17
дек
2020
  1. Мироустроительная война
Ольга Юшина / Газета «Суть времени» №408 /
Загадка сдачи неприступной крепости

Цена Шуши

Уже больше месяца прошло с момента установления перемирия в Карабахе, но вопросов о ходе войны, продолжавшейся 44 дня, становится не только не меньше, а с каждым днем всё больше. Да, какие-то ответы даются, но они порождают всё новые и новые вопросы.

Мап-снимок со спутника
спутникасоМап-снимок
Мап-снимок со спутника
Изображение: earth.google.com

Безусловно, один из таких вопросов — почему была сдана Азербайджану практически неприступная, стратегически важная крепость Шуши.

В последнее время мне довелось много общаться с различными людьми из Армении, в том числе с очевидцами и участниками этих событий. Один из моих собеседников, умный человек с серьезным военным опытом сказал по поводу сдачи Шуши: если нормальные люди не понимают сути явлений, то это не эти люди тупые, а само явление нечистое. И действительно, в непонимании произошедшего расписываются не просто вменяемые люди, а участники первой карабахской войны, опытные командиры, сами в 1992 году взявшие этот город.

Так, первый президент Карабаха Роберт Кочарян, участвовавший в операции в 1992 году и потом несколько лет руководивший Карабахом, говорит в интервью армянскому «5 каналу», отвечая на вопрос, есть ли предательство в падении Шуши: «Для меня не только непонятно, как был сдан Шуши, у меня вызывает более серьезный вопрос то, как они оказались возле Шуши».

Далее Кочарян описывает маршрут, по которому продвигались азербайджанские части: «Они вошли из Джебраила на пикапах, захватили Гадрут, из Гадрута — Эдилу, оттуда вошли в Физули, из Физули захватили села Тог, Мец Таглар, миновали село Шехер Мартунинского района, весь Аскеранский подрайон, Аветараноц и окрестные села и дошли до Каринтака», — описывает Кочарян передвижения азербайджанских частей, двигавшихся на Шушу.

Здесь требуется пояснение. Вплоть до села Шехер азербайджанские части могли проехать по дорогам. Но дорога между Шехером и Аветараноцем лежит через Красный Базар (он же Гырмызы Базар, или Кармир Шука), который так и остался под контролем Карабаха. То есть от этой точки до пригорода Шуши Каринтака движение войск проходило по проселкам или вовсе без дорог. По прямой это более 20 километров. Горы — это не равнина, там выбор маршрутов сильно ограничен, и длина пути удлиняется в разы. Продвижение по бездорожью медленное, войска на марше становятся хорошей мишенью. По этому же узкому извилистому коридору должно осуществляться снабжение, вывоз раненых и т. п.

Сознавали ли в Карабахе, что идет переброска войск и что есть хорошие шансы отрезать их от снабжения и уничтожить? Есть многочисленные свидетельства, что да, осознавали. И одна из колонн даже была накрыта ударом РСЗО. Однако никаких масштабных действий, способных серьезно изменить расстановку сил, проведено не было. Роберт Кочарян рассказывает, что за две недели, когда еще можно было что-то сделать, военные власти Арцаха и Армении «не построили нового рубежа, не останавливали, пытались там что-то делать небольшими силами».

«Была такая ситуация, что даже удивляешься, как они (азербайджанские военные. — прим. О.Ю.) обеспечивали себе тыл, как эвакуировали раненых, и мы не смогли где-нибудь этому препятствовать. Говорили о какой-то операции, даже президент Арцаха Араик Арутюнян на встрече с депутатами сказал, что они готовят одну операцию, в результате которой враг будет разбит именно на этих территориях, аккумулировали силы, проводили собрания, консультации. Но никаких операций проведено так и не было, неизвестно почему. У нас должен быть ответ и на этот вопрос. Почему не было проведено? Я не знаю».

Ответ на вполне закономерный вопрос Роберта Кочаряна частично прозвучал в аудиозаписи телефонного разговора между президентом Карабаха Араиком Арутюняном и депутатом парламента Карабаха Русланом Исраеляном. Запись была опубликована в Сети 11 декабря, а сам разговор произошел в период между 7 и 9 ноября, когда азербайджанские военные уже заняли Шушу, а армяне оставались на окраинах, пытаясь отбить город.

