Замороженные российские активы не способны покрыть все затраты ЕС на Украину

30 августа официальный представитель ЕС по иностранным делам Кайя Каллас пригласила министров иностранных дел европейских стран в Копенгаген. Она хотела провести принципиальные дебаты о том, как наконец использовать конфискованные российские активы для финансирования войны. Однако окончательного решения по использованию этих замороженных средств так и не было принято.

Немецкий политолог и экономист Рюдигер Раульс в своей статье «Захват российских денег» объясняет, почему Евросоюзу до сих пор не удалось пустить российские активы на военную помощь Украине.

ИА Красная Весна приводит перевод этой статьи.

Время поджимает

Российская армия продвигается всё дальше и дальше на Запад. Таким образом, Россия становится всё ближе к одной из заявленных целей войны — освобождению четырех областей, которые после плебисцита решили остаться с Россией. Но ни ход войны, ни новая география ничего не меняют в политических кругах Запада, хотя мнения по этому поводу звучат разные. Обвинения и угрозы в адрес Путина также малоэффективны.

С другой стороны, украинская армия, похоже, становится всё слабее и слабее. В российских СМИ ждут сообщений о прорыве фронта, который может случиться в любой момент, и в украинских СМИ предупреждают об этом. Так что ситуация не такая радужная, как коалиция желающих постоянно пытается изобразить, красиво заявляя о себе. При президенте Трампе на США больше не полагаются. И европейцы, и Украина оказались загнаны в угол.

Мало того, что американцы больше не оказывают финансовой помощи, они хотят, чтобы европейцы платили им за оружие, которое они поставляют Украине. Война превращается для европейцев в бездонную бочку, в которой исчезают деньги. Потому что, кроме поставок оружия, они также покрывают значительную часть государственных расходов Украины. Без этих средств страна вряд ли смогла бы функционировать и показывать результаты на фронте.

Но европейцы тоже постепенно приближаются к пределу своих финансовых возможностей. Прямые затраты на поддержку войны высоки. Теперь к этому добавляется еще и снижение эффективности европейской экономики. Стоимость энергоносителей стремительно растет, потому что собственные санкции отрезали их от дешевого российского газа и нефти.

Кроме того, санкции в отношении России скорее нанесут ущерб тем, кто эти санкции налагает, чем разрушат эту гигантскую империю. Европа всё больше и больше теряет экономическую конкурентоспособность и привлекательность. Снова и снова в качестве причины ухода компаний с рынка или даже банкротства указываются высокие затраты на электроэнергию. Напротив, приток капитала в Китай увеличивается. Китай, похоже, извлекает выгоду из экономической слабости Запада.

Но существуют не только антироссийские санкции, но и пошлины Трампа, которые увеличивают расходы как для США, так и для западных союзников и, следовательно, увеличивают долги. Последние всё больше превращаются в угрозу для европейских государств, но все члены НАТО, усугубляя свое плачевное экономическое положение, еще и резко увеличивают свои военные бюджеты. Это приводит к росту долга и к росту процентных ставок.

Активы в обмен на мир

С другой стороны, существует огромный объем замороженных российских активов. Только у платежной компании Euroclear есть около €190 млрд (18,5 трлн руб.), которые можно было бы использовать. Но вы не можете найти к ним доступ без риска. На текущий момент были присвоены только годовые проценты в размере €4,4 млрд (430 млрд руб.) в 2023 году и €6,9 млрд (675 млрд руб.) в 2024 году. Из них Украина смогла купить оружия на сумму от €2 млрд до €3 млрд (295 млрд руб.), и с этого года доходы будут использованы для обеспечения и погашения $50 млрд (4,2 трлн руб.) кредитов, предоставленных странами G7 Киеву.

До сих пор не было возможности получить доступ к самим активам, в то время как давление с целью экспроприации российских средств растет, поскольку необходимо найти ответ на сложный вопрос: как финансово поддержать Украину в следующем году. Европейцы согласны с тем, что эти активы следует использовать в качестве инструмента давления на переговорах.

Так считает Каллас и другие прибалтийские чиновники: «Мы не можем себе представить, что в случае прекращения огня или заключения мирного соглашения эти активы будут возвращены России, если они не выплатят репарации».

В случае необходимости эти активы можно было бы компенсировать требованиями от России репараций, считают те, кто думает, что может распоряжаться счетами без спроса их владельца.

Но это означает, что мир зависит не только от переговоров между Украиной и Россией, но и от урегулирования вопроса о репарациях, с которым европейцы должны были бы согласиться. Это дает им возможность оказывать давление не только на Москву, но и на Киев. Потому что только Брюссель может разморозить конфискованные средства, а не Украина. Но как отреагирует Брюссель, если соглашение между Киевом и Москвой окажется не таким, как хотелось бы Брюсселю?

Потому что нельзя ожидать, что Россия заключит мир, если вопрос о возвращении ее средств не будет решен в ее интересах и точно также не будет решен вопрос о нераспределенных процентах. Брюссель, похоже, чувствует себя сильным, потому что под его контролем находятся российские деньги. Но за последние три года европейцы уже много раз переоценивали собственные силы. Без США мало что можно сделать, и в отношении войны Трамп, похоже, преследует другие цели.

Разные интересы

Среди самих европейцев обращение с российскими деньгами также вызывает споры. Каллас, еще будучи премьер-министром Эстонии, предложила жесткий курс в отношении конфискованных российских активов. Как и другие страны Прибалтики, она хотела использовать их для финансирования закупок оружия для Украины. Министр иностранных дел Литвы Будрис предложил в Копенгагене «ускорить процесс конфискации замороженных активов».

Но против этого выступают такие страны ЕС, как Германия, Италия и Франция. Для них ущерб, который может быть нанесен международным финансовым рынкам в результате таких действий, будет значительно больше, чем для прибалтийских ядовитых гномов. Многие покупатели немецких, итальянских и французских облигаций сейчас не относятся к числу абсолютных демократов. Они могут почувствовать угрозу от таких шагов в следующий раз и в панике вывести свои активы из еврозоны.

Даже сейчас Италия с государственным долгом в 135% и Франция со 113% находятся под огромным финансовым давлением. Обе страны сейчас выплачивают проценты по долгам в размере 3,5%. Дальнейшее повышение процентных ставок из-за бегства капитала из еврозоны может оказаться тяжелым бременем для обоих государств. Поэтому обсуждение вопроса о конфискации российских активов кажется очень неуместным. Президент ЕЦБ Кристин Лагард также настоятельно предостерегла от такого шага и его неисчислимых последствий.

Опасения на финансовых рынках уже растут, особенно в отношении стабильности Франции. 8 сентября правительство Байру провалило вотум доверия, ранее премьер Байру предупреждал о последствиях этого поражения для финансового положения Франции: «Сначала процентные ставки стремительно растут, затем рейтинг ухудшается, и однажды кредиторы говорят вам: „Мы больше не даем ссуды“».

Бельгия также испытывает серьезные проблемы в связи с агрессивным курсом, проводимым представителями ЕС по иностранным делам. Euroclear находится в Бельгии, поэтому бельгийское государство несет юридическую ответственность за обращение с российскими активами. В соответствии с международным правом активы других государств надежно защищены. Хотя действия ЕС против Бельгии в принципе возможны, они должны быть временными и обратимыми.

Но это было бы трудно сделать, если бы российские активы были безвозвратно потрачены на оружие для Украины. В этих обстоятельствах существует явный риск того, что бельгийские суды могут признать экспроприацию незаконной. Несмотря на военные действия, принципы верховенства закона в отношении России также должны соблюдаться хотя бы из-за правовой защищенности других инвесторов. В любом случае Бельгия требует твердых гарантий того, что она не будет одна нести ущерб, если ЕС захочет пойти на экспроприацию.

Деньги на бочку!

Так что даже Каллас, разочаровавшись в политической реальности после встречи в Копенгагене, вынуждена признать, что многие государства в ЕС не хотят следовать ее курсу. Сторонники экспроприации должны придумать новые способы получить российские деньги. Для этого Литва предложила создать компанию специального назначения, в которую будут переданы активы. В таком случае, хотя это и не было бы экспроприацией, это позволило бы более свободно управлять активами и получать более высокую прибыль.

Итак, ЕС хочет пойти на больший риск ради российских денег, чтобы получить больше прибыли для европейцев. В конечном счете, вопрос только в том, где взять деньги, чтобы продолжать финансово поддерживать войну, а также Украину. Но учитывая огромные суммы, несколько миллиардов, так или иначе выделенных компанией специального назначения, не стали бы облегчением, поскольку необходимо несколько десятков миллиардов.

Между тем, возможно, даже в случае с Каллас, похоже, приходит осознание того, что дефицит финансирования для Украины огромен (и это ослабило ее ожидания) и что эта проблема не может быть решена с помощью российских активов. Чтобы удовлетворить потребности в финансировании, нужно привлекать частных спонсоров. Таким образом, банки становятся всё более активными, особенно в области финансирования вооружений. Некоторые специально создали для этого фонды, в которые частные инвесторы также могут вкладывать свои деньги.

Под аббревиатурой DSR-Bank (Defence, Security and Resilience), что означает защита, безопасность и устойчивость, крупные компании, такие как Commerzbank, JP Morgan, Государственный банк Баден-Вюртемберга (LBBW) и RBC Capital Markets, специально создали институт обеспечения капиталом оборонных предприятий. Они хотят разместить облигации с рейтингом ААА на финансовых рынках, чтобы привлечь больше капитала в оружейную промышленность.

Банки в очередной раз меняют свой имидж. Не так давно они использовали зеленые облигации, чтобы спасти мир от изменения климата. Теперь они работают над укреплением обороноспособности страны. Но всегда банки представляют себя самоотверженными слугами общества. И, конечно, никто не говорит о деньгах, которые они при этом зарабатывают. Хотя в принципе никто не отказался от оборонного бизнеса, критерии устойчивости инвестиций уже давно вызывают настороженность в отношении денежных фондов.

Тем временем руководство ЕС изменило правила, облегчив частные финансовые вложения и инвестиции в сделки с оружием.

Смена времен — это смена ценностей. После временного погружения в мир ценностей, касающихся благополучия, устойчивости, защиты окружающей среды и борьбы с дискриминацией, мы снова возвращаемся к привычном курсу: военное превосходство, господство Запада и воинственность.