Ой, а я себя не обделил?
Обзор ключевых событий прошедшей недели
Остров Эпштейна против острова Свободы
Иранский конфликт на какое-то время перешел в разряд вялотекущих и, видимо, в ближайшее время таковым и останется. Визит американской делегации во главе с Дональдом Трампом в Китай прорывным тоже не назовешь, поэтому теперь администрация Белого дома активизирует усилия у себя на заднем дворе — в Латинской Америке. Острие американского копья теперь нацелено на Кубу. Пока остров Свободы выглядит наиболее перспективной целью для повышения рейтингов Республиканской партии на грядущих выборах в конгресс.
Давление на кубинцев оказывается двоякое — с одной стороны, морская экономическая блокада, уже приведшая к массовым и продолжительным блэкаутам, с другой — психологическое давление военными и дипломатическими средствами. Повторимся, чисто военный вариант решения «кубинского вопроса» для администрации Трампа является наименее предпочтительным, а повторение «венесуэльского» сценария, наоборот, самым выигрышным в медийном плане. Его единственный, но крайне важный минус — жесткий цейтнот, в котором вынужден действовать Трамп. Поэтому даже игра мускулами, устроенная американцами в Карибском море за последние дни, носит в большей степени характер психологической войны, нежели реальной подготовки к наземной операции.
Между тем, доля латиносов в США, поддерживающих республиканцев, стремительно сокращается, что заставляет Трампа и его команду форсировать ситуацию.
Так, в середине мая американское издание Politico сообщило, что вопреки ожиданиям Белого дома кубинцы оказались куда как крепче, и попытки США принудить их к проведению реформ в пользу США по большому счету провалились. И теперь Белый дом рассматривает разные варианты военного решения. Как утверждают источники издания, министерство войны, возглавляемое Питом Хегсетом, рассматривает весь спектр возможных решений — от одиночного авиаудара устрашения до полноценной наземной интервенции с последующей сменой режима.
Но поскольку большинство американских граждан некубинского происхождения гораздо больше озабочено ростом цен на топливо и другие товары, вызванные кампанией против Ирана, Белый дом пытается убедить собственное население в том, что Куба представляет для них реальную угрозу. Согласно данным американской разведки, опубликованным изданием Axios, Куба приобрела более 300 военных беспилотников и якобы готовит планы по их применению для атаки на американскую военную базу в Гуантанамо, американские военные суда и даже, возможно, на флоридский городок Ки-Уэст в 150 км от Гаваны.
Естественно, не обошлось без «руки Москвы». По словам американских чиновников, Куба начала закупать у России и Ирана ударные БПЛА, начиная с 2023 года, и спрятала их по всему острову. Кроме того, отмечает разведка, у России и Китая есть на Кубе центр радиоэлектронной разведки.
Очевидно, что эти данные могут быть использованы в качестве предлога для войны, даже если никаких БПЛА нет.
Любопытно, что 14 мая Кубу посетил целый директор ЦРУ Джон Рэтклифф, который предостерег Кубу от участия в военных действиях. Рэтклифф предупредил, что Куба больше не может служить для противников США плацдармом для продвижения враждебных планов.
А 20 мая минюст США опубликовал обвинительный акт в отношении 94-летнего Рауля Кастро за то, что он якобы приказал сбить в 1996 году два самолета, которыми управляла базирующаяся в Майами гуманитарная организация «Братья на помощь». На тот момент Рауль Кастро был министром обороны Кубы. В результате инцидента 4 члена экипажа погибли. Кубинское командование утверждало, что пилотов самолетов неоднократно предупреждали о нарушении воздушного пространства острова и сбили лишь после этого.
Интересно, что проект Университета Джорджа Вашингтона (организация, признанная нежелательной в РФ) «Архив национальной безопасности» на днях опубликовал рассекреченные документы об этом инциденте. Согласно им, официальные лица администрации президента Билла Клинтона в то время неоднократно предупреждали, что действия правозащитников носят провокационный характер, нарушающий суверенитет Кубы, и рано или поздно Гавана применит силу. Что, собственно, она и сделала.
Теперь этим инцидентом 30-летней давности трамповский минюст пытается надавить на Кастро, напоминая, что наказание по данной статье предусматривает смертную казнь либо пожизненное заключение. Более того, возглавляющий минюст и. о. генпрокурора США Тодд Бланш заявил, что Рауль Кастро предстанет перед американским судом по своей воле или как-то иначе. Очень прозрачный намек на судьбу президента Венесуэлы Мадуро.
Кстати, ранее The New York Times со ссылкой на источники писала, что США не исключают проведения операции по захвату Рауля Кастро.
Правда, есть один нюанс. Куба — это не Венесуэла, где, как теперь уже понятно всем, имело место предательство Мадуро его же собственным окружением. И не грех напомнить, что при захвате Мадуро полегли все его кубинские телохранители, в отличие от венесуэльских, которые разбежались в страхе перед американским чудо-оружием.
На Кубе начали распространять среди населения памятку на случай «вражеских ударов». В ней рекомендуется собрать аварийный набор на три дня, держать под рукой документы, воду, лекарства, радио, фонарь и игрушки для детей.
Дата выдвижения обвинений против Рауля Кастро — 20 мая — тоже элемент психологической войны. 20 мая 1902 года Куба с помощью американцев освободилась от испанского владычества и провозгласила независимость. Однако еще долгое время остров оставался де-факто протекторатом США. Поэтому День независимости на Кубе отмечают 10 октября — в день начала войны с испанским господством в 1868 году.
Тем не менее 20 мая появилось «Обращение госсекретаря Рубио к кубинскому народу по случаю Дня независимости», в котором он рассказал, в чем истинные причины страданий кубинского народа. (Напомним, Рубио — сын кубинских эмигрантов, уехавших с острова в США задолго до того, как там к власти пришли братья Кастро). Так вот, по версии Рубио, отсутствие электричества 22 часа в сутки, топлива и еды случились из-за того, что власти Кубы «разворовали миллиарды долларов, но ничего не было использовано для помощи людям», а не потому, что США душат остров санкциями.
В своем воззвании Рубио также рассказал о прекрасной Кубе будущего, где обычный кубинец сможет владеть бензоколонкой, магазином или рестораном, и даже может открыть собственный банк или строительную компанию, создать телевизионную компанию или другое СМИ. В итоге Рубио фактически призвал кубинцев к смене режима, заявив: «Единственная сила, которая стоит на пути к лучшему будущему, — это те, кто сейчас контролирует вашу страну».
Учитывая, что в самих США отнюдь не каждый американец владеет магазином, кафешкой или даже собственным домом, а несколько десятков миллионов людей вообще живут на пособие и получают продуктовые карточки, чтобы не умереть с голоду, из логики Рубио вытекает, что главным препятствием для нуждающихся американцев является правительство США и американские толстосумы. А это-то действительно так.
А в качестве вишенки на торте пикантная новость последних дней: канадская Sherritt, совместно с кубинцами разрабатывающая месторождения кобальта на острове, сообщила, что предварительно договорилась с американской Gillon Capital о продаже ей 55% своих акций. Другими словами, все оказываемое США на Кубу экономическое давление — оно к вящей выгоде американского же империализма, а вовсе не кубинского народа. И да, американский предприниматель Рэй Уошберн и его семья, владеющая Gillon Capital, совершенно случайно входят в ближний круг Трампа. Даже здесь бриллиантовый президент умудряется еще и «немножечко шить».
По боливийской системе
Однако Куба — не единственная цель американцев в Латинской Америке. Их интерес к Западному полушарию явным образом зафиксирован в Стратегии национальной безопасности США, обнародованной в конце прошлого года.
Не секрет, что с возвращением Трампа в Белый дом в Латинской Америке набирает силы так называемый правый поворот — приход к власти прозападных правительств правого толка.
Так, в марте этого года в Чили впервые со времен Пиночета президентом избран ультраконсерватор, потомственный нацист Хосе Антонио Каст. Его отец служил в вермахте и был членом НСДАП, а старший брат Мигель был министром труда и социального обеспечения и возглавлял Центральный банк при Пиночете.
В 2023 году президентом Аргентины, где до этого правили левые, стал «аргентинский Трамп» либертарианец Хавьер Милей. Впрочем, успехом он отчасти обязан США: за неделю до выборов Вашингтон согласовал валютный своп Аргентине на $20 млрд, что способствовало укреплению песо.
Помимо Аргентины, правые взяли власть в Перу и Боливии.
Перуанский парламент единогласно объявил импичмент социалистке Дине Болуарте, и президентом стал правый либерал Хосе Хери, который, как ожидается, легко найдет общий язык с Милеем, Пасом и Трампом.
Что касается Боливии, то раньше она считалась наиболее «пророссийски» ориентированной и одной из самых «красных» стран в Латинской Америке, наряду с Кубой, Никарагуа и Венесуэлой, но ситуация в экономике настолько ухудшилась, что маятник качнулся вправо и президентом стал Родриго Пас, ориентированный на Вашингтон.
Боливия — в каком-то смысле эталонная латиноамериканская страна, с огромными природными богатствами и полунищим населением, мечущаяся от левых популистов к правым неоколониалистам. Ко всему, Боливия — еще и чемпион по числу военных переворотов.
О них и поговорим, поскольку Трамп прямым текстом заявил, что миром правит сила.
На днях создатель печально известной ЧВК Blackwater Эрик Принс призвал власти США вмешаться в ситуацию в Боливии и помочь правому президенту Родриго Пасу разрешить кризис, «развязанный наркокартелями во главе с бывшим президентом Эво Моралесом».
Напомним, именно Пас вернул в Боливию американское Управление по борьбе с наркотиками (DEA), которое много лет назад с позором изгнал Моралес. Вдобавок Пас также экстрадировал в США скрывавшегося в стране уругвайского наркобарона Себастьяна Марсета и поддержал стратегию Трампа по борьбе с картелями в Западном полушарии. Как все понимают, данная стратегия не более чем предлог для проведения военных операций на территории других стран, при этом не требующая согласия конгресса, поскольку формально это не война. Не грех напомнить, что США обвиняли Мадуро в создании наркокартеля Солнц и намереваются судить именно как наркопреступника, а не как военного диктатора. В этом смысле борьба с наркотрафиком — универсальный инструмент, который с равным успехом можно применять в Мексике, Колумбии, Эквадоре, Гватемале и других странах континента, включая Боливию.
Судя по последним успехам Принса и его команды, американцы делают ставку именно на ЧВК, которые должны осуществлять протекторат на американском заднем дворе.
Например, в Эквадоре компания Принса «консультирует» проамериканское правительство Даниэля Нобоа. А первые контакты были зафиксированы еще во время президентских выборов, когда в СМИ начали публиковать сообщения о том, что «преступные группировки хотят сорвать выборы и не дать Нобоа стать президентом».
Нобоа впустил в страну Южное командование США, а Принс якобы помогает ему бороться с преступностью.
Аналогичным образом Принс застолбил за американцами Гаити: на фоне коллапса системы управления и захвата бандформированиями контроля над страной власти острова обратились за помощью к Принсу, чтобы он помог им в стабилизации обстановки.
В Боливии события разворачиваются по тому же сценарию: сначала нагнетание напряженности непопулярными решениями президента Паса, резкая активизация судебного процесса против Моралеса, массовые протесты населения, поддерживающего Моралеса, и после — попытки Принса и его компании вклиниться в процесс.
А за Боливией могут последовать и другие страны континента, где США формально не вмешиваются во внутренние дела страны, делая все руками чевэкашников.
Также надо признать, что и в Африке эта схема также прошла успешную апробацию, как минимум в Демократической Республике Конго.
Напрашивается резонный вопрос, а где здесь личный интерес Трампа и его команды?
Ответ, как всегда, на поверхности — в Боливии огромные запасы лития, который используется для производства аккумуляторов. В частности, для электромобилей. А одна из самых крупных в мире компаний по их производству — Tesla Илона Маска.
Понятно, что этими отдельными частными примерами получения личной выгоды Трампом и его подельниками дело не ограничивается. Но какое-то представление о том, что движет этими жадными мира сего, можно составить.
Из «Сармата» по воробьям
Несмотря на победные реляции нашего Генштаба и военкоров с украинского ТВД, в последние месяцы наблюдается активное расширение географии украинских ударов — акцент смещен с приграничных Белгородской, Курской и Брянской областей вглубь страны. От атак наиболее страдают нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) и инфраструктура нефтяного экспорта. А перечень целенаправленных атак по гражданским целям растет чуть ли не ежедневно. Наш противник давно перешел к тактике террора мирного населения и нанесению ущерба невоенной инфраструктуре.
По информации западных СМИ, в 2026 году атакованы уже 16 российских НПЗ. В результате практически все крупные НПЗ Центральной России приостановили или сократили производство топлива. Пока, согласно заверениям властей, в стране нет дефицита топлива. Что не может не радовать, поскольку сельхозсезон уже вошел в активную фазу.
Однако общая тенденция вызывает определенные опасения.
В попытках экономически ослабить Россию Украина бьет по инфраструктуре экспорта углеводородов в портах. Расчет понятен: не дать России воспользоваться в полном объеме повышением нефтяных цен, вызванным блокировкой Ормузского пролива.
В основном украинские удары сосредоточены на двух направлениях.
На Черноморском расположены порты Новороссийск, Туапсе и Тамань. Через Новороссийск идет около 20% морского экспорта нефти. Там находятся терминал «Шесхарис» и мощности Каспийского трубопроводного консорциума. В Туапсе — единственный НПЗ на побережье Черного моря и нефтяной терминал. В Тамани — терминал «Таманьнефтегаз» и резервуарный парк для хранения нефтепродуктов и сжиженного газа общим объемом более 1 млн кубометров.
Второе направление — Балтика. Главные цели здесь — порты Приморск и Усть-Луга в Ленинградской области. На них приходится около 40% всего нефтяного экспорта России. (Также, помимо атак дронов, северные страны НАТО грозятся блокировать на Балтике судоходство так называемого теневого флота, что тоже со временем будет вносить свою лепту в снижение объемов экспорта. Однако главная цель таких провокаций — вынудить нас открыть второй фронт и оттянуть силы с основного украинского направления.)
На каждый из портов этих двух направлений за весну было по несколько крупных налетов украинских БПЛА. И если порты Краснодарского края находятся относительно недалеко от Украины, то до балтийского побережья еще нужно суметь долететь. Пускать дроны в дальний путь через Брянскую, Смоленскую, Тверскую и Новгородскую области — большой риск их потерять по дороге в результате работы нашего ПВО.
Другое дело — «братские» Украине Польша и «прибалтийские тигры». По дальности полета почти то же самое, но зато дроны летят беспрепятственно до самой границы с Россией. Правда, некоторые дроны иногда самопроизвольно падают, не долетев до России, вызывая беспокойство у местных властей. Еще большее беспокойство вызвала реакция Москвы на то, что Украина использует воздушное пространство стран НАТО для атак по российской территории.
После публичного предупреждения о том, что такое прибалтийское «гостеприимство» вызовет соответствующий ответ России, прибалты очень настойчиво попросили Киев подобные эксперименты с пролетом беспилотников через их территорию больше не повторять. О том, какие именно последствия Россия посулила прибалтийским «вымиратам» на неофициальном уровне, остается только догадываться. Но в любом случае это подействовало. На днях натовские истребители, патрулирующие небо Эстонии, впервые с начала боевых действий между Россией и Украиной сбили пролетавший через территорию страны украинский беспилотник.
Однако главная ставка киевского режима не в том, чтобы мелкими укусами подорвать военно-экономический потенциал России, а в провоцировании внутренней нестабильности. Они сами об этом неоднократно публично заявляли. И постоянные атаки дронов, в том числе и по гражданским объектам, нужны, чтобы создать выгодный противнику психологический эффект.
В рамках этой стратегии 17 мая был предпринят крупный налет на Московский регион. В течение суток над регионом сбито более 120 украинских беспилотников. В результате налета в Москве и области погибли 3 человека, пострадали 18.
Издевательские надписи на сбитых беспилотниках не оставляют сомнений в том, что главной задачей атаки дронов было не уничтожение промышленного потенциала, а террор мирного населения.
Украинская сторона заявляет, что ударами по Москве пытается сломать медийную концепцию СВО как ограниченной военной операции, происходящей на окраинах страны и не затрагивающей большую часть населения. И тем самым вызвать у наших граждан недовольство, направленное против власти.
Также немаловажно отметить, что накануне этой дерзкой атаки произошло два медийно значимых события.
12 мая командующий РВСН Сергей Каракаев доложил Путину об успешном испытательном пуске новейшей межконтинентальной баллистической ракеты «Сармат». Путин, в свою очередь, сообщил, что российские ВС примут на вооружение ракетный комплекс «Сармат» в конце 2026 года. Сигнал нашим заклятым партнерам вполне ясный.
А на следующий день, 13 мая, Московская антитеррористическая комиссия ввела запрет на распространение текстовых, фото- и видеоматериалов с последствиями атак БПЛА в столице. Ранее подобные запреты вводили и в других регионах, но Москва — это особый регион, с самым мощным контуром ПВО во всей стране, по понятным для всех причинам.
Знали московские и/или федеральные власти о готовящейся атаке или нет, вопрос отдельный и явно не для публичного обсуждения в условиях военного времени.
А вот то, что в информационно-психологическом противостоянии атака 17 мая была хорошо рассчитанным ответом (а, по сути, провокацией на эскалацию), очевидно всем.
Боевые действия на Украине — это совершенно новый тип конфликта, в котором многие старые, проверенные в предыдущих конфликтах боевые практики либо перестали работать вообще, либо стали резко менее эффективными. И в этой новой войне побеждает не тот, у кого больше/лучше танки, артиллерия, самолеты или дроны, а тот, кто быстрее и гибче реагирует на изменение ситуации, внедряет новшества, осваивает технологии, не сковывает инициативу исполнителей на местах. Тот, кто не теряет связь с реальностью, отгораживаясь от нее хоть чем — телевизором, холодильником или отчетами типа «все хорошо, прекрасная маркиза».