Из разговора выясняется, что у Арутюняна в распоряжении практически нет ни людей, ни артиллерии, ни боеприпасов, причем продолжается эта ситуация уже не менее 10 дней, что он просит у Еревана подкреплений, но не получает их. Что некий третий участник разговора, имя которого не называется, «вчера позвонил, сказал, что поднимается колонна, они повернулись к Зарыслу, идут, прямо поднимаются в Шушу, но все молчат, никто ничего не делает». Арутюнян же отвечает ему, что артиллерии, чтобы что-то сделать с колонной, больше нет.

Мэр города Шуши Арцвик Саркисян защищал Шушу и оставался там практически до конца. Но и для него причина сдачи города — «темный лес».

«Шуши был неприступной крепостью, которая должна была остаться. Не знаю, может, причина в их большом количестве, может, в активности видов оружия, что смогло ослабить наши позиции. Каринтак должен был быть хорошо защищен. Наша армия в Шуши была хорошо расположена, там у нас были мобилизованные из Армении и из Арцаха хорошие, сильные, смелые парни.

26 января 1992 года Каринтак 12 часов воевал против 1700 азербайджанцев. У нас было 40 автоматов и 1 пулемет, но мы не уступили им ни одной позиции. Они, потеряв 201 человека, бежали, у нас же было 19 погибших. А на этой войне, непонятно как-то, Каринтак в последний момент, кажется, сдался. Тогда освобождение Шуши началось с героического боя за Каринтак, и сейчас захват Шуши начался с поражения того самого Каринтака. Надо сесть и всё понять — почему Каринтак все-таки сдался?» — рассказывает мэр.

По его словам, обороняться против превосходящих сил противника можно было даже после взятия Каринтака:

«Не помню, 6 или 7 ноября 2020 года, когда я поднялся на горный хребет близ Каринтака, то увидел оттуда, что в Каринтаке полно турок, стояли их „КамАЗы“. Есть тропа от Каринтака в Шуши, во время разведки я заметил, что турки по ней поднимаются. На расстоянии 15–20 метров втроем вступили в бой. Пока подошла подмога, мы успели „уложить“ примерно 50 человек, еще 200 ушли. Во время ожесточенного боя у нас не было ни одной жертвы, только один солдат вывихнул ногу, а другой получил контузию в результате взрыва снаряда. А у них 300–400 человек погибли».

Еще одна запись, на этот раз разговора президента Карабаха с секретарем Совбеза республики Самвелом Бабаяном, дополняет картину. По мнению Бабаяна, отбить Шушу даже после взятия ее Азербайджаном было возможно, но продолжать войну имеющимися силами — уже нет.

Фрагмент разговора в переводе на русский язык приводит «Взгляд» (перевод не дословный): «Двадцатью, тридцатью залпами „Смерча“ накрываем Шуши. Всех там убиваем. Забираем город обратно. Дальше что? Состояние армии и гражданского населения не позволяет вести войну. Дали бой, взяли Шуши, дальше что? <…> Четыре гаубицы у нас всего есть. Если мы не обеспечены артиллерией, то как ты будешь обеспечивать наступление или обрезать ему хвосты? <…> Представь, что у нас на всю армию на сегодня два „Града“, с десяток гаубиц, на которые у нас нет снарядов».

Итак, у руководства Арцаха были большие проблемы с личным составом и артиллерией, что и не позволило провести операцию по разгрому подходящих с юга к Шуше колонн.

Почему не хватало людей?

Но почему возникла такая нехватка? Одна из причин, конечно же, урон, нанесенный армии Карабаха с начала войны. Очень большой ущерб причинили беспилотники, к противоборству с которыми армянская сторона оказалась совершенно не готова (причины этой неготовности мы обсудим ниже), да и не только они.

Однако здесь нужно понимать важный момент: Карабах — республика очень маленькая, до войны здесь было около 150 тыс. жителей. Гарантом безопасности Карабаха традиционно является Армения. На практике это значит, что задача армии республики — продержаться достаточное время, чтобы ВС Армении отмобилизовались и пришли на помощь.

