logo
Статья
/ Сергей Кургинян
Мне представляется, что все эти химеры о всемогуществе части одного еврейского этноса, стремящейся противопоставить себя всему остальному и реализовать темный метафизический глобальный проект, не имеют отношения к реальности...

Судьба гуманизма в XXI столетии

Франсуа Шово. Аллегория Истории. XVII в.Франсуа Шово. Аллегория Истории. XVII в.

Первая проблема состоит в том, что о Храме Соломона за прошедшие тысячелетия написано слишком много. Может быть, ни о чем на свете не написано так много. Даже просто ознакомиться со всем, что написано, можно лишь в случае, если ты решил посвятить себя разгадке тайн этого самого Храма Соломона.

А я совершенно не готов не только посвящать себя разгадке этих тайн, я не готов и к меньшему — к тому, чтобы тратить на это ознакомление сколько-нибудь значимое время, вводя тем самым это ознакомление в список всегда немногих предметов серьезного исследовательского интереса. Человеческая жизнь коротка, интересного очень много. И тайны Храма Соломона для меня лично не представляются столь интересными, чтобы я им посвятил не только всю жизнь, но и сколько-нибудь существенный ее кусок. При этом я знаю немалое число людей, готовых посвятить этой разгадке всю жизнь, причем среди этих людей есть умные и серьезные исследователи, знатоки древности, полиглоты.

Если бы я хотел заниматься разгадкой тайн Храма Соломона, я не занимался бы ни политологией, ни философией, ни театром, ни общественной деятельностью. Я учил бы древние языки, корпел над сочинениями, пытался бы отыскать новые рукописи. Словом, я жил бы совсем другой жизнью. Может быть, уединенность этой жизни и ее далекость от суетных забот здешнего мира и могла соблазнить меня, но не успела сделать это. Я уже, что называется, влип в другое и определенным образом выстроил свою жизнь. И в силу этого я во всем, что касается тайн Храма Соломона, не являюсь не только профессионалом (а такие профессионалы есть), но и знатоком-дилетантом (каковых немало).

Вторая проблема состоит в том, что Храм Соломона — какие бы загадки он ни таил — глубоко вторичен по отношению к фундаментальным проблемам антропогенеза. Храм Соломона — это одновременно очень древняя и очень поздняя конструкция. Очень древняя — по отношению, например, к великим готическим соборам. А очень поздняя — по отношению к моменту, когда некий проточеловек, перейдя какую-то неведомую нам черту, превратился в человека. И превратившись, начал противопоставлять собственно природные циклы, в которые погружена дочеловеческая жизнь, тому, что условно можно назвать историей как таковой. Если конечно, считать, что история, как утверждали Маркс и Энгельс в «Святом семействе», «не есть какая-то особая личность, которая пользуется человеком как средством для достижения своих целей. История — это не что иное, как деятельность преследующего свои цели человека».

Приводя такое определение, я вовсе не хочу с ним солидаризироваться. Я его привожу как некую крайнюю точку зрения, согласно которой человек как таковой выясняет свои отношения с природой, отделяется от нее и сам пускается во все тяжкие. Тут многое непонятно. Как человек выделяется, зачем он начинает бросать вызов бесконечно более мощной, чем он, природе, почему он сам, без каких-либо странных вмешательств берет и пускается во все тяжкие. Но я не буду отвлекаться на такую полемику, я всего лишь повторю, что даже при такой предельно антропоцентричной точке зрения на историю всё равно Храм Соломона, взятый в качестве отдельного и самодостаточного сооружения, призванного определенным образом утверждать определенные смыслы, возник резко позднее других сооружений, призванных решать сходные задачи.

Это не полная версия статьи из газеты «Суть времени»

Полная версия будет опубликована через месяц. Чтобы получить доступ к материалу сейчас, вы можете оформить подписку.

Оформить подписку на газету Суть времени

Купить выпуск в электронном виде

Купить материал в электронном виде