Мировая общественность теперь точно знает, что вездесущая и могучая российская ЧВК «Вагнер» — главное препятствие на путях к миру в Ливии...

Турция — неоосманский синдром. Часть XVIII

Теодор Ромбоутс. Картежники. 1630
Теодор Ромбоутс. Картежники. 1630
Теодор Ромбоутс. Картежники. 1630

Нынешнее очевидное наращивание политической хаотизации в Ливии — прежде всего, новые взаимные военные угрозы со стороны ЛНА Хафтара и со стороны Турции — заставляет те политические силы, которые заинтересованы в стабилизации ситуации, предпринимать спешные шаги для разрешения кризиса.

29 декабря глава МИД России Сергей Лавров в очередной раз, причем уже предельно резко, призывает генсека ООН решить вопрос со спецпосланником по Ливии. Он напоминает, что этот пост (несмотря на присутствие в стране «исполняющей обязанности» американки Стефани Уильямс) пустует уже с марта 2020 года, и требует от Антониу Гутерриша «немедленно и самым срочным образом назначить специального посланника по ливийскому урегулированию».

2 января 2021 года президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси встречается с президентом Алжира Абдельмаджидом Теббуном с целью договоренности «о координации усилий для восстановления безопасности и стабильности в Ливии».

На этом фоне Стефани Уильямс форсирует свою программу по созданию ливийского «переходного правительства». Используя «отобранное» представительство регионов Ливии (напомним, с решительным преобладанием в нем сторонников «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ)*), она продолжает процедуру отбора «консультативного избирательного комитета» по выборам этого самого переходного правительства. 3 января Уильямс заявляет, что миссия ООН «избрала членами комитета 18 человек в соответствии с географической и политической представленностью и необходимостью участия в его работе женщин и молодежи».

4 января зам. министра иностранных дел РФ Сергей Вершинин напоминает, что без участия крупных политически влиятельных сил Ливии никакое устойчивое урегулирование в стране невозможно, и призывает включить в процесс национального диалога Ливии сторонников бывшего лидера Муаммара Каддафи и командующего ЛНА Халифу Хафтара.

7 января ливийская центральная комиссия по выборам в муниципальные советы сообщила о начале голосования местного уровня. И тут же из регионов пошли сообщения о «вооруженном давлении на выборы». В частности, бандформирования из Аз-Завии и Варшафаны применили силу, чтобы фальсифицировать выборы в муниципалитете Свани ибн Адам в пользу одного из кандидатов, причем вооруженные группы просто выгнали наблюдателей с избирательных участков. При этом подчеркивается, что ливийская центральная комиссия по выборам в муниципальные советы «проигнорировала нарушения».

9 января президент Туниса Каис Саид, после обсуждения вопроса о террористических угрозах для страны с гендиректором Управления разведки и безопасности Хабибом Дейфом, заявил о «необходимости увеличить меры безопасности на границе с Ливией».

12 января встревожилась и Италия. Глава МИД Италии Луиджи Ди Майо назначил бывшего посла страны в Алжире Паскуале Феррару специальным посланником в Ливии. Ди Майо заявил, что «он будет представлять Италию и обеспечит участие в многосторонних инициативах в соответствии с ее приверженностью миру и стабильности».

15 января специальный представитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки Михаил Богданов принял в Москве представителей ливийского «Движения Сейфульислама Каддафи» Мифтаха Верфалли и Омара Абу Ишрайдаха. МИД в официальном заявлении сообщил, что стороны «обсудили разрешение кризиса в Ливии путем политического урегулирования, достигнутого на берлинской конференции в январе 2020 года и одобренного Совбезом ООН». В тот же день Богданов встретился в Москве по точно этому же вопросу с личным представителем спикера палаты депутатов Ливии Агилы Салеха послом Абдельбасетом Бадри.

И в этот же день, 15 января, Турция сообщила, что до конца 2021 года будет проводить военные учения у греческих островов. Учения будут проходить с 16 января по 14 июня и с 16 сентября по 31 декабря 2021 года в трех районах Эгейского моря: на севере между греческими островами Лемнос и Тасос, в центре около греческого острова Скирос и на юге около греческих островов Икария и Патмос.

Греция в тот же день объявила военные учения практически в том же районе около Икарии и Патмоса на 21 января. Турция в ответ 16 января заявила, что греческие учения якобы противоречат демилитаризованному статусу островов Икария и Патмос и вдобавок «пересекаются с турецкими учениями, которые всё равно состоятся».

Такое «бряцание оружием», причем фактически круглогодичное, со стороны Турции — беспрецедентно. И знаменательно то, что ни НАТО, членами которого являются и Турция, и Греция, ни ООН на этот турецкий демарш вообще не отреагировало!!! Хотя, напомним, в урегулировании предыдущего конфликта между Грецией и Турцией за Северный Кипр — и НАТО, и ООН принимали активное и живейшее участие…

16 января Совбез ООН наконец утвердил кандидатуру словацкого дипломата, выпускника МГИМО Яна Кубиша, на должность спецпосланника генсека ООН по Ливии. У Кубиша большой послужной список. Он с 1980 по 1985 годы работал в посольстве Чехословакии в Эфиопии, затем 3 года возглавлял в МИД отдел по безопасности и контролю над вооружениями, еще два года работал в Москве, в 1993–94 годах был постпредом Словацкой Республики при ООН в Женеве. С 1994 года был директором Центра по предотвращению конфликтов ОБСЕ, а в 1999 году стал генсеком ОБСЕ. С 2006 по 2009 годы был главой МИД Словакии, с 2012 г. — главой миссии ООН в Афганистане, затем представителем генсека ООН в Ираке, а с января 2019 года занимал пост спецкоординатора ООН в Ливане.

То есть Кубиш — дипломат очень и очень опытный. Однако подчеркнем, что он, придя в Ливию в сложнейшей конфликтной ситуации, наверняка будет вынужден вникать в эту ситуацию, с ее исторической спецификой и всеми случайными и сконструированными нюансами, еще достаточно долго. И значит, к реальному управлению ливийскими процессами он всерьез приступит не скоро — вряд ли до всеобщих выборов, уже назначенных на 24 декабря 2021 года. Что, увы, дает немалый оперативный простор для вовсе не «миротворческих» комбинаций уже вникших в нюансы и включившихся в «ливийскую игру» внешних игроков…

16 января издание Libya Alahrar TV сообщило, что на встрече Консультативного комитета Ливии в Женеве «все 18 представителей комитета согласились с предложением ООН по новому порядку выборов единого правительства Ливии» и что в ближайшее время документ направят на одобрение 75 делегатам Форума политического диалога.

Предложенный способ избрания временной исполнительной власти подразумевает выдвижение одного кандидата от региона, причем каждый из кандидатов в Президентский совет должен получить минимум 70% голосов в своем регионе. Если такого единого претендента нет, от региона нужен список из нескольких выдвиженцев, чтобы хотя бы одного из них поддерживали более 60% избирателей.

Отметим, что такое «предложение ООН» в реальных условиях Ливии является сознательным издевательством г-жи Уильямс. Она прекрасно понимает, что в специфике племенной и политической разобщенности страны никакие кандидаты 70% или даже 60% голосов не наберут. И значит, реальные решения окажутся в руках уже вполне «ручного» для Уильямс Форума политического диалога, в котором из 75 «отобранных» членов почти 50 являются «отобранными» и удобными для США сторонниками «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ)**.

18 января в Ливии обнаружилась новая проблема. Генеральный союз пекарей Триполи объявил, что закрыл все пекарни в городе из-за повышения цен на муку, которые выросли из-за дефицита предложения со стороны мукомольных компаний. Союз пекарей также выразил опасения, что «пекарни в ближайшее время столкнутся с тяжелой ситуацией, если государственные органы не решат проблему».

Премьер-министр Фаиз Саррадж в письме главе ЦБ Сиддику аль-Кабиру потребовал открытия новых аккредитивов для импорта муки с целью покрытия внутренних потребностей страны. В ответ аль-Кабир заявил, что аккредитивы, открытые в 2020 г. для импорта муки, соответствовали потребляемым в стране объемам и что «баланс государства в иностранной валюте ограничен суверенными доходами, и потому призыв премьера представляет собой серьезное нарушение финансового законодательства и системы контроля за государственными расходами». Глава ЦБ также посоветовал должностным лицам ПНС «контролировать границы и порты страны, чтобы пресечь контрабанду субсидируемых товаров, особенно муки и топлива».

Отметим, что это крупное событие. ЦБ не просто демонстрирует неподчинение премьер-министру в критической ситуации, которая вполне способна вызвать не только в столице, но и по всей стране «голодные бунты» с малопредсказуемыми политическими последствиями. Аль-Кабир еще и обвиняет правительство Сарраджа в фактической ответственности за эти возможные бунты!..

Возникает уместный вопрос: почему это глава ЦБ Ливии, давно резко критикуемый в Ливии за сомнительную финансовую политику, что называется, «и справа, и слева», вдруг так осмелел? Потому ли, что ощущает «гарантированную и непотопляемую» поддержку Турции? Или по результатам декабрьского визита в его банк британского посла Николаса Хоптона, который не только «выразил недвусмысленную поддержку ЦБ Ливии и лично аль-Кабиру», но и подробно обсудил с аль-Кабиром возможности и условия возвращения в Ливию британских компаний для возобновления работы?

19 января, как и ожидалось, члены Форума политического диалога по Ливии послушно проголосовали за предложенный Стефани Уильямс механизм формирования временных органов исполнительной власти: его поддержали 51 из 75 участников форума, и лишь 19 высказались против. То есть этот механизм, позволяющий миссии ООН фактически манипулировать выборами, в ближайшее время вступит в действие.

А 20 января, и вновь под эгидой миссии ООН, в египетской Хургаде завершился второй раунд переговоров Конституционного комитета Ливии, в который вошли члены палаты представителей и Высшего государственного совета страны. На этих переговорах достигнуто соглашение по вопросу проведения референдума по новой конституции Ливии. Египет предложил провести в феврале у себя третий, завершающий раунд переговоров, уже с участием Высшей национальной избирательной комиссии Ливии, которая разработает дорожную карту как для референдума, так и для всеобщих выборов в декабре.

Как мы видим, Стефани Уильямс изо всех сил старается «закрыть все политические карты в ливийском урегулировании» на свой (то есть, американский) манер и интерес до того, как будет вынуждена уступить свой пост «исполняющей обязанности» новому и уже как бы полновластному спецпосланнику ООН Яну Кубишу.

И также 20 января генсек ООН Антониу Гутерриш делает неожиданное заявление о необходимости вывести иностранные войска и наемников из Ливии до 23 января включительно, а также необходимости полного и безоговорочного соблюдения установленного в 2011 году эмбарго на поставки оружия в страну.

То есть это, с одной стороны, заявление как бы вполне законное, поскольку и того, и другого требуют Женевские соглашения от 23 октября 2020 года. Однако, с другой стороны, Гуттериш, наверное, должен понимать, что в реальности эти требования принципиально неисполнимы.

Неисполнимы и потому, что Турция недавно решением собственного парламента уже продлила на полтора года (!) свое право на военное присутствие в Ливии и продолжает готовить и направлять в Ливию тысячи сирийских боевиков. И потому, что та же Турция чуть ли не ежедневно перебрасывает в Ливию новые партии оружия как самолетами, так и кораблями, несмотря на слабые попытки европейской миссии IRINI остановить этот оружейный поток.

Но и в ЛНА Халифы Хафтара до сих пор воюет немало боевиков из Чада, Египта, Судана и т. д., и в одночасье их на родину не отправить. И оружие из Египта и Объединенных Арабских Эмиратов Хафтар тоже получает достаточно регулярно.

Тогда о чем говорит Гутерриш? Он всего этого (что знает весь мир!) просто не знает? Или знает, но сознательно вбрасывает во вновь разгорающийся ливийский костер новые дровишки?..

22 января Миссия ООН по поддержке в Ливии (МООНПЛ), то есть та же Стефани Уильямс, объявила, что кандидаты в объединенное переходное правительство должны быть выдвинуты в течение ближайшей недели, поскольку голосование по определению его состава пройдет в феврале 2021 года.

То есть Уильямс, вопреки всем международным нормам достаточно длительного времени обсуждения и выдвижения кандидатов на столь ответственные посты, дополнительно ускоряет свой избирательный фарс.

И также 22 января становится понятно, о чем и зачем два дня назад говорил генсек ООН Антониу Гутерриш. Американская разведка сообщила через CNN, с приведением спутниковых снимков, что в пустыне на стратегической линии между Сиртом и военной базой ЛНА Аль-Джуфра обнаружены гигантская траншея протяженностью в 70 километров, а также крупные фортификационные сооружения. И что эта траншея и фортификационные сооружения между Сиртом и Аль-Джуфрой были построены бойцами российской ЧВК «Вагнер», причем работы на этих укреплениях продолжались и в январе 2021 года. Далее представитель американской разведки заявил CNN, что «все эти укрепления указывают на то, что „Вагнер“ обустраивается в Ливии всерьез и надолго».

Заодно американская разведка отмечает, что и турки намерены закрепить свое постоянное присутствие в Ливии и продолжать оказывать поддержку ПНС: «Они строят объекты, направляют персонал и технику, получили системы ПВО HAWK и радар».

Эту информацию CNN сразу подхватили (хотя, как правило, без упоминания Турции) сотни глобальных СМИ. «Мировая общественность», разумеется, изумилась и возмутилась столь масштабным и мощным присутствием ЧВК «Вагнер» в Ливии. И как-то не заметила ни затерявшихся где-то в интернет-паутине сообщений о том, что этот самый 70-километровый ров виден на спутниковых снимках 2013 года (когда «Вагнера» в Ливии быть принципиально не могло). Почти никто не заметил и сообщений представителей ЛНА о том, что у ЛНА Хафтара есть своя строительная техника, и что ЛНА строила именно на линии Сирт — Аль-Джуфра в 2020 году фортификационные сооружения после отступления от Триполи…

Всего этого «мировая общественность» не заметила, поскольку глобальные СМИ об этом сообщить забыли. Но она теперь точно знает, что вездесущая и могучая российская ЧВК «Вагнер» — главное препятствие на путях к миру в Ливии…

23 января под эгидой миссии ООН в египетской Хургаде делегаты конституционной комиссии провели третье, заключительное, совещание и окончательно договорились о референдуме по принятию новой Конституции. Голосование пройдет в соответствии с шестым законом ливийского парламента (от 2018 г.), но — что пока не слишком афишируется — с рядом поправок, которые кардинально меняют стратегию принятия нового основного закона. В упомянутом законе отменена статья, которая требовала, чтобы большинство граждан проголосовали за Конституцию в каждом из трех регионов Ливии — Триполитании, Киренаике и Феццане.

Теперь же такого требования в голосовании за Конституцию нет. А поскольку подавляющее большинство населения Ливии сосредоточено в подконтрольной «протурецкому» ПНС Триполитании, ее голоса окажутся решающими вне зависимости от мнения Киренаики и Феццана. Тем самым ПНС получает вполне легальную возможность «конституционно» запретить участие в выборах кому угодно. Например, главе ЛНА Хафтару и/или Сейфу аль-Исламу Каддафи.

В связи с этим в некоторых племенах Ливии уже нарастает возмущение поправками в закон о голосовании. Так, Верховный совет амазигов назвал решение о поправках «расистским» и заявил, что бойкотирует будущий референдум по Конституции.

23 января недавно освобожденный из ливийского плена российский социолог Максим Шугалей в интервью корреспонденту ВГТРК Евгению Поддубному сообщил, что многие террористические группировки в Триполи в реальности контролируются США. Причем именно американцы намеренно «продавливают» на высокие посты в ПНС джихадистов в качестве «оружия нового типа» против европейских стран. В результате власть постепенно переходит к криминально-террористическим элементам, которые создают внутри государства так называемый «террористический феодализм»:

«Чтобы хоть как-то зафиксировать результаты своих „демократических“ вторжений в дела других стран, США смешивают в формируемых им правительственных структурах такой страны террористов, маргиналов, лидеров ОПГ и немногих честных политиков для прикрытия — чтобы такое правительство хотя бы частично было признано на международном уровне».

28 января председатель совета директоров National Oil Corporation (NOC) Мустафа Саналла сообщил, что NOC достигнута договоренность об открытии своего офиса в Лондоне, который будет предоставлять британским компаниям контракты на консультационные услуги и управление активами на сотни миллионов фунтов стерлингов в течение следующих нескольких лет. Саналла объявил, что офис в Мейфэр, открытие которого запланировано на март или апрель, станет «последними воротами для принятия инвестиционных решений Ливии», поскольку страна приступает к реализации амбициозного проекта по увеличению добычи нефти до 2,1 миллиона баррелей в день.

Подчеркнем, что пока что основные инвестиционные проекты в ливийской «нефтянке» ведут (и предлагают) итальянская «ЭНИ» и французская «Тоталь». Которые располагают для этого не только необходимым ливийским опытом, технологиями и кадрами, но и вполне достаточными финансовыми возможностями. Размещение именно в Лондоне ключевого инвестиционного офиса для решения этих задач, по мнению ряда экспертов, должно объясняться либо особо выгодными (кому?) условиями, предложенными Лондоном, либо мощным потенциалом лоббирования как в Лондоне, так и в Триполи. И тут уместен вопрос: чьи же это условия и чей лоббистский потенциал?

В связи с этим напомним, что Лондон уже много лет фактически является главной зарубежной штаб-квартирой «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ)*, а Триполи — основным центром их присутствия и влияния в Северной Африке.

Следующие дни стали временем срочных визитов в Россию ключевых политических фигур Ливии.

28 января в Москву прибыл «с рабочим визитом» глава МИД Восточного правительства Ливии Абдель Хади Хувейдж. На встрече с зам. министра иностранных дел России Михаилом Богдановым Хувейдж передал ему послание от спикера палаты представителей Ливии Агилы Салеха. Подробности документа не разглашаются. Кроме того, Хувейдж обсудил с Богдановым развитие двустороннего сотрудничества, в том числе приглашение компаниям РФ принять участие в экономических проектах на востоке Ливии, а также (и это, видимо, главное) согласование с Москвой ряда инициатив Бенгази по формированию в Ливии единого временного правительства.

На следующий день 29 января глава МИД России Сергей Лавров провел в Москве переговоры с вице-премьером ПНС Ливии Ахмедом Майтыгом. Тема встречи — перспективы ливийского урегулирования и развитие сотрудничества между Россией и Ливией.

Ахмед Майтыг в Москве
Ахмед Майтыг в Москве
МосквевМайтыгАхмед

В тот же день Майтыг вел переговоры с министром промышленности и торговли РФ Денисом Мантуровым. Обсуждались вопросы развития двусторонних торгово-экономических связей и реализации перспективных проектов. Майтыг подтвердил, что Триполи готово рассмотреть закупку в России пассажирских самолетов SSJ100 и МС-21, а также многофункциональных вертолетов.

В завершение встречи стороны рассмотрели перспективы участия компаний РФ в восстановлении объектов промышленности, сельского хозяйства, транспортной и социальной инфраструктуры Ливии. Кроме того, Мантуров и Майтыг договорились возобновить соглашения в области энергетики и здравоохранения, заключенные между странами в 2008 году, «до ливийского переворота».

Наконец, в Москве Майтыг сделал в интервью РИА Новости очень важное политическое заявление. Он сказал, что западное правительство Ливии (ПНС) готово к прямому диалогу с ЛНА: «Мы рассматриваем возможность провести переговоры с главнокомандующим ЛНА Халифой Хафтаром».

Также 29 января временный поверенный в делах США при ООН Ричард Миллс начал «политически реализовывать» фейковый вброс американской разведки о всесилии российской ЧВК «Вагнер» в Ливии. Он заявил, что иностранные войска, наемники и военные посредники должны немедленно покинуть Ливию: «Мы призываем Турцию и Россию немедленно начать вывод своих сил из страны, а также вывод наемников и военных посредников, которых они наняли, финансировали, разместили и поддерживали в Ливии».

30 января представители Миссии ООН по поддержке в Ливии (МООНПЛ) объявили, что очередное заседание Форума политического диалога по Ливии (ЛФПД) пройдет в Швейцарии с 1 по 5 февраля 2021 года. В ходе этой встречи участники форума проголосуют за кандидатов в Президентский совет и на пост премьер-министра.

Уполномоченный комитет, состоящий из трех членов ЛФПД, проверит, представлены ли кандидатуры в соответствии с объявленными условиями, и составит окончательные списки претендентов в Президентский совет и на пост главы правительства для каждого региона. А с 1 по 5 февраля форум проведет встречи, на которых состоится голосование по кандидатурам трех членов Президентского совета и премьер-министра, де-факто исполняющего роль главы государства.

При этом миссия ООН обнародовала и уже составленные списки кандидатов: в президентский совет выдвинуты 24 человека, наиболее известными из них являются спикер парламента на востоке Агила Салех и глава заседающего на западе в Триполи консультативного Высшего государственного совета Ливии Халед аль-Мишри. На пост главы правительства претендует 21 человек, в том числе нынешний глава МВД в Правительстве национального согласия (ПНС) Фатхи Али Башага и вице-премьер в ПНС Ахмед Майтыг. В список одобренных кандидатов в Президентский совет вошли председатель палаты представителей Ливии Агила Салех, глава МВД ПНС Фатхи Башага, министр обороны ПНС Салах аль-Намруш, а также вице-премьер Ахмед Майтыг.

Исполняющая обязанности спецпосланника генсека ООН Стефани Уильямс подчеркнула, что текущий Форум ливийского политического диалога представляет собой решающий раунд внутриливийских переговоров.

При этом ряд ливийских СМИ указывают, что «в стране существует серьезный риск срыва договоренностей по режиму прекращения огня, поскольку ПНС и ЛНА последовательно обвиняют друг друга в его нарушении, и что отдельным негативным фактором тут выступают иностранные наемники».

1 февраля ливийский телеканал 218TV сообщил, что глава МВД ПНС Фатхи Башага подал прошение об отставке. Эксперты считают, что он это сделал «для соблюдения требований к кандидатам на пост премьера переходного временного правительства».

3 февраля МООНПЛ обнародовала результаты голосования участников Форума политического диалога за кандидатов в Президентский совет. Заседание транслировали в прямом эфире. Оказалось, что в соответствии с новым механизмом отбора кандидатов ни один из участников не преодолел 70-процентный порог. Это означает, что процесс переходит ко второму этапу формирования «сокращенного» списка.

По принятой миссией ООН процедуре