Венесуэла, Дания, Куба, Иран, кто следующий? Вьетнам готовится к агрессии Вашингтона

В последнее время США всё чаще ведут себя бесцеремонно и агрессивно по отношению к маленьким странам: захват президента Венесуэлы, попытки отобрать у Дании Гренландию, агрессия в отношении Кубы и ее бывшего президента Рауля Кастро. И даже попытались замахнуться на регионального лидера — Иран, правда, безуспешно. Эти страны в той или иной степени являются союзниками Вьетнама, который реагирует на эти нападения однозначно отрицательно. И ждет своей очереди, понимая, что у США могут возникнуть основания для такой агрессии.

Разбойное нападение США на Венесуэлу

В момент, когда Вашингтон начал новую, откровенно разбойную веху в своей политике, ознаменованную захватом президента страны — Венесуэлы, Ханой отреагировал на это достаточно определенно. 3 января 2026 года пресс-секретарь Министерства иностранных дел Вьетнама Фам Тху Ханг официально заявила, что Вьетнам «призывает все заинтересованные стороны уважать международное право, Устав ООН, включая принцип уважения суверенитета государств, и воздерживаться от применения силы и угрозы применения силы в международных отношениях».

8 января Ханой еще раз подтвердил, что и далее собирается развивать всеобъемлющее партнерство с Венесуэлой, независимо от внутренней ситуации в стране. Фам Тху Ханг прокомментировала заявление Дональда Трампа о выходе из 66 структур ООН, сказав, что Ханой поддерживает роль многосторонних организаций, таких как ООН.

Но, кроме официальных моментов, есть еще один: Вьетнам и Венесуэлу связывают не только экономика и политика, между ними есть более тонкая связь, основанная на духовном родстве, которое полностью не исчезло до сегодняшнего дня.

Незадолго до захвата американцами Николаса Мадуро 18 декабря 2025 года Посольство Венесуэлы во Вьетнаме организовало в Ханое памятную церемонию по случаю двух связанных друг с другом событий: 195-й годовщины со дня смерти освободителя Венесуэлы Симона Боливара 17 декабря 1830 года и 36-й годовщины установления дипломатических отношений между Вьетнамом и Венесуэлой 18 декабря 1989 года.

Отметим, что личность Симона Боливара для венесуэльцев не менее важна, чем Хо Ши Мина — для вьетнамцев. Боливар стал для венесуэльского народа символом освобождения (настолько серьезно, что бывший президент страны Уго Чавес велел поставить для него кресло в парламенте, считая, что тот незримо присутствует на заседаниях).

Кроме традиционных слов, посол Венесуэлы во Вьетнаме Хуан Карлос Фернандес Хуарес подчеркнул историческое значение и современную ценность идей Симона Боливара, сказав, что отношения между Боливарианской Республикой Венесуэла и Социалистической Республикой Вьетнам — «это не временные отношения, а братство, скрепленное историей между двумя народами, познавшими жертвы, борьбу и победу над иностранными захватчиками».

Хуарес назвал Вьетнам образцом политического сопротивления: «Для нас, под руководством Коммунистической партии Вьетнам является образцом морального и политического сопротивления, достоинства и стратегической мудрости».

Также он подчеркнул, что Венесуэла учится у «благородного вьетнамского народа» тому, что «никакая военная сила, экономическое давление или психологическая война не могут сломить волю единой нации, когда речь идет о ее суверенитете и самоопределении».

Также он отметил, что вьетнамский народ своим примером показывает, что «движение вперед, основанное на творчестве, социальной справедливости и суверенитете, вполне возможно».

Председатель Ассоциации дружбы Вьетнама и Венесуэлы Нгуен Вьет Тао, в свою очередь, высказался на тему общности ценностей и исторической борьбы двух наций: «Народы наших стран — Вьетнама, Венесуэлы, Кубы, Никарагуа и других — пришли к пониманию того, что при империализме никогда не будет истинного мира, независимости, национального суверенитета или счастья для трудящихся». И добавил, что «даже сегодня, спустя 195 лет после смерти героя Симона Боливара, мы хотим повторить наш хорошо известный лозунг: Вьетнам, Венесуэла, Куба, Никарагуа и угнетенные народы мира, объединяйтесь и торжествуйте!»

Тао в своей речи отметил, что это памятное событие — не просто важная веха, а «факел, зажженный вместе пламенем Боливара и несгибаемым духом Вьетнама, продолжающий направлять общий путь к независимости…»

Конечно, маленькие страны в современном мире не могут быть полностью самостоятельными и зависят от более влиятельных и сильных. Однако исторические примеры прошлого, основанные на идее, охватившей целые народы, говорят о том, что даже маленькая страна при особой поддержке (в случае с Вьетнамом — поддержке со стороны СССР) способна одержать победу. И ситуация с похищением Николаса Мадуро для Вьетнама стала значимым событием и возможной будущей угрозой.

Экономическая агрессия США в отношении Кубы

Когда Трамп начал агрессивно давить на дружественную в прошлом с Вьетнамом Кубу, сначала выставив одностороннюю блокаду и эмбарго против нее, потом выдав обвинения против бывшего президента страны Рауля Кастро, Ханой 2 февраля высказался за немедленное снятие блокады.

А во вьетнамской газете «Нандан» 22 мая приводятся слова пресс-секретаря Министерства иностранных дел Вьетнама Фам Тху Ханг по поводу обвинения США в адрес Рауля Кастро: «Вьетнам глубоко обеспокоен действиями Министерства юстиции США, предпринятыми в связи с предъявлением уголовных обвинений Раулю Кастро, бывшему первому секретарю Коммунистической партии Кубы и бывшему председателю Совета министров Республики Куба».

Ханой призвал Вашингтон уважать международное право, Устав ООН, уважать независимость и не вмешиваться во внутренние дела других стран. Ханг сказала, что Вьетнам по-прежнему традиционно солидарен с братским кубинским народом. По ее словам, Ханой призывает выполнять резолюции ООН, требующие отмены односторонней блокады и эмбарго против Кубы.

Отметим, что ситуация с эмбарго длится уже несколько лет. При этом Вьетнам делится с Кубой уникальным опытом преодоления экономических проблем и реформирования страны, налаживания торговли и малого бизнеса в условиях социалистического уклона и давления. Бывший президент страны Во Ван Тхыонг говорил, что Вьетнам «готов разделить с Кубой трудности и проблемы, вызванные эмбарго и негативными последствиями стихийных бедствий».

И на протяжении нескольких десятилетий страны действительно помогали друг другу. После окончания Вьетнамской войны экономика страны стала перестраиваться на мирные рельсы, и Куба помогала Вьетнаму посадить плантации цитрусовых фруктов, а Вьетнам в тяжелые годы жертвовал Кубе тысячи тонн зерна.

А в 2025 году вьетнамский народ собрал $9,5 млн в виде пожертвований для Кубы, испытывающей тяжелое экономическое давление со стороны Запада.

Военная агрессия США против Ирана

Атаки США на Иран также вызвали негодование у Вьетнама. И так называемая двенадцатидневная война в 2025 году, и последние события 28 февраля 2026 года сопровождаются резко негативной оценкой со стороны Ханоя. Пресс-секретарь МИД Вьетнама Фам Тху Ханг заявила о несогласии Ханоя с применением силы против суверенных государств, особенно с нападениями на гражданскую инфраструктуру, приводящими к гибели невинных людей, в том числе детей.

Вьетнамский аналитик Сони Тханг описал процесс противостояния США и Ирана еще в 2025 году. Он назвал Запад «хищником» и «мясником», с которым бесполезно конфликтовать: «Здесь нет конфликта. Есть хищник и его добыча. И если Китай, Россия и остальной поднимающийся мир не поймут этого в полной мере, они будут следующими в списке мясника».

Тханг подметил, что если Иран в этой борьбе падет, то большая война приблизится: «Но если Иран устоит, чары разрушатся. Вот почему они в панике. Вот почему они лгут, саботируют и эскалируют. Потому что впервые за поколения они чувствуют, как мир ускользает из их рук».

Что говорят во Вьетнаме о действиях США в отношении других стран

Политолог из Бостонского университета Кханг Ву 13 января 2026 года выпустил в международном издании The Diplomat статью «Рейд США на Венесуэлу: взгляд из Ханоя», где собрал мнения неназванных аналитиков, часть из которых сделала вывод, что, поскольку США начали агрессивную политику по отношению к своим соседям, то же самое может начать делать Китай.

В то же время захват Мадуро вызвал серьезные опасения у вьетнамских экспертов. Первое — это то, что он «открывает путь к миру, организованному по принципу сфер влияния, а не многостороннего взаимодействия», приверженцем которого является Вьетнам. Если Вашингтон уйдет из региона, то это ослабит стратегию дипломатической диверсификации Ханоя.

Второе — угроза Трампа свергнуть кубинское правительство беспокоит Ханой, поскольку он считает, что антикоммунистическая риторика американского президента — это не пустые слова, тем более что Куба и Вьетнам десятилетиями поддерживают тесные связи.

Тем не менее Кханг Ву считает, что несмотря на это, если у Вашингтона нет острой необходимости вовлекать Вьетнам в антикитайскую коалицию, то он не будет «всячески стремиться к созданию дружественного США вьетнамского правительства».

Хочешь мира — готовься к войне. Вьетнам тоже готовится к нападению США?

3 февраля 2026 года исполнительный директор правозащитной организации The 88 Project, занимающейся защитой прав человека во Вьетнаме, Бен Свентон, ссылаясь на неизвестные источники, сообщил о том, что Министерство обороны Вьетнама подготовило военный план на случай второго вторжения США. Статья называется «Ханой планирует второе американское вторжение: США ведут политику, повышающую напряжение и подпитывающую репрессии».

Отметим сразу, что данная правозащитная организация — классический образец инструментов оранжевых революций по всему миру. Она 30 июня 2026 года обвинила Вьетнам в усилении «репрессий против активистов, диссидентов и других критиков правления Коммунистической партии». По утверждению организации, цель этой новой волны репрессий — в предотвращении угрозы «мирной эволюции» и «цветной революции». Там отметили, что в правительстве Вьетнама их действия назвали «основными долгосрочными стратегиями враждебных сил, возглавляемых США и Западом, направленными на свержение социалистического режима Вьетнама и устранение руководящей роли Коммунистической партии Вьетнама».

На сайте организации помещен анализ этого плана, который показывает, что Ханой, «вместо того чтобы рассматривать США как партнера наравне с Китаем и Россией, видит в Вашингтоне „воинственную“ сверхдержаву, вторгающуюся в страны, которые „отклоняются от ее орбиты“». При этом сам документ не прилагается, но даны цитаты из него. И правительство Вьетнама никак не комментировало эту информационную «утечку». Госдепартамент США, впрочем, тоже не стал комментировать документ, заявив только, что партнерство с Вьетнамом «укрепляет безопасность и процветание обеих стран».

Этот документ ВМС Вьетнама при Министерстве обороны, по словам правозащитников, был подписан 1 августа 2024 года вице-адмиралом Чан Тхань Нгиемом и заверен контр-адмиралом Ву Ван Намом, он называется «План второго вторжения США». Во введении к статье сказано, что план был подготовлен всего через год после того, как отношения между Ханоем и Вашингтоном были подняты до уровня всеобъемлющего стратегического партнерства (самого высокого уровня отношений).

В предлагаемых цитатах из документа говорится, что Вашингтон и его союзники, которые стремятся к сдерживанию Китая (в том числе и за счет сотрудничества с Вьетнамом), «готовы применить нетрадиционные формы войны и военные интервенции» против стран, «отошедших от его орбиты».

В представленном плане Индо-Тихоокеанская стратегия США показана не такой однозначной и позитивной, какой она представлена в официальном курсе США. Отмечается, что Вашингтон использует сотрудничество с азиатскими странами, чтобы «навязать свои ценности» в отношении свободы, демократии, прав человека и религии и «постепенно изменить социалистическое правительство». А также чтобы «ограничить влияние Китая путем увеличения его военного присутствия и расширения системы альянсов в регионе».

Далее Бен Свенсон из The 88 Project делает вывод, что раз в Плане нет никакого интереса к расширению военного сотрудничества Ханоя с Вашингтоном и, напротив, американцы показаны как угроза для Вьетнама, то это свидетельствует о серьезном отношении Вьетнама к китайской концепции «сообщества общего будущего», которую сформулировал Си Цзиньпин: «Будущее Азии только в руках азиатов».

Вне зависимости от того, кто засветил документ, если такой план действительно существует, и если мы допустим, что цитаты точны, то он свидетельствует о нескольких вещах. Во-первых, Вьетнам, несмотря на высочайший уровень отношений с США, допускает военную или иную «нетрадиционную» агрессию против себя. Во-вторых, допущение такой агрессии, которая, как указывается, будет применяться к «отошедшим от его [Вашингтона] орбиты», косвенно может рассматриваться как подтверждение такого отхода. А если Вьетнам совершил или намерен совершить такой отход, то ради каких других союзов и с кем? И в чем состоит изменение позиции Вьетнама?

Профессор Национального военного колледжа в Вашингтоне Захари Абуза написал по этому поводу, что вьетнамские военные до сих пор «очень хорошо помнят» войну с США. И хотя западные дипломаты склонны считать, что Ханой больше всего обеспокоен возможной китайской агрессией, документ минобороны показывает, что на самом деле это не так, и власти Вьетнама опасаются «цветной революции». Между тем, назвать цветную революцию нетрадиционным методом агрессии сложно, эта технология известна уже несколько десятилетий.

По словам научного сотрудника Программы изучения Вьетнама в Институте Юсуфа Исхака в Сингапуре Нгуена Кхак Зянга, отношения Ханоя и Вашингтона улучшились после прихода генсека ЦК Компартии Вьетнама То Лама как раз в августе 2024 года, когда был подготовлен документ министерства обороны. Однако захват президента Венесуэлы Николаса Мадуро в январе насторожил вьетнамские власти, отмечает эксперт. По его мнению, любые военные действия США в отношении Кубы — союзника Ханоя — могут нарушить стратегический баланс.

Таким образом, Ханой, помня, что творили американцы с ними во времена Вьетнамской войны, и видя, что они опять начинают агрессию против таких же стран, как они, пересматривают свое отношение к «дружественной» стране.

Победа в той войне дает Ханою некоторую смелость, и вполне заслуженную. Ведь эта победа дала миру огромный опыт противостояния агрессии крупных держав.

Иран в 2026 году дал серьезный отпор американцам, используя в том числе методы, которые изобрели в свое время вьетнамцы не без поддержки СССР. Проиграв почти каждую битву в этой войне, они выиграли у американцев стратегически при помощи метода: «когда тактика неверна, но верна стратегия, сражения будут проигрываться, но война будет выиграна».

Сила Вьетнама была в первую очередь в ведении освободительной войны, когда бойцы сопротивления сначала делали всё возможное, чтобы обеспечить поддержку населения и парализовать вражеские структуры управления (в первую очередь на юге), а затем вели многолетнюю партизанскую войну на истощение в Южном Вьетнаме и многолетнюю же противовоздушную войну над Северным Вьетнамом. При этом игнорировали собственные потери, а до противника доносили главное: что эта война будет идти вечно, и что все его потери в ней окажутся напрасными. И когда американцы поняли, что делает Северный Вьетнам, они начали искать выход и выводить свои войска из страны. Таким образом Северный Вьетнам и победил западных колонизаторов, объединив страну.

Иранские ПВО также используют метод их работы: зенитно-ракетные комплексы действуют из засады. Вычисляя траекторию полета самолетов США, иранцы устраивают засаду, сбивают цель и немедленно уходят с этого места, чтобы их не уничтожили в ответ. Что касается США, то они до сих пор так и не извлекли урока из этой войны и по сей день продолжают совершать эту же ошибку.

Американский президент Дональд Трамп и сам стал упоминать Вьетнамскую войну. В апреле 2026 года в интервью телеканалу CNBC он рассказал, что посмотрел таблицу длительности войн и увидел такую картину: Первая мировая война шла четыре года и три месяца, Вторая мировая — шесть лет, Корейская война — три года, Вьетнамская война — 19 лет, Ирак — восемь лет. Он дал этому свой комментарий: «За пять месяцев я бы очень быстро победил во Вьетнаме. Если бы я был президентом, я бы победил в Ираке за то же время, что и продолжается операция против Ирана». Но отметим, что пока «операция» против Ирана и не думает заканчиваться.

И 31 июля он также написал в соцсети, сам сравнив военные конфликты: «Мы находимся в Иране лишь 5 месяцев, а во Вьетнаме мы были целых 20 лет».

Об этой связи написала в апреле британская газета The Guardian. Она сравнила позиции президента Ричарда Никсона, который вел и проиграл Вьетнамскую войну и которого нынешний президент США называл своим «личным вдохновителем», и самого Трампа. В газете отметили «теорию безумия» Никсона, заключавшуюся в том, чтобы «побудить ваших противников усомниться в вашем здравомыслии и психической стабильности», чтобы вынудить их пойти на уступки. В The Guardian сравнили это с Трампом и его согласием на прекращение огня с Ираном после того, как он пригрозил «покончить с его цивилизацией». Однако ни Никсона, ни Трампа это не привело к желаемому.

Вьетнам не поддавался на эти провокации. Его на протяжении двух десятилетий засыпали бомбами и заливали напалмом, но не сумели победить. Однако не стоит забывать, что спустя несколько десятилетий войны стали намного сложнее и разнообразнее, те самые «нетрадиционные» войны, о которых говорится в том числе в документе. И Иран выстаивает в противостоянии с США не только благодаря правильно выбранной тактике на поле боя, но и благодаря тому, что жестко расправился с попытками провокаторов устроить в стране госпереворот и объединить страну не только силой, но и религией.

Вьетнам тоже борется не только с коррупцией, но и с антигосударственными элементами, чтобы сохранить страну и Коммунистическую партию, которая и дала свободу Вьетнаму. Однако чрезмерное желание Вьетнама войти в западный мир (конечно, в первую очередь в его рынки) может обернуться катастрофой, как это случилось с советским народом. Так что, как говорится во вьетнамской пословице: «Иногда муравьи съедают рыбу, а иногда рыба съедает муравьев». И если десять лет назад ситуация еще позволяла Ханою сидеть на двух стульях, то теперь эти стулья стали всё сильнее шататься, и вьетнамцы это чувствуют.