30
март
2020
  1. Экономическая война
  2. Борьба с коррупцией
Наталья Севрюкова / ИА Красная Весна /
В теме показательной борьбы с отмыванием «грязных русских денег» в Великобритании так много шума, что возникает вопрос — а не слишком ли много? И не прикрывает ли это «слишком много» другие процессы, более серьезные, чем борьба с «вездесущими русскими»?

А судьи кто? Как «криминальная столица Европы» борется с коррупцией

Изображение: Скопина Ольга © ИА Красная Весна
Британский суд и отмывание денег
Британский суд и отмывание денег
Британский суд и отмывание денег

Эпидемия коронавируса захлестнула мировое и виртуальное пространство, как цунами, но пока все же не отменила историю. События все-таки продолжают происходить, хотя сильно корректируются стремительно наступающей мировой новизной. Так, говорят уже, что Евросоюз не устоит перед «биологическим девятым валом». Если отодвинуть завесу биологической войны, за ней все то же — будь то борьба с потеплением климата или экономические войны. Или, например, война Великобритании с «русскими преступными доходами». Буквально в марте, когда на Европу уже обрушилась пандемия, Лондон выкатил очередную пачку ордеров на «незаконно приобретенное имущество» очередному ответчику, и это было замечено всеми крупными мировыми СМИ.

В теме показательной борьбы с отмывания «грязных русских денег» в Великобритании было так много шума, что возникает вопрос — а не слишком ли много? И не прикрывает ли это «слишком много» другие процессы — более серьезные, чем борьба с «вездесущими русскими», оскорбляющими своим, не всегда законно приобретенным богатством, высокомерных бриттов?

Обсуждение скупки недвижимости в Великобритании на «грязные деньги» началось не сегодня, и не в 2018 году. Однако рост интереса к борьбе с коррупцией на Туманном Альбионе странным образом совпал с разогревом темы выхода Великобритании из ЕС.

Так, если вспомнить цепь событий, после кризиса 2008 года в Евросоюзе начался диалог на тему «что делать дальше и как выживать в новых условиях глобализации». В этом диалоге столкнулись два проекта.

Первый — это проект федерализации с уравниванием прав всех членов, который получил название «Будущее Европы» и был предложен осенью 2012 года.

Великобритания не согласилась и предложила свой, второй проект, который высказал премьер-министр Дэвид Кэмерон в своей «Европейской речи» 23 января 2013 года.

Британское предложение, состояло в том, что Евросоюз должен быть реформирован так, чтобы его члены сохраняли экономические связи при политическом суверенитете. Альтернативы такому реформированию Дэвид Кэмерон не видел. По его словам, в случае политической интеграции ЕС, Великобритания будет вынуждена поднять вопрос своего отделения. При этом премьер-министр заявил, что он лично желает сохранить экономические отношения с ЕС, а вопрос отделения может решать только народ через референдум. Народу надо дать слово, и такой референдум состоится до 2017 года в случае победы консервативной партии на парламентских выборах, заявил Кэмерон. Консервативная партия убедительно победила на парламентских выборах 2015 года, и страна начала готовиться к референдуму.

Антикоррупционное пробуждение в Великобритании

Тема отмывания иностранных грязных денег и укрывательства от налогов на рынке недвижимости Туманного Альбиона более или менее активно обсуждалась с начала 2000-х годов. В кампании участвовала тяготеющая к левым газета The Guardian. Позднее к ней присоединились The Independent и британский флагман телерадиовещания — BBC.

The Guardian еще в 2002 году опубликовала списки владельцев дорогой недвижимости, в которых мелькали фамилии спонсоров обеих партий: и Консервативной партии, и Лейбористской. При этом оказалась задета даже Маргарет Тэтчер. Выяснилось, что настоящим собственником принадлежащего ей особняка стоимостью в три миллиона фунтов является офшорная компания, зарегистрированная на острове Джерси. Издание процитировало слова специалиста по налоговым вопросам Эндрю Эдвардса, который сказал, что «правдивые декларации о бенефициарных собственниках домов будут бесценны для правоохранительных, регулирующих и налоговых органов».