И тут мы наталкиваемся на следующую загадку этой войны. Шушу обороняли небольшое число солдат-срочников, местные жители и добровольческие отряды из Армении.

Согласно довольно многочисленным свидетельствам, на территории Армении находились значительные резервы; более того, они пребывали в боевой готовности, но по большей части так и не были переброшены в Карабах. Процитируем депутата Госсовета Республики Крым Армена Мартояна (Самвела), побывавшего в Карабахе с гуманитарной миссией незадолго до конца войны:

«Оказавшись там, я обнаружил, что действительно идет какой-то сбой. Сбой поставок вооружений, сбой пополнения потерянного личного состава. И для меня лично как для военного было непонятно, почему это происходит. Я заехал в Арцах, и когда выехал оттуда, мы в городе Горисе заехали в воинскую часть, где около 1 400 человек сидели в полной боевой и ждали команды. Я их спросил, почему не едете, не пополняете личный состав, командир сказал, что нет такой команды. И почему-то у меня такое чувство было, что это реальная подстава, реально попахивало предательством».

Мартоян также рассказывает, что предлагал помощь добровольцев из Крыма, от которой Армения отказалась. Но даже если не вести речь о привлечении дополнительных сил и добровольческих отрядов — не были переброшены готовые части, обученные и экипированные. При том что Горис расположен в 80 километрах от Шуши и между городами прямая дорога.

Момент для переброски был также благоприятный: в последние дни войны БПЛА Азербайджана сильно поумерили свою активность, частично из-за пасмурной погоды, частично благодаря неким «новым средствам», появившимся у армянской стороны и позволяющим их сбивать. Благодаря удачному расположению города и самоотверженности его немногочисленных защитников, азербайджанские военные были достаточно сильно измотаны.

Военный эксперт Владимир Евсеев утверждает, что азербайджанские войска не смогли бы взять Шуши при полноценной комплектации армянских подразделений, защищающих город. И он далеко не одинок в своем мнении — то же самое говорят и многие армянские генералы. Следовательно, можно зафиксировать: переброска имеющегося неподалеку пополнения вряд ли сильно изменила бы ход всей войны, но с очень большой вероятностью позволила бы иначе решить судьбу важнейшего стратегического пункта Карабаха — Шуши — и достичь мирных договоренностей на иных, более выгодных, а главное — не столь унизительных для армянской стороны условиях.

Добавим к этому так и не опровергнутое никем заявление подавшего в отставку с должности начальника Военной контрольной службы минобороны Армении бывшего министра обороны Арцаха, экс-главы Генштаба ВС Армении генерала Мовсеса Акопяна, который рассказал, что Никол Пашинян на третий день войны приостановил мобилизацию резервистов.

«Наша мобилизация не была осуществлена. Ответственным за это являются руководитель страны, министр обороны, Военный комиссариат и министр территориального управления. <…> На 3-й день войны премьер-министр отдал приказ об остановке мобилизации и отправки на передовую добровольцев. Есть аудиозапись этого приказа, сделанная лицами, которые прекрасно осознавали, что за это они могут быть привлечены к ответственности», — сказал Акопян на пресс-конференции.

Обращение о необходимости формировать добровольческие отряды было размещено Пашиняном на личной странице в Facebook и, судя по многочисленным откликам, вызвало оторопь у людей, знакомых с военным делом.

Разве нельзя предположить, что при выполнении плана мобилизации и своевременной переброске отмобилизованных частей в Карабах боевые действия могли пойти совсем иначе?

А что с техникой?

Второй проблемой, не позволяющей карабахскому руководству эффективно обороняться, было отсутствие военной техники, большая часть которой была уничтожена азербайджанскими ВС. Премьер-министр Армении Никол Пашинян неоднократно заявлял, что виноваты в этом его предшественники, «всё разворовавшие», а сам он за 2,5 года сделал для укрепления обороноспособности всё, что мог, но этого оказалось недостаточно.

