logo
Статья
/ Анастасия Громова

Как ООН привязала гендер к климатическим соглашениям

Гендер  и климатические соглашенияГендер и климатические соглашения
Скопина Ольга © ИА Красная Весна

Участники 23-й сессии Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК), которая проходила с 6 по 17 ноября в Бонне (Швейцария) приняли первый в истории План действий по гендерным вопросам. По мнению авторов документа, — коалиции восьми стран Латинской Америки и Карибского бассейна, план должен содействовать «укреплению роли женщин в борьбе с изменениями климата».

Принятый план разрабатывали 12 лет, хотя связь экологических проблем и гендера возникла давно — о гендере как о «расширении прав и возможностей женщин» говорится в рамках так называемой Концепции устойчивого развития и в публикациях Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП) «Женщины и окружающая среда». С конца 90-х годов идет разговор о том, что активное участие женщин и учет гендерных вопросов в природоохранной политике имеют «определяющее значение для достижения согласованных на международном уровне целей, сформулированных в Декларации тысячелетия, а также для выполнения обязательств, закрепленных в Пекинской платформе действий (1995 год) и принятых на Всемирной встрече на высшем уровне по устойчивому развитию (2002 год)».

То есть, проблема не нова, и вопрос «женщина и климатические изменения» поднимается давно. Вопрос в том, что имеется в виду и чем это грозит. В плане речь идет о том, что изменения климата по-разному влияют на мужчин и женщин: женщины сильнее страдают от этого. Оставим за скобками вопрос о том, что вызывает изменения климата: авторы климатических соглашений считают, что причина в деятельности человека, в частности, в парниковых газах. Эта точка зрения оспаривается многочисленными экспертами, но то, что климатические изменения есть как природные, так и рукотворные (последствия хищнической вырубки лесов, например) — трудно отрицать.

Мы и не будем, лучше обратим внимание на то, о чем говорят авторы плана. «Преодоление гендерного неравенства и оздоровление гендерной проблематики — это вопрос жизни и смерти», — говорится в документе. Поясню, что имеется в виду. Согласно документам РКИК, в том числе и принятому плану действий по гендерным вопросам, изменение климата усиливает неравенство между женщинами и мужчинами: женщины несут непропорционально большое бремя последствий изменения климата из-за маргинализации их социального, экономического и политического статуса во многих странах мира.

Речь идет, судя по документам ООН, в первую очередь о развивающихся странах. В числе прочих, авторы часто упоминают Индию, Бангладеш, Бразилию, страны Центральной Азии и Африки. В этих странах на женщинах в большей степени отражаются такие изменения климата, как засухи, неустойчивые осадки, эрозии почвы, наводнения и прочее, потому что во многих странах женщины составляют большинство занятых в сельском хозяйстве, и отчасти потому, что они ограничены в возможностях заработка. Кроме того, женщины ведут домашнее хозяйство и ухаживают за членами семьи, что нередко ограничивает их мобильность и усиливает их уязвимость при внезапных стихийных бедствиях.

Также из-за изменений климата женщинам, работающим в сельском хозяйстве, приходится менять место работы и дольше добираться до нее, что усиливает риск сексуального насилия. Женщины в значительной мере вовлечены в производство продуктов питания и приготовление пищи — то есть, их напрямую касается вопрос последствий обезлесивания, и те же угрозы насилия существуют при сборе дров, женщинам приходится дальше ходить.

И, что не менее важно и отмечается во многих документах ООН по климату и гендеру, женщины вынуждены «нести непропорционально большое бремя, связанное с рождением и воспитанием детей». Иными словами, женская роль для женщин обуза. Подробно об этом, например, говорится, например, в докладе «Народонаселение мира в 2009 году. Перед лицом меняющегося мира: женщины, народонаселение и климат», подготовленного Фондом ООН в области народонаселения (UNFPA).

Читателям «Красной весны» этот фонд прекрасно знаком — он активно работает в области международного контроля за рождаемостью и является поборником депопуляции Земли. «Отношениям между полами и их конкретным нуждам до недавнего времени уделялось мало внимания со стороны тех, кто занимается вопросами глобального изменения климата», — говорится в докладе UNFPA, под «координацией» которого находятся международные структуры ООН — ЮНИСЕФ, ЮНЕСКО, МФПС (Международная Федерация Планирования Семьи), а также автор сексстандартов — ВОЗ.

Сомнительная деятельность UNFPA заставляет усомниться в том, что связка «гендер-климат», пусть даже в ней «гендер» используется в значении социального равенства между полами, так уж безобидна. Более того, сложно поверить, что такая привязка приведет к реальному решению проблем. Во-первых, в бедных странах процветает эксплуатация труда — в этом вопросе равенство между полами в развивающихся странах исполнено на 100%. Капитализм эксплуатирует в равной степени всех — и мужчин, и женщин, и детей. Однако, этот вопрос не волнует борцов с химерой климатических изменений и за гендер ни секунды.

Во-вторых, рукотворные климатические проблемы решаются государственными мерами, а нерукотворные — мерами по предупреждению, эвакуации и прочими. Все это за минувшие 100 лет отработано донельзя в социалистических странах, например, достаточно вспомнить системы каналов для орошения в Средней Азии времен СССР и лесопосадки в средней полосе страны. Проблема бедности также сугубо социальная, она никак не связана с полом — разве мужчины и женщины страдают от этого не в равной степени? Про военные конфликты как причины массовых бедствий не стоит даже упоминать — они усугубляют все проблемы, не только климатические.

Что же предлагает план страдающим от климатических изменений женщинам? Еще в 2008 году, когда в рамках РКИК ООН впервые заговорили о гендере, Секретариат организации призвал безотлагательно сформулировать «политические меры с учетом гендерных факторов для решения проблемы изменения климата», подчеркнув, что женщины являются «важными действующими лицами» и «проводниками перемен» в процессе преодоления последствий и адаптации. Тогда же был назначен координатор по гендерной проблематике и группа по гендерным вопросам для того, чтобы во всех программных документах РКИК ООН учитывалось понятие гендер.

Женщин предлагается привлекать к «мерам по адаптации и смягчения последствий изменения климата», осуществляемых в рамках Парижского климатического соглашения и дать женщинам-активисткам приоритетный доступ к финансам этих программ. Также план должен усилить роль «гендерно-чувствительного» (то есть, ориентированного на женщин и их права) образования и профессиональной подготовки, как на местном, так и на национальном уровне различных стран. Кроме того, документ продвигает средства для поддержки участия женщин в национальных делегациях, особенно женщин из местных, низовых общин и общин коренных народов.

Это, как считают разработчики, позволит достигнуть «гендерного баланса» и смягчить проблематику. А также устранить гендерные аспекты в доступе к финансированию. Но самое главное, что власти стран, подписавших климатические соглашения, в том числе и Парижское, должны будут «учитывать гендерную тематику в реализации политики в области изменения климата». Может показаться, что это хорошо, если понимать, как мы допустили ранее, что речь идет о социальных правах женщин.

Но опасность в том, что гендерное равенство в рамках документов ООН — это давно уже не представление мужчинам и женщинам равных прав и обязанностей, а также равного доступа к средствами (ресурсам, возможностям) для их использования. И я не случайно выделила цитату из доклада о «непропорционально большом бремени» деторождения — это тот самый маркер, который позволяет говорить о далеко идущих целях.

Во-первых, в том же 2008 году ООН приняло инициированную Францией при поддержке ЕС Декларацию по вопросам сексуальной ориентации и гендерной идентичности, в которой речь идет уже совсем другом понимании «гендера» — как гендерную идентичность. Можно быть как мужчиной, так и женщиной, или вообще кем-то еще. И отказаться от «навязываемых обществом» ролей, типичных для мужчины и женщины. То есть, произошла подмена понятий.

Во-вторых, деятельность инициатора внесения вопроса о гендере в климатические дела — UNFPA. Этот Фонд продвигает свою повестку по изменению реальности в ключе вышеуказанного понимания термина «гендер» — как отрыв гендера от пола и признания различных сексуальных перверсий нормой. Тут уже речь идет о гендерном равенстве как о равенстве не между мужчиной и женщиной, а между гендерами, которых уже придумали более 40 штук. Можно с опаской говорить о том, что под соусом равенства полов продвигается совсем другое — «уничтожение социально-сконструированных ролей и обязанностей, приписываемых мужчинам и женщинам». Ведь не понятно, а что конкретно имеется ввиду?

И в этом ключе опасно упоминание о «непропорциональном бремени», ведь ключевые лоббисты гендерной теории — радикальные феминистические организации. Упомяну также, что современные феминистки давно не имеют ничего общего с феминистками столетней давности, действительно боровшимися за права женщин. Сейчас это уже борцы против женщин — против семьи, роли женщины в семье и воспитании детей. Да и вообще против женственности и мужественности.

Благодатная почва для наступления на семью и снижения рождаемости в развивающихся странах, не так ли? И вполне укладывающаяся в известную концептуальную рамку — «для достижения устойчивого развития необходимо сокращать не только численность населения, но и снижать уровень потребления» (Из доклада Комиссии по глобальному управлению и сотрудничеству «Наше глобальное соседство» (1995 г.)).

После принятия плана участие женщин в борьбе против изменения климата было определено в качестве приоритетного в повестке дня до 2030 года. К чему же такое наступление приведет? В первую очередь, к депопуляции, поскольку в странах, где сильны традиции, но уже началась модернизация, эти идеи упадут на благодатную почву: под декларации о защите прав женщин будут пропагандировать отказ от деторождения.

Под этим же соусом будет продвигаться перекраивание социальной реальности по западному формату — то есть, именно то, от чего развивающиеся страны открещиваются руками и ногами. А от планирования семьи недалеко до истерии толерантности и однополых браков. Этот путь передовые западные страны, такие как США и Великобритания уже прошли. Пришло время тянуть за собой развивающиеся страны.

И, отмечу, что процесс внедрения гендерных стандартов как в связке с климатом уже идет. С 2008 года введение именно таких определений гендера и его связи с климатическими проблемами привело к тому, что уже началась «актуализация гендерных аспектов в национальном законодательстве» ряда стран, подписавших ряд международных экологических и климатических соглашений. Например, в Киргизии, Таджикистане, Молдове и Армении Фонд развития ООН для женщин (UNIFEM, позже преобразованный в ООН Женщины) оказывает поддержку по вопросам интеграции аспектов гендера в сельское хозяйство, трудовую миграцию и общественную безопасность.

Таким образом, вопросы изменения климата приобрели новый аспект и стали одним из путей глобальной пропаганды по уничтожению семьи и депопуляции. И было бы странно, если было бы иначе — климатические соглашения сами по себе являются давно оружием глобализации, и место депопуляции находится в одном ряду с деиндустриализацией и десоциализацией вполне логичным образом. Вполне возможно, что наряду с другими странами и законодательная база России начнет подвергаться тестированию на гендер — соответствующие стандарты уже разработаны и применяются при оценке ситуации с гендерным равенством в Таджикистане, Узбекистане и других странах.