Абелардо, потрошитель
Колумбия известна десятилетиями насилия и наркоторговли, прекрасными пейзажами, кофе и экспортом наемников. Живя за границей, я узнала, что еще она знаменита своими фильмами и телесериалами, в которых тема наркотрафика в ее истории и культуре представлена чуть ли не как символ национальной гордости.
Наряду с такими персонажами, как Пабло Эскобар или крупнейший в мире серийный маньяк-детоубийца Луис Альфредо Гаравито, сегодня появляется еще один, который, если станет президентом, наверняка встанет в один ряд с предыдущими: Абелардо-потрошитель, также известный в стране как «главный адвокат-преступник Колумбии».
В течение последних четырех лет правления Густаво Петро в стране много говорилось, что она движется в противоположном направлении, хотя на самом деле, с точки зрения насилия, социального и культурного разложения, никаких значительных изменений не произошло. Всякий раз, когда я высказывала это мнение перед родственниками, друзьями и знакомыми, меня упрекали в том, что я говорю о том, чего не знаю.
Будто страна, которую я глубоко знаю с детства, по которой я путешествовала и которую изучала с любовью и одержимостью, стала мне сегодня «незнакомой» только потому, что я не разделяла эйфорию многих от «прогрессивного правительства». Меня даже обвиняли в том, что, поскольку я не живу там постоянно, я не могу осознать масштаб происходящих изменений.
Я часто спрашивала себя об этом: ведь со дня моего отъезда я знала, что никогда не вернусь в ту же самую страну, ведь нельзя войти дважды в одну и ту же реку. Но есть одна оговорка: я ни на день не перестала интересоваться новостями и мнениями людей в Колумбии.
Первое, что поразило во время последней поездки туда, — это то, что я перестала понимать язык. Но не потому, что я уже не говорю по-испански, а потому, что прохожие, и особенно молодежь, говорили на каком-то варварском языке — смеси испанского и английского из песен реггетона, который был для меня непонятен.
Я и раньше замечала, что дети начали говорить с акцентом, как мексиканский гринго в плохих переводах фильмов Диснея и на языке, который я называю «типа Netflix». Набор клише и банальностей, полных фальши, замаскированных под страсть и эмоциональность.
Еще более заметным стало чувство страха, которое испытывали все в отношении собственного окружения. Причем это происходило в тех же самых «неблагополучных» местах, по которым я всю жизнь ходила, с их привыкшими к опасности жителями, и меня удивило, что на этот раз они выглядели настолько напуганными.
После пандемии резко возросла нищета, а наркомания на улицах и в парках просто перестала скрываться. Маргинальная культура вышла в свет и стала нормой. Это уже не удивляет, ведь стиль «hobo chic» (то есть выглядеть, как уличный бродяга) сейчас в моде — от самых известных сцен Европы до подиумов Нью-Йорка.
Все это предисловие для того, чтобы понять, почему кандидат в президенты Колумбии Абелардо де ла Эсприелья выиграл первый тур президентских выборов и получил огромный шанс стать следующим президентом. Сразу после выборов в тот же день Густаво Петро, нарушив запрет о политических декларациях, заявил о фальсификациях.
Этот жест отчаяния, на мой взгляд, стал ошибкой: он лишил кандидата от «Исторического пакта» Ивана Сепеду поддержки избирателей из политического центра. Ведь эта часть населения, не любящая политических крайностей (ультраправых и ультралевых), парадоксальным образом больше всего боится несоблюдения законов и нарушения разделения властей в государстве, полностью разъеденном мафией и коррупцией.
Нынешнее политическое противостояние обнажает два разных образа Колумбии. С одной стороны — страна, представленная Абелардо, «Потрошителем», который публично пообещал «потрошить» левых и преследовать всё, что связано с правительством Петро или любым другим оппонентом Урибе и его политики.
И другой — продолжение правительства Петро Иваном Сепедой, защитником прав человека, проверенным борцом за правосудие для сотен тысяч жертв насилия, борцом за справедливость, возвращение земель и возмещение ущерба, но при этом представителем так называемого «прогрессизма», который поддерживается глобализмом мировых элит, того самого «мира, основанного на правилах».
Угроза Абелардо, желающего «выпотрошить левых», должна пониматься буквально как проект «потрошения» всех левых, и об этом мы, колумбийцы, прожившие в стране 80-е и 90-е годы, знаем не понаслышке: идея «выпустить кишки» своим врагам — это никакая не метафора.
Абелардо де ла Эсприелья — это перформанс того же типа, что и Трамп, Милей, Букеле или Зеленский. Он надевает костюм и использует риторику, которая больше всего разжигает страсти толпы, чтобы его хозяева из транснациональной корпоративной мафии не лишились источника дохода, позволяющего им и дальше контролировать власть на континенте. И тем более на такой стратегически важной территории, как Колумбия.
Хотя часто говорят, что политический проект Альваро Урибе закончен и у него больше нет власти, поскольку он полностью дискредитирован, настоящим экспертам в темах геополитики известно, что Урибе остается ключевой фигурой латиноамериканской мафии, у него сохраняются связи с Марко Рубио, и весь феномен роста наркотрафика и насилия на континенте связан с именно его именем, включая и экспорт наемников на Украину.
По этой же причине становится понятно, что нынешний политический ход Урибе в этих выборах оказался удачным: он нацелился на две опции: на крайнюю, карикатурную и связанную с деклассированными массами (кандидат Абелардо) и на центристскую, «аристократическую», представляющую высший класс (кандидат Палома Валенсия), где сохранена некоторую «сдержанность», чтобы не отождествляться с персонажем Эсприельи, который прямо во время интервью попросил девушку-журналистку взглянуть на его ширинку, чтобы оценить размер его мужского достоинства. Это был скандал, который, согласно многим опросам, помог ему поднять рейтинг. Но чему здесь удивляться, если вся страна повторяет в текстах нынешних песен, в СМИ, на рекламных плакатах и повсюду эти же модели хамства и дурного вкуса.
Его называют «кандидатом ультраправых», с чем я не согласна, поскольку для этого ему пришлось бы исповедовать хотя бы какую-то политическую идеологию, а не менять ужимки каждый день: он то называет себя либертарианцем и атеистом, а уже через несколько часов рыдает перед алтарями и клянется в любви к Христу. Он постоянно противоречит себе практически во всем.
Это вам кого-то напоминает? Да, это и есть «эффект Трампа». Ему можно говорить что угодно, даже если это будет записано, он потом заявит, что это неправда, что это «дезинформация», после чего обвиняющего осудят и приговорят к штрафу.
Все журналисты, которые расследовали или обличали ложь де ла Эсприельи, получили наказания от правосудия. У этого адвоката есть безошибочный способ: жеребьевки, которые проводятся, чтобы определить, какой судья будет вести дела связанные с ним, всегда выпадают на город Барранкилью, где у него есть свои люди, которые будут принимать решения в его пользу. Благодаря этому механизму в стране осуждены более ста журналистов.
Я хотела бы проанализировать, почему эта фигура или этот персонаж, воплощением которого является Абелардо, будущий «потрошитель» Колумбии, оказался таким удобным кандидатом для замены Альваро Урибе, известного как «мясоруб».
В чем-то Колумбия действительно изменилась. После пандемии, которая еще больше осложнила жизнь большинству и еще больше обогатила богатых, начался процесс возвращения крестьян на свои земли, возросло осознание необходимости возвращения стране наших природных богатств и развернулась социальная работа с молодежью, доля которой среди жителей страны очень высока. С этой точки зрения Урибе, олицетворявший мечту о надсмотрщике в поместье, о жесткой руке, которой требовались крепостные, вдруг оказался неактуальным.
И так же, как это случилось со мной, когда я перестала понимать язык, на котором говорят на улицах молодые люди, власть имущим потребовалась новая, другая фигура, которая объединяла бы и олицетворяла ту самую Колумбию, которая когда-то мечтала о своем собственном Фухимори. Это и есть идеальный образ подростковой мечты определенного слоя колумбийского общества: те, кто восхищается Илоном Маском за то, что он «такой предприимчивый» и разбогател, неважно при этом, обманул или обокрал ли он своего отца, чтобы создать собственную компанию. Юные поклонники Маска есть по всему миру.
Есть еще дети-садисты, которые подкладывают порох котенку, чтобы тот взлетел в воздух — история, которую сам Абелардо рассказал как что-то очень забавное самому несмешному «юмористу» колумбийского телевидения. По словам Абелардо, он сделал это, когда «был наивным ребенком». Должно быть, в стране есть много молодых людей, которые отождествляют себя с этой «наивностью» и детскими шалостями Абелардо, кроме прочего, из-за своего детского увлечения порохом. Именно они заказывают себе сегодня винтовки.
Абелардо де ла Эсприелья — денди, но в колумбийских условиях он больше похож на саперов из Конго (представителей молодежной субкультуры La Sape). Тех, кто в условиях нечеловеческих условий жизни своих деревень дефилирует в яркой и дорогой одежде по немощеным, нищим и грязным улицам, чтобы похвастаться перед соседями, вызвать зависть и стать примером. Чтобы породить стремление достичь того же самого любой ценой и любым способом.
Этот некий гибрид между мелким жуликом и денди, который больше всего напоминает сутенера или «падроте» — термин, более подходящий для нарко-сленга Майами, в котором вращается де ла Эсприелья, — он отождествляет себя с ценностями тех масс, число которых в мире, и не только в Колумбии, стремительно растет. Кстати, не забудем и то, что он является еще и гражданином США, а значит, принес присягу служить их интересам.
Описывая Абелардо де ла Эсприелья, я вижу колумбийский народ в целом, тех, кто не читает книг, тех, кому, наоборот, было бы стыдно их читать, тех, кто думает только о футболе и женщинах, тех, кто хвастается собственным «умением жить». Вижу девушек, которые не считают себя проститутками, хотя и проводят свои рабочие дни, мастурбируя перед веб-камерами, матерей, которые заставляют дочерей найти себе мафиози, чтобы обеспечить им безбедную старость, вижу мерзавцев из тех, кто грабит и режет того, кто попал в ловушку, попытавшись помочь им ночью на пустынной улице, и в ответ на вопрос «за что?», говорят: «Сам виноват, что дурак», наказывая тем самым человеческую доброту или солидарность.
Сторонники Петро не смогли разглядеть за эти годы того, что эта страна никуда не исчезала. Что те же толпы люмпенов, что вышли однажды на улицы, чтобы выразить свой гнев против несправедливости, могут выйти и по любой другой причине, потому что слепой гнев и личная обида вовсе не означают наличие у них классового сознания. Потому что можно быть бедняком, и при этом не являться люмпеном.
Потому что, продолжая спонсировать все эти упадочнические проявления глобалистской культуры империи, «прогрессивное правительство» не решило ни одной из проблем и не создало никаких новых человеческих ценностей. Красивые речи не рождают этику.
Потому что в «прогрессивных» СМИ мы продолжаем видеть и слышать людей с тем же дурным вкусом, ложью, пошлостью и фальшью, которые пополам с правильными лозунгами демонстрируют всё прямо противоположное этике и личным примером утверждают всю грязь и низость, с которой на словах борются. В чем тогда заключались эти изменения? Где эти две разные Колумбии?
Пока что я вижу только одну Колумбию, и меня не удивляет, что она голосует за Абелардо-потрошителя, потому что это та Колумбия, из которой я уехала.
Ана Лусия Кальдерон, политический аналитик, Колумбия.
