8
дек
2019
  1. Социальная война
  2. Семейная политика
Голубев Константин / ИА Красная Весна /
Главная цель закона «о профилактике семейно-бытового насилия» — это выдача охранных ордеров

Закон о семейно-бытовом насилии — это война с народом. Которую народу нельзя проиграть

29 ноября на сайте Совета Федерации был опубликован проект федерального закона «О профилактике семейно-бытового насилия». Он был разослан по некоммерческим организациям. В проекте закона присутствуют термины, которые не определены, например, «психологическое насилие». По мнению родительской общественности, неопределенность ряда терминов и положений, а также вмешательство государства во внутренние дела семьи, в случае принятия закона, станет причиной разрушения семьи. 9 декабря данный законопроект будет обсуждаться на круглом столе в Государственной думе, а на 15 декабря запланировано чтение законопроекта в Государственной думе.

В преддверии первого чтения в Государственной думе корреспондент ИА Красная Весна поговорил с многодетным отцом, композитором и основателем радиостанции «Радиокрылья» Алексеем Морозовым. Он является активистом, который борется против закона о семейно-бытовом насилии. Предлагаем вам познакомиться с его мнением.

ИА Красная Весна: Здравствуйте, Алексей. Недавно законопроект о профилактике семейно-бытового насилия был опубликован на сайте Совета Федерации. Опубликованная версия вызвала бурное обсуждение. С критикой уже выступили известный телеведущий Соловьев, политолог Сергей Михеев, ряд общественных родительских организаций, а также Русская Православная Церковь. Вы ознакомились с законопроектом?

Алексей Морозов: Здравствуйте. Да, ознакомился. Текст законопроекта «о профилактике семейно-бытового насилия» появился на сейте Совета Федерации 29 ноября, он у меня есть. Больше того, по словам Валентины Матвиенко, его разослали по некоммерческим организациям.

ИА Красная Весна: Рассылка текста законопроекта по некоммерческим организациям — это обычная практика?

Алексей Морозов: Нет, в данном случае это исключение. Вообще-то законопроект выкладывается в общий доступ для ознакомления и обсуждения. Это на моей памяти первый законопроект, который был разослан по НКО, я полагаю, это сделано с тем, чтобы купить НКО, которые выступали против этого законопроекта, ведь он дает им права, которых раньше не было, открывает для них, так сказать, новые сегменты рынка, гарантируя таким образом дополнительное финансирование, в том числе и от государства.

ИА Красная Весна: Вы наверное заметили, что в СМИ идет бурное обсуждение даного законопроекта. При этом, если до публикации законопроекта буквально из всех «утюгов» говорили о том, что этот закон о профилактике семейного насилия необходим, то сейчас на государственном телевидении говорят о его ненужности. Вы как многодетный отец, прочитавший опубликованную версию законопроекта, что можете о нем сказать?

Алексей Морозов: Меня радует, что закон об СБН (семейно-бытовое насилие — прим. ИА Красная Весна) вызвал бурную реакцию в обществе, и есть еще в этой стране нормальные люди, которые готовы не допустить принятия этого закона. Те методы, которые применяют его сторонники, — не их изобретение, как и сам закон. В европейских странах так уже протолкнули антисемейное законодательство. Теперь теми же методами это пытаются протолкнуть и у нас. Посмотрите, что пишут в некоторых СМИ: «Семейное насилие в России останется безнаказанным! — Кричат они в один голос. — С этим надо что-то делать!». Но ведь у нас в России есть законы, защищающие нас от любого насилия. И, кстати, они, в отличие от законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия, соответствуют Конституции Российской Федерации. Он же противоречит ей, уничтожая многие права человека и гражданина, этой самой Конституцией гарантированные. Он безграмотно составлен, юридически не состоятелен, не настроен ни на защиту жертвы, ни на привлечение к ответственности виновного, и уж, тем более, ни на примирение семьи.

ИА Красная Весна: В чем главная цель нового закона «о профилактике семейно-бытового насилия», по вашему мнению?

Алексей Морозов: Главная его цель — это выдача охранных ордеров, реабилитация и другая работа как с жертвами насилия, так и с подозреваемыми в его совершении. Виновными у нас пока становятся только по решению суда. Этот самый охранный ордер, который, по задумке законотвориц, должен выписываться немедленно, есть документ, передающий жизнь, судьбу и пострадавшего, и «агрессора», по выражению Мари Давтян, а также жизни их детей, если, конечно, таковые есть, в полное распоряжение некоммерческих организаций и других заинтересованных лиц. Поразительная по своим масштабам жестокость! Особенно, если учитывать, что это для них только бизнес.

Но ведь некоммерческие организации не преследуют своей целью получение прибыли?! Как же это?! «Некоммерческие организации могут осуществлять приносящую доход деятельность, если это предусмотрено их уставами, лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы…» (ГК РФ ст. 50.4).). То есть это не они ее, — это она их преследует, ведь они должны же осуществлять свою деятельность, да и есть на что-то должны. Именно поэтому они привлекают гранты и собирают пожертвования. Формально это не прибыль, и налогами не облагается. За осуществление деятельности, оговоренной законом об СБН, этим организациям положена, помимо всего, еще и дополнительная поддержка со стороны государства.

И не надо думать, что только семьями всё ограничится. НКО захотят расширения рынка и повышения собственной прибыли. Помните остановленный в прошлом году законопроект № 879343-6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в целях повышения гарантий реализации прав и свобод недееспособных и не полностью дееспособных граждан», по которому в такую же почти собственность НКО передавались не только люди с инвалидностью, но и люди, просто «испытывающие трудности в общении»? Конечно, организации будут соблюдать интересы пострадавших или совершивших насилие и заботиться об их здоровье, чтобы не лишиться приносящей доход инвентарной единицы. Каждый из нас становится просто ресурсом для получения прибыли.

ИА Красная Весна: В таком случае, справедливо ли утверждение, что принятие этого закона фактически вводит в нашей стране пресловутую ювенальную юстицию?

Алексей Морозов: Конечно! Противники этого закона утверждают, что это фактически и есть введение ювенальной юстиции. Семья, в которой был случай насилия или угрозы насилия, причисляется к неблагополучным. Но само понятие неблагополучия в законодательстве не оговорено, о чем есть разъяснение Конституционного суда. Если же в семье есть несовершеннолетний, это означает учет и наблюдение со стороны еще и органов опеки, отдела ПДН и др. (а может, лучше изъять?..). Еще раз хочу обратить ваше внимание на то, что конфликта, даже угрозы его, могло и не быть. Но кому это интересно? Кстати, четкого определения угрозы насилия тоже нет. То есть все эти специалисты будут описывать и выявлять всё новые признаки, причисляющие семью к группе риска, а значит, к нуждающимся в профилактике.

Я согласен с Ольгой Баранец, утверждающей, что первый акт трагедии мы проспали. Но второго акта не будет! Очень скоро семей с детьми, да и просто семей, не останется. Люди уже боятся рожать, а скоро и совсем перестанут. Не будут создаваться семьи, никто не будет даже сожительствовать. Кому же надо, чтобы к ним вломилась кто-нибудь что-то выявлять подозрительно пахнущее совершением акта семейного или просто бытового насилия, или хотя бы его причинами. Ведь предлагается профилактировать не только насилие, но и его причины. Вы сторонник этого закона? Вы хотите, чтобы всё было так? Да? Вот и отлично. Добро пожаловать в рабство к НКО!

И за это великолепное отсутствие будущего мы должны благодарить нескольких озлобленных на жизнь феминисток, выражающих свои комплексы в законотворчестве и вымещающих свою злобу на нас. До определенной степени спасти нас может только то, что кое-где в этих отделах и службах, несмотря ни на что, всё еще сохранились нормальные люди.

Ну и, наконец, этот закон противоречит самим принципам развития права. Прогрессивной и правильной сейчас принято считать тенденцию к гуманизации законов. Любой здравомыслящий человек с этим согласен. Например, там, где это возможно, лучше заменить заключение компенсацией ущерба, штрафом, — таким образом нарушитель закона и несет наказание, и не исключается из социальной жизни, а значит, общество не получит освободившегося из мест, не столь отдаленных, искренне желающего туда не возвращаться, возможного рецидивиста, которого само же сторонится.

Исходя из этого, законопроект об СБН, преподносимый его сторонниками как полезный и прогрессивный, возвращает нас как раз в «дремучие темные времена» отсутствия всякого закона, и даже страшнее того. Человека по заявлению любого, даже не имеющего отношения к семье, без решения суда ограничивают в праве на передвижение, пользование и распоряжение его имуществом и другое, да просто ограничивают его свободу! Еще раз. Авторы настаивают на немедленной выдаче охранного ордера, в том числе и без согласия потерпевшего.

Но что же дальше? Общение сторон конфликта происходит под надзором. Чьим? Под надзором всё тех же НКО, то есть людей посторонних, извлекающих выгоду из сложившейся ситуации. По своим программам и в соответствии со своими целями, для которых и созданы. Всё это противоречит букве закона, да просто человеческого общежития! Что сделали бы в такой ситуации наши обезьяноподобные предки, или, например, «необразованные и напуганные» во времена «мрачного» средневековья, я говорить не буду из гуманистических соображений. А что сделаем мы? Ведь это — война. Их война с собственным народом, который они предали уже не в первый раз и не в первый раз пытаются продать. С нами. Война, которую мы не должны, не можем проиграть.

ИА Красная Весна: Спасибо вам за интервью, Алексей.

Охранный ордер
ордерОхранный
Охранный ордер
Изображение: Сергей Анашкин © ИА Красная Весна
Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER