logo
Отклик
/ Павел Колганов
Мысли не всегда бывают мелкими и сиюминутными, иногда задумываешься о будущем...

Атмосфера будущего

Сцена из спектакля «Зерна» показанного на Летней школе «Сути времени». 2018Сцена из спектакля «Зерна» показанного на Летней школе «Сути времени». 2018

Школа — это такое место, череда событий и коллектив, которые позволяют одновременно и отстраниться от повседневной деятельности, посмотрев на нее с другой точки зрения либо чуть шире, и увидеть ее контрастнее, за счет разницы атмосфер. Если отстранение вряд ли требует пояснений, то про разницу общественных атмосфер стоит развернуть.

Жизнь вне посещения Александровского состоит из трех основных и частично пересекающихся элементов: работа для обеспечения жизни, деятельность в «Сути времени», общение с родными и близкими. Наибольшая разница, конечно, между работой и общением на школе СВ. Даже при условии, что коллектив у меня на работе попался хороший. Во-первых, работа производится на дядю-капиталиста. Во-вторых, постоянно встречается грызня и стремление добиться цели — позиции, денег, проходя по головам других. В-третьих, отсутствует общность этих самых целей. В-четвертых, частенько складываются ситуации наплевательства на чужой труд, выполненный, казалось бы, в интересах компании, но не в интересах, например, какого-нибудь менеджера, который с закупки продукта на стороне что-нибудь бы имел: навар или позицию от внедрения, а благодаря изделию, выполненному своими силами, остается с пустыми руками. Этот список можно длить и длить. В Александровском же все ровно наоборот.

Так уж вышло, что работаю не по профилю своего высшего образования, а по специальности, приобретенной параллельно самоучкой. Хотя есть между ними общее понятие — автоматизация. Частично о ней и слово. В вузе готовили по специальности «технология машиностроения» с уклоном в автоматизацию, но со старших классов школы потихоньку начал писать программное обеспечение, и деятельность эта до недавних пор привлекала больше. Применительно к правильным целям трудовую деятельность свою люблю и постараюсь поразмышлять одновременно со стороны и с личным чувством.

Автоматизация есть деятельность прикладная, служащая другим человеческим целям, а не сугубо теоретическая. В отличие, скажем, от математики или теоретической физики. Поэтому автоматизатору очень важно не упиваться интересом от решения сложных задач в отрыве от целей, а понимать, зачем он действует непосредственно и в широком смысле слова. Важнейшая общая цель автоматизации — это освобождение человека от рутинного труда, дабы он мог использовать свое время для развития и творческой деятельности. Следует оговорить, что есть некоторые экстремумы, выходящие за это понятие. В основном это решение таких задач, на которые при заданных сроках и точности исполнения у человечества нет ручного ресурса. Но в условиях: а) темпов автоматизации, значительно превышающих темпы роста реальных потребностей человечества (так, что через поколение-другое потребуется очень небольшая часть населения для производства требуемых всем товаров и услуг) и б) системы общественных отношений, которая невостребованного человека стремится выбросить за борт, описанная выше цель становится недостижимой. Более того, она превращается в свою противоположность.

Автоматизатор в малых делах всё еще служит людям, а по-крупному — кует машину уничтожения широких общественных масс. Кто-то скажет: «Но как же ценность человеческой жизни, которую всё еще декларируют Запад и идейно следующий за ним Восток?» Декларируется ценность человека сугубо по инерции, капитализм не может быть гуманным, это невыгодно, а сдерживающие идеалы Великой французской революции выброшены за ненадобностью. Пока трудишься на работе, это простое умозаключение не спешит заходить в голову. Но стоит посмотреть со стороны, как мысль становится очевидной. Скрывают ее, как мне кажется, два фактора: сиюминутная потребность людей в результатах твоего труда и желание видеть себя хорошим, нужным. Людям вообще свойственно оправдывать себя и свою деятельность.

Мысли не всегда бывают мелкими и сиюминутными, иногда задумываешься о будущем. Сложно сказать, откуда желание будущего берет в человеке свое начало. Качественно другого, нежели настоящее, будущего, то есть развития. Быть может, эти мысли и стремления рождаются из соприкосновения с культурой. Стоит чуть-чуть узнать об идеях Николая Федорова о победе над смертью, почитать, скажем, «Космологию духа» Эвальда Ильенкова, как потребность заглядывать в грядущую бесконечность человеческого восхождения возникает снова и снова. Затем спускаешься на грешную землю и тонешь в череде мелких дел, но что-то остается в виде чувств и неоформленных мыслей. Что-то, принимающее понятную форму, лишь стоит поговорить с единомышленниками и взглянуть на деятельность чуть-чуть шире. И тогда думаешь: а как влияет твоя трудовая деятельность на то будущее, к которому тянет? Никак, а, возможно, даже и губит. В жизни приходилось заниматься задачами, связанными со значимыми для государства и страны темами. Но, вглядываясь в бесконечность и общаясь с людьми, понимаешь: максимум чего добиваешься — это удержания отдельных направлений от окончательного обрушения и деградации. Греешь лучинкой. Никаким будущем не пахнет почти нигде. Ни в оборонке, ни в науке, ни в космической отрасли. Складывается ощущение, что страна и мир всё меньше стремятся идти в будущее.

Затем приезжаешь в Александровское и посещает мысль: «Если сделать здесь некий нужный и полезный продукт, повлияет ли это на будущее? А ведь может!» Мысль одновременно рождает тоску по бесцельно выкидываемому времени и надежду, что не все потеряно. Эти чувства можно использовать для изменения мира, их можно бросить в топку разогрева хотя бы своей деятельности и убедительности.