Главная претензия, которую постоянно высказывали американцы на Мюнхенской конференции, проходившей в разгар COVID-19, касалась роста китайской технологической мощи. А также того, что европейцы не хотят участвовать в сдерживании и подавлении этой мощи, в то время как это совершенно необходимо

Коронавирус — его цель, авторы и хозяева. Часть III

2015 год. Не 2019-й, не 2018-й, не 2017-й, не 2016-й — 2015-й! То, что я сейчас зачитаю, четыре с лишним года назад было опубликовано — задолго до того, как началась эпопея с коронавирусом.

Итак, 2015 год. 9 ноября. В этот день выходит статья в Nature Medicine, очень известном и авторитетном медицинском журнале. В дальнейшем — через несколько лет — эта статья будет и девальвироваться, и опровергаться. Но, как говорят в таких случаях, что написано пером, не вырубишь топором. Повторяю, она написана задолго до того, как началась вся эта коронавирусная эпопея, и это — главное. Статья очень важная, авторитетная, серьезная. Поэтому давайте ее обсуждать не по принципу «на чью мельницу это льет воду» (тем более что она написана в 2015 году — на горизонте еще нет даже облачка того, что потом станет «ковидной» истерикой). Давайте обсуждать эту статью прямо по содержанию.

Вот что в ней конкретно сказано.

Называется она так: «У кластера коронавирусов летучих мышей, похожих на SARS, обнаружен потенциал возникновения среди людей».

Статья написана коллективом исследователей.

Основная работа проводилась в Университете Северной Каролины в Чапел-Хилл.

Помимо сотрудников данного значимого университета и его специальных лабораторий, в авторский коллектив вошли представители:

  • Национального центра токсикологических исследований Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США,
  • Уханьского института вирусологии,
  • Института исследований биомедицины в Цюрихе,
  • медицинского факультета Гарвардского университета.

На всем стоит знак качества.

Авторы статьи отмечают: появление коронавируса, вызывающего SARS-CoV (тяжелый острый респираторный синдром) и MERS-CoV (ближневосточный респираторный синдром), свидетельствует о том, что существует угроза передачи инфекции между видами — такой инфекции, которая приводит к вспышкам заболевания среди людей.

Она оформляется в других видах, тех или иных, а потом перескакивает на людей.

Дальше сказано, что предметом исследования, результаты которого описаны в данной статье, является патогенный потенциал вируса, похожего на вирус, вызывавший SARS. Похожего, но другого. Авторы указывают, что в настоящее время этот похожий на SARS вирус — SHC014-CoV — циркулирует в популяциях китайских подковоносых летучих мышей.

По сути в статье речь идет о серии экспериментов.

Первый эксперимент — создание химерного вируса с белком-шипом от вируса летучей мыши SHC014 и остальными свойствами вируса SARS-CoV. Подчеркиваю слово «химерного», потому что сегодня слишком много охотников поговорить о том, что этим вообще не занимались, следовательно, разговора об искусственном происхождении вируса быть не может.

Значит, к вирусу SARS, который уже показал, как он вредоносен для человека, добавляют новый белок-шип от вируса летучей мыши. И получается химерный вирус. Химера не в том, что всё «делается» заново. А в том, что белок-шип берется новый, а остальные свойства остаются такими же, как у SARS-CoV. Можно создать этот химерный вирус или нет? Авторы статьи говорят: не только можно, но его уже создали. Вот он, голубчик. Полюбуйтесь.

Это первый эксперимент.

Второй эксперимент — заражение этим химерным вирусом человеческих эпителиальных клеток. А затем — сравнение титров вируса (то есть концентрации вирусных частиц) в клетках, зараженных химерным вирусом, и титров вируса в клетках, зараженных «диким» штаммом SARS-CoV. Выяснилось, что химерный вирус способен заражать и размножаться в человеческих клетках дыхательных путей так же успешно, как дикий вирус.

Третий эксперимент, описанный в статье, — заражение химерным вирусом лабораторных мышей. Другую группу мышей заразили вирусом SARS-CoV–MA15 — вариантом дикого вируса, приспособленного именно к мышам. Химерный вирус оказался для мышей менее летальным, чем SARS-CoV–MA15. При этом зараженные химерным вирусом старые мыши (в возрасте 12 месяцев) болели намного тяжелее молодых (в возрасте 10 недель).

Интересный пролог 2015 года к тому, что развернется через пять лет, не правда ли?

Следующий — четвертый — эксперимент представлял собой попытку защитить мышей от заражения химерным вирусом с помощью существующей инактивированной вакцины от SARS-CoV. Попытка оказалась неудачной. Вот изменили белок-шип — и та вакцина, которая действует на SARS, перестала работать. И уже нельзя спасти бедных мышек.

В ходе пятого эксперимента мышей попытались защитить от заражения с помощью моноклональных антител против SARS-CoV. Результат был частично удачным.

То, что я здесь излагаю, не теория заговора. Я вообще ничего не добавляю к тому, что сказано в этой авторитетной статье. Ученые проводят эксперименты по созданию нового вируса и описывают эти эксперименты, потому что им хочется понять, как это всё происходит, есть ли возможность использовать существующие вакцины или их нельзя использовать. У ученых свои научные программы, в ходе которых они создают новые убойные возможности у вируса. Может, ученые создают эти убойные возможности для самых благих целей. Но как только они их создают, сразу все, кто занимается биологическим оружием, говорят: «Так-так, интересно, интересно… Убойная сила выше? Ну-ка, расскажите подробнее!»

Вывод коллектива исследователей таков: «Оценка доступных иммунотерапевтических и профилактических методов на основе вируса SARS-CoV показала низкую эффективность (по отношению к новому вирусу. — С. К.). Ни применение моноклональных антител, ни применение вакцин не смогло нейтрализовать и защитить от заражения коронавирусом, применяющим новый белок-шип».

Как на такую информацию должны отреагировать специалисты, занимающиеся созданием биологического оружия? Примерно так: «О! Известные средства не помогают? Так значит, убойная сила-то выше! Вот и замечательно! Молодцы!»

«На основе этих данных, — пишут авторы статьи, — мы синтетически регенерировали инфекционный полноразмерный рекомбинантный вирус SHC014 и продемонстрировали надежную вирусную репликацию как in vitro (то есть „в пробирке“, вне живого организма. — С. К.), так и in vivo (то есть в ходе эксперимента на живом организме. — С. К.). Наша работа указывает на потенциальный риск новых вспышек SARS-CoV от вирусов, циркулирующих в настоящее время в популяциях летучих мышей».

Я ни слова здесь не перевираю. Я просто озвучиваю то, что сказано в статье. Это мой основной метод в данном исследовании по поводу COVID-19.

Итак, 9 ноября 2015 года Nature Medicine публикует статью, которую мы только что рассмотрели.

А 12 ноября 2015 года в Nature выходит статья Деклана Батлера под названием «Спроектированный вирус летучей мыши вызывает дебаты по поводу рискованного исследования». Подзаголовок: «Изготовленный в лаборатории коронавирус, связанный с тяжелым острым респираторным синдромом, может инфицировать клетки человека».

Эта статья также представляет для нас интерес. Приведу ее с незначительными сокращениями.

«Эксперимент, в ходе которого была создана гибридная версия коронавируса летучей мыши, связанная с вирусом, вызывающим тяжелый острый респираторный синдром (SARS), привел к возобновлению дискуссии о том, стоит ли рисковать, осуществляя разработку лабораторных вариантов вирусов с возможным пандемическим потенциалом»,  — говорит Деклан Батлер.

Далее он рассказывает, что в статье, опубликованной в Nature Medicine 9 ноября 2015 года, описано исследование вируса SHC014, который обнаружен у подковоносых летучих мышей в Китае. Исследователи создали химерный вирус. Этот химерный вирус смог инфицировать клетки дыхательных путей человека.

Хотя почти все коронавирусы, выделенные у летучих мышей, не способны связываться с ключевым человеческим рецептором, SHC014 — не первый, кто сумел это сделать (то есть связаться с ключевым человеческим рецептором), пишет Батлер. По его словам, исследователи впервые сообщили об этой способности у другого коронавируса, выделенного из той же популяции летучих мышей, еще в 2013 году.

Далее цитирую статью Батлера: «Полученные данные подтверждают подозрения, что коронавирусы летучих мышей, способные непосредственно заражать людей (вместо того чтобы сначала развиваться у промежуточного животного-хозяина), могут встречаться чаще, чем считалось ранее, полагают исследователи.

Но другие вирусологи задаются вопросом, оправдывает ли информация, полученная в результате эксперимента, потенциальный риск? Хотя степень любого риска трудно оценить, Саймон Уэйн-Хобсон, вирусолог из Института Пастера в Париже, отмечает, что исследователи создали новый вирус, который «замечательно хорошо растет» в клетках человека. «Если вирус вырвется, никто не сможет предсказать пути его развития», — говорит он.

Этот аргумент по сути является повторением дебатов о том, надо ли разрешать лабораторные исследования, которые увеличивают вирулентность, легкость распространения или разнообразие хозяев опасных патогенных микроорганизмов — то, что известно как исследование «усиления функции»…»

Ну что, после этого вы говорите, что нет химер и этим не занимаются? Да как этим могут не заниматься? Дебаты идут только о том, надо ли это разрешать.

«В октябре 2014 года правительство США ввело мораторий на федеральное финансирование таких исследований вирусов, вызывающих SARS, грипп и MERS, — продолжает Батлер. — Последнее исследование было начато до введения моратория в США, и Национальные институты здравоохранения США (NIH) разрешили его продолжить, говорит Ральф Барик — исследователь инфекционных заболеваний в Университете Северной Каролины в Чапел-Хилл, один из авторов исследования (того, которое я так подробно описывал в начале своего исследования. — С. К.). NIH в конечном итоге пришли к выводу, что работа не была настолько рискованной, чтобы попасть под мораторий, говорит он».

И потому, несмотря на то, что в 2014 году стали «чесать репу», не стоит ли нажать на тормоз, эти исследования в Северной Каролине продолжались в 2015 году.

«Но Уэйн-Хобсон не одобряет исследование, потому что, по его словам, оно дает мало пользы и не много говорит о том, какую опасность дикий вирус SHC014 у летучих мышей представляет для человека», — указывает автор статьи.

«Другие эксперименты в исследовании показывают, что вирус диких летучих мышей должен развиваться, чтобы представлять какую-либо угрозу для человека — изменения, которые могут никогда не произойти, хотя они не исключены. Барик и его команда реконструировали дикий вирус по последовательности его генома и обнаружили, что он плохо растет в клеточных культурах человека и не вызывает значительных заболеваний у мышей».

Он-то плохо растет, а то, что описано в Nature Medicine 9 ноября 2015 года, растет замечательно! Но вернемся к статье.

«Единственное влияние этой работы — создание в лаборатории нового неестественного риска», — соглашается Ричард Эбрайт, специалист по молекулярной биологии и биозащите в Университете Рутгерса в Пискатауэй, штат Нью-Джерси. И Эбрайт, и Уэйн-Хобсон — давние критики исследований усиления функции».

То есть всё, что описано в статьях, которые я зачитываю, имеет название «усиление функции». Какой? Патогенной функции вируса!

«В своей статье авторы исследования также признают, что в будущем спонсоры могут дважды подумать о разрешении таких экспериментов. «Группы экспертов по научному обзору могут посчитать подобные исследования по созданию химерных вирусов, основанных на циркулирующих штаммах, слишком рискованными для проведения», — пишут они, добавляя, что необходимо обсудить вопрос о том, «оправданы ли дальнейшие исследования этих типов химерных вирусов с учетом присущих им рисков».

Но Барик и другие говорят, что исследование имело свои преимущества. Результаты исследования «превращают этот вирус из потенциального возбудителя в явную и существующую опасность», — говорит Питер Дасзак, соавтор статьи 2013 года. Дасзак является президентом EcoHealth Alliance, международной сети ученых со штаб-квартирой в Нью-Йорке, которая собирает вирусы от животных и людей в очагах новых заболеваний по всему миру.

Дасзак соглашается, что исследования по тестированию гибридных вирусов на клеточной культуре человека и на животных моделях могут мало что сказать об угрозе, которую представляет дикий вирус. Но он утверждает, что они могут помочь указать, какие патогенные микроорганизмы должны быть приоритетными при дальнейшем исследовании.

Без экспериментов, говорит Барик, вирус SHC014 всё еще не рассматривался бы как угроза. Ранее ученые полагали, основываясь на молекулярном моделировании и других исследованиях, что он не должен быть способен заражать клетки человека. Последняя работа показывает, что вирус уже преодолел критические барьеры, такие как способность зацепляться за человеческие рецепторы и эффективно инфицировать клетки дыхательных путей человека, говорит он. «Я не считаю, что это можно игнорировать».

Вот сама статья Деклана Батлера, написанная в ноябре 2015 года.

Не так давно в электронной версии Nature непосредственно перед этой статьей появилось примечание редактора. Оно сделано не в 2015-м, не в 2016-м и не в 2017-м году, а в марте 2020 года, в разгар коронавирусной паники. Это примечание звучит так:

«Нам известно, что эта история используется в качестве основы для непроверенных теорий о создании нового коронавируса, вызывающего COVID-19. Нет никаких доказательств того, что это правда; ученые считают, что животное является наиболее вероятным источником коронавируса».

Судите сами, что большего стоит: статья или такая вот отписочка, очевидным образом продиктованная некоей цензурой, которая требует, чтобы никто не обсуждал искусственное происхождение коронавируса? И что же это за цензура? Она же осуществляется не только у нас, в России. Центр ее — не в России. А как этот центр транслирует свою волю в Россию? — ведь этот вопрос возникает.

Я не хочу работать под свою идею. Искусственная природа коронавируса у очень многих вызывает сомнения. И эти сомнения возникают не потому, что кто-то стучит кулаком и говорит «не сметь!», а это фактор. И не потому, что люди ангажированы, а это тоже фактор. Но есть и другие факторы. И для того, чтобы сохранить объективность, я это тоже должен описать.

В числе сомневающихся в искусственной природе коронавируса — например, научно-исследовательский институт Скриппса. Это крупнейший частный центр в США, занимающийся исследованиями интересующего нас профиля. Так что утверждают специалисты института Скриппса? Они утверждают, что коронавирус слишком сложен и, если хотите, слишком совершенен для того, чтобы его можно было создать на текущем уровне развития науки и техники.

Вникать в детали я не имею возможности. Хочу лишь обратить внимание на то, что проблема искусственного или естественного возникновения COVID-19 носит предельно дискуссионный характер. И приравнивать позицию весьма профессиональных сторонников искусственного происхождения коронавируса к позиции каких-нибудь там апологетов вечного двигателя совсем нецелесообразно. А ну как в дальнейшем об искусственном происхождении начнут говорить все подряд?

Вирус
SARS-CoV-2 через просвечивающий электронный микроскоп
Вирус SARS-CoV-2 через просвечивающий электронный микроскоп

Итак, в ноябре 2015 года сначала Nature Medicine опубликовала статью с описанием экспериментов по созданию химерного вируса, а затем в Nature появлялась реакция Деклана Батлера на эту статью.

А теперь мы рассмотрим статью, которая вышла в The New York Times 5 августа 2019 года, то есть спустя почти четыре года.

Статья называется так: «Из-за проблем с безопасностью в армейской лаборатории остановили исследование смертельных микробов».

Подзаголовок статьи: «Проблемы с утилизацией опасных материалов привели к тому, что правительство приостановило исследования в ведущем военном центре биологической защиты».

Чуете, что опять происходит? Статья опубликована 5 августа 2019 года. Возможно, у кого-нибудь из тех, кто обладает особыми биноклями, уже есть представление о том, что где-то маячит облачко будущего COVID-19. Но пока еще нет никаких оснований для того, чтобы как-то увязать событие, описанное в данной статье, с тем, что описано в двух рассмотренных нами статьях 2015 года.

Вот что написано в статье, вышедшей 5 августа 2019 года:

«Проблемы безопасности в известной военной биолаборатории привели к тому, что правительство остановило исследования, связанные с опасными микробами, такими как вирус Эбола.

«Исследования в настоящее время приостановлены», — говорится в заявлении, опубликованном в Медицинском научно-исследовательском институте инфекционных заболеваний армии США в Форте Детрик, штат Мэриленд. Пресс-секретарь Кэри Вандер Линден сообщила, что остановка продлится несколько месяцев. В заявлении говорится, что Центры по контролю и профилактике заболеваний (CDC) в прошлом месяце решили выпустить «запретительное предписание», чтобы остановить исследования в Форте Детрик, поскольку этот институт не имел «необходимых систем для обеззараживания сточных вод» из лабораторий с самым высоким уровнем биологической защиты».

CDC — это та организация, которой руководит Роберт Редфилд, входивший в группы, занимавшиеся «Красным рассветом», и сейчас являющийся ключевой фигурой в том, что касается всей этой истории с COVID-19. Его мы еще рассмотрим подробнее.

«По словам г-жи Вандер Линден, угрозы здоровью населения, вреда для работников и утечек опасных материалов за пределы лаборатории не было», — сообщает The New York Times.

Было — не было… Опять-таки, когда кто тут прямо всё говорит? Остановили работы в одном из самых выдающихся центров, занимающихся именно тем, что мы обсуждаем.

Как сообщает газета, институт, работу которого приостановили, «является центром биологической защиты, он изучает микробы и токсины, которые могут быть использованы для угрозы военному или общественному здравоохранению, а также исследует вспышки заболеваний».

А также, естественно, если он это всё исследует, добавляю я от себя, он не может не исследовать атак, как чужих, так и своих собственных. С усилением патогенных функций.

Дальше цитирую:

«Институт выполняет на платной основе исследования для государственных учреждений, университетов и фармацевтических компаний. В нем работает около 900 человек.

По словам г-жи Вандер Линден, остановка затрагивает значительную часть проводимых в институте исследований.

Приостановлены исследования определенных токсинов, а также микробов, называемых особо опасными патогенами, которые, по мнению правительства, «потенциально могут представлять серьезную угрозу для здоровья людей, животных или растений — либо продуктов животного или растительного происхождения». Всего существует 67 особо опасных патогенов и токсинов — например, организмы, вызывающие такие заболевания, как Эбола, черная оспа, сибирская язва и чума». В этот список входит также яд рицин.

«Теоретически, террористы могут использовать особо опасные патогены как оружие, поэтому правительство требует, чтобы любая организация, которая работает с этими опасными патогенами, проходила специальную проверку, регистрировалась, выполняла процедуры по биологической защите и обеспечению безопасности, а также проходила инспекции в рамках программы, проводимой CDC и министерством сельского хозяйства США. По состоянию на 2017 год, в этой программе зарегистрировались 263 лаборатории — правительственные, университетские, коммерческие или частные.

Институт в Форте Детрик был участником программы по работе с особо опасными патогенами до момента, пока его регистрация не была приостановлена в прошлом месяце — после того, как CDC приказал ему приостановить проведение исследований».

Далее The New York Times указывает, что о приостановке работы института было впервые сообщено 2 августа 2019 года в местной газете The Frederick News Post.

По словам госпожи Вандер Линден, пишет The New York Times, проблемы возникли еще в мае 2018 года, когда паровая стерилизационная установка, которую институт использовал в течение многих лет для очистки сточных вод из своих лабораторий, оказалась затоплена и разрушена вследствие ураганов. Это повреждение приостановило исследования на месяцы, пока институт не разработал новую систему дезактивации с использованием химических веществ.

«Новая система потребовала изменений определенных процедур в лабораториях. Во время инспекции в июне 2019 года CDC (эту структуру я всё время упоминаю и потом буду обсуждать более подробно. — С. К.) обнаружил, что новые процедуры не всегда соблюдались. Инспекторы также обнаружили механические проблемы с системой дезактивации на основе химических веществ, а также утечки, сказала г-жа Вандер Линден, хотя и добавила при этом, что утечки были в лаборатории, а не во внешнем мире.

Сочетание этих обстоятельств привело к появлению запретительного предписания о приостановке работ в институте, а также к потере регистрации, сказала она.

Доктор Ричард Эбрайт, специалист по молекулярной биологии и эксперт по биологическому оружию в Университете Ратгерса, сообщил в электронном письме, что проблемы с новым процессом дезактивации на основе химических веществ в институте в Форте Детрик могут означать, что институту придется вернуться к системе, основанной на нагревании». Но строительство новой установки для стерилизации паром, по словам Эбрайта, может привести к очень большим временным и финансовым затратам.

«Хотя многие проекты приостановлены, г-жа Вандер Линден отметила, что ученые и другие сотрудники продолжают работать, но не с особо опасными патогенами. Она сообщила, что многие обеспокоены тем, что не смогут уложиться в сроки, отведенные им для реализации своих проектов».

Подобные накладки, говорится в статье, ранее случались (эта добавка многого стоит!) и в других государственных лабораториях, в том числе в CDC (то есть прямо у Редфилда) и в Национальном институте здравоохранения. Кто об этом пишет? The New York Times!

Издание сообщает, что ранее, в 2009 году, исследования в институте в Форте Детрик уже приостанавливались, потому что в нем хранились патогены, не указанные в его базе данных.

The New York Times также указывает, что в этом военном институте в Форте Детрик работал микробиолог Брюс Айвинс — главный подозреваемый в рассылках писем, содержавших споры сибирской язвы.

На этом статья заканчивается. А дальше я приведу уже нашу справку. Письма со спорами сибирской язвы были разосланы в американские СМИ, а также двум сенаторам-демократам 18 сентября 2001 года через неделю после теракта, произошедшего 11 сентября 2001 года. В результате 22 человека заразились, 5 из них скончались.

Доктор Айвинс умер в 2008 году. Считается, что это было самоубийство. Он был найден без сознания в своем доме 27 июля 2008 года. 29 июля Айвинс умер, не приходя в сознание. Детальных медицинских исследований, способных четко определить причину смерти Айвинса, не осуществлялось. Не осуществлялось даже вскрытия.

А что это за минимализм такой в подобном случае? Не кажется ли вам это странным?

31 августа 2019 года в The New York Times выходит статья с таким заголовком: «Таинственная болезнь вейпинга, которая становится эпидемией». Подзаголовок: «Волна тяжелых заболеваний легких сбила с толку врачей и экспертов в области общественного здравоохранения». Авторы статьи — Шейла Каплан и Мэтт Ричтел.

Статья длинная, там затрагивается много тем. Я привожу ее с существенными сокращениями, выделяя только значимое для нас. То есть «ковидную» или «околоковидную» тематику.

В статье рассказывается, что в отделении неотложной помощи на Лонг-Айленде появился 18-летний парень, задыхавшийся, с рвотой и головокружением. Когда доктор спросила у парня, был ли он вейпером, тот ответил «нет». Однако старший брат пациента, сотрудник полиции, обыскал комнату юноши и нашел флаконы с марихуаной для вейпинга.

Дальше — зачитываю:

«Я не знаю, где он его купил. Он не знает, — сказала доктор Мелоди Пирзада, главный детский пульмонолог Уинтропской больницы Нью-Йоркского университета в Минеоле, штат Нью-Йорк, которая лечила молодого человека. — К счастью, он выжил».

Доктор Пирзада является одним из многих врачей по всей стране, кто этим летом лечит пациентов — в настоящее время их насчитывается более 215 человек — с загадочными и опасными для жизни болезнями, связанными с вейпингом. Вспышка «становится эпидемией», — сказала она. — Что-то совсем не так».

Пациенты, в основном здоровые, в возрасте около 20 лет, появляются с сильной одышкой, часто после нескольких дней страданий с рвотой, лихорадкой и усталостью. Некоторые из них на несколько недель оказывались в отделении интенсивной терапии или на вентиляторе». Имеется в виду искусственная вентиляция легких.

«При сканировании легких заболевание сначала выглядит как серьезная вирусная или бактериальная пневмония, но тесты не показывают инфекции. „Мы провели все эти тесты в поисках бактерий, вирусов и получили отрицательный результат“, — отметила доктор Дикси Харрис, пульмонолог интенсивной терапии в Солт-Лейк-Сити».

Как сообщает газета, 6 августа 2019 года доктор Харрис работала в больнице в Солт-Лейк-Сити, когда ее вызвали в отделение интенсивной терапии, чтобы проконсультироваться по поводу пациента с тяжелой болезнью легких. Этому пациенту было около 20 лет, и он активно употреблял электронные сигареты, в том числе с тетрагидроканнабинолом.

В свою очередь Харрис обратилась за консультацией в два десятка больниц по всему штату, чтобы получить информацию о пациентах, у которых возникли тяжелые проблемы с легкими или которые оказались в реанимации.

«Я видела второй случай, — рассказала она. — Я подумала: «Подожди секунду, это странно: две больницы, два молодых человека, почти идентичные истории».

На следующее утро Харрис связалась по телефону с доктором Джозефом Майнером, главным санитарным врачом министерства здравоохранения штата Юта, столицей которого является Солт-Лейк-Сити. Майнер сказал ей, что попробует выяснить, что происходит.

В последующие недели доктор Харрис лично столкнулась с еще двумя такими случаями, а также рассмотрела девять историй болезни пациентов, поступивших в больницы. По словам Харрис, первые 10 случаев были из восьми разных больниц; в целом штат Юта сообщил о 21 случае.

Доктор Харрис указала, что четыре пациента, которых она непосредственное лечила, «постоянно курили электронные сигареты с никотином, почти круглосуточно. Может быть, имел место какой-то ускоряющий эффект от масел тетрагидроканнабинола, вызывающий воспаление легких». Как рассказали доктору Харрис эти пациенты, они получали свои смеси от друзей из штатов, где курение марихуаны официально разрешено, — из Калифорнии и Колорадо.

«По словам врачей, некоторые пациенты страдают от другого заболевания, известного как липоидная пневмония. Когда масла попадают в легкие, легкие обращаются с ними как с инородным предметом и вызывают иммунный ответ, приводящий к воспалению и накоплению жидкости, что может вызвать липоидную пневмонию», — продолжает The New York Times.

Но именно об этом говорят при COVID-19 — об усиленном иммунном ответе. Что его вызывает — это отдельный вопрос. Продолжаю цитирование:

«Доктор Нора Д. Волков, директор Национального института по борьбе со злоупотреблением наркотиками, входящего в состав Национальных институтов здравоохранения, сказала, что была удивлена серьезностью заболевания легких, возникшего этим летом (имеется в виду лето 2019 года. — С. К.).

У подростка из Лонг-Айленда, который был на аппарате ИВЛ (искусственной вентиляции легких. — С. К.), был долгий путь к выздоровлению, и врачи до сих пор не определили причину его болезни».

Ничего не напоминает? 2019 год…

The New York Times приводит слова отца этого подростка: «Мы были беспомощны. Мы не знали, что делать. Врачи не знали, что делать».

Другой недавний случай, сообщает газета, касается 31-летнего жителя Квинса по имени Кевин Корралес. В конце июля Корралес сидел на заднем сиденье машины, направлявшейся на пляж Лонг-Айленда, и вдруг начал задыхаться. «Это было ужасно, — сказал он. — Я действительно задыхался. Я должен был быть срочно отправлен в больницу. Но они думали, что я преувеличиваю».

Итак, это август 2019, тот самый, про который китайцы спрашивают американцев: а вы не дообследуете всё же все эти беды-то? Как-то уж слишком все кучно!

Чарльз Фихот. Химера. 1894
Чарльз Фихот. Химера. 1894

Следующее событие, оно же — «Событие 201», никоим образом не может быть отнесено к числу умозаключений или конспирологических мифов. Его со вкусом пережевывают на разные лады на протяжении долгого времени различные авторитетные средства массовой информации. «Событие 201» — это название пандемического учения, проведенного 18 октября 2019 года (понятно, что близко к началу коронавирусной истерии, но не вплотную) в Нью-Йорке Центром безопасности в области здравоохранения при Университете Джонса Хопкинса.

Кроме университета Джонса Хопкинса участие в организации данных учений, названных пандемическими учениями высшего уровня, принимали Всемирный экономический форум и фонд Билла и Мелинды Гейтс.

Обращаю внимание на время проведения данного пандемического учения. 18 октября 2019 года — интересная дата. Она достаточно близка к началу реальной пандемии, но вместе с тем она удалена от начала в его официальной версии. То есть она находится в том временном интервале, который требует, чтобы мы призадумались о случившемся.

Ведь что можно назвать зачином официальной коронавирусной эпопеи? Наверное, обнаружение в конце декабря 2019 года в городе Ухане первых случаев пневмонии неизвестного происхождения. Но это декабрь 2019-го! А учения, названные «Событие 201», проходят в октябре 2019 года.

Потом, дело же не в первых зарегистрированных случаях.

Только 31 декабря 2019 года власти Китая проинформировали Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ) о вспышке неизвестной пневмонии.

Только 22 января 2020 года Ухань был закрыт на карантин. Как сообщали СМИ, в городе Ухане живет 11 миллионов человек, и почти все они сидят по домам. Люди напуганы смертоносным вирусом. Чтобы предотвратить его распространение, власти приняли решение о том, что в Ухань не ходят поезда и не летают самолеты.

Только 30 января ВОЗ признала вспышку нового коронавируса чрезвычайной ситуацией.

Только 11 марта 2020 года ВОЗ объявила, что вспышка приобрела характер пандемии.

Итак, всё, что официально может быть названо пандемическим прологом, длилось с декабря 2019 года по март 2020 года. А «Событие 201» датировано, повторяю, октябрем 2019 года. Оно тем самым расположено достаточно близко к началу коронавирусной эпопеи и одновременно достаточно далеко от этого начала. Поэтому небезынтересно, что именно представляло собой это «Событие 201», оно же — пандемическое учение высокого уровня.

Вот что сообщает об этом сам Университет Джонса Хопкинса.

По сценарию «События 201» происходит вспышка нового зоонозного коронавируса, передаваемого от летучих мышей свиньям и людям.

Эта вспышка приводит к серьезной пандемии.

В течение первого года нет никакой возможности получить необходимую вакцину.

Существует вымышленный противовирусный препарат, который может помочь больному, но не может ограничить распространение болезни.

Сценарий «События 201» заканчивается тем, что спустя 18 месяцев умирает 65 миллионов людей.

Пандемия начинает замедляться из-за уменьшения числа восприимчивых людей. Пандемия продолжается, пока не будет создана эффективная вакцина или пока не будет подвергнуто воздействию заболевания 80–90% мирового населения.

Ничего не напоминает? И это вплотную к тому, что потом произошло в реальности.

12 декабря 2019 года к описанию «События 201» возвращается журнал Forbes. То есть «Событие» прошло, но пандемии еще нет. Сказано следующее.

«Эксперты провели детальное моделирование (имеется в виду «Событие 201». — С. К.) нового (вымышленного) вирусного заболевания под названием CAPS или коронавирусный острый легочный синдром. Это было сделано после предыдущих эпидемий, таких как SARS и MERS. Сценарий был реалистичным… Были даже подготовлены «новости» вымышленных СМИ, с экспертами в области здравоохранения, говорящими головами и пугающими графиками. Эксперты обсуждали возможные меры вмешательства и потребности — например, имеются ли запасы масок или лекарств?..

Эпиднадзор и сбор данных в этих условиях носят точечный характер (речь по-прежнему идет о пандемическом учении «Событие 201». — С. К.), так как страны с низким и средним уровнем дохода не имеют возможности получать образцы, как это делают более богатые страны. Ответ на вопросы материально-технического обеспечения осложняется ложными или противоречивыми новостными сообщениями, сообщениями интернет-троллей и тех, кто просто хочет посеять раздор и хаос. Эпидемия, загоняя людей в подполье и заставляя их скрывать болезнь, только разрастается, а запреты на поездки и торговлю опустошают экономику.

Ни одно из этих средств не препятствует распространению эпидемии…

По мере того как число случаев заболеваний и смертей росло в геометрической прогрессии, в обществе нарастала паника, подпитываемая дезинформацией и теориями заговора».

В выводах отмечается, что преодоление подобной пандемии в реальности потребует глобального сотрудничества, а препятствиями являются закрытость и национализм в ряде стран.

И, наконец, 17 января 2020 года всё тот же Университет Джонса Хопкинса уведомляет общественность о том, что следующая тяжелая пандемия не только вызовет серьезные заболевания и гибель людей, но также может вызвать серьезные каскадные экономические и социальные последствия. Усилия по предотвращению таких последствий потребуют беспрецедентного уровня сотрудничества между правительствами, международными организациями и частным сектором.

То есть создания мирового правительства.

Охотники за фейками и конспирологическими выдумками! Что из приведенной мной информации относится к данному разряду? Я привожу только чужие совершенно объективные данные. Респектабельные. Я привожу не данные злопыхателей, которые что-то пытаются навязать происходящему, а данные самих организаторов обсуждаемого события и тех СМИ, которые рекламируют это событие, а не навязывают ему какую-то там конспирологическую специфику.

Итак, 18 октября 2019 года в Университете Джонса Хопкинса организуется пандемическое учение под названием «Событие 201». В учении рассмотрена выдуманная ситуация, не просто близкая к тому, что вскоре произойдет, а фантастически близкая к произошедшему, поразительно близкая к нему.

А с 15 по 28 октября 2019 года (бывают такие совпадения?) в городе Ухань проходят Всемирные военные игры. В составе американской делегации, присутствующей на играх, 200 участников. Завершаются игры в конце октября.

А в декабре 2019 года в Ухане впервые зарегистрировано заражение вирусом, впоследствии названным COVID-19.

Вот такая хронология.

А теперь о еще одном событии — очередной Мюнхенской конференции по безопасности. Она проходила с 14 по 16 февраля 2020 года. То есть тогда, когда о коронавирусе уже говорили все. Открывший конференцию президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер заявил, что Европу беспокоит Вашингтон, который (я цитирую Штайнмайера) «отвергает саму идею международного сообщества».

Штайнмайер сказал: «Год от года мы добиваемся главной цели международного сотрудничества — мира во всем мире. И наш ближайший союзник — Соединенные Штаты Америки — при нынешнем правительстве отвергает даже саму идею международного сообщества. Или позиция „каждый сам за себя“ стала нормой мировой политики?»

Американский госсекретарь Майк Помпео пытается возражать Штайнмайеру, называет его оценку преувеличенной. Президент Франции Эммануэль Макрон в своей речи заявляет, что ему слова Штайнмайера про США «показались достаточно четкими».

Но это всё было только разминкой основной темы, каковой, очевидным образом (и это видно!), является системная переориентация США на конфронтацию с Китаем, на превращение именно Китая в самого опасного врага США, причем коммунистического врага.

Россию при этом американцы продолжали оценивать как врага, причем достаточно серьезного и опасного. Но главным мировым демоном американцы впервые сделали коммунистический Китай.

Министр обороны США Марк Эспер заявил: «Китайская коммунистическая партия движется очень быстро в неправильном направлении… Коммунистическая партия и Народно-освободительная армия все больше и больше действуют за пределами границ Китая и пытаются воспользоваться любыми способами, чтобы нанести нам ущерб. Коммунистический Китай оказывает давление, финансовое и экономическое, на различные страны Тихоокеанского бассейна. И таким образом влияет на международные отношения во всем мире».

Главная претензия, которую постоянно высказывали американцы на этой конференции, проходившей в разгар COVID-19, касалась роста китайской технологической мощи. А также того, что европейцы не хотят участвовать в сдерживании и подавлении этой мощи, в то время как это совершенно необходимо. Об этом говорили и госсекретарь Помпео, и министр обороны Эспер.

Майкл Помпео заявил: «Я знаю, что есть всегда пессимисты, но наши лидеры должны подниматься над этим и сосредоточиться на самом важном. Вы сказали о Китае, Китайской коммунистической партии. У нас есть глубокие коммерческие торговые отношения, у нас много китайских студентов, но Китайская коммунистическая партия является огромным риском не для Запада как географического региона, а для идеи Запада».

Раньше они его не замечали, этот риск.

Эспер прямо потребовал от союзников по НАТО, чтобы они не сотрудничали с китайской компанией Huawei, производящей электронику. Эспер подчеркнул: «Мы хотим, чтобы Китай вел себя как цивилизованное государство. И если Китай не изменит свое поведение, то мы должны на это реагировать. Мы должны инвестировать в нашу оборону и делать трудный выбор в плане торговых отношений».

Этот разворот США в антикитайскую сторону очень знаменателен. Но еще знаменательнее то, что высокопоставленные представители КНР — причем не те, кто имеет право дежурно давать отпор американскому империализму (в основном это военные), а те, кто обычно пропускает такие наветы мимо ушей и улыбается, тоже скорректировали свою линию во всем, что касается американо-китайских отношений.

Глава МИД Китая Ван И отреагировал на американские выпады так: «Действительно, — сказал он, — у нас есть некоторые проблемы (в отношениях с США). Некоторые из них возникли во время нашего взаимодействия друг с другом, некоторые созданы искусственно. Корень всех этих проблем и вопросов, — сказал Ван И, — в том, что США не хотят видеть быстрое развитие и богатство Китая. Еще меньше они хотели бы видеть успех социалистического государства. Это несправедливо. Китай имеет право развиваться, китайский народ имеет право жить лучше. Движение Китая к модернизации — это неизбежная историческая тенденция, и ее не сдержит и не остановит ни одна сила в мире».

И это было только начало.

Проходит порядка 20 дней после мюнхенской перепалки, которая, при всей сдержанности позиции Ван И, знаменует собой нечто новое в американо-китайских отношениях или по крайней мере зондирование неких новых возможностей построения этих отношений на более конфронтационной основе.

11 марта 2020 года мы имели возможность ознакомиться с тем, что происходит на заседании Палаты представителей Конгресса США. На заседание приглашен доктор Роберт Редфилд, глава CDC — американского Центра по контролю и профилактике заболеваний.

Конгрессмен Харли Руда констатирует всего лишь недостаточность количества тестовых наборов, отсутствие доступа к этим наборам. И спрашивает Редфилда, который это всё должен обеспечивать: «Были ли эти тестовые наборы доступны в прошлую пятницу?»

Редфилд отвечает: «Да, сэр».

Руда, продолжая допрашивать Редфилда, говорит: «Спасибо». И продолжает, как бы не замечая, что Редфилд не признает факта недостаточности тестовых наборов: «И без тестовых наборов, возможно, те, кто заразились гриппом, могли быть неправильно диагностированы: у них на самом деле, вполне возможно, был COVID-19».

Вы слышите, что говорит конгрессмен? Конгрессмен, а не китайские противники или конспирологи. Конгрессмен США!

Редфилд продолжает увиливать. Тогда Руда берет быка за рога и спрашивает Редфилда: «То есть у нас могли быть люди в США, умершие, казалось бы, от гриппа, когда на самом деле это может быть коронавирус или COVID-19?»

Редфилд отвечает: «На текущий момент действительно были случаи в США, которые были диагностированы таким образом».

Он ничего не говорит о том, что это как-то связано с приостановкой работы лаборатории в Форте Детрик, с августовскими и более поздними случаями, когда возникли тяжелейшие легочные заболевания, и все недоумевали, что это такое, а тестов не было. Редфилд этого не говорит. Он всего лишь говорит: «На текущий момент действительно были случаи в США, которые были диагностированы таким образом». То есть он подтверждает, что были случаи COVID-19, диагностированные как грипп.

Напоминаю, что подобное заявление было сделано тем самым Робертом Редфилдом, который, наряду с другими, в далекие рамсфилдовские времена «Красного рассвета», то есть лет 15 назад и более, сооружал проект первого тотального карантина, необходимость которого будет объяснена китайской биологической атакой. Это тот же самый Редфилд.

Поскольку это так, что-то об этом Редфилде и некоторых связанных с ним людях надо будет сказать.

Редфилд — видный американский вирусолог с военным прошлым. Свои знания он как вирусолог получал в тех лабораториях Колумбийского университета, в которых исследовалось воздействие так называемых ретровирусов (это РНК-вирусы — вирусы без ДНК, которые вставляют копию своего генома в ДНК клетки-хозяина и за счет этого обеспечивают заболевание).

Колумбийский университет — место знаковое.

Но еще более знаковое место — Джорджтаунский университет. Редфилд окончил в 1973 году Колледж искусств и наук при Джорджтаунском университете, а в 1977 году там же — медицинскую школу.

Джорджтаунский университет, как и Колумбийский, — это вотчина ЦРУ. И, конечно же, это заведение, в котором влияние иезуитов весьма существенно. Никакая это не конспирология — это историческая и политическая очевидность. Джорджтаун не связан с иезуитами? Вы кому это рассказываете? Это знает каждый специалист по американским элитам.

Далее Редфилд, уже став доктором медицины, работал в Медицинском центре армии им. Уолтера Рида (WRAMC), который назван так в честь исследователя жёлтой лихорадки. Данный центр и тот Форт Детрик, который постоянно обсуждается в связи с разговорами об искусственности коронавируса и американском следе в этой истории, фактически являются единым целым.

До того как стать директором федерального агентства «Центры по контролю и профилактике заболеваний» (CDC) и администратором Агентства по регистрации токсичных веществ и заболеваний, Редфилд был штатным профессором медицины и микробиологии в Университете того самого Мэриленда, где находится Форт Детрик.

Здесь в 1996 году Редфилд стал соучредителем Института вирусологии человека.

С 2005 по 2009 год, то есть при Джордже Буше младшем, Редфилд был членом Консультативного совета при президенте. Этот совет имел и узкую специализацию (он занимался ВИЧ-инфекцией), и специализацию более широкую. Фактически он был советом по биологическому оружию.

Редфилда потому и привлекали в закрытый проект по установлению тотального карантина, что он уже имел эти позиции.

Исследователи карьеры Редфилда постоянно подчеркивают, что у него были неуместно тесные отношения с неправительственной группой Шепарда Смита, состоящей из достаточно радикальных евангелистов. При этом сам Редфилд является набожным католиком.

В частности, об этом сообщает The Washington Post от 17 августа 2018 года.

Вот что говорится по поводу Шепарда Смита, с которым так тесно связан Редфилд. Сначала о том, где говорится.

Происхождение высокопоставленных контактов Смита детально отражено в воспоминаниях, письмах и военных документах в архиве по исследованию СПИДа в Мичиганском Университете. Издание Kaiser Health News изучило сотни страниц, чтобы оценить подход администрации Трампа к политике в области здравоохранения и лечения и профилактики СПИДа.

То есть информация о Смите и других не является конспирологической. Она носит историко-архивный характер, опирается на конкретные документы.

Согласно этой информации, а также признаниям самого Шепарда, который в свое время дал Kaiser Health News целую серию интервью (это его собственные признания, понимаете?), Шепард Смит в конце 1980-х годов наладил отношения с учеными, тогда как другие религиозные лидеры отвергли саму идею участия в мероприятиях по профилактике СПИДа, потому что нельзя спасать гомосексуалистов.

Под воздействием Смита Редфилд, который в то время работал в Армейском медицинском центре им. Уолтера Рида, присоединился к консультативному совету организации «Американцы за здоровую политику в отношении СПИДа/ВИЧ» — ASAP.

Редфилд также служил председателем и членом консультативного совета другой организации, которую основали позже Смит и его жена.

Согласно правительственной стенограмме, хранящейся в архиве Университета Мичигана, Смит быстро оценил Редфилда, когда они впервые встретились. «Он был так же рад видеть нас, как и мы его», — сказал Смит в интервью военным следователям. Их отношения углублялись по мере того, как Смит и Редфилд приобретали известность. Об этом свидетельствуют письма Смита в центр Уолтера Рида, с которыми ознакомились и следователи, и журналисты.

Смит, который обеспечил финансирование своей организации «Американцы за разумную политику в отношении СПИДа/ВИЧ» по линии CDC в 1980-х годах, регулярно заглядывал в центр им. Уолтера Рида, чтобы увидеться с Редфилдом и другими людьми, присоединившимися к совету организации, о чем свидетельствуют военные записи в архиве.

Под руководством Смита ASAP популяризировала исследования Редфилда по вакцинам как «самое важное научное продвижение в эпидемиологии на сегодняшний день».

В свою очередь, Редфилд как председатель ASAP в своем ежегодном докладе за 1991 год назвал эту организацию «самой эффективной организацией по СПИДу из мне известных».

«За что же, не боясь греха, кукушка хвалит петуха? За то, что хвалит он кукушку»…

Теперь о том, кто такой этот самый Шепард Смит, который так влияет на Редфилда. И только ли на него он влияет?

Шепард Смит встречался в Белом доме с президентом Джорджем Бушем. Он один из тех, кто крутился вокруг Буша в качестве религиозного лидера.

Президентство Дональда Трампа предоставило евангелистскому сообществу возможность подтвердить свою роль как в установлении американской глобальной стратегии в области здравоохранения, так и в обеспечении того, чтобы религиозные организации в Америке и во всем мире располагали возможностями для получения государственных средств на осуществление своей стратегии в том, что касается инфекционных заболеваний.

Шепард Смит — христианин-евангелист, работавший политическим стратегом у Пэта Робертсона, бывшего пастора южных баптистов, который баллотировался в президенты США в 1988 году.

Жена Шепарда Смита — Анита — занимала пост сопредседателя президентского Консультативного совета по ВИЧ и СПИДу при президенте Джордже Буше-младшем. Подчеркну еще раз, что этот совет занимался отнюдь не только ВИЧ.

Считается, что своим назначением на высокий пост руководителя федерального агентства «Центры по профилактике и контролю заболеваний» (CDC) Редфилд в значительной степени обязан своим связям со Смитами.

Другой человек, связанный с теми же Смитами, и это тоже установлено исследователями и журналистами, — это Дебора Биркс, назначенная 29 февраля 2020 года координатором Белого дома по борьбе… с чем? С распространением коронавируса.

Более подробно обсуждать эти фигуры я, к сожалению, не имею возможности. Но поскольку они прочнейшим образом связаны с вице-президентом США Майком Пенсом, то кое-что надо сказать о Пенсе.

Пенс — католик, который пережил новое рождение, постепенно сдвигаясь в сторону евангелической церкви, — так сказано в газете The New York Times. Вот этот стык евангелистов и католиков крайне интересен. В существенной степени этот сдвиг Пенса обеспечила его жена Карен.

В 2016 году Пенсу, который перед этим поддержал конкурента Трампа — сенатора Теда Круза, было предложено вице-президентство при Трампе. И он согласился.

Став вице-президентом, Пенс создал группу по изучению Библии, состоящую из членов администрации Трампа и находящуюся под большим влиянием евангелистов.

27 февраля 2020 года Дональд Трамп распорядился, чтобы вице-президент Майк Пенс взял под свой контроль правительственные меры по борьбе с распространением коронавируса в Америке.

Пенс называет себя евангелистом-католиком. Путина Пенс характеризовал как «маленького и агрессивного лидера».

Пенс известен своим высказыванием: «Русский медведь никогда не умирает, он лишь впадает в спячку».

Пенс много раз подчеркивал, что его вдохновляет Рассел Кирк, автор книги «Консервативный разум». Всё это, конечно, не может не существовать в некоей смычке с переустройством мира.

Таким образом, связка Пенс — Редфилд — Смиты — Биркс и так далее, определяющая всё, что связано с коронавирусом, и многое из того, что связано с биологическим оружием, носит очень внятный характер. Обнаружение этой связки, не конспирология. Она очевидна для всех, кто занимается американской элитой. Для американских военных, следователей, журналистов. И, конечно, она (вот что мне хочется особо подчеркнуть!) в существенной степени задана давними инициативами Рамсфелда по тотальному карантину среди гражданского населения, притом что необходимость этого карантина будет якобы порождена биологическим ударом Китая по США. В эту инициативу уже входили Редфилд и другие.

Яцек Мальчевский. Художник и Химера. 1906
Яцек Мальчевский. Художник и Химера. 1906

13 марта 2020 года (то есть через два дня после выступления Редфилда, которое по существу было завуалированным признанием очень мрачных вещей) РБК сообщает о том, что в китайском МИДе допустили возможность занесения коронавируса в КНР из США. Конкретно сообщается о том, что заместитель главы информационного департамента МИД КНР Чжао Лицзянь, продемонстрировав в Twitter выступление Редфилда, прокомментировал это выступление так: «Возможно, американские военные принесли эпидемию в Ухань. Америка должна быть прозрачной! Данные должны быть общедоступными! Соединенные Штаты должны дать нам объяснение!»

А дальше начинается обмен взаимными обвинениями. И китайцы тут ни в чем не уступают американцам. Они не сидят, поджав хвост, отнюдь нет.

Американцам припоминают, в частности, то, что еще в 2004 году Национальной совет по разведке США опубликовал доклад «Рисуя глобальное будущее. Проект на 2020 год». Что в этом официальном документе, отнюдь не имеющем конспирологического характера и доступном для ознакомления, говорилось: «В отсутствие большого глобального конфликта, который мы считаем невероятным… глобализацию может приостановить пандемия… и только вопрос времени, когда она появится… Подобная пандемия в Китае, Индии, Бангладеш или Пакистане… может стать разрушительной и быстро распространиться во всем мире… В некоторых крупных государствах распространение болезни остановит поездки и международную торговлю на продолжительный период».

Те, кто развивает данную тему, обращают внимание на то, что в октябре 2019 года состоялись военные маневры, которые происходили, во-первых, на базе ВВС США в Чарльстоне, штат Южная Каролина, и, во-вторых, в Южной Америке. И там, и там отрабатывались действия военных во время чрезвычайной ситуации, связанной с пандемией. (Октябрь 2019-го… Помните все эти хронологические совпадения? «Событие 201» и всё прочее…)

При этом на учениях упоминался «неконтролируемый очаг коронавируса, который распространялся как пожар», создавая «хаос во всем мире».

В тот же самый ряд странных совпадений все китайцы обоснованно включают уже подробно рассмотренное нами «Событие 201».

11 марта 2020 года на сайте канадского исследовательского центра Global Research сообщается следующее: «Похоже, что единственным возможным источником происхождения коронавируса являются США, потому что только в этой стране есть все ветви эволюционного древа коронавирусов. А потому вполне может быть правдой, что первоначальным источником вируса COVID-19 была военная лаборатория США в Форте Детрик».

18 марта 2020 года итальянская газета Il Messaggero приводит слова католического кардинала Шри-Ланки, архиепископа Коломбо Малколма Ранжита, утверждающего, что вирус вышел из лаборатории «одной могущественной и богатой страны». Тут прежде всего существенна несомненная констатация архиепископом именно лабораторного происхождения коронавируса. Ведь говорится прямо о том, что он «вышел из лаборатории».

Ну, и как быть со всеми этими вердиктами? «Не сметь, замолчать!»

Я что делаю? Я вывожу некие траектории — с разных сторон, по разным направлениям, от лица людей разного уровня квалификации, разной идеологической направленности, из разных стран, — а они, эти траектории, сходятся. Хочешь — не хочешь, а они сходятся. Знаете, что по этому поводу говорит теория вероятности, которой я занимался? Что когда так много раз нечто сходится, то это уже не гипотеза.

Отталкиваясь от заявления Редфилда, китайцы требуют от правительства США опубликовать информацию о приостановлении деятельности исследовательской лаборатории по инфекционным заболеваниям при армии США в Форте Детрик. Звучат призывы к правительству США уточнить, была ли лаборатория связана со смертельным вирусом.

Например, «крупномасштабный грипп» убил более 10 000 человек» в США в августе 2019 года, после закрытия Форта Детрик; эпидемия COVID-19 разразилась во всем мире в феврале 2020 года после того, как США организовали «Событие 201» — глобальное учение по пандемии — в октябре 2019 года.

Заявление Редфилда очевидным образом взрывает китайское общество.

В Сети китайские эксперты призывают обратить внимание на заявление вашингтонского журналиста Джорджа Уэбба, который настаивает на том, что вирус в Китай завезла американская военнослужащая Мате Бенасси, которая участвовала в октябре во Всемирных военных играх в Ухане.

Вот что заявляет Уэбб: «Все началось с американского офицера из Форта Белвуар. В этом нет никаких сомнений… Сержант Форта Белвуар, это как раз тут рядом, — первая, кто заразился коронавирусом в китайском Ухане. Как могло такое произойти? Это называется «мировые игры».

При этом родственник Мате Бенасси работал в Армейском научно-исследовательском институте им. Уолтера Рида, где, по словам Уэбба, американцы разрабатывают биохимическое оружие.

Позже телекомпания CNN выступила с опровержением этой информации, заявив, что ни у спортсменки, на которую указал Уэбб, ни у ее супруга не был обнаружен коронавирус.

Я не хочу абсолютизировать обвинения, но и абсолютизировать опровержения тоже было бы странно. Но дело тут не в доказательности данных обвинений. А в их политической и общественной весомости.

23 марта 2020 года Центральное телевидение Китая заявляет следующее: «Некоторые американские политики за последние недели неоднократно называли новый коронавирус «китайским вирусом», что вызвало суровую критику со стороны международного сообщества. Такие выражения, как «расизм», «ксенофобия», «поиски козла отпущения» и так далее, стали часто использоваться европейскими и американскими СМИ для критики американской стороны. Поскольку у внешнего мира возникает всё больше и больше вопросов к Америке касательно эпидемиологической обстановки, власти США должны дать четкие объяснения людям и миру по трем вопросам.

Во-первых, согласно последним оценкам Центров по контролю и профилактике заболеваний США (CDC), за сезон гриппа, начавшийся в США в сентябре 2019 года, заразилось более 30 миллионов американцев, из которых более 20 тысяч человек скончались. Роберт Редфилд, директор СDC, недавно публично признал, что некоторые погибшие от гриппа фактически болели коронавирусной пневмонией нового типа.

Вопрос: из более чем 20 тысяч умерших от гриппа в Соединенных Штатах — сколько человек умерли от коронавирусной пневмонии нового типа? Использовали ли США грипп для сокрытия случаев новой коронавирусной пневмонии?»

Это спрашивает великая держава, а не какой-нибудь заполошный конспиролог. Я продолжаю цитирование:

«Если же совесть Соединенных Штатов чиста, они должны немедленно опубликовать официальные данные и потребовать от должностных лиц, экспертов и ученых в области общественного здравоохранения дать положительный ответ и даже предложить ВОЗ направить исследовательскую группу для участия в расследовании».

Имеется в виду расследование гриппа 2019 года.

«Четкое объяснение этой проблемы необходимо Соединенным Штатам не только для реагирования на нынешнюю эпидемию, но и для выяснения причин смерти некоторых американцев, погибших по неустановленным причинам. В конце концов, если страна легко скрывает причины смерти людей, то о каких правах человека и авторитете может идти речь?

Второй вопрос, на который должны ответить Соединенные Штаты: почему вы внезапно в июле 2019 года закрыли базу разработки биологического и химического оружия в Форте Детрик в Мэриленде? База является крупнейшим в США центром исследований и разработок в области биологического и химического оружия. The New York Times утверждает, что она была закрыта из-за «недостаточно совершенной системы очистки сточных вод в лабораториях с самым высоким уровнем безопасности».

Однако в связи с дальнейшим развитием событий люди усомнились в реальности названных причин закрытия базы. Потому что вскоре после этого в США вспыхнула целая серия заболеваний пневмонией или схожими с пневмонией болезнями. Власти обвинили во всем «электронные сигареты», однако ученые утверждают, что они не могут вызывать указанные симптомы и состояние людей. Примерно в то же время в США произошла вспышка гриппа H1N1.

Впоследствии в октябре 2019 года несколько учреждений США организовали глобальные эпидемиологические учения под кодовым названием «Событие 201», а в декабре 2019 года появился первый пациент с новой коронавирусной пневмонией в Ухане.

В феврале 2020 года эпидемия нового коронавируса появилась во множестве точек мира.

Третий вопрос: почему в середине февраля правительство США преуменьшило масштабы эпидемии нового коронавируса в стране, в то время как многие члены комитета по разведке Конгресса США вдруг сбросили миллионы акций? Неужели для них капитал имеет большее значение перед лицом эпидемии, чем жизни людей?»

Эксперты обсуждают связи между закрытием лаборатории Форта Детрик и причастностью этой лаборатории к рассылке писем с сибирской язвой в 2001 году. Всплывает история уже не Айвинса, а Фрэнка Олсона, который работал в Форте Детрик. Сын Олсона в 2012 году подал иск в Окружной суд США в Вашингтоне, доказывая, что его отец не покончил самоубийством, что его убило ЦРУ в связи с беспокоившим это ведомство отношением их отца к осуществлявшимся в Форте Детрик преступным экспериментам в сфере биологического оружия.

А вот тут уже снова всплывает и история Айвинса, этого работника Форта Детрик, подозреваемого в рассылке писем с сибирской язвой в сентябре 2001 года и покончившего с собой в момент, когда им занялось ФБР. Покончил ли действительно Айвинс с собой или был убит — такой же открытый вопрос, как и вопрос с Олсоном.

Вот картина, которую я на сегодняшний день могу представить, проанализировав огромное количество событий. И обнаружив те из них, которые очевидным образом связаны в единое целое.

Я ничего не утверждаю. Я просто говорю, что если смысл игры есть, то он находится на той территории, которую я только что очертил.

(Продолжение следует.)

Якопо Лигоцци. Химера. 1590–1610
Якопо Лигоцци. Химера. 1590–1610
Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER