«Не должно людям жить, как в джунглях, потому что человек создан для большего»

Комментарии к видео Сергея Кургиняна «Доверчивость — это худший из возможных сейчас брендов» на сайте ИА Красная Весна

После того как Сергей Кургинян начал публиковать видео на собственном ресурсе, там возникло что-то вроде виртуального дискуссионного клуба. Его участников интересует идеология. Идеологические ошибки и то, как их исправить.

Юрий Носов: Народ в России, кстати, в подавляющем своем большинстве не верил никогда в Америку и Запад как таковой. Прельстился, расслабился, приуныл, но не доверился. Все знали, что всё это дичь. Несмотря на то, что сотни каких-то людей в телевизорах и везде рассказывали о благости западного образа жизни и добренькой Америке.

Не Ельцин является самым популярным политиком в истории, а Сталин.

Степан Гаврин (в ответ Носову): Ну как тебе сказать… это сейчас Сталин самый популярный. При этом мы видим же, что происходит везде и всюду… Сталин хоть и популярный, но новых Сталиных на политическом горизонте не видно. А вот во время перестройки популярными были песенки типа «американ бой, ты мой герой». «Мама, все о’кей, нас накормит Ю-эс-эй»… Это было, это пели… Огромное число девчонок повыходило замуж за этих «америкэнбоев». Знать-то, может, и знали, что это дичь, но в эту дичь очень хотелось верить, а раз очень хотелось, то и поверили. И их было достаточно много для того, чтобы СССР развалить. И здесь возникает тупой вопрос — либо тех, кто хотел его развалить, было большинство, либо те, кто его не хотели разваливать, были овцами, не способными противостоять волкам.

Можно, конечно, выбирать… Но надо отбросить вариант, что тех, кто не верил в помощь США, было меньшинство, а большинство-де было ого-го какое здоровое — история этот вариант отмела и выкинула на помойку. Поэтому этот факт надо просто признать и перестать за него хвататься.

Татьяна Коровина: У американцев есть очень популярная поговорка: Fool me once — shame on you. Fool me twice — shame on me, что можно перевести как: «Обманул меня однажды — позор тебе. Обманул меня дважды — позор мне».

Трудно предположить, что наши столь вписанные в Запад квазиэлитарии и их интеллектуальная обслуга не знают этой поговорки или считают, что этой поговорки не знают в других странах, как западных, так и не [западных].

В России говорят: «Обманули дурака на четыре кулака» — есть у нас и понятие «лох». Так кому и с какой целью говорится, что нас обманули с нераспространением НАТО, с Минскими соглашениями, со Стамбульскими договоренностями, с зерновой сделкой и т. д.?

Единственный ответ, который приходит на ум, — это то, что обращается наша квазиэлита к самой себе. Иначе придется сказать, что мы допустили массу ошибок, а это значит, что нужно эти ошибки исправлять, изменяя для этого и жизнь в России, и свою жизнь. А это и трудно, и страшно, и не до конца понятно, как это делать.

Но сделать это придется просто потому, что иначе не выживет ни Россия, ни ее квазиэлита, у которой сейчас как раз есть возможность отбросить позорную приставку «квази» и начать принимать самостоятельные решения, направленные на спасение России и всего человечества.

Андрей Евсютин: Ответь на вопрос «Как песенки вроде „Американ бой“ становились популярными?», и, возможно, все встанет на свои места. Народ России жил и живет под информационным гнетом, но тем не менее отбивается от НАТО. Так что, может, ты перестанешь гнобить народ, а прислушаешься к чужим мнениям?

Степан Гаврин: Народ может сам себя «гнобить». Вы спрашиваете, как «Американ бой» становился популярным? А может быть, Вы ответите на вопрос, почему сегодня, включив 98% радиостанций, слышишь западные песни, даже сейчас? Кто заставляет их слушать? А американские джинсы тоже становились популярными в перестройку, потому что кто-то их делал популярными, заставлял надевать под дулом автомата? А демонстрации перестроечные, где большая часть народа шла с транспарантами «Даешь капитализм!» — это кто-то заставил так ходить?

Смакуемая последние десятилетия идея о том, что «русских» обмануло руководство, ЦРУ или еще кто-то, подразумевает, что русские — ущербный народ, неспособный распознать обман, самостоятельно ставить себе цели исходя из своих внутренних ориентиров. А дальше, как это ни парадоксально для таких как Вы — Вы же считаете себя добреньким заступником за русский народ, правда? — так вот, концепция «нас обманули» подразумевает также, что есть и те, кто обманывал, да? То есть менее ущербные. Сравнивать стоит только соразмерные величины, так ведь?

И напротив, когда люди поймут, что это они сами, хоть и в сумасшедшем состоянии, но тем не менее они сами растоптали наследие Революции, сами выдвинули передовиков этого растаптывания, а потом сами же и посадили их себе на шею, сформировали криминальный класс — тогда только из этой бездны можно будет выйти и не наступить снова на те же грабли.

Юрий Высоков (в ответ Гаврину): Правильная постановка вопроса. Чем лучше и «массовее» мы поймем, почему это произошло, и чем больше ужаснемся, тем больше у нас шансов на выздоровление и в конечном счете на спасение. Как вообще человек встает на путь разрушительного, совсем не творческого отрицания? Как по мне, нужно говорить о духовной, экзистенциальной усталости, исчерпанности. Человек не может замереть («остановись, мгновенье») — он может идти вверх или вниз. Так вот, как эти триста советских миллионов остыли, устали и сначала медленно, а потом быстрее пошли вниз по наклонной, омещанились? И я даже не знаю, что здесь важнее: историческая составляющая — почему Сталин отказался от начинаний коммунизма 20-х, сделал возможными Хрущёва и Брежнева — или понимание того, как в принципе этот процесс устроен, ведь он продолжает идти и уже почти загнал нас под крышку гроба.

Знакомый исследователь церкви говорит, что духовный накал разительно уменьшился в России, если сравнивать XV век, когда победили на Куликовом поле, и XVI век, когда уже был Иван Грозный. Может, Грозный своей «жестью» пытался ответить вот на это ослабление духа (откуда оно само — вопрос отдельный) своим проектом страны-монастыря? И не успешно, поскольку довольно скоро грянула Смута. Но он хотя бы попытался — с немалыми как метафизическими, так и геополитическими приобретениями. У Петра все было гораздо трагичнее, поскольку он, наверное, по обстоятельствам своего формирования мог опереться только на внешний, протестантский проект. Но отвечал все на тот же вызов оскудения и исчерпанности. Этот вызов должен чувствовать и отвечать на него как отдельный человек в своей конкретной жизни, так и общность. Если есть оскудение, то джинсы и «америкен бой» придут сами собой. А если все это поперло, то надо одновременно и приходить в чувство и «гасить инфекцию». А если «инфекция» уже проникла везде… это врагу не пожелаешь! Но с нами такое произошло.

Насчет «инфекции», как она появилась, как распространялась, надо повторять, повторять и повторять, чтобы каждый желающий бороться активизировался, а «спящий» — скорее и больше просыпался. Только в этом возможность «национального возрождения, спасения», возвращения к человеческой жизни.

Кстати, и всего мира то же самое касается: деградация к потреблению, гендерам и прочему — нужно увидеть, как и почему это произошло, ужаснуться и начать идти в противоположную сторону. Если этот процесс не начнется, одна Россия не выстоит: она захлебнется. Россия, наверное, единственная может ему помочь. Каждый, кто хочет вернуть себе полноценный человеческий облик: американцы, французы, кто угодно — должны произвести это осмысление и покаяние. «Фарисейский консерватизм» без духовной работы обречен. Не везде и не всюду он, конечно, такой, но активности явно не хватает. Может, там, где настоящая активность, это уже не консерватизм…

Евгений Виноградов: Не должно людям жить, как в джунглях, потому что человек создан для большего.

Существует подход, при котором социум рассматривают как джунгли. Люди, человеческие коллективы, крупные сообщества в этих джунглях живут по законам природы: конкурируют за ресурсы, борются за доминирующее положение. В общем, одни пожирают других, как и положено по законам природы.

Мне кажется, что Кургинян, когда использует метафору с собакой, которая на «нельзя» продолжает жрать пироги, а на «опасно» выплевывает пластиковую ручку, адресуется именно к такому взгляду на жизнь. Интересы, обстановка, хватательный инстинкт — у кого лучше развит, тот и занимает более теплые места в этом зооциуме.

Такой подход сущностно не совместим с Россией, он ей органически не подходит. Вся ее культура и история о другом. России так жить нельзя. Сегодня, в условиях войны с Западом, этот подход стал для России опасен. Она просто погибнет, если продолжать так.