Для избирателя одно, для Брюсселя — другое. Как устроена политика Мелони в отношении Киева
24 августа, в день 35-летия независимости Украины, в Киеве собралось руководство «коалиции желающих». Новый британский премьер-министр Энди Бёрнэм, приехавший в украинскую столицу с первым зарубежным визитом, разрешил компании MBDA передать Киеву закрытую документацию по британским компонентам ракеты Storm Shadow — чтобы Киев вместе с Лондоном и Парижем ускорил налаживание собственного производства дальнобойного оружия.
Президент Франции Эммануэль Макрон объявил, что в октябре и ноябре пройдут масштабные учения «многонациональных сил для Украины» (MNF-U) — той самой группировки, которую предполагается ввести в страну после «убедительного прекращения огня». Председатель Евросовета Антониу Кошта в очередной раз пообещал ускорить прием Украины в Евросоюз.
Премьер-министр Италии Джорджа Мелони участвовала во встрече по видеосвязи. В сообщении палаццо Киджи о ее выступлении говорилось о гуманитарных обязательствах перед зимой — отправке дополнительных электрогенераторов для поддержания украинской энергосети. Через несколько часов источники в правительстве уточнили: в учениях Италия участвовать не будет.
Само по себе итальянское «нет» солдатам на Украине не новость — Мелони повторяет это с 2025 года. Но отказ от учений — шаг иного порядка. Речь идет не об отправке контингента в зону боевых действий, а об отработке сценария на польской, по данным итальянской прессы, территории. Рим остается внутри коалиции, продолжает подписывать ее коммюнике — включая пункт об ужесточении санкционного режима и борьбе с его обходом, — но выходит из оперативной подготовки той силы, которую Франция и Британия строят на послевоенный период. Это первый случай, когда расхождение Рима с ядром коалиции переводится из области деклараций в область военного планирования.
Второй симптом заметен только в цифрах. Последняя, двенадцатая партия итальянского вооружения ушла на Украину в ноябре 2025 года. Ни при правительстве Марио Драги, ни при Мелони пауза между поставками не превышала полугода; сейчас прошло больше девяти месяцев. При этом, как пишет Il Post, министерство обороны подготовило очередной пакет еще к середине июля — решение просто не принимается. В коммюнике от 24 августа об оружии не сказано ничего: только генераторы.
Масштаб итальянского вклада и без того скромен. По данным Кильского института, за четыре года Италия израсходовала на поддержку Киева около €4,3 млрд, из которых €3 млрд — военная помощь, €830 млн — гуманитарная, €480 млн — кредиты и субсидии. Это 12-е место среди 41 западной страны в абсолютном выражении и 24-е — в пересчете на ВВП (0,24%). Для сравнения: военные расходы Франции — €6,2 млрд, Британии — €15,8 млрд, Германии — €24,9 млрд.
Оценки приблизительны: Италия — одна из немногих стран Запада, которая засекречивает номенклатуру военных поставок, и источники в оборонном ведомстве говорят о сумме чуть менее €4 млрд. К этому стоит добавить, что Рим не присоединился к американской схеме PURL, позволяющей европейцам закупать вооружение в США для передачи Киеву, а Мелони не была в Киеве с февраля 2024 года.
Причина отступления не в переоценке конфликта, а в электоральной арифметике. Опрос Bidimedia от 26 августа зафиксировал то, чего в правом лагере опасались с весны: партия Роберто Ванначчи «Национальное будущее» (FN) достигла 8% и обошла партию «Вперед, Италия», став четвертой силой страны. «Лига» Маттео Сальвини опустилась до 4,8%, «Братья Италии» — до 25,4%, Демпартия — до 21%. Ключевая цифра — в сценариях коалиций: без Ванначчи правоцентристский блок набирает 39,2%, с ним — 47,2%, тогда как «широкое поле» левоцентристов — 44,7%. Без генерала правые выборы проигрывают. Тот же опрос показал, что правительству доверяют 32% при 64% недоверия.
Ванначчи выстроил свою кампанию именно на военной теме. В конце июля FN внесла в парламент предложение полностью прекратить отправку оружия Киеву; сам генерал называет продолжение поставок бессмысленным и утверждает, что европейские деньги разоряют Украину и обрушивают европейскую экономику. Politico еще 10 августа констатировало: поддержка Украины стала уязвимым местом Мелони, и премьер-министру приходится оправдываться перед собственными избирателями.
Позиция эта в итальянском парламенте вовсе не маргинальна — в разных формулировках ее разделяют «Лига», «Движение пяти звезд», «Зеленые — Левые» и часть Демпартии. В январе Мелони еще позволяла себе иронизировать над Ванначчи, напоминая, что кому-кому, а генералу положено понимать значение сдерживания. Через семь месяцев слово «сдерживание» из ее заявлений исчезло вместе с упоминанием оружия.
Но параллельно, буквально в те же дни, Рим сделал ровно противоположный шаг. 26 августа стало известно, что Италия всё-таки задействует европейскую программу SAFE — кредитный механизм на €150 млрд для военных инвестиций. Из зарезервированных за страной €14,9 млрд правительство, по данным источников в ЕС, запросило около €8 млрд. Заявки подали 19 государств; Италия и Венгрия дольше всех тянули с необходимыми документами, и причина задержки была внутренней: несколько недель правящие партии не могли договориться, для чего именно брать деньги.
Министр экономики и финансов Джанкарло Джорджетти из «Лиги» хотел закрыть кредитами уже запланированные расходы, министр обороны Гвидо Крозетто требовал направить всю сумму на новые. Депутат от «Национального будущего» Эдоардо Дзьелло в ходе дебатов размахивал в зале Палаты петлей, обвиняя Джорджетти в том, что тот надевает «удавку на шею» итальянской экономике, другие парламентарии FN поднимали плакаты «No SAFE». Кредиты всё равно будут взяты.
Куда весомее выглядит второе решение. 5 августа Джорджетти доложил Палате депутатов, что правительство запускает процедуру «национальной защитной оговорки». По сути это разрешение Брюсселя занимать сверх согласованных потолков расходов: до €36 млрд на три года, из которых 0,9% ВВП, или €21–22 млрд, пойдут на оборону и 0,6% ВВП, около €14 млрд, — на энергетику.
Оппозиция внесла встречную резолюцию: тратить эти деньги только на борьбу с бедностью, здравоохранение и поддержку семей и предприятий, придавленных ростом цен на энергию, а военную статью исключить. Резолюцию отклонили, прошел текст большинства. Дальше расписан календарь: оценка Еврокомиссии в сентябре, рекомендация ЭКОФИН в октябре, затем голосование в парламенте по бюджетному отклонению, для которого требуется абсолютное большинство.
Фон, на котором это происходит, объясняет и настроения избирателя, и осторожность премьер-министра. После возобновления боевых действий вокруг Ирана и перебоев в Ормузском проливе европейский дизель подорожал более чем на 70%, августовская цена газа на хабе TTF превысила €65 за МВт·ч. Банк Италии поднял прогноз инфляции до 3,1% в среднем за 2026 год.
Бензин и дизель на итальянских заправках держатся выше двух евро за литр; исследовательское бюро CGIA di Mestre оценивает дополнительную нагрузку на семьи и бизнес более чем в €1 млрд ежемесячно и свыше €13 млрд в год, причем тяжелее всего приходится Югу — Базиликате, Кампании, Апулии. ОЭСР прогнозирует Италии рост ВВП на 0,5% в 2026 году — один из худших показателей в G20. 26 августа Совет министров продлил снижение акциза на дизель на 17 центов за литр — до 5 сентября. Перевооружение при этом расписано до 2028 года.
На этом фоне спор о санкциях в Италии перестал быть спором о внешней политике и превратился в спор о деньгах. Сальвини 16 июля выступал в Москве перед итальянскими предпринимателями, которые продолжают работать в России, и назвал цену вопроса: €40 млрд потерь для итальянского бизнеса. Отказ от российского газа он оценил так: окончание войны это не приблизит, а по своей экономике ударит. Глава Eni Клаудио Дескальци предлагал перенести срок европейского запрета на российский СПГ, который вступает в силу 1 января 2027 года и касается 20 млрд кубометров; Мелони это предложение отклонила. При согласовании последнего санкционного пакета Рим вместе с Парижем добивался смягчения визовых ограничений. Разворотом к Москве всё это не является: Италия торгуется за исключения, не оспаривая саму рамку.
Итог этой недели стоит формулировать без иллюзий. Италия не меняет лагерь — она перераспределяет издержки. Всё, что избиратель видит и запоминает — солдаты, учения, эшелоны с оружием, — сворачивается или замалчивается. Всё, что проходит по строкам бюджета и кредитным соглашениям с Брюсселем, растет. Оппозиция справа, громче всех кричащая о суверенитете, к моменту голосования по SAFE смогла предъявить плакаты и петлю, но не помешала ни кредитам, ни защитной оговорке; итальянские обозреватели небезосновательно замечают, что экономическая программа Ванначчи повторяет невыполненные обещания тех, кого он критикует. Направление военных расходов от смены лиц в правом лагере пока не зависит.
Следить в ближайшие недели стоит за тремя точками. Первая — 9 сентября, когда парламент возвращается к работе, и 20 сентября, когда «Лига» соберется в Понтиде: партия подходит к съезду с открытым мятежом северных руководителей во главе с Аттилио Фонтаной и Массимилиано Ромео, ставящих под вопрос само лидерство Сальвини, и с оттоком кадров — бывший зам. министра обороны Раффаэле Вольпи уже объявил о создании отдельного движения.
Вторая — октябрьское голосование по бюджетному отклонению. Разрешение занять сверх потолков требует абсолютного большинства голосов, а часть правящей коалиции публично выступает против военных расходов. Собрать нужные голоса будет непросто.
Третья — учения MNF-U в октябре и ноябре. Пока разница между Римом и англо-французским ядром коалиции держалась на уровне заявлений и коммюнике. Осенью она впервые примет форму, которую можно посчитать: перечень стран-участниц, состав контингентов, полигоны. Италии в этом перечне не будет.
