logo
Статья
/ Антон Исаков
Несмотря на то, что Социалистическая партия набрала больше всех голосов избирателей, формировать коалицию, по всей видимости, будут оппозиционные партии

Выборы в Молдавии: пиррова победа Москвы

ЕдиногласноЕдиногласно
Анашкин Сергей © ИА Красная Весна

Молдавия на протяжении всей своей истории была объектом внимания со стороны Румынии (олицетворяющей западный курс) и России. Молдавия сначала входила в состав Российской империи, с 1918 года по 1940 в состав Румынии, а потом в состав СССР. Это определяет и сегодняшние особенности политической культуры.

Усиление роли России на международной арене приводит и к усилению ее влияния в Молдавии. Доказательством этого стала победа в 2016 году пророссийского кандидата Игоря Додона на президентских выборах. Конечно, о полном влиянии времен СССР говорить не приходится, но сегодня оно несоизмеримо больше, чем после 90-х годов.

Парламентские выборы 2019 года: удары «западников» и ответы «славянофилов»

Президентские выборы 2016 года, на которых победил Додон, стали первыми в истории страны прямыми выборами. Это придает серьезный статус главе государства.

Молдавия хоть и является парламентской республикой, функции президента здесь значительно шире, чем, к примеру, в Германии. Кроме того, президент является фактическим лидером одной из крупнейших партий страны — Социалистической. Это придает особую значимость парламентским выборам в стране.

А теперь немножко о предвыборной интриге.

Партия социалистов республики Молдавия в большей степени ориентируется на Россию и поддержку ей приходилось искать в Москве. И, следовательно, визит президента Додона (а он напрямую ассоциируется с указанной партией) в российскую столицу 31 января был использован оппозицией для обвинения в незаконной пропаганде.

Однако это было только начало. Президент страны, формально не имеющий отношения к политическим партиям, продолжал играть роль идейного вдохновителя пророссийских сил, а значит именно он становился объектом наиболее сомнительных нападок сторонников иного пути развития Молдавии.

Ситуация накалилась настолько, что Додону пришлось опровергать сплетни о готовящемся госперевороте. Фейковые новости, прочно вошли в инструментарий современных политических баталий.

Российская сторона также не осталась в стороне от важного электорального процесса. Москва применила излюбленный для себя прием — предостерегла население Молдавии от действий американского посла Дерека Хогана, который может готовить стране участь Украины. Впрочем, если взглянуть на украинский опыт, а также опыт целого ряда других стран, где подобную активность проявляло американское дипломатическое ведомство, то угрозы действительно могут оказаться реальными. А для Молдавии это особенно актуально потому, что в стране элита расколота на два лагеря: пророссийский и прозападный.

Чем ближе подходил день голосования, тем истеричней начинали действовать демократы. Внезапно лидерам оппозиционного блока ACUM показалось, что их отравили. Что способствовало подобной фантазии демократичных политиков, сказать сложно: то ли воспоминания о деле Скрипалей, то ли история с былым президентом Украины Виктором Ющенко. Так или иначе, но в результате очередной якобы спецслужбистской диверсии никто не пострадал.

Чтобы не отставать от своих либеральных коллег, в тот же день Демократическая партия Молдавии обвинила Россию во вмешательстве в выборы. Хочется сказать «уже не смешно», но таковы законы политической борьбы. Москву обвинили в гибридной войне, а конкретно в заведении дела на главу демпартии Владимира Плахотнюка, подозреваемого в незаконном выводе из России порядка 37 млрд рублей.

Угроза Майдана

Несмотря на эти, казалось бы, стандартные предвыборные завывания, ситуация в стране была близка к критической: в СМИ появилась информация о подготовке силовых ведомств к отражению возможных провокаций, которые обычно случаются тогда, когда демократические партии проигрывают выборы. В условиях демократии принято, что побеждать должны исключительно демократические партии, иначе всё это воспринимается как кремлевская диктатура.

Однако, как оказалось, Майдан был запланирован только для случая победы социалистов с подавляющим преимуществом, чего не произошло. Поэтому вице-председатель Демократической партии Адриана Канду дал правильный сигнал своим коллегам и партнерам о том, что нарушений на выборах обнаружено не было.

Примечательно, что другой оппозиционный блок — ACUM поспешил заявить, что фальсификации все-таки возможны. Это демонстрирует некоторые различия во взглядах двух оппозиционных партий, но вряд ли они повлияют на их возможности формировать коалицию.

Если оппозиция в целом более спокойно приняла результаты выборов, то социалистов они явно не устроили. Несмотря на то, что социалисты формально одержали победу, президент Додон заявил о фальсификациях. Однако, как это и водится у нелиберальных партий, после подобных заявлений никаких уличных акций не последовало.

Итоги и перспективы

По предварительным данным, на парламентских выборах побеждает Социалистическая партия Молдавии, которая увеличит свое представительство в законодательном органе страны на 10 мандатов (с 24 до 34). Демократическая партия Молдовы получит 33 кресла, оппозиционный избирательный блок ACUM — 26, партия «Шор» — 8.

Таким образом, на первый взгляд, Россия победила. Однако, проблема заключается в том, что союзников у социалистов в парламенте не будет. Поэтому, наиболее вероятный вариант развития событий — это коалиционное правительство, составленное из оппозиционных партий. Да, у них существуют значительные расхождения в позициях, но они едины в своем желании идти по пути сближения с Западом, а не с Россией. Если оппозиционным партиям не удастся договориться, то возможны повторные парламентские выборы, что может быть чревато серьезными потрясениями для страны.

Молдавия остается страной, в которой не утихают страсти относительно выбора пути — эта участь характерна практически для любого государства на постсоветском пространстве. Попытки разрешить данные противоречия радикально приводят к крови, ярким примером тому является Украина. Думается, что подобная ситуация продлится до тех пор, пока Москва не захочет вновь стать пастырем для разбежавшихся четырнадцати овец.