logo
  1. Мироустроительная война
  2. Обострение между Израилем и Сирией
ИА Красная Весна /
Что подтолкнуло Иран к решительным действиям в отношении Израиля? 

Каковы внутренние пружины ирано-израильского конфликта

Али Хаменеи и Хасан Рухани
Али Хаменеи и Хасан Рухани
Скопина Ольга © ИА Красная Весна

В сетевом издании «Вольтер» появилось две публикации Тьерри Мейсана, в которых он разбирает подоплеку ирано-израильского конфликта. В частности, он обращает внимание на то, что документ Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), подписанный 14 июля 2015 года, абсолютно идентичен тому, по которому велись переговоры тремя месяцами ранее. «В последние месяцы Вашингтон и Тегеран провели переговоры тет-а-тет, обсуждая секретные двусторонние соглашения, содержание которых никому не известно», — заявляет Мейсан.

Он также обращает внимание, что на протяжении всего периода действия соглашения по иранской ядерной программе (СВПД) не было ни одного прямого столкновения между США и Ираном, несмотря на то, что американские и иранские силы неоднократно пересекались на многочисленных театрах военных действий на Ближнем Востоке.

Аналитик предполагает, что секретные договоренности должны были касаться распределения ролей на Ближнем Востоке. Выход же Вашингтона из соглашения СВПД означает и прекращение каких-либо негласных договоренностей по этому вопросу.

По мнению Тьерри Мейсана, концентрация иранских войск в Сирии на границе с Израилем и ракетный удар Стражей Революции 10 мая по израильским позициям на Голанских высотах стали своего рода «ответкой» Ирана на выход США из соглашения и попыткой вернуть Вашингтон за стол переговоров.

Другой аспект, который затрагивает аналитик, — это внутриполитическая борьба в Иране. Мейсан обращает внимание на существенную разницу дискурса главных лиц государства. Если президент Хасан Рухани в своем обращении к нации заявляет, что соглашение является многосторонним и не может быть оспорено одной из сторон, то Верховный лидер Исламской Республики Али Хаменеи, не скупясь на проклятия в адрес Дональда Трампа, ставит под сомнение способность европейских стран противостоять США и предполагает, что они также выйдут из соглашения.

Мейсан напоминает, что Стражи Революции — элитное подразделение, отдельное от регулярной армии, подчиняющееся Верховному лидеру, а не президенту. И что бывший президент Махмуд Ахмадинежад, близкий к Стражам Революции, находится под домашним арестом, а его вице-президент Хамид Бегаи в ходе засекреченного судебного разбирательства приговорен к 15 годам тюремного заключения. Оба признаны Советом стражей конституции (аналог конституционного суда — прим. ИА Красная Весна) «плохими мусульманами».

Таким образом, по мнению аналитика, напряженность между двумя политическими группами достигла своего апогея. В связи с чем он задается вопросом: не является ли атака Ирана на Израиль частью внутриполитической игры?

В статье «Россия против ирано-израильской войны» Мейсан отдельно останавливается на роли России в этом конфликте. По его мнению, Россия не намерена втягивать себя в какие-либо провокации и выступает против нападок Ирана на Израиль точно так же, как она выступала против нападения Израиля на Иран в 2008 году. «Россия в 2008 г. нанесла удары по двум аэродромам в Грузии, на которых базировались силы Цахала. Тогда удалось предотвратить атаку Тель-Авива на Иран. А сегодня Россия намерена предотвратить атаку Ирана на Израиль», — напомнил аналитик.

По мнению аналитика, Сирия придерживается той же позиции, не желая ввязывать себя в войну с Израилем. «Сирия после семи лет опустошительной иностранной агрессии не может встать на этот путь, даже если бы этого захотела», — отмечает Мейсан.

При этом аналитик отмечает, что Москва крайне не заинтересована в том, чтобы вооруженные силы Ирана вышли из Сирии, иначе «ей придется занять их место или дать возможность Анкаре ввести новые войска».