Тот же Мовсес Акопян сообщает следующее:

«После войны 2016 года военно-политическое руководство уже решило, что война будет в новом формате, и начался план развития ВС. Были приобретены установки „Смерч“, „Тор“, „Игла-С“, „Верба“. По плану развития на 2018–2020 гг. планировалось закупить еще 2 дивизиона „Тор“, 1 „Смерч“, „Корнеты“ и большое количество боеприпасов, усовершенствовать системы „Искандер“. В 2018 году действующий план изменили и приобрели Су-30СМ, установки ЗУ-23–22, а вместо ЗРК „Тор“ были закуплены ЗРК „Оса“, из которых ни один беспилотник не был сбит».

Сведения Акопяна свидетельствуют о, мягко говоря, не вполне добросовестном отношении руководства Армении к вопросам закупки вооружений. Но значит ли это, что оружия, которое можно было переправить в Карабах, не было, и тут уж «на нет и суда нет», как утверждает тот же Мовсес Акопян? — нет, не значит:

«Министерство обороны (Армении. — прим. О.Ю.) не играет никакой роли в поставках. Те поставки, которые осуществлялись в Армению во время войны, реализовала наша дружественная страна Россия. Россия предоставила тот максимум, который возможно сделать. Дала то, о чем мы в жизни не мечтали. По положению на 30 сентября наш премьер-министр не звонил президенту России и не просил поддержки».

За 5 дней до пресс-конференции Акопяна, 14 ноября, в эфире ток-шоу «Своя правда» на телеканале НТВ главный редактор радиостанции «Говорит Москва» Роман Бабаян задал премьер-министру Армении несколько почти риторических и очень неудобных вопросов. В том числе он спросил, правда ли, что «буквально с первых секунд этого противостояния, с первых дней этой войны» Россия предлагала и оказывала Армении помощь, причем «в огромных размерах», что в Армении «десятками садились российские военно-транспортные самолеты», и что Пашинян получил от России те системы вооружений, которые просил.

Слова армянского генерала и российского журналиста свидетельствуют об одном и том же: российская техническая помощь предоставлялась. Однако вопрос, почему существенная часть этой помощи не доехала до Карабаха, пока так и повис в воздухе.

Командование, тактика и стратегия

Военные специалисты отмечают, что в тактическом и стратегическом плане Армия обороны Карабаха в этой войне далеко не всегда была на высоте. Это казалось удивительным: ведь в Степанакерт в первые же дни конфликта съехались легендарные командиры победоносной первой карабахской войны. Кадры с происходившего у Араика Арутюняна совещания, на котором за одним столом сидят непримиримые политические противники, сторонники и противники Пашиняна, вселили в армян надежду на успех в войне, ведь в 90-х эти люди одержали победу совсем скудными средствами.

Многие из приехавших генералов являются фигурантами уголовных дел, заведенных на них при Пашиняне. Отбросив на время все политические и личные счеты, они предложили руководству Карабаха свою помощь.

На руководство армянской армии надежд было гораздо меньше: Пашинян по нескольку раз переназначал на высокие посты различных людей, далеко не всегда самых квалифицированных, ориентируясь больше на политическую лояльность.

Однако в ходе военных действий гениальных тактических действий замечено не было, скорее, наблюдалось обратное.

Объяснение было получено уже после войны.

В декабре один из участников совещания, обвиняемый по политическому «делу 1 марта», бывший министр обороны Карабаха и Армении, один из командиров операции по взятию Шуши «Свадьба в горах» генерал Сейран Оганян рассказал, как была принята предложенная ими помощь:

«Я и генерал Хачатуров в первый день войны пошли в МО (Армении. — прим. О. Ю.) , нас два дня подряд не принимали. Я решил добровольно поехать в Арцах для поддержки армии обороны, представился Араику Арутюняну, затем отправился в командный пункт. 30 сентября я уже утверждал, что власти Армении и Арцаха должны сделать всё, чтобы восстановить переговорный процесс. Премьер-министр решил, что опытные генералы не имеют права посещать командный пункт, Араик Арутюнян лично запретил мне ехать туда».

Оганян остался и консультировал президента Карабаха, но, видимо, к его советам не прислушивались. В другом, более раннем интервью Оганян говорил, что, по его мнению, на разных этапах войны можно было правильно перегруппироваться, осуществлять бесперебойные поставки вооружения, техники, подкреплений, но этого не было сделано.

На исходе войны Оганян помогал организовывать ополчение в своем родном городе Шуше. В те дни появились слухи о том, что Оганян якобы руководил обороной города, но генерал их опроверг.

Другой политический противник Пашиняна, легендарный командир первой карабахской войны Виталий Баласанян предлагал премьер-министру возглавить оборону Шуши под свою личную ответственность, но ему в этом было отказано.

Но если генералам посещать командный пункт запрещалось, то жена Пашиняна Анна Акопян проходила туда свободно, хотя в подобные места посторонних допускать не принято. И уже упомянутого экс-начальника контрольной службы МО Армении Мовсеса Акопяна за попытку удалить супругу премьер-министра из помещения вовсе отозвали из Карабаха.

Эти и подобные факты показывают, что руководство Армении оказалось неспособно отринуть политические разногласия перед лицом общей беды, продолжило сводить счеты, уделяя этому куда больше внимания, чем успешности военных действий. Имеющийся потенциал опытных генералов таким образом был фактически аннулирован.

Однако, ответив на один вопрос, мы встаем перед новым: что было причиной такого поведения — мелочная мстительность и неспособность расставить приоритеты или расчетливое желание провалить оборону?

Жизнь по ту сторону поражения

Буквально с первых часов после подписания трехстороннего заявления о прекращении огня президент Азербайджана Ильхам Алиев открыто глумится над Пашиняном и армянами и весьма прозрачно намекает, что намерен довести прерванный перемирием процесс до конца.

10 декабря в Баку прошел парад, на котором Алиев в очередной раз заявил, что считает Ереван и ряд других областей Армении «исконными азербайджанскими территориями».

И в этот же день мэр Степанакерта Давид Саркисян заявил буквально следующее: «Максимум через шесть месяцев всё будет отлично, даже дороги будут асфальтированы. Приехали разные строительные бригады: из России, из Армении, чтобы сразу помочь восстановить Степанакерт, деревни и районы. Чтобы нашим детям, когда они будут гулять и играть в городе, ничто не напоминало о прошедших событиях».

«Мэр Степанакерта, наверное, не в курсе, что из Степанакерта виден город Шуши, который постоянно будет напоминать всем о прошедших событиях», — комментирует слова чиновника Телеграм-канал «Армянская вендетта».

Между тем единственное спасение не только для Карабаха, но и для самой Армении — это не пытаться забыть, а всем от мала до велика ежесекундно помнить произошедшее и готовиться к обороне, потому что новая война фактически неизбежна. Армения в Закавказье не нужна ни США, ни Европе, а уж до какой степени она мешает Турции — понятно без дополнительных разъяснений. Но пока государственная политика демонстрирует только желание представителей власти поскорее спрятать концы в воду и забыть войну, как страшный сон.

Когда рассеется туман?

Вопросов перед армянским обществом по поводу прошедшей войны остается множество. В частности, многие задаются вопросом, было ли поведение властей продиктовано одной лишь некомпетентностью, или же прозвучавшие уже из нескольких источников обвинения в том, что Пашинян банально взял у Алиева за Шушу 5 миллиардов долларов, всё же имеют под собой почву.

До сих пор не установлена достоверно и не предъявлена обществу и сама картина боев в городе и около него. Слухи, предположения, свидетельства очевидцев, путаница событий и дат не позволяют ничего понять до конца.

Пока прошлое в тумане, в такой же туман погружено и будущее. Высится над Степанакертом гора, на горе стоит крепость, а над крепостью развевается турецкий флаг. Сейчас в городе российские миротворцы, но сколько они там пробудут, не знает никто.

Во всем этом тумане ясно пока только одно. Любые попытки построить на данной территории безмятежный асфальтированный рай могут привести только к бегству или резне. Армения — уже не только Карабах, но и Армения — или станет Спартой, или очень скоро перестанет быть. Потребительское существование, ставшее столь привычным, в осажденной крепости невозможно. Армянскому народу в любом случае придется заплатить за Шушу свою цену.

Либо выбрать сладкое прозябание и заплатить Родиной, а может, и самой жизнью.

Либо выбрать строительство Спарты и платить каждодневным трудом, отказом от излишеств и тяжкой обязанностью думать и принимать решения, причем без каких-либо гарантий успеха.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER