2
апр
2021
  1. Социальная война
Илья Коробков / Газета «Суть времени» №423 /
В любом случае важно одно: наш демографический кризис — это один из компонентов провоцирующей слабости России. Противник ударит, как только сочтет нас чрезмерно слабыми. И спасение здесь только одно — преодоление этой слабости

Доски «русского креста». Демографический кризис, которого мы не видим

Василий Перов. Спящие дети. 1870
1870дети.СпящиеПеров.Василий
Василий Перов. Спящие дети. 1870

Демографические проблемы порождают волну популизма. Вот, мол, до чего страну/регион/город довели, люди детей не хотят заводить, и даже наоборот — идет убыль населения. Эта патетика верна в части «до чего страну довели», но вот причинно-следственной связи с убылью населения напрямую не имеет.

Дело в том, что демографические показатели, которые применяются наиболее часто: рождаемость, смертность, прирост/убыль населения — не всегда отражают настоящую связь между желанием родителей рожать детей и положением дел в стране/регионе/городе. Потому что на эти показатели влияют не только сиюминутные процессы, но и события, происходившие в прошлом.

Итак, три наиболее упоминаемых демографических показателя — это рождаемость, смертность и получаемый из них прирост/убыль населения (см. Рис. 1).

Рис. 1. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения России
РоссиинаселенияприростестественныйисмертностьРождаемость,Рис. 1.
Рис. 1. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения России

Прирост/убыль населения — это разница между рождаемостью и смертностью. Рождаемость — это число детей, родившихся на 1000 человек населения. Смертность — число смертей на 1000 человек населения. Этот показатель хорош для определения некоей стратегии государства, но для анализа текущей ситуации и умонастроений семей он не подходит.

Всё из-за особенностей рождаемости и смертности. На эти показатели влияют демографические события, происходившие одно — два — три поколения назад. Действительно, если к детородному возрасту подошло многочисленное поколение, то стоит ожидать большого числа родившихся детей, а если поколение малочисленное, то мы будем ждать снижения числа родов. И это будет зависеть не от того, что сейчас происходит в стране или мире, а от того, что случилось «одно поколение назад». Например, если во время войны рождаемость снизилась почти в два раза и родилось мало детей, то и через поколение вполне ожидаемо было снижение рождаемости, так как к детородному возрасту подходили «дети войны».

Для смертности это тоже справедливо — для более долгого срока. Возьмем для примера тех же детей, рожденных во время войны. Их поколение, когда подходит к пожилому возрасту, дает лишь небольшой вклад в общее число смертей. Потому что их самих было немного.

Кроме того, на цифры рождаемости и смертности влияет еще и структура населения. То есть состав населения по полу, возрасту или другим признакам. Самый очевидный из возможных дисбалансов, который может «портить» статистику — это дисбаланс по полу. Если в гипотетической стране А проживает 2000 мужчин и 1000 женщин, а в соседней гипотетической стране Б — наоборот, 1000 мужчин и 2000 женщин, то при одинаковом числе рожденных детей в обеих странах показатель рождаемости будет одинаковым. Потому что он рассчитывается на 1000 жителей. Но при этом в стране А явным образом женщины рожают более интенсивно: большая доля женщин рожали, чем в стране Б. Значит, и равные цифры рождаемости не дают полной информации о том, где женщины больше готовы рожать.

Предположим, что в других гипотетических государствах В и Г разный возрастной состав жителей. В стране В много пожилых, пусть 1000 из 2000 населения, то есть 50%. А страна Г более молодая, пожилых там только 10%, то есть 200 из 2000 населения. Вот и получается, что при одинаковом числе родившихся детей за год в обеих странах, а значит, и при формально одинаковой рождаемости в этих странах женщины рожают с разной интенсивностью. Очевидно, что в стране Г женщины рожают в среднем меньше, чем в стране В.

Таким образом, очевидно, что всплески и падения рождаемости и смертности не дают полной информации о влиянии происходящего сейчас в стране на желание семей рожать детей. И нужны показатели, которые не зависят от структуры населения. То есть такие, которые показывают именно «интенсивность» рождений или смертей в стране.

По убыли населения есть такой показатель — возрастной коэффициент смертности. Он показывает, сколько из 1000 человек определенной возрастной группы умерли за год. И это позволяет посмотреть своеобразную интенсивность умирания людей в разном возрасте. И на эти показатели не может повлиять ни численность поколения, которое подходит к пожилому возрасту, ни общая численность населения.

Итак, если посмотреть на возрастной коэффициент смертности, становится очевидным, что интенсивность смертей во всех возрастах уменьшается. Люди в прямом смысле меньше умирают (см. Рис. 2).

Рис. 2. Возрастные коэффициенты смертности, ‰
смертности,коэффициентыВозрастныеРис. 2.
Рис. 2. Возрастные коэффициенты смертности,‰

Из этого же графика понятно, что чем многочисленнее поколение, которое стареет, тем более выраженный вклад в общую смертность оно вносит. Можем предположить, что в ближайшие 5–10 лет число умерших в нашей стране будет увеличиваться из года в год. Так как к пожилому возрасту подходит поколение, рожденное в 50-х и начале 1960-х годов (см. Таблица 1).

Таблица 1. Распределение населения по возрастным группам. Скриншот таблицы Росстата. Цветом выделено многочисленное поколение
поколениемногочисленноевыделеноЦветомРосстата.таблицыСкриншотгруппам.возрастнымпонаселенияРаспределениеТаблица 1.
Таблица 1. Распределение населения по возрастным группам. Скриншот таблицы Росстата. Цветом выделено многочисленное поколение

Учитывая, что с возрастом коэффициент смертности только увеличивается, масштабы убыли населения в этих возрастных группах будут только расти. Хотя мы с вами видели до этого, что в каждой возрастной группе идет постепенное снижение смертности.

В итоге будут расти и абсолютные цифры. А это, в свою очередь, будет занижать показатель естественной прибыли/убыли населения. В этом и своеобразный парадокс — усугубление убыли населения, хотя «интенсивность» смертей во всех возрастных группах продолжает снижаться.

Подобный парадокс можно предположить и для рождаемости. Для начала констатируем, что к взрослому возрасту подошло малочисленное поколение, после которого стоит ждать другое такое же малочисленное поколение. И даже если женщины будут более интенсивно рожать, чем это было раньше, на фоне увеличения абсолютных цифр смертности будет сохраняться общая убыль населения.

Однако и для прироста населения тоже есть показатель, показывающий «интенсивность» рождений. Даже два. Первый — это суммарный коэффициент рождаемости. Второй — возрастные коэффициенты рождаемости.

Суммарный коэффициент рождаемости — высчитываемый показатель. Он показывает, сколько бы родила детей средняя женщина с 15 до 49 лет (репродуктивный возраст), если бы сохранялись те же темпы рождаемости в течение этого времени. Полученная цифра показывает своеобразную интенсивность рождаемости — насколько желают рожать женщины репродуктивного возраста. График суммарного коэффициента рождаемости приведен на Рис. 3.

Рис. 3. Суммарный коэффициент рождаемости
рождаемостикоэффициентСуммарныйРис. 3.
Рис. 3. Суммарный коэффициент рождаемости

Обращает на себя внимание постепенное планомерное увеличение этого показателя, которое началось с 2000 года и шло вплоть до 2015 года. Особенно показательно это увеличение суммарного коэффициента на фоне графика динамики числа женщин репродуктивного возраста в России (см. Рис. 4).

Рис. 4. Суммарный коэффициент рождаемости (красная кривая, левая ось) и число женщин 15–49 лет (черные линии, правая ось)
ось)праваялинии,(черныелет15–49женщинчислоиось)леваякривая,(краснаярождаемостикоэффициентСуммарныйРис. 4.
Рис. 4. Суммарный коэффициент рождаемости (красная кривая, левая ось) и число женщин 15–49 лет (черные линии, правая ось)

По сути, этот график показывает желание семей рожать детей. Видно, что даже при идущем с 2005 года неуклонном снижении числа женщин репродуктивного возраста «интенсивность» рождений детей увеличивается. Таким образом, и рождаемость должна бы увеличиваться.

И действительно, читатель, возможно, уже заметил, что динамика суммарного коэффициента рождаемости почти повторяет динамику рождаемости. (См. Рис. 5)

Рис. 5. Суммарный коэффициент рождаемости (красные линии, правая шкала) и рождаемость (черная кривая, левая шкала)
шкала)леваякривая,(чернаярождаемостьишкала)праваялинии,(красныерождаемостикоэффициентСуммарныйРис. 5.
Рис. 5. Суммарный коэффициент рождаемости (красные линии, правая шкала) и рождаемость (черная кривая, левая шкала)

Но, как это часто бывает, тут дело в этом самом «почти». Если бы, во-первых, состав населения был одинаковым из года в год и, во-вторых, доля женщин репродуктивного возраста в общей численности населения оставалась бы постоянной, эти графики совпадали бы. И, действительно, тогда бы динамика рождаемости в пересчете на все население и на женщин репродуктивного возраста была бы одинаковой. Однако у нас совсем не такое население страны. У нас соотношение разных групп населения и по возрасту, и по полу разнится в разные годы. Это вызвано демографическими катастрофами в прошлом.

Именно отсюда и появляется это «почти». Например, в начале 1960-х годов рождаемость снизилась более существенно, чем суммарный коэффициент рождаемости. Это произошло из-за крайне низкого числа родившихся детей в 1940-х, прежде всего во время войны. Однако рождаемость могла бы рухнуть еще ниже, если бы вместе с этим в той же степени снизился бы и суммарный коэффициент рождаемости.

Подобный процесс мы видим и в середине 2010-х. Когда рождаемость уже пошла вниз (в репродуктивный возраст вступало малочисленное поколение 1990-х), а суммарный коэффициент рождаемости все еще продолжал увеличиваться — женщины хотели рожать.

Таким образом, суммарный коэффициент рождаемости точнее отражает реакцию семей на текущие события. Чем больше семьи уверены в завтрашнем дне, тем проще решиться на рождение ребенка.

Однако и здесь есть лукавство. Потому что и внутри репродуктивного возраста есть своя структура. Очевидно, что в 15 и даже в 20 лет рожают гораздо реже, чем в 30 лет. То же касается и более старшего возраста — женщин 40 лет и старше. И здесь уже нам поможет возрастной коэффициент рождаемости. Он показывает, сколько детей рождается на 1000 женщин в определенной возрастной группе. (См. Рис. 6)

Рис. 6. Возрастные коэффициенты рождаемости
рождаемостикоэффициентыВозрастныеРис. 6.
Рис. 6. Возрастные коэффициенты рождаемости

Эти коэффициенты показывают, насколько интенсивно рожали женщины в разных возрастных категориях. На примере снижения рождаемости начала 1960-х можно увидеть, что суммарный коэффициент рождаемости уменьшился в группах женщин в возрасте с 25 до 44 лет. И это вполне объяснимо с точки зрения демографических процессов. Но «интенсивность» рождений почти сохранилась в группах с 15 до 24 лет. За счет этих групп женщин и не случилось такого же резкого провала рождаемости, как во время войны. И причины этому можно найти, сопоставляя факты общественно-экономической жизни и обсуждаемые цифры рождаемости (уже началось масштабное строительство жилья, строились детсады, шел экономический рост). Однако это как раз и было менее многочисленное поколение внутри группы женщин репродуктивного возраста. Более многочисленное поколение рожденных до 1941 года переходило в более старший возраст, когда желание рожать (после того как они уже родили детей в 40–50-х годах) уменьшалось. Поэтому общий показатель рождаемости и суммарный коэффициент рождаемости в этот период и снизились.

Если под таким же углом посмотреть на ситуацию 1990-х, то бросается в глаза важная деталь. Если в войну рождаемость упала в 2 раза (при отсутствии надежных методов контрацепции и установок «пожить для себя»), в 1960-х — упала только на 30–40% за счет того, что не все группы женщин стали меньше рожать (хотя уже появились представления о необходимости финансовой обеспеченности для рождения ребенка), то в 1990-х произошел обвал рождаемости — снова в 2 раза. Не было ни одной возрастной группы, которая сохранила бы прежний темп рождения детей. Возрастные коэффициенты рождаемости обрушились до 60%. То есть в России повторилась демографическая трагедия, как во время войны, только продолжалась она не 4 года, а 10 лет.

Теперь давайте с тем же инструментом приглядимся к нашему времени. Как ситуация с рождаемостью в 1960-х была эхом демографической трагедии военных лет, так и сегодняшнее снижение — это эхо демографической трагедии 1990-х.

Положительный момент — после краха в 1990-х возрастной коэффициент рождаемости рос во всех возрастных группах женщин, кроме самых молодых (15–24 года). Это видится вполне ожидаемым в рамках теории демографического перехода, которая предполагает, что молодые женщины будут стараться отложить беременность на время, чтобы получить образование, «состояться», «встать на ноги». На этом фоне шло увеличение «интенсивности» рождаемости у более старших женщин — 25 лет и старше. К 2015 году во всех группах старше 25 лет показатель рождаемости вышел на уровень последних 20 лет СССР.

Таким образом, примерно с 2000 года до 2015 года происходило увеличение рождаемости за счет более старшего поколения женщин репродуктивного возраста — 25 лет и старше. В этом разница с ситуацией в СССР, когда в большей степени хотели воспитывать детей женщины из двух более «младших» возрастных групп — с 20 до 30 лет.

С 2015 года суммарный коэффициент рождаемости начинает снижаться. Сейчас это подается как следствие неправильной политики, а «патриотические» проправительственные ресурсы подают это как эхо войны и 1990-х одновременно. Однако оба утверждения не вполне верны сейчас, хотя и полностью назвать их ложными нельзя. Ситуация конца 2010-х и далее имеет свои особенности.

Во время войны рождаемость снизилась во всех возрастных группах, причины очевидны. В 1960-х годах рождаемость снизилась в более старших возрастных группах, но сохранялась на одном уровне в молодых группах (до 25 лет). В 1990-х рождаемость снизилась снова во всех возрастных группах. И это не следствие войны, а следствие краха СССР, падения экономики, грубого изменения всей жизни, следствие нестабильности. А что сейчас?

После подъема рождаемости во всех возрастных группах, кроме «молодых» (до 25 лет), вплоть до 2015 года началось снижение рождаемости. И снова — во всех возрастных группах*. Это означает только одно — во всех возрастных группах снижается уверенность в завтрашнем дне. Во всех возрастных группах женщины, а значит, и семьи в целом, хотят отложить рождение детей. Можно и нужно говорить про малочисленное поколение, которое пришло в детородный возраст, и это само по себе снижает общий показатель рождаемости, общее число рождений, то есть сам факт взросления малочисленного поколения предполагает появление еще одного малочисленного поколения.

А сейчас ситуация усугубляется еще и тем, что внутри этого малочисленного поколения женщины начинают рожать еще меньше. А это значит, что демографический кризис уже пять лет усугубляется, и этот процесс продолжится. Он достанется «в наследство» нашим детям.

Кстати, про наших детей. А насколько хорошо мы даем понять детям, что семья — это нормально и что дети — это благо?

С этой точки зрения интересно посмотреть, как изменяется желание женщин родить ребенка внутри одного поколения в течение их жизни. То есть как рожали женщины одного года рождения в разном возрасте. Например, вот как изменялся возрастной коэффициент рождаемости для поколения женщин, родившихся во время войны в 1941–1945 годах (см. Рис. 7).

Рис. 7. Изменение возрастного коэффициента рождаемости поколения женщин 1941–1945 гг. рождения, когда они находились в разных возрастных группах
группахвозрастныхразныхвнаходилисьоникогдарождения,1941–1945 гг.женщинпоколениярождаемостикоэффициентавозрастногоИзменениеРис. 7.
Рис. 7. Изменение возрастного коэффициента рождаемости поколения женщин 1941– 1945 гг. рождения, когда они находились в разных возрастных группах

На этом графике первая точка — это возрастной коэффициент рождаемости женщин 1941–45 гг. рождения в 1960 году, когда они входили в самую младшую группу репродуктивного возраста — 15–19 лет. Вторая точка — когда им было 20–24 года. Третья — 25–29 лет. Четвертая — 30–34, и так далее до последней точки в 45–49 лет.

Посмотрим на несколько поколений вместе (см. Рис. 8).

Рис. 8. Изменение возрастного коэффициента рождаемости разных поколений жен- щин, когда они находились в разных возрастных группах
группахвозрастныхразныхвнаходилисьоникогдащин,жен-поколенийразныхрождаемостикоэффициентавозрастногоИзменениеРис. 8.
Рис. 8. Изменение возрастного коэффициента рождаемости разных поколений жен- щин, когда они находились в разных возрастных группах

Для родившихся в 1975 году и позже кривые не закончены — они еще не достигли 49 лет. Чем более молодое поколение, тем короче кривая. Однако и по этим данным можно увидеть тенденции.

То, что женщины рожают всё позже, мы выяснили до этого. На этом же графике видно, что этот процесс начался с поколения 1971–75 годов и усугубился у более молодых поколений. Но больше насторожила другая наметившаяся тенденция.

У поколения 1990–94 годов рождения даже в возрасте после 25 лет не увеличилось желание воспитывать детей. Возможно, они отложили рождение детей на будущее. Но тогда мы это увидим увеличением рождаемости в более старшей возрастной группе (30–34 года) в середине 2020-х. Но есть опасения, которые на фоне общего тренда на снижение рождаемости не кажутся необоснованными: возможно, эти поколения в принципе в меньшей степени настроены на создание семей и рождение детей?

Стоит вспомнить о том, что это за поколение, родившееся в 1990-х и позже. Это детсад и первый класс в 1990-е и обучение в 2010-е. Тогда уже вовсю вошел в нашу жизнь интернет. Это будущие женщины, которые заразились феминизмом очередной сто первой волны. Это те самые дети, среди которых в начале 2010-х многие сочувствовали Навальному на Болотной. Это дети, которым в школе уже преподавали этику, права человека и экономику при уменьшении часов основных предметов. Это те дети, которые с детства впитывали «бери от жизни всё». И они брали всё, потому что в большинстве семей был только один ребенок.

А сейчас в лучшем случае эти поколения отложат рождение детей на более поздний срок, и тогда в стране «просто» усугубится имевшийся и до этого дисбаланс в численности разных поколений. А в худшем — не станут рожать детей вообще, и тогда в стране начнется катастрофичный демографический кризис еще через поколение — через 25–30 лет.

Однако не только молодое поколение меньше рожает детей. Более старшее поколение также «сбавило темп». И тут вопрос к руководству страны: а что, собственно, случилось? В 2015 году по инерции еще шел рост суммарного коэффициента рождаемости. В 2016 году он уже начал падать. Что произошло в 2014–2015 годах? Дело не в Крыме или Украине как таковых, хотя именно об этом подумали бы злопыхатели и недруги России. Дело в (не)уверенности людей в завтрашнем дне. Власть стала делать нечто, от чего люди стали терять уверенность в завтрашнем дне. Пора исправлять, не правда ли?

Из всего вышесказанного власть имущим стоит сделать простой вывод:

Нужно срочно стимулировать рождение детей во всех возрастных группах. Использовать все законные методы. Не только финансовые, а вообще все.

А для этого во многом придется вернуться к нормам времен Советского Союза и логически порассуждать:

  • Что главное для родителей? Уверенность в завтрашнем дне — что хватит денег и не начнется война. Про второе мало кто думает, и пусть так будет дальше.
  • Чтобы хватило денег, нужно не только маткапитал обещать. Большинство людей и сами бы себя прокормили, но очередь в детсад не позволяет устроить ребенка рано. А женщине нужно дать возможность вернуться на работу как можно раньше.
  • А для этого нужно построить больше яслей, чтобы семьи оставляли там своих детей. Вообще этот вопрос решается за 1–2 года. А еще кто-то, вероятно, помнит, как на работе стоял молокоотсос, и женщина регулярно подходила к нему, чтобы профилактировать проблемы после родов.
  • А если мама будет на работе и не будет кормить малыша своим молоком, значит нужно развивать сеть молочных кухонь. Развивать, а не сворачивать, как это происходит в течение нескольких лет и десятилетий.
  • А еще если мама на работе и папа на работе, придется вернуть домой дедушек и бабушек — на случай болезни или чтобы забрать ребенка из детсада или отвести на секцию. Вернуть, а не загнать на работы обратно, сочетая это со стрессом из-за раздумий о том, что выгонят или вынудят уйти.
  • А еще нужна реальная забота о детях. Нужно, чтобы ребенок постоянно был чем-то занят, ходил на кружки и секции. Даже небогатый. А не как сейчас — получи ПФДО (персонифицированное финансирование дополнительного образования), денег от которого хватит максимум на одну секцию, и радуйся. Остальное время занимай ребенка сам, а не трудись.

А главное, нужна массированная пропаганда рождения детей, создания и сохранения семьи, вообще традиционных ценностей. Через кино, телевидение, мультфильмы, театры, рекламу, архитектуру, городское пространство (уточню — через наше кино, наше телевидение, наши мультфильмы и пр.). Использовать любые возможности. Но есть одно «но»! Делать это надо умно, тонко, с должным пониманием последствий. Иначе при агрессивном навязывании этих образов будет обратный результат!..

А что сейчас мы видим? Сплошь несчастные семьи в телепередачах и сериалах? Массированную пропаганду наших СМИ по поводу якобы ужасающего домашнего насилия в стране? Усиленное внедрение антисемейных ценностей в умы молодежи? Деградировавшую культуру что в театрах, что в кино, что в музеях и на выставках? И поверх всего этого повсюду, куда хватает взгляда, как наводнение, разливается цифровизация — вместо подлинного человеческого общения…

Много есть возможностей простимулировать рождение детей. Ничего сверхсложного здесь нет. Однако власть, произнося благие слова, почему-то не делает реальных дел.

Между тем ситуация настолько катастрофическая, что впору вновь вспомнить лозунг, к которому прибегали лишь в моменты последней крайности: «Отечество в опасности!»

P. S. В этой статье не затронуты многие другие последствия демографического кризиса. Это и проблема числа рабочих рук, и проблема резкой нехватки детских учреждений, нужных только для определенного возраста и/или целей (тех же детсадов и роддомов), и вопрос о различиях рождаемости по разным национальностям, и проблема негативного влияния на нашу внутреннюю и семейную политику наших геополитических противников.

В любом случае важно одно: наш демографический кризис — это один из компонентов провоцирующей слабости России. Противник ударит, как только сочтет нас чрезмерно слабыми. И спасение здесь только одно — преодоление этой слабости.

Илья Коробков


* Справедливости ради — снижение возрастных коэффициентов рождаемости происходит во всех возрастных группах, кроме последних двух. На одном уровне продолжают рожать женщины 40–44 и 45–49 лет. Но их вклад в общее число рожденных и суммарный коэффициент рождаемости крайне мал, 2–3%, поэтому этот факт не обсуждается отдельно.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER