прикормленными» боевиками ИГ* север Афганистана, то есть приграничье постсоветских республик Средней Азии. И началось это, конечно же, при Трампе, но последовательно и неуклонно продолжилось при Байдене.

(Продолжение следует.)


* — Организация, деятельность которой запрещена в РФ.

** — Организация, деятельность которой запрещена в РФ.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER