Премьер-министр Турции Мехмет Шюкрю Сараджоглу заявлял: «Уничтожение России является подвигом фюрера, равный которому может быть совершен раз в столетие, и это также является извечной мечтой турецкого народа»

Турция — неоосманский синдром. Часть XIX

Монгольские конные лучники. Иллюстрация из Джами ат-таварих Рашид ад-Дина. XIV век
Монгольские конные лучники. Иллюстрация из Джами ат-таварих Рашид ад-Дина. XIV век
Монгольские конные лучники. Иллюстрация из Джами ат-таварих Рашид ад-Дина. XIV век

Корни и крона неоосманизма

Прежде всего необходимо подчеркнуть, что от идеи возрождения османского величия Турция не отказывалась никогда. В частности, вспоминая Кемаля Ататюрка как идеолога светской Турции — национального государства в «анатолийских» границах, — многие забывают о некоторых важных его высказываниях. А они были в таком примерно духе: «Мы должны сейчас отступить, чтобы сохранить Турцию для будущего возрождения и наступления».

Возрождения и наступления! И наступление это началось вовсе не сегодня.

Так, еще в 30-х годах ХХ века Турция вела вполне содержательный и конструктивный диалог с германскими нацистами. И, в частности, помогала нацистам устанавливать контакты с антисемитскими арабскими политическими и религиозными лидерами в Палестине, Египте, Ираке, Сирии и т. д. «Арабские дивизии» нацистского Третьего рейха — во многом заслуга этой турецкой помощи.

Во время Второй мировой войны, несмотря на формальный нейтралитет, Турция очень активно участвовала в материально-техническом снабжении германской военной промышленности и поддерживала широкие политические и экономические связи с Германией и Японией. Лишь в конце войны, в апреле 1944 года, и лишь благодаря жесткому давлению союзников Турция остановила поставки в Германию крайне нужных для артиллерии и танковой брони хромовых руд. Лишь 2 августа 1944 года Турция объявила о разрыве экономических и дипломатических отношений с Берлином, и лишь 3 января 1945 года разорвала отношения с Японией.

Только 23 февраля 1945 года, когда исход войны был уже предельно ясен и неизбежен, Турция объявила войну Германии. Прежде всего, для того чтобы хоть формально оказаться в лагере победителей, избежать послевоенных репараций и выбрать себе новых «больших братьев».

Такими братьями сразу оказались Америка и Британия.

В 1947 году Турция присоединилась к антисоветской доктрине президента США Трумэна «О поддержке «свободных народов, противостоящих давлению вооруженного меньшинства или давлению извне». После чего Америка обеспечила мощный импульс для турецкого военного строительства — поставки современных вооружений и поддержку создания военной инфраструктуры. В 1952 году Турция вступила в НАТО и заключила соглашения с США и Великобританией о военной и экономической помощи. И при их очень объемной финансовой и технологической поддержке получила возможности быстрой модернизации промышленности и военного потенциала.

А в 1959 году Турция предоставила НАТО (реально — США) право и возможность разместить на своей территории ядерные ракеты средней дальности «Юпитер», непосредственно угрожающие ключевым промышленным центрам и агломерациям СССР, включая Москву. Именно это, подчеркнем, вызвало необходимость ответных поставок советских ракет на Кубу и создало так называемый Карибский кризис, поставивший мир на грань ракетно-ядерной войны.

Далее, в частности, вспомним, что активная турецкая миграция в Европу происходила еще в 50-х и 60-х годах XX века и к сегодняшнему дню создала во многих европейских странах (особенно — в Германии) мощные диаспоры, оказывающие серьезное влияние на национальную политику. Вспомним также, что в период распада СССР одним из важнейших агентов внешнего влияния на процесс стала именно Турция. Это влияние тут же оказалось одним из главных факторов, обеспечивающих антироссийский вектор учреждаемых «независимостей»: Азербайджана, республик Средней Азии и, в значительной мере, Украины.

Вспомним, далее, насколько значимым было турецкое влияние на процессы обрушения Югославии — в Боснии и Герцеговине, в Косово, в Метохии, в Македонии. Вспомним, наконец, какую роль играла Турция в поставках боевиков-джихадистов на Северный Кавказ в период первой и второй войн в Чечне и куда именно отправлялись чеченские боевики для поправки своего здоровья.

Отметим, что и во времена СССР, и в постсоветский период турецкое «наступление» имело в основном «пантюркистский» характер. В частности, при вмешательстве в интересы Сирии, Ирака, Йемена и др., а также в новые независимые постсоветские республики и регионы России, — Турция подчеркивала и «общее тюркское наследие», и экономическую и политическую готовность всемерно помогать «тюркским братьям».

Пантюркизм в партийной и государственной политике Турции

Пантюркизм как политическая доктрина формировался задолго до краха Османского халифата. Так, профессор Стамбульского университета историк Ахмед Вефик еще в 80-х годах XIX века заявлял, что основатели Османского халифата тюрки-османы являются лишь одним из огузских племен большого тюркского народа, а их язык — диалект языка, распространенного среди миллионов людей за пределами Турции. Тогда же Джевдет Паша писал о становлении османского языка как лишь одного из тюркских.

Тогда же венгр Арминиус Вамбери отмечал, что все тюркские народы принадлежат к одной расе и роднятся по этническим и культурным признакам. А французский историк Леон Каун возвеличивал деяния Чингисхана и Тимура, представляя их как «сверхлюдей», монголов определял как «расовую аристократию», а тюркские народы называл прямыми потомками монголов.

Чуть позже крымско-татарский просветитель Исмаил-Бей Гаспринский пропагандировал сближение и объединение тюркских народов, указывая на их родство как «единого тюрко-татарского мира».

В 1904 году в стамбульской газете «Тюрк» появилась статья «Три вида политики», в котором автор (российский татарин) Юсуф Акчура заявлял о приоритетности пантюркистской идеологии над панисламизмом так: «Благодаря этой политике все турки, проживающие в Османской империи, смогли бы легко объединиться внутри этнических и религиозных границ, а другие мусульманские нетюркские группы… смогли бы продолжить ассимилироваться… Однако главное преимущество подобной политики заключается в том, что она объединила бы всех тюрок, проживающих в больших количествах в Азии и в восточных регионах Европы и объединенных единым языком, этничностью и религией».

Идеолог нациестроительства при Кемале Ататюрке, Зия Гекальп, в своих книгах определял основные принципы развития турецкого национализма так: «Тюркизироваться, исламизироваться, модернизироваться». Гекальп призывал искать корни в доисламском прошлом тюркских народов, в их достижениях времен Атиллы, Чингисхана, Тимура, Бабура и первых османских султанов, причем особое внимание уделял языку как важнейшему фактору объединения тюрок.

Гекальп подчеркивал: «Безусловно, крайне важно проводить реформы совместно среди всех тюрок, если не всех мусульман. Другими словами, крайне важно, чтобы все тюркские народы имели общую литературу и научный язык».

А родиной единой тюркской нации должен был стать Туран — местность, где живут тюрки, где разговаривают по-тюркски, и который представляет собой некий союз тюркских стран. Причем для Гекальпа пространство Турана географически очерчивалось вверх к северу от Ирана и вширь, от Кавказа до Саян, а собственно тюркский мир мыслился как «ось» этого более обширного «Турана» — пространства пантуранизма.

Труды Юсуфа Акчуры и Зии Гекальпа стали идеологическим знаменем для группы младотурок, пришедшей к власти в распадающейся Османской империи в 1908 году. Их политика на практике означала «тюркизацию» — строились турецкие школы, насильно подавлялись инонациональные организации, пантюркизм активно продвигался в образовательной политике.

Пришедшие к власти на полном распаде Османской империи в начале 1920-х годов кемалисты, возглавляемые Мустафой Кемалем Ататюрком, были вынуждены отказаться от пантюркистских лозунгов, борясь за территории, которые было еще возможно сохранить под турецкой властью. В «Национальном обете» Ататюрк заявлял, что территория Турции ограничивается границами Анатолии, где проживали этнические турки, в то время как остальные территории «могли присоединиться к Турции в случае добровольного желания со стороны населявших их народов».

Но на уровне широких масс концепция пантюркизма никуда не делась. И именно в этот период Зия Гекальп пишет свои главные книги, развивающие идею культурного и исторического единства тюркских народов. В работе 1923 года «Основы тюркизма» Гекальп выделяет три этапа объединения тюрок.

На первом этапе тюркизма должно произойти формирование моноэтничного турецкого государства, а нетюркские народы подлежат добровольной или насильственной (вплоть до геноцида) ассимиляции. На втором этапе пантюркизма должно произойти объединение Турции с северным (то есть российским) и южным (то есть иранским) Азербайджаном, а также всеми странами, населенными огузскими тюрками. На третьем этапе пантуранизма предполагалось объединение всех тюркских народов — как огузов, так и наследников кыпчаков, — в «Великий Туран», туранскую федерацию под эгидой Турции.

Однако при Кемале эти взгляды хотя и обсуждались, но не слишком афишировались. Пантюркизм снова оказался на повестке дня во время Второй мировой войны, когда у Турции, занявшей «доброжелательный нейтралитет» по отношению к фашистской Германии, появилась надежда «вернуть» территории, занимаемые тюркоязычными народами. Тогда премьер Турции Мехмет Шюкрю Сараджоглу заявлял: «Уничтожение России является подвигом фюрера, равный которому может быть совершен раз в столетие, и это также является извечной мечтой турецкого народа».

Победа СССР и поражение Германии хотя и приглушили эти пантюркистские надежды, но не погасили их. В 1948 году в Турции создается Республиканская крестьянская националистическая партия (РКНП) во главе с Февзи Чакмаком, тогдашним наиболее влиятельным религиозно-националистическим лидером, и Османом Белюкбаши, который вошел в парламент в результате выборов 1950 году, на которых РКНП набрала 3,1% голосов.

В 1954 году партия официально закрывается, на ее месте Белюкбаши создает Республиканскую национальную партию (РНП) с такой же пантюркистской программой и идеологией. В 1958 году к РНП присоединяется Крестьянская партия Турции (КПТ), и в 1961 году их альянс, снова ставший РКНП, набирает 14% голосов избирателей. Однако уже в 1962 году партия из-за борьбы за лидерство вновь распадается.

В этот период в большую турецкую политику выдвигается будущий многолетний лидер турецких националистов-пантюркистов Алпарслан Тюркеш.

Тюркеш в 1936 году заканчивает военный лицей, в 1938 году — военную школу и в звании младшего лейтенанта начинает службу в армии. Затем, с 1948 до 1956 года, он оказывается на учебе и службе в США, где оканчивает пехотное училище и Американскую военную академию. А далее, в 1956–1960 годах, Тюркеш — вряд ли без специальной американской поддержки — «почему-то» оказывается в далеко не последних по важности структурах НАТО — в Вашингтоне с 1955 по 1957 гг. и в Ядерной школе Западной Германии в 1959 году. В эти годы Тюркеш заодно изучает английский язык и оканчивает курс по международной экономике в американском Университете Вашингтона. А в 1960 году возвращается в Турцию.

И сразу активно включается в политическую жизнь, став в мае 1960 года одним из лидеров военного переворота против власти Демократической партии. И в результате получает совершенно невероятный для политического новичка кадровый «приз»: становится членом «Комитета национального единства» (КНЕ), возглавляемого командующим Сухопутными войсками генералом Джемалем Гюрселем.

Однако уже через четыре месяца Тюркеш получает скандальную репутацию радикала-националиста, но, главное, начинает активно мешать политике КНЕ, решительно протестуя против плана военных обеспечить мирный переход к гражданскому правлению. Тюркеша исключают из «Комитета национального единства», но не выбрасывают из политики (что было бы в подобном случае естественно), а отправляют в «почетную ссылку» в турецкое посольство в Дели.

После возвращения на родину в 1965 году Тюркеш сразу избирается председателем РКНП, которая в 1969 году переименовывается в Партию националистического действия (ПНД). Основой официальной программы ПНД Тюркеша становится радикальная пантюркистская и антикоммунистическая риторика. И, подчеркнем, партия сразу получает значительную поддержку ряда радикальных националистических (по существу — фашистских) организаций: Союза турецких националистов, Клуба интеллектуалов, Организации турецких патриотов и Клуба борьбы с коммунизмом.

На съезде ПНД в 1967 году Тюркеш получает титул «Великого Лидера» и выдвигает концепцию «Девять лучей», или принципов действий партии. Это: национализм, идеализм, морализм, образованность, общественность, крестьянство, свобода и личность, прогресс и индустриализация.

Тюркеш заявляет: «Великая турецкая нация широко распространилась и расширилась по всему миру. Предполагается, что число исповедующих одну веру, переживших одну историю, говорящих на одном языке тюрок около 120 миллионов. И только каждый третий живет в пределах Турции. Разве мы не причисляем оставшихся за границами Турции тюрок к нашей нации? Сегодня оставшиеся за пределами Турецкой Республики тюрки также являются членами тюркской нации!»

Тюркеш сразу получает безусловную поддержку со стороны крупного теоретика пантюркизма Нихаля Атсыза, который в работе «Историческое происхождение и туранизм» еще в 1952 году заявлял: «Роль туранизма заключается в том, чтобы сделать исторические тюркские земли и живущие на них тюркские народы независимыми, а также объединить их в союзе с Турцией». А позже в работе 1955 года «Тюркский идеал» Атсыз писал: «Пантюркизм — это идеал. Идеалы — моральная пища нации. Нации без идеалов даже в самые светлые времена истории были обречены на гибель. Если у нации нет идеалов, она обречена на гибель».

Партия националистического действия (ПНД) Тюркеша становится первой в Турции политической организацией, открыто провозглашающей пантюркизм в своей политической программе. Кроме того, Тюркеш вскоре создает такие радикально-националистические общественные организации, как «Великое идеалистическое общество», «Федерация организаций тюркских эмигрантов и переселенцев» и т. п.

А в 1969 году Тюркеш учреждает при ПНД молодежную организацию «Серые волки» ― «Бозкурт» или «Идеалисты». Серые волки в названии появляются потому, что в преданиях ряда древних прототюркских племен магическим общим тотемом и «хранителем» племени был волк (точнее, «Великая волчица»).

Символизм знака «Серых волков»
Символизм знака «Серых волков»
волков»«СерыхзнакаСимволизм

«Идеалисты», следуя заветам Атсыза и самого Тюркеша, включили в свою программу цель создания Великой тюркской империи (Турана), в которую бы вошли народы Средней Азии, Кавказа и Балкан, а также уйгуры. При этом «Серые волки», во главе со своим башбухом (фюрером) Тюркешем, становятся одной из самых радикальных военизированных пантюркистских организаций, готовых реализовать свои идеи путем террористических актов и диверсий. Причем, кроме пантюркизма, они включают в свою программу и «повестку борьбы» накаленный антикоммунизм. А также принимают символический опознавательный жест «серых волков»:

Тюркеш объяснял символизм жеста так: указательный палец — ислам, мизинец — тюрки, три соединенных пальца — мир, причем большой палец — печать тюрок и ислама под миром.

Здесь стоит напомнить о том, что «Бозкурт» быстро вышел за пределы Турции. Вскоре «серые волки» отметились широким участием в созданной НАТО секретной антикоммунистической боевой сети «Гладио», в том числе крупными терактами по всему миру, включая покушение на папу римского. А также массовыми вооруженными нападениями и терактами против левых (особенно коммунистов) и этнических меньшинств в Турции (в первую очередь, против курдов).

На выборах 1969 года ПНД проводит в меджлис единственного депутата — самого башбуга Тюркеша. На выборах 1973 года ПНД получает уже три депутатских мандата. В 1975 году ПНД в коалиции с исламистской Партией национального благополучия Неджметдина Эрбакана входит в правящий Националистический фронт и получает два министерских портфеля. На выборах 1977 года ПНД набирает 6,4% голосов избирателей и проводит в меджлис уже 16 депутатов, а в коалиционном правительстве представлена 5 министрами.

В конце 1970-х годов в Турции разразилась беспрецедентная волна политического насилия. Между организациями левого и правого толка развернулись ожесточенные схватки. «Серые волки» в этих схватках заявили, что поддерживают «правых и силы безопасности», и далее развернулись вовсю с массовыми политическими убийствами. «Бозкурты» отметились такими крупными терактами против левых, как «резня на площади Таксим» 1 мая 1977 года (более 30 погибших), «резня на площади Беязыт» 16 марта 1978 года (7 убитых левых студентов), «бахчелиэвлерская резня» 9 октября 1978 года (вновь 7 убитых студентов), «побоище в провинции Кахраманмараш» в декабре 1978 года (погибли более 100 человек). Теракты продолжались и далее. Только в период с 1978 по 1980 год в стране произошло около 30 громких убийств левых политиков, журналистов и преподавателей вузов.

В итоге победное политическое шествие ПНД Тюркеша и «бозкуртов» было прервано военным переворотом 1980 года во главе с генералом Кенаном Эвреном, который провозгласил политические цели «возврата к кемализму». ПНД обвинили в подготовке заговора с целью установления фашистской диктатуры во главе с Тюркешем по образцу Испании, Италии и Германии. На день переворота (по мнению специалистов, действительно планировавшегося ПНД) партия контролировала 1700 легальных организаций «идеалистов», насчитывавших 200 тысяч членов, имела примерно 1 миллион сторонников и фактически управляла 37 печатными органами. Кроме того, в распоряжении ПНД находились военные лагеря для подготовки террористов и штурмовиков, склады оружия, радиостанции.

«Программой максимум» ПНД объявляла создание государства Туран с объединением всех тюрок и мусульман на одной территории под лозунгом «Одна нация, одно государство». В реализации этой программы должны были участвовать и дружественные идейные и культурные сообщества пантюркистов, и боевые отряды «Бозкурт».

В ходе судебного процесса, проводимого Военным судом Анкары, защитники перечислили 5388 политических убийств, предшествовавших военному перевороту. Среди жертв было 1296 правых и 2109 левых. После переворота 12 сентября 1980 года ПНД была запрещена военной прокуратурой. Тюркеш был обвинен в попытке насильственной замены конституционного режима режимом личной власти, создании вооруженных организаций и т. д., и приговорен к смертной казни. Впрочем, так и не исполненной.

После переворота члены левых и правых радикальных движений попали под военные суды. В тюрьмах оказалось до 650 тыс. человек. 230 тыс. из них были осуждены, 14 тыс. лишены турецкого гражданства и 50 человек казнены. Тысячи людей до сих пор считаются пропавшими без вести, в черные списки военной власти попали почти 1700 тысяч (!) человек.

При этом политически пострадали и главы всех ведущих партий страны. Бюлент Эджевит, Сулейман Демирель, Алпарслан Тюркеш и Неджметдин Эрбакан были арестованы и на 10 лет отстранены от политической деятельности (хотя в реальности их «простили» всего через 4 года). Но больше всех «досталось» главным «антикемалистам» — лидеру исламистов Эрбакану и лидеру пантюркистов Тюркешу. Их партии были распущены, партийное имущество конфисковано в пользу государства. И на выборах 1983 года, после принятия военными нового законодательства о выборах, бесспорную победу одержали «кемалисты»: новосозданная светская Партия отечества (ПО) Тургута Озала получила 45% голосов, а Народная республиканская партия (НРП) Сулеймана Демиреля — 30% голосов.

Однако этот успех «кемалистов» был недолгим.

(Продолжение следует.)

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER