Стокгольмский синдром? Польша не хочет признавать, что Украина уже нападает

Заявления польских политиков о том, что Россия якобы планирует атаковать территорию Польши «под украинским флагом», могут быть сделаны для сокрытия реальных украинских атак, 16 июля считает европейская редакция ИА Красная Весна.

15 июля глава МИД Польши Радослав Сикорский заявил, что Россия, по его мнению, планирует атаковать территории стран НАТО с помощью украинских дронов. Позже бывший министр обороны Польши Януш Онышкевич конкретизировал цели, которые якобы может атаковать Россия: ими оказались аэропорт в Жешуве-Ясенке, нефтеперерабатывающий завод в Плоцке и портовая инфраструктура на Балтике.

Однако даже беглый анализ темы позволяет увидеть, что Украина уже не раз атаковала Польшу далеко не только в словесных заявлениях. И молчание Польши об этом все больше и больше напоминает стокгольмский синдром — психологический феномен, при котором жертва насилия начинает испытывать эмоциональную привязанность к своему агрессору.

Как Польша покрывает своего обидчика?

Еще 15 ноября 2022 года украинская ракета ПВО упала в Пшеводуве. В результате погибли два гражданина Польши.

Несмотря на первоначальные заявления о том, что ракета была российской, позже все признали ее украинское происхождение, однако никаких последствий для Украины от Польши не было. И даже «непосредственной причиной» гибели двух поляков польские власти назвали «российский массированный ракетный удар по Украине».

Другой случай произошел уже в начале декабря 2022 года. Главный комендант полиции Польши Ярослав Шимчик посетил Киев, где получил в подарок от руководителей украинских силовых структур два ствола от противотанковых гранатометов, которые, по словам дарителей, были использованы и полностью обезврежены.

После возвращения в Варшаву 14 декабря один из подарков находился в кабинете коменданта в здании Главного управления полиции: гранатомет оказался боеспособным, снаряд пробил перекрытие между этажами, а сам Шимчик и еще один сотрудник получили легкие травмы.

Украинская сторона заявила, что произошедшее стало следствием недоразумения и не было умышленным действием. По итогам публично известных расследований инцидент не был квалифицирован как преднамеренная атака или операция украинских спецслужб, хотя вызвал серьезный общественный и дипломатический резонанс.

Как бы этот случай рассматривали в любом нормальном государстве? Как попытку покушения на высокое должностное лицо в силовых структурах со стороны украинских спецслужб.

Однако польский истеблишмент мало того, что «не заметил» здесь участия Киева. Он обвинил жертву — самого Шимчека: политики наперебой высказывались на тему, как, мол, целый комендант умудрился ввезти в Польшу боевой гранатомет.

Третий случай — якобы российские беспилотники, упавшие на территорию Польши в 2025 году. Несмотря на обвинения в адрес России, Польша так и не смогла предоставить убедительные доказательства того, что беспилотники были российскими, а ряд экспертов, в том числе американских, прямо указали, что дроны с большой долей вероятности запускал Киев.

Кроме того, есть гораздо менее заметные для нас эпизоды. Так, в ноябре 2025 года польские правоохранительные органы заподозрили украинскую модель Кристину С. в причастности к подготовке к диверсии, якобы планируемой «российскими спецслужбами». Интересно, что «российский след» был «подшит» к делу, где главный подозреваемый организатор операции находился в Одессе и по данным польских следователей «связан с местными (то есть украинскими — прим. ИА Красная Весна) спецслужбами».

Почему же «стрелки» все время «переводятся» с Украины на Россию?

Во-первых, это, конечно, стратегическая ориентация Польши на конфликт с Россией. Есть очень много факторов, которые толкают Польшу по этому пути: и многовековая традиция политической русофобии, и историческая травма от многочисленных разделов страны при участии России, и вписанность в стратегию НАТО на нанесение стратегического поражения нашей стране как шаг в более глобальном конфликте с Китаем, и много что еще. Пока что Польша с этого пути не свернула.

Во-вторых, это доктрина Гедройца — Мерошевского, направленная на сближение Польши с Украиной, которая подспудно означала отказ от педалирования темы Волынской резни ради совместных действия по ослаблению России, а уже после — возвращения Галиции под свое влияние. Эту доктрину на сегодняшний день разделяют фактически все, кто реально находится у власти в Польше.

В-третьих, это желание занять важное место в европейской логистике, политике и экономике войны против России. Военные заказы, выделение средств от ЕС на оборону, расположение союзнических войск на своей территории, возможность в какой-то степени диктовать Евросоюзу свои условия на правах прифронтовой территории — это немаловажные и очень лакомые для Польши вещи.

В-четвертых, похоже, что есть еще один фактор — страх перед бандеровской Украиной. Страх вступить в открытый конфликт с теми, кто безжалостно и с особой жестокостью резал поляков в Волынской резне и уже почти открыто не стесняется этого. Страх перед тем, кто реально насадил бандеровскую идеологию во всем украинском обществе, нарастил армию и получил самый серьезный боевой опыт в суперсовременной войне.

Что происходи сейчас и почему опять виновата Россия?

Обострение отношений с Украиной произошло в связи с очередным актом героизации УПА (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и последующим лишением главы киевского режима Владимира Зеленского польской награды «Белый орел» президентом Польши Каролем Навроцким в июне 2026 года.

Пока сложно сказать, почему именно сейчас Навроцкий среди всех политиков решился на такой шаг, но последствия этого шага не стоит недооценивать. Ведь раньше в Польше на высшем уровне стоял негласный запрет на критику Зеленского и Украины, на публичные сомнения в необходимости военной помощи Киеву, и, наконец, — на обсуждение реальной картины распространения бандеровской идеологии на территории, подконтрольной киевскому режиму.

Теперь по факту запрет снят, все это стало можно. После Навроцкого правые политики в Польше один за другим начали критиковать Киев, и даже Туск пытается догнать оппонентов в критике Украины. А Киев не только не пытается сгладить углы, а наоборот — работает на эскалацию конфликта.

Такой поворот явно не входил в планы «Гражданской коалиции» в лице премьер-министра Дональда Туска и главы МИД Радослава Сикорского. У них есть все основания полагать, что за политической перепалкой последуют террористические «сюрпризы» от СБУ, а может быть, и от ВСУ.

Однако, поскольку от курса на противостояние с Россией «Гражданская коалиция» отказываться не собирается, то Сикорский на упреждение обвиняет Россию в планах атаковать именно украинскими дронами. Как только Киев что-нибудь взорвет на территории Польши, всегда можно будет сказать: «Это русские, мы же вас предупреждали».

Будет ли эта игра и дальше продолжаться, будут ли и дальше польские политики покрывать своего реального обидчика — зависит от Навроцкого и тех, кто поймал антиукраинскую волну как фактор рейтинга перед грядущими выборами.