logo
  1. Метафизическая война
  2. Судьба гуманизма в XXI столетии
Аналитика,
Но что, если я взыскую к тому, чего нет? Или, точнее, к тому, что не добыто, потеряно и так далее? Если это не добыто или потеряно, то как надо себя вести?

Судьба гуманизма в XXI столетии

Иоганн Генрих Фюссли. Визит ночной ведьмы. 1796Иоганн Генрих Фюссли. Визит ночной ведьмы. 1796

Чем хороши Книги Царств? Тем, что они являются авторитетным древним источником, который достоин того, чтобы в него вчитываться. Это не фэнтези, не конспирология — это древняя история в ее достойнейшем варианте. Но можно ли вчитываться в то, что написано в этих книгах, никак не соотнося написанное с чем-то другим, в том числе и гораздо более проблематичным по своему качеству? Конечно же, нельзя. Ни в какой самый блестящий текст невозможно вчитываться, если у тебя нет контекста, то есть если этот текст для тебя не соотносится с другими текстами, которые при всей их проблематичности существенны хотя бы для мировой культуры. А хорошо бы и для политики. Ведь мы, обсуждая судьбу гуманизма в XXI столетии, говорим о чем-то политически актуальном, не правда ли?

Задавая такой вопрос, я взыскую к читательскому умению правильно — то есть достаточно глубоко, многомерно и системно — соотносить те или иные тексты с тем, что а) существенно для культуры и политики и б) имеет прямое отношение к тому тексту, который ты читаешь. И настаиваю на том, что такое умение является совершенно необходимым навыком, в отсутствие которого нельзя разобраться ни с одним текстом и ни с одной запутанной проблемой, требующей своего разрешения.

Но что, если я взыскую к тому, чего нет? Или, точнее, к тому, что не добыто, потеряно и так далее? Если это не добыто или потеряно, то как надо себя вести? Высокомерно наплевать на это отсутствие, ограничив круг читателей теми, кто это умение или сумел добыть, или не успел потерять?

Но, выстроив для себя такую башню из слоновой кости, ты отказываешься от главного — от соучастия в решении проблем современного гуманизма. И тогда возникает вопрос, зачем тебе обсуждать эти проблемы, если ты твердо уверен в том, что не сможешь не только их решать, но даже и участвовать в их решении? И будет ли твое понимание проблем, категорически оторванное от возможности решать эти проблемы, подлинным пониманием? Не пострадает ли при этом не только целевая направленность твоего исследования, но и его достоверность, которую нельзя оторвать от этой направленности?

Должен покаяться перед читателем: не в первый раз возникает у меня вопрос о том, может ли читающий соотносить мой текст с тем, что только и делает чтение моего текста идеологически и политически значимым. И каждый раз, когда этот вопрос возникает, я спрашиваю себя: «Что будет происходить с человечеством, если какая-то часть этого человечества не примет вызова, исходящего из нынешнего роста антигуманистических тенденций, роста, имеющего свои глубинные источники, без постижения которых никакая серьезная борьба с антигуманизмом невозможна?»

Ответ на этот вопрос очевиден. Если живые, деятельные люди не смогут прозреть и ощутить, куда именно их волокут нынешние тенденции, то никакого ответа на вызов этих тенденций не будет, и они возобладают. Возобладав же, приволокут мир в состояние более страшное, нежели то, в котором мир мог бы оказаться, если бы победил Третий рейх. Ну и зачем тогда нужно было его побеждать? Зачем нужна была та жертва на алтарь победы гуманизма, если этот самый гуманизм обречен на позорное поражение? Поскольку такой вопрос немедленно выводит за рамки сегодняшней антропомассы с ее прискорбными свойствами и вовлекает в диалог мертвых героев, то задав его себе, стряхиваешь прыгнувшего тебе на холку демона негативизма и вновь пускаешься во все тяжкие.

Итак, Хирам… Добравшись до него, ты понимаешь, что читатель дозарезу нуждается в том, чтобы соотнести сказанное о Хираме в Третьей книге Царств с другими сведениями о том же Хираме. Но обладает ли такими сведениями тот читатель, который сохранил еще хотя бы реликты культурной ответственности и политической воли? Что, если такой читатель в каком-то смысле потому эти реликты и сохранил, что, прошу прощения, сочетает в себе реликты воли и ответственности с невовлеченностью в ту тематику, к обсуждению которой я сейчас перехожу?

Принося извинения тем, кому тема Хирама так знакома, что дальше некуда, я вынужден в силу только что оговоренных причин сообщить читателям, не знакомым с темой Хирама, что это главная масонская тема. То есть не просто главная, а главнейшая. Хирам — строитель храма Соломона. Масоны считают себя строителями такого же храма… Сообщив об этом, я откладываю на потом более подробное обсуждение этого обстоятельства. Здесь же хочу только оговорить, что для меня масоны не являются ни зловещей всемогущей силой, ни сообществом чудаков, изображенным Толстым в «Войне и мире», где Пьер Безухов проходит карикатурно описанное масонское посвящение.

Масонство разнообразно и разнокачественно. Оно, безусловно, влиятельно сейчас и было еще влиятельнее в три предшествующих столетия (двадцатое, девятнадцатое и восемнадцатое). Масонство, безусловно, является одной из сил или даже несколькими силами, воздействующими на мировой процесс. Но в нем нет ни абсолютности, ни абсолютного демонизма. Наряду с масонством на мировой процесс влияют другие силы. Само масонство неоднородно. И наконец, самое смешное — это приравнивание реального масонства к вымышленному жидомасонству. Ниже мы с этим разберемся подробнее и убедимся в том, что настоящий иудаизм и масонство — вещи несовместные, и что многие масонские ложи были еще более антисемитскими, чем гитлеровцы, которые требовали меньшей расовой чистоты, чем некоторые масоны.

Создав такой эскиз на тему «Хирам и масонство», я возлагаю надежду на компетентность читателя или же на его способность быстро избывать свою некомпетентность и начинаю знакомство с Хирамом из Третьей книги Царств, который, конечно же, не является буквальным клоном масонского Хирама, но имеет к масонскому Хираму самое прямое отношение, поскольку масоны в своих построениях опирались на Третью книгу Царств как на один из своих основных источников.

Спору нет, что имелись и другие масонские источники, не столь исторически безупречные, как Третья книга Царств. Но это не только не бросает тень на Третью книгу Царств, но и напротив, требует ее предельно внимательного прочтения. Потому что она-то уж безусловно достоверна и доброкачественна.

По поводу Хирама в Третьей книге Царств говорится следующее:

«И послал Хирам, царь Тирский, слуг своих к Соломону, когда услышал, что его помазали в царя на место отца его; ибо Хирам был другом Давида во всю жизнь.

И послал также и Соломон к Хираму сказать:

ты знаешь, что Давид, отец мой, не мог построить дом имени Господа, Бога своего, по причине войн с окрестными народами, доколе Господь не покорил их под стопы ног его;

ныне же Господь, Бог мой, даровал мне покой отовсюду: нет противника, и нет более препон;

и вот, я намерен построить дом имени Господа, Бога моего, как сказал Господь отцу моему Давиду, говоря: «сын твой, которого Я посажу вместо тебя на престоле твоем, он построит дом имени Моему».

Как мы только что убедились, Хирам назван в Третьей книге Царств царем Тирским.

Тир — это один из древнейших торговых центров Финикии.

Финикия — это древнее государство, расположенное на территории восточного Средиземноморья, на так называемом Левантийском прибрежье. Сейчас на этой территории находится Израиль, Ливан и Сирия. Другое название Финикии — Ханаан. Финикия — это греческое название данного государства, в буквальном переводе оно означает «страна пурпура». Чаще всего считается, что такое название дано в связи с тем, что финикийцы умели добывать пурпурную краску из моллюсков, живущих на побережье. Но есть и другие трактовки этого названия. Финикия сформировалась в XXX веке до нашей эры. Финикийцы враждовали с египтянами, иногда попадая под их политическое влияние. Финикийцы были искусными мореплавателями — сначала рыболовами, а потом торговыми мореходами. В Финикии процветали самые разные ремесла. Финикийские мореплаватели сумели выйти из Средиземного моря в Атлантический океан, добирались до Канарских островов, огибали Африканский континент.

Финикийцы исповедовали классические семитские языческие культы, не имевшие никакого отношения к иудейскому монотеизму. Они поклонялись богине-матери Астарте, причем практиковали при этом поклонении и человеческие жертвоприношения, и храмовую проституцию. Многие специалисты утверждают, что в ядре финикийской религиозности существенное место занимал матриархальный неолитический культ Великой Матери Кибелы, и что именно на этот базовый культ наслаивались различного рода кочевые языческие культы (в том числе Солнца и Луны), но что языческие кочевые культы имели в Финикии вторичное значение по отношению к культу Кибелы. Видимо, именно из Финикии культ Кибелы перешел и в Трою, и во Фригию, и в другие точки средиземноморской Ойкумены.

Поскольку мы очень внимательно занимаемся Кибелой, то предлагаю читателю рассмотреть связь Финикии с Кибелой в качестве одной из ниточек, с помощью которых мы блуждаем по нашему лабиринту.

Ученые долго спорили о том, насколько жесток был финикийский культ и приносились ли действительно массовые детские жертвоприношения, как это было сказано в библейских текстах. Например, в Книге пророка Иеремии, где говорится о том, что еврейские вероотступники «устроили капища Ваалу в долине сыновей Енномовых, чтобы проводить через огонь сыновей своих и дочерей своих в честь Молоху, чего Я не повелевал им, и Мне на ум не приходило, чтобы они делали эту мерзость…»

Я-то больше доверяю таким древним источникам, чем различного рода гуманистическим антропологам, утверждавшим, что речь шла не о жертвенном сожжении детей, а об их кремировании и захоронении в определенном месте, именуемом Тофет. Совершенно не могу понять, с какой стати надо было в ту эпоху создавать специальное кремационное кладбище для детей, умерших естественной смертью, а вот зачем надо было хоронить вместе жертвенный прах детей — понятно.

Финикийцы, будучи великими мореплавателями, создали много колоний — на Кипре, Корсике, Мальте, Сицилии, Сардинии и так далее. Самая крупная колония Финикии, унаследовавшая все ее религиозные замашки, — это Карфаген, один из основных конкурентов Рима. Карфаген возвысился уже тогда, когда основные финикийские города, Тир и Сидон, оказались завоеваны.

В отличие от римлян, финикийцы и карфагеняне не очень хотели наводить порядок в своих колониях, создавая там администрацию и военные базы. Если такой римский стиль (pax romana) можно назвать установлением колониального порядка, то финикийско-карфагенский стиль скорее можно охарактеризовать как «колониальный беспорядок», он же — управляемый хаос. В рамках такого беспорядка колонизаторы стравливали местное население, подавляли его набегами, но не пытались навязать ему свой стиль жизни. А римляне — те агрессивно навязывали подчиняемым чужакам свое жизненное устройство.

Финикийцы изобрели алфавитное письмо, радикально улучшили ряд ремесел, включая стеклодувное ремесло и ремесло красильщиков, добились выдающихся успехов в мореходстве. Но для нас важнее всего финикийские культы и культ Кибелы как сердцевина финикийской религиозности, а также участие финикийцев — конкретно царя Хирама — в создании храма Соломона.

Царь Хирам, упомянутый в Библии, — это историческая фигура. Речь идет о Хираме I Великом, царе тирском и библском, родившемся в 1000 году до нашей эры и умершем в 935 году до нашей эры (царствовал с 969 по 936 год до нашей эры). При царе Хираме I город Тир достиг неслыханного расцвета. Хирам восстанавливал древние святилища, строил новые храмы, укреплял власть Тира над сопредельными территориями, включая территорию Кипра. Этих исторических сведений о Хираме и Финикии достаточно. Сообщив их, продолжаю цитирование Третьей Книги Царств, в которой нет ничего противоречащего исторической достоверности.

Итак, Хирам и Соломон договорились о том, что при далеко не безвозмездной помощи царя Тира будет построен великий храм Соломона. Если верить Третьей книге Царств, то договоренность создавалась и осуществлялась следующим образом. Вначале Соломон формулирует свою просьбу, адресованную Хираму. Он просит царя Тирского: «прикажи нарубить для меня кедров с Ливана; и вот, рабы мои будут вместе с твоими рабами, и я буду давать тебе плату за рабов твоих, какую ты назначишь; ибо ты знаешь, что у нас нет людей, которые умели бы рубить дерева так, как Сидоняне».

Напомню читателю, что Тир и Сидон — это главные города Финикии, что Хирам — царь Тирский, и что Тир наследует величие Сидона. Поэтому сидоняне — это те же финикийцы, те же граждане Тира. Тут нет никакого противоречия.

Далее Третья книга Царств повествует о том, как именно отреагировал Хирам на просьбу царя Соломона: «Когда услышал Хирам слова Соломона, очень обрадовался и сказал: благословен ныне Господь, Который дал Давиду сына мудрого для управления этим многочисленным народом!»

Итак, договоренность достигнута к обоюдному удовольствию, и начинается работа по построению храма Соломона. Вот что говорится о ней в той же Третьей Книге Царств:

«И послал Хирам к Соломону сказать: я выслушал то, за чем ты посылал ко мне, и исполню все желание твое о деревах кедровых и деревах кипарисовых;

рабы мои свезут их с Ливана к морю, и я плотами доставлю их морем к месту, которое ты назначишь мне, и там сложу их, и ты возьмешь; но и ты исполни мое желание, чтобы доставлять хлеб для моего дома.

И давал Хирам Соломону дерева кедровые и дерева кипарисовые, вполне по его желанию.

А Соломон давал Хираму двадцать тысяч ко́ров пшеницы для продовольствия дома его и двадцать ко́ров оливкового выбитого масла: столько давал Соломон Хираму каждый год.

Господь дал мудрость Соломону, как обещал ему. И был мир между Хирамом и Соломоном, и они заключили между собою союз.

И обложил царь Соломон повинностью весь Израиль; повинность же состояла в тридцати тысячах человек.

И посылал их на Ливан, по десяти тысяч на месяц, попеременно; месяц они были на Ливане, а два месяца в доме своем. Адонирам же начальствовал над ними».

Ну вот, мы и добрались до Адонирама. То есть до лица, еще более «масонски значимого», нежели Хирам.

Адонирам — это сын овдовевшей женщины из рода нефилимов. Несколько слов об этом роде. Нефилимы, что на иврите означает «падшие» — это библейские персонажи, по поводу которых существует масса различных версий. В Книге Бытия сказано:

«Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери,

тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал.

И сказал Господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками, потому что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет.

В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди».

Так охарактеризованы нефилимы, они же — исполины, в канонической Книге Бытия. В другой канонической книге — Числа — про этих же нефилимов/исполинов сказано следующее:

«Там видели мы и исполинов, сынов Енаковых, от исполинского рода; и мы были в глазах наших пред ними, как саранча, такими же были мы и в глазах их».

Итак, в канонической Книге Чисел (четвертой книге Пятикнижия) исполинов называют сыновьями Енаковыми, то есть сыновьями Еноха, представителями рода Еноха. Таким образом, по поводу связи нефилимов/исполинов с Енохом сказано в канонических книгах. А в Книге Еноха, которая, будучи неканонической, является одновременно одним из наиболее значимых апокрифов Ветхого Завета, говорится следующее:

«И случилось, — после того как сыны человеческие умножились в те дни, у них родились красивые и прелестные дочери.

И ангелы, сыны неба, увидели их, и возжелали их, и сказали друг другу: «Давайте выберем себе жен в среде сынов человеческих и родим себе детей»! <…>

Они зачали и родили великих исполинов, рост которых был в три тысячи локтей».

Я не хочу развивать данную тему, адресуя читателя к произведениям менее классическим, хотя и очень авторитетным. И я тем более не хочу, чтобы читатель воспринимал классическое религиозное сообщение о росте в три тысячи локтей не как метафору, а как буквальность. Тем более что в разных источниках рост нефилимов указывается разный, вплоть до близкого к нормальному. Всё, что меня здесь интересует, — это возникновение какого-то человечества, которое является не вполне человечеством, ибо происходит от ангелов. Это — далекоидущее построение.

Указав на данное обстоятельство, я возвращаюсь к Адонираму.

Итак, Адонирам является сыном овдовевшей женщины из рода нефилимов. Памятуя об этом, масоны именуют себя «дети вдовы», то есть дети матери Адонирама. Адонирам, согласно масонской версии, был выходцем из Тира, архитектором, «великим мастером». Это вовсе не противоречит Третьей Книге Царств. Согласно масонской версии, Адонирам был убит своими учениками — подмастерьями, желавшими выведать у Адонирама тайны храмового искусства. Последний удар был нанесен третьим подмастерьем, ударившим Адонирама по голове молотом у восточного входа в храм. Потом убийцы погребли Адонирама, но на его могиле зазеленела ветвь акации, и это разоблачило убийц. Более подробное изложение разных масонских версий данного мифа не входит в мою задачу. Тем более что эти версии очень сильно зависят от того, о каком масонстве идет речь.

Конспирологи, проклинающие масонство, добавили к масонским разночтениям свои собственные трактовки зловещего характера. Возможно, кого-то это всё в состоянии заинтересовать, но не меня. Мне не нужно баек или версий, согласно которым Адонираму в построении храма помогал сам Люцифер (версия Нилуса), отсылок к казни главы тамплиеров Жака де Моле и мести за эту казнь (когда Людовик XVI во время Французской революции погиб на гильотине, то якобы некто, наблюдавший за его казнью, воскликнул: «Ты отмщен, Жак де Моле»).

Кому-нибудь, наверное, интересны все эти совсем уж экзотические притчи. Но я твердо намерен руководствоваться в своих странствиях по лабиринту истории только очень качественными сочинениями. И потому возвращаюсь к Третьей Книге Царств. Мы остановились на том месте, где было сказано, что главным строителем храма был Адонирам, который начальствовал над всеми строителями.

После этого в Третьей Книге Царств сообщаются детали, которые я в другом случае опустил бы, но которые не буду опускать, поскольку дело касается такого важного начинания, как строительство храма Соломона. Детали эти таковы:

«Еще у Соломона было семьдесят тысяч носящих тяжести и восемьдесят тысяч каменосеков в горах,

кроме трех тысяч трехсот начальников, поставленных Соломоном над работю для надзора за народом, который производил работу.

И повелел царь привозить камни большие, камни дорогие, для основания дома, камни обделанные.

Обтесывали же их работники Соломоновы и работники Хирамовы и Гивлитяне, и приготовляли дерева и камни для строения дома».

Если верить Третьей Книге Царств, то речь, как мы видим, идет об очень крупном проекте. Между тем Книга Царств не просто характеризует масштаб проекта и сообщает количество работающих, она в деталях описывает храм Соломона, а также то, что Господь сказал Соломону, когда тот построил храм «и кончил его, и обшил храм кедровыми досками»:

«Вот ты строишь храм; если ты будешь ходить по уставам Моим и поступать по определениям Моим, и соблюдать все заповеди Мои, поступая по ним, то Я исполню на тебе слово Мое, которое Я сказал Давиду, отцу твоему, и буду жить среди сынов Израилевых, и не оставлю народа Моего, Израиля».

Храм-то Соломон построил. И чистым золотом его обложил внутри, и огромные скульптуры херувимов поставил, и скульптуры эти золотом обложил, и много еще чего сделал, завершив работу за семь лет.

В Третьей Книге Царств подробно описывается всё устройство храма, различных его частей, двора, окружающего храм, и так далее. Но я обращу внимание читателя на одну деталь:

«И послал царь Соломон и взял из Тира Хирама,

сына одной вдовы, из колена Неффалимова. Отец его Тирянин был медник; он владел способностью, искусством и уменьем выделывать всякие вещи из меди. И пришел он к царю Соломону и производил у него всякие работы:

И сделал он два медных столба, каждый в восемнадцать локтей вышиною, и снурок в двенадцать локтей обнимал окружность того и другого столба».

Далее описывается огромное количество медных предметов. Сообщаю об этом потому, что тут образ Хирама двоится: есть царь Хирам, а есть сын медника и (внимание!) вдовы из колена Неффалимова. Так что Адонирам и Хирам начинают конкурировать в тексте и уж тем более в масонских его вольных интерпретациях. Иногда великий мастер — это Адонирам, иногда — Хирам, но тогда не царь Тира, а этот сын медника и странной вдовы.

Характерно также то, что очень многое делается из золота, но очень подробно описывается то, что сделано из меди. И именно для медных работ зовется Хирам.

Завершив работу, Соломон вносит в храм ковчег Завета. Он обращается к народу с речью о значении содеянного и об обретении народом великого храма. Он обращается к Господу: «Да будет верно слово Твое, которое Ты изрек рабу Твоему Давиду, отцу моему!»

Далее Соломон определяет правила служения в храме, он просит Бога о снисхождении к грехам и о всепрощении. Потом Соломон принес жертву Господу. В результате народ возрадовался. Освящение храма продолжалось семь дней, а на восьмой день, как сообщает Третья Книга Царств, «Соломон отпустил народ. И благословили царя и пошли в шатры свои, радуясь и веселясь в сердце о всем добром, что сделал Господь рабу Своему Давиду и народу Своему, Израилю».

И вот тогда-то явился Господь Соломону с предупреждением о том, что

«если ты будешь ходить перед лицом Моим, как ходил отец твой Давид, в чистоте сердца и в правоте, исполняя всё, что Я заповедал тебе, и если будешь хранить уставы Мои и законы Мои,

то Я поставлю царский престол твой над Израилем вовек, как Я сказал отцу твоему Давиду, говоря: «не прекратится у тебя сидящий на престоле Израилевом».

Если же вы и сыновья ваши отступите от Меня и не будете соблюдать заповедей Моих и уставов Моих, которые Я дал вам, и пойдете и станете служить иным богам и поклоняться им,

то Я истреблю Израиля с лица земли, которую Я дал ему, и храм, который Я освятил имени Моему, отвергну от лица Моего, и будет Израиль притчею и посмешищем у всех народов.

И о храме сем высоком всякий, проходящий мимо его, ужаснется и свистнет, и скажет: «за что Господь поступил так с сею землею и с сим храмом?»

И скажут: «за то, что они оставили Господа, Бога своего, Который вывел отцов их из земли Египетской, и приняли других богов, и поклонялись им и служили им, — за это навел на них Господь всё сие бедствие».

Ну так внял ли или не внял Соломон такому предупреждению Господа? Ведь в этом состоит главное!

(Продолжение следует.)