В ноябре 2012 года, то есть как раз тогда, когда шло бурное обсуждение проектов будущего Европы, The Guardian выпустила разгромную статью, в которой заявила, что рост цен на недвижимость в столице аж на 49% за три года вызван коррупционными схемами покупки элитных домов. Издание сослалось на данные агентства недвижимости Knight Frank. Авторы статьи подчеркнули, что только в 2011 году иностранные покупатели через офшоры, зарегистрированные на принадлежащих Великобритании островах Джерси и Мэн, а также на Британских Виргинских Островах, влили более 9 миллиардов фунтов стерлингов в дорогую недвижимость. Сама газета такое серьезное исследование провести не могла. Она опубликовала результаты расследования Международного консорциума журналистских расследований со штаб-квартирой в Вашингтоне, о чем и упоминается в статье.

Одновременно в США начались процессы против британских банков, которые обвиняли в отмывании денег и помощи государствам, находящимся под санкциями США.

Так, в начале 2009 года Lloyds TSB Bank выплатил властям США 350 миллионов долларов. Банк обвинили в том, что он на протяжении 12 лет помогал Ирану и Судану обходить санкционный режим США.

В декабре 2012 года крупнейший европейский банк HSBC со штаб-квартирой в Лондоне обвинили в отмывании денег мексиканских наркокартелей через финансовую систему США на общую сумму около 881 миллионов долларов. Банк вину признал и в декабре 2012 года заплатил в совокупности почти 1,3 миллиарда долларов и 665 миллионов евро административного штрафа.

Еще один британский банк Standard Chartered в том же месяце выплатил 340 миллионов долларов финансовому регулятору штата Нью-Йорк по обвинению в отмывании миллиардных сумм правительства Ирана, находившегося под американскими санкциями. Кроме того, его оштрафовали на 337 миллионов долларов за валютные операции для юридических лиц из Судана, Ирана, Ливии и Бирмы, которые банк пытался скрыть от регулирующих органов.

Одновременно за «темные делишки» Туманного Альбиона всерьез взялась «тяжелая артиллерия» борцов с коррупцией. В начале 2014 года международная НКО Transparency International собрала «Рабочую группу по незаконному обогащению», в которую, кроме нее самой, вошли представители Corruption Watch и Global Witness, сотрудники крупнейших юридических консультационных фирм со штаб-квартирами в Лондоне и Вашингтоне, а также профессор уголовного права Лондонской школы экономики и другие.

Уже в июле 2015 года премьер-министр Дэвид Кэмерон во время своей поездки в Сингапур пообещал принять меры против коррумпированных иностранцев, которые покупают роскошные особняки в Соединенном Королевстве через офшоры. «Я хочу, чтобы Британия была самой открытой страной в мире для инвестиций. Но я хочу убедиться, что все эти деньги чистые. Грязным деньгам в Британии не место», — заявил Кэмерон. The Guardian написала, что в деле борьбы с коррупцией премьер-министр воспользуется рекомендациями Transparency International.

В марте 2016 года Рабочая группа по незаконному обогащению выпустила отчет, который назывался «Вооружение Соединенного Королевства для возвращения незаконно приобретенных активов: запросы о состоянии имущества неясного происхождения и другие новые подходы к незаконному обогащению и возвращению активов». Он был опубликован на сайте Transparency International. В этом документе впервые было определено то, что потом стало инструментом борьбы с «русскими коррупционерами» — так называемые «запросы о состоянии имущества неясного происхождения» (Unexplained Wealth Orders).

Логика нововведения была проста — покупатели особняков стоимостью более 50 тысяч фунтов, в отношении которых имелись подозрения в связях с организованной преступностью, должны были объяснить, откуда они взяли деньги на покупку. Не смог ответить удовлетворительно — отдавай недвижимость. Все предыдущие попытки правительства обуздать коррупцию, как заявили авторы доклада, «не отвечали моменту», а потому и возникла необходимость воспользоваться советами «международного мозга». По сути, это было обвинение в сговоре государства с преступным миром. А отсюда легко сделать далеко идущие выводы — если требуется! Например, о том, что Великобритания — криминальное государство. Что там «Путин-вор»..., с «партией жуликов и воров»..., тут масштабы посерьезней!

По мере приближения даты референдума по Brexit, против которого выступал Дэвид Кэмерон, антикоррупционное рвение поборников чистоты Великобритании нарастало. События сыпались как из рога изобилия. 6 апреля 2016 года, то есть буквально через несколько дней после выхода отчета Transparency International, разразился страшный скандал, связанный с утечкой документов панамской юридической компании Mossack Fonseca. Одним из главных фигурантов «Панамагейта» снова оказались Великобритания и ее премьер-министр. Ничего особенно нового в документе сказано не было. Тема офшорных денег отца премьер-министра обсуждалась еще в 2012 году. Но выглядело это впечатляюще. Великобритания была показана как главный укрыватель коррупционеров и владельцев преступных денег со всего мира. Только на Британских Виргинских островах было зарегистрировано более половины из более чем двухсот тысяч фирм, включенных в базу данных Mossack Fonseca.

Вдогонку за Панамским досье Transparency International опубликовала на своем сайте отчет под названием «Потерянный рай». В длинном, насыщенном фактурой документе говорилось, что Великобритания «позволяет коррумпированным лицам вести роскошный образ жизни и отмывать их репутацию». Лондон прямо обвинили в пособничестве преступникам со всего мира. Борцы с коррупцией утверждали, что Туманный Альбион «предлагает коррупционерам тайные компании, зарегистрированные в его заокеанских владениях». В стране «отсутствуют полномочия для исполнения закона, дающие возможность изымать украденные активы», заявили авторы доклада.

Кроме того, говорилось в докладе, целая армия британских консультантов, юристов, агентов недвижимости и прочих «профессиональных помощников» работает для того, чтобы упрощать жизнь коррупционерам всех мастей и прятать их наличность. При этом, как заявили авторы, в стране существует «система борьбы с отмыванием денег, которую очень легко обойти, чтобы отмывать деньги безнаказанно».

В ответ Великобритания попыталась перехватить управление процессом и 12 мая 2016 года провела в Лондоне «Саммит по борьбе с коррупцией». На нем было объявлено, что создается Глобальный форум по возвращению активов «для возвращения украденных активов Нигерии, Украине, Шри-Ланке и Тунису». Участники также договорились замораживать активы коррумпированных чиновников, в том числе, спортивных.

Во время саммита произошло сразу несколько скандалов, которые еще более ухудшили и без того шаткое положение премьер-министра. Так, Британские Виргинские Острова (БВО), представителей которых не пригласили на саммит, прямо отказались выполнять распоряжение Кэмерона передавать информацию о бенефициарных собственниках компаний. Министр финансов БВО Орландо Смит сказал, что соблюдать тайну необходимо во избежание попадания конфиденциальной информации о международных сделках «легитимного бизнеса» в руки преступников или террористов.

Благотворительная организация Oxfam, занимающаяся вопросами бедности, заявила, что начинания саммита надо поддержать. Но при этом добавила, что Дэвид Кэмерон не смог «поднять завесу секретности, окружающую налоговые гавани самой Великобритании» и тем самым «подорвал цели саммита».

А Всемирный банк думает иначе

Примечательно, что согласно международным рейтингам, ситуация с коррупцией в Великобритании не просто не страшная, а прямо-таки почти лучше всех.

Еще в 2015 году согласно Общемировым показателям государственного управления Всемирного банка Великобритания по уровню контроля коррупции набрала 94 балла из 100, что является одним из самых высоких показателей в мире. Причем, по данным Всемирного банка, с тех пор ситуация не изменилась, и в 2018 году рейтинг Лондона по этому параметру остался таким же.

Исследования, проведенные ЕС, подтверждают эти выводы. В том же 2015 году были опубликованы результаты опроса владельцев компаний Flash Eurobarometer, и лишь 8% респондентов ответили, что коррупция в Великобритании представляет проблему для бизнеса.

А вот с удовлетворенностью по вопросу наказания коррупционеров дело обстоит хуже: 39% опрошенных посчитали, что принимаемых правительством мер достаточно, а 48% недовольны. Для сравнения, в Евросоюзе еще больше скепсиса на этот счет, голоса распределились на 33% и 60%, соответственно.

Что было дальше, и при чем тут «русский след»?

Но откуда такой всплеск истерии на тему первенства в деле укрывательства всех мировых коррупционеров?

10 апреля 2016 года лондонский журнал The New Statesman выпустил статью «Налоговый скандал с Дэвидом Кэмероном — это про Brexit». В статье заявлялось, что «кампания против Дэвида Кэмерона была развязана потому, что он поддержал движение за сохранение в ЕС».

25 мая 2016 года, через две недели после лондонского антикоррупционного саммита, газета The Independent выпустила интервью с журналистом Роберто Савиано, специализирующегося на расследованиях преступлений итальянской мафии. Савиано назвал Великобританию «самым коррумпированным местом на Земле», а Лондон — «криминальной столицей Европы». Все проблемы с коррупцией — от финансового капитала, заявил Савиано, а политики и бюрократия тут ни при чем. По его словам, «90% собственников капитала в Лондоне имеют свои штаб-квартиры в офшорах».

Савиано также сделал весьма далеко идущее заявление. Он утверждал, что «голосование за выход из ЕС сделает Великобританию более подверженной влиянию организованной преступности».

«Выход из ЕС означает, что это будет допущено. Это означает, что катарские общества, мексиканские картели, русская мафия приобретут еще больше власти», — сказал журналист.

Здесь не так важно, имеются ли свидетельства, на которые намекнул Савиано. Однако важны заявления о том, что Великобритания вне Евросоюза должна ускоренными темпами криминализироваться, а арбитром, который высвечивает этот процесс, выступают США. В этом случае спасением для Великобритании является возвращение в лоно ЕС, который уж наверняка поможет сдержать коррупцию на Туманном Альбионе. И за которым тоже приглядывают США.

В июне 2016 года последовал референдум, на котором Великобритания, с небольшим перевесом по голосам, поддержала выход из ЕС и произошла отставка Дэвида Кэмерона, который обещал уйти, если британцы поддержат Brexit.

Между тем Transparency International (TI), обвинявшая кабинет Кэмерона в попустительстве коррупции, начала обращаться с вопросами к правительству занявшей его место Терезы Мэй: когда будут выполнены обязательства, взятые на антикоррупционном саммите? НКО интенсивно эксплуатировала тезис о том, что после окончательного решения разорвать с ЕС дела с коррупцией в Великобритании должны пойти совсем плохо. Ну так они и пошли, заявила Transparency International. Обещанной в к концу 2016 года стратегии по борьбе с коррупцией как не было, так и нет.

Очередной доклад TI, датированный ноябрем 2016 года, был посвящен борьбе с коррупцией на Ближнем Востоке и назывался «Весеннее отмывание». Авторы задались вопросом, почему Великобритания, несмотря на все свои обещания, не участвует в «возвращении украденных активов» в странах Ближнего Востока и Северной Африки. Единственный случай «успешного возвращения активов», который удалось найти авторам исследования — это изъятие собственности семьи президента Ливии Муаммара Каддафи. Высокий суд Лондона 8 марта 2012 года обязал сына Муаммара Каддафи — Саади Каддафи — вернуть особняк стоимостью 10 миллионов долларов ливийскому правительству.

В отчете, правда, не сказано, что суд судом, а «украденное» вернули, но не ливийскому правительству. В октябре 2012 года британский адвокат Национального переходного совета Ливии, претендовавшего на возврат «денег нации», заявил, что директоров британского офшора, владеющего особняком, найти никак не удается, а без согласия директоров передать дом ливийцам не представляется возможным. Продать дом тоже «никак не удается», он продолжает оставаться в собственности Великобритании. В 2017 году профессор Кембриджского университета Джейсон Шарман похвалил «усердного» адвоката в книге «Руководство деспота к управлению активами. О международной кампании по борьбе с большой коррупцией». Англичанин Мохамед Шабан очень тонко и ловко изымает у диктаторов «украденные британские богатства», обогащая казну, признал профессор.

Несмотря на напор TI, ближневосточная тема была слишком опасна и пошла вяло, так что к 2017 году Transparency International снова взялась за лондонскую недвижимость. В новом отчете, вышедшем в марте 2017 года под заголовком «Виновные башни: понять влияние международной коррупции на лондонском рынке недвижимости», говорилось о том, что три четверти элитных домов в британской столице принадлежит непонятно кому.

Машина правосудия начала проворачиваться, и 27 апреля 2017 года Великобритания, наконец, приняла «Закон о криминальных финансах». Главным инструментом борьбы с коррупционерами стали уже известные «запросы о состоянии имущества неясного происхождения». Однако Лондон с применением нового инструмента не спешил. К 2018 году круг лиц, на которые распространяется новая норма, был расширен, и в него, кроме лиц, причастных к организованной преступности, включили так называемых «политически значимых лиц». Им и начали предъявлять претензии.

И вот тут-то и закрутилась эпопея с «русскими деньгами», приправленная историей с отравлением полковника ГРУ Сергея Скрипаля. Сначала вышел сериал «МакМафия», в котором смачно рассказывалось, как оборзевших русских бандитов и коррупционеров выводят на чистую воду, а потом началась подготовка к выдаче «ордеров» и изъятию «украденных активов».

Наконец в марте 2018 года последовал первый выстрел — мимо. «Запрос» передан не русским, а азербайджанке, и не коррупционеру, а его жене, транжирившей деньги мужа в лондонских бутиках. При том, что сам коррупционер — экс-глава Международного банка Азербайджана Джахангир Гаджиев — на тот момент уже сидел в тюрьме и мало чем мог помочь своей супруге.

Следующий «запрос» по «сомнительным приобретениям»… и опять мимо цели. Не русским, а молдаванину, не коррупционеру, а его сыну, тратившему деньги отца на дорогие машины. Экс-премьер-министр Молдавии Влад Филат на момент разбирательства тоже был за решеткой.

Британские полисмены потели над документами, которые им предоставила Transparency International, и обещали вскорости новые скандалы, так как еще три ордера скоро должны появиться в публичном пространстве.

И вот они появились… Невероятно, но факт. Снова мимо. Три требования получили Дарига Назарбаева, спикер сената Казахстана и дочь Нурсултана Назарбаева, и ее старший сын Нурали Алиев с женой Аидой.

Семья опровергла связь покупки особняков с деньгами покойного мужа Дариги Назарбаевой Рахата Алиева, заочно осужденного на родине, арестованного в Австрии и умершего в австрийской тюрьме при невыясненных обстоятельствах в 2015 году. Сообщается, что Нурали Алиев пошел на сотрудничество со следствием, а его мать заявила, что деньги на богатую недвижимость она заработала сама, так как у нее свой бизнес, и передала сыну на покупку дома. Обсуждается также, что это дело не в последнюю очередь спровоцировал конфликт внутри семьи Назарбаевых, а Лондон выступил арбитром, просто прикрыв разбирательство ширмой борьбы с коррупцией.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER