Ирина Рассказова / Газета «Суть времени» №509 /
На практике, а не на словах, образование до сих пор остается именно услугой, и поэтому «клиент всегда прав» или, словами нашей администрации, «Наша цель — удовлетворить каждую мать»

Письмо учителя президенту

Александр Дейнека. Будущие летчики (фрагмент). 1937
Александр Дейнека. Будущие летчики (фрагмент). 1937
Александр Дейнека. Будущие летчики (фрагмент). 1937

Уважаемый Владимир Владимирович!

Я понимаю, что на фоне СВО, наверное, меркнут все остальные проблемы, но хочу обратить Ваше внимание, что ведь на Украине долгие годы, если не десятилетия, взращивался фашизм, взращивалась ненависть к русским — постепенно, с малых лет. Так на Украине воспитывали детей. И это — возможности образования. Возможности, которые использовали во зло. Но использовали. Переписали историю, и это дало свои ядовитые плоды.

Но ведь и в нашей стране, к сожалению, образование находится, мягко говоря, в упадке. Слава богу, речь не идет о воспитании ненависти и фашизма. Я о другом.

Думаю, ни для кого не секрет, что к текущему кризисному положению нашу образовательную систему привело именно бездумное, безрассудное ориентирование на западный мир. Во главу угла возводится тезис: ученик имеет права (это быстро перерастает в безнаказанность) и не имеет обязанностей. Администрация школы провозглашает в открытую: «Наша цель — удовлетворить каждую мать». Публично, на педсоветах. Ни в коем случае не «научить детей хорошо» — эта задача как будто бы и не стоит! Конечно, я не могу говорить за всю страну, это лишь мой субъективный опыт и опыт знакомых мне коллег-педагогов.

При этом, конечно же, есть и светлые моменты — изменения в лучшую сторону. Пока еще робкие, но знаковые. Вот уже министр образования Сергей Кравцов заявляет, что было «ошибкой» называть образование услугой. В школе с 1 сентября 2022 года наконец-то введен запрет на использование на уроках мобильных телефонов. И это лишь пара примеров. Но, несмотря на наличие таких позитивных сдвигов, задайте всё же себе вопрос: могут ли вообще в здоровой системе образования ставиться цели, подобные тем, что я привела выше?

Ведь сколько уже примеров в информационном пространстве: ребенок в 8-м классе неграмотен, не умеет читать — потому что его растила бабушка, которая очень жалела внука, всячески ограждала от труда по выполнению домашнего задания, а учителя уступали, не хотели связываться — себе дороже. Ведь на практике, а не на словах, образование до сих пор остается именно услугой, и поэтому «клиент всегда прав» или, словами нашей администрации, «Наша цель — удовлетворить каждую мать».

Второй пример: мальчик 8-го класса перешел из частной школы, где много времени уделялось изучению английского языка, в другую школу — в итоге не знал даже 4 арифметических действий, мог только переписать математические задачи и примеры с доски, а смысла переписываемого не понимал.

В любом классе всегда оказывается три группы учеников. При этом первая часть пришла учиться, ориентированы родителями правильно: слушать учителя, делать домашние задания, не плевать в учителя жвачкой и бумагой. Это та группа, которая выучится, поступит в вузы, та, которую Вы увидите в «Сириусе». Это костяк нашей будущей интеллигенции. И, глядя на них, душа Ваша радуется. Вы этих детишек видите. Тут всё понятно.

Следующая треть — группа, которая просто ходит в школу. Открыто не хамит, но и не рвется учиться — они закончат 9 классов, или их «дотащат». А вот третья часть детей представляет особый интерес. О потерянном поколении 1990-х написано уже много. Я не хочу абсолютизировать, но значительная часть представителей данного поколения, воспитанная в духе «мне все должны», не имеет в своей голове об обязанностях ни малейшего представления. И теперь наступило время, когда уже дети этих людей начали приходить в наши школы. Дети, не имеющие элементарного воспитания, для которых нормой является сказать учителю: «А что Вы мне сделаете?», «Вы не имеете права», «Вы мне должны». Такие дети активно поддерживаются их родителями, для которых в порядке вещей разговаривать с учителем примерно так: «Как Вы посмели публично в классе потребовать у моего ребенка домашнее задание, если он его не выполнил?», «Как Вы посмели при всех сделать замечание моему ребенку?», «Как Вы посмели прикоснуться к тетради моего ребенка — вот когда он захочет, он сам ее и откроет!», «Много задаете», «Поставив двойку, Вы нанесли травму моему ребенку». Это не преувеличение, это реальные случаи. Это было бы смешно, но дальше начинается самое интересное: администрация однозначно принимает сторону таких родителей.

Посмотрите законы: «за качество образования отвечает учитель» — прописано в должностных инструкциях. То есть ученик учиться не хочет, ничего не делает, мать защищает его право не учиться — а по закону отвечает учитель?! «На ученика не может быть оказано психическое и физическое воздействие» — то есть двойку нельзя поставить, это можно трактовать как негативное психическое воздействие. Нельзя схватить за руку и отобрать ножницы, летящие в глаз другому ученику — это физическое воздействие. Учитель никогда не будет оправдан в подобных случаях судом, так как законы, запрещающие физическое и психическое воздействие, есть, а позволяющих пресекать избиение одного ученика другим — нет.

Законодательно запрещен физический труд — детей нельзя привлекать к общественно полезному труду. Нельзя попросить поставить свой стульчик на парту, чтоб уборщице было легче мыть. Многие родители знают права своих детей не трудиться, пользуются этим и устраивают скандалы.

И в случае подобного конфликта — а мне доводилось лично попадать в такую ситуацию — у учителя есть два выхода:

1. принести извинения матери и ученику. Всё это сопровождается воем администрации: «Вы ненавидите детей, Вас нельзя к ним подпускать, Вы не умеете работать с родителями». Создается полное ощущение, что цель у администрации — унизить учителя, заставить его извиниться. Для чего? Чтоб мать не написала в департамент. Если много жалоб от родителей, директор рискует нажить себе проблем, а то и вообще потерять место, а это очень большие деньги по сравнению с зарплатой учителя.

2. Если же учитель имеет чувство собственного достоинства и считает, что он должен учить детей, а также и воспитывать — а значит, стоять на своем, «за правду» — он обречен. Оснований для увольнения нет, но его именно поэтому и начинает травить администрация и заставит-таки уйти. Все знают, что в таком случае значит увольнение «по собственному». Если отважный учитель пойдет защищать свои честь и достоинство в суде — и выиграет (такие примеры есть), — ему уже не работать в школе — ни в этой, ни в другой, потому что администраторы школ советуются друг с другом, и советуют «неудобного» не брать. Официально «черных меток» больше нет, но это ничего не меняет. Причем качество учителя как профессионала никого не интересует в этом случае.

Отсюда результат: дети не хотят учиться, ведь настоящая школа — это труд, а никак не цирк; их родители отстаивают право своих же детей не учиться, отстаивают упорно, настойчиво, опираясь на законы. И им это позволено. Тенденция западная: ребенок имеет права, ему требуется защита — обязанностей он не имеет. Если в классе появится хоть одна «упорная» мать — учитель уйдет однозначно, он обречен. Потому что администрация никогда не поддержит, она не в одном окопе с учителем. Это война.

Поверьте, люди уходят из школы не из-за низких зарплат. Из-за денег — это если была высокая зарплата — и вдруг стала низкая. Но такого же нет? Она у учителя всегда небольшая (кроме Москвы, конечно). Уходят из-за унижения, от осознания того, что им не дают выполнить свою задачу — не дают при поддержке администрации школы и департамента образования. Уходят от бессилия. От того, что их ставят перед выбором между своими принципами, совестью своей и «новыми» условиями работы. Администрация любит называть «гибкостью» такую необходимую для современных учителей способность позволять родителям и их детям управлять учебным процессом так, как они хотят.

Законы надо менять и менять отношение к образованию. Кто-то из великих сказал: «Хотите иметь достойную страну — начните со школьных учителей и образования».

Если бы не СВО, которая вдруг встряхнула все наши общественные институты и самые разные стороны жизни, то следующим шагом неизбежно бы стало: ребенок имеет право выбирать свой пол — обязательно нашлись бы те, кто стал бы продвигать эту идею в угоду Западу. Сейчас этого еще не произошло. Но за будущее трудно поручиться. Дети и современные родители перестали понимать то, что для нас с Вами, советских людей (да и досоветских!) очевидно: учеба — тяжелый труд, надо заставлять себя трудиться, учиться, стараться, а как же иначе? Само ничего в голову не ляжет. Вот они и не учатся. У учителей же нет рычагов заставить. А только заставлять и нужно, нет другого пути.

Простой пример: как бы ни прыгал перед вами учитель-волшебник, как бы прекрасно ни объяснил, что нет такого понятия, на самом деле, как таблица умножения, есть многократное сложение, но всё равно вы рано или поздно встанете перед необходимостью сесть и выучить эту таблицу, другого выхода нет… А это усилие воли, которое чуждо подавляющему большинству современных детей (повторюсь, не тем, которых Вы видите в «Сириусе» — это один процент от всех). В обычную школу зайдите без предупреждения и поговорите с глазу на глаз с простыми учителями, дайте им гарантию, что за эту беседу их не накажут — и Вы всё увидите сами. Хотя многие, наверное, всё равно испугаются. Тогда можно встретиться с учителями, печальные истории которых в большом количестве есть в интернете на всеобщем обозрении.

Результаты ОГЭ по математике, например, уже несколько лет ниже плинтуса. В прошлом году это объясняли дистанционным обучением и ковидом (ерунда, кстати). Но в этом году также результаты провальные. И начинается вой: какие плохие учителя, ничему не учат. Но ведь ранее, отстаивая право ребенка не учиться, вы же, родители, сами это сделали! А администрация школы, опасаясь за свое место и зарплату, поддерживала вас в этом против учителя. Нормы какие-то прописаны… два номера на дом, а то дети «перегружены». Чем?!

Дети должны быть заняты и учиться организовывать себя во второй половине дня, их должны стимулировать родители. Чтоб освоить тему, особенно которая не сразу дается, надо не два номера в день решать, а двадцать два! Какие нормы могут быть? Сидеть и делать! Только трудом! И тогда все задания по ОГЭ будут решаться.

Вы, конечно, задаете вопрос своему министру Кравцову, который в своей жизни не выучил ни одного ученика, еще и не желающего учиться, мол, что делать с результатами экзаменов? И что отвечает Вам Кравцов? Да, низкий уровень подготовки учителей. Самый нелепый аргумент и полное нежелание видеть причины катастрофы. Но ведь у нас только г-н Кравцов «знает, что делать», и предлагает: все учителя должны пройти месячные курсы (ничего не дающие, просто отмывание денег), и вместо учителей поставить преподавать студентов колледжей и вузов. и всё будет хорошо! Результаты экзаменов пойдут вверх. Да он серьезно это?! По его словам, получается, всё высшее педагогическое образование у нас в стране никуда не годится. Все 6 лет обучения вузы занимаются ерундой. Все комиссии о присвоении учителям категорий занимаются ерундой. Ничего их выводы не определяют и не дают узнать и подтвердить об учителе. Последнее, может, и так, но неужели месячные курсы сразу дадут сильные кадры для подготовки к ОГЭ?!

Владимир Владимирович, не позвольте одурачить себя, критически отнеситесь к этому «предложению»! Если не будут внесены изменения в закон об образовании, если не будут заменены администраторы школ — менеджеры и сокращены по численности департаменты — образование развалится. Потом его не соберешь. Не в электронных досках, поставляемых в школы, дело, не в МЭШ, активно продвигаемой Москвой, и сколько бы нового оборудования ни привозили в школы — это не изменит отношения детей и родителей к учебе.

Надо трудиться, порой вместе с ребенком и дома, и только в связке учитель — ученик — родитель можно добиться результата. Да, встречаются дети, которым с 1 класса и до 11 не нужна помощь, хватают, что называется, «на лету», есть такие — но это очень редко. В основе своей человек по натуре ленив. Но в советское время всех выучивали на неплохой уровень. Всех! Потому что было стыдно прийти не выучив. А работа над собой — залог успеха. Этому надо учить. Но учителям не дают этого делать. Подумайте, сколько людей с педагогическим образованием в Москве и регионах сидят в контролирующих организациях, проверяют школы. Сократить эти организации надо, а сотрудников — за учительский стол. Пусть приносят пользу. Вот увидите, больше половины в школу не пойдет. Они не умеют учить. И не хотят. А средств сколько идет на зарплату таким организациям!

Владимир Владимирович! Вас слушают. И Вы славитесь тем, что, наверное, являетесь единственным в мире — и в истории России уж точно — лидером, который во всё вникает. Пожалуйста, вникните и в эту проблему. Возможно, достаточно одного Вашего слова, поручения, одного Вашего выступления на данную тему, чтоб политика руководства школ по отношению к учителям в подобных случаях изменилась. Вам это было бы несложно сделать.

Очень-очень надеюсь на Ваше действенное участие в данном непростом вопросе, хотя понимаю, что у Вас действительно на всех не хватает времени. Поговорите с учителями, особенно с теми, кого выдавили из школы. Не с министром Кравцовым, он ничего вообще не знает, что происходит на местах. Не с департаментами. Учителей послушайте. Бесполезно назначать год Учителя, если не будет изменена система и законы, регулирующие подход к образованию.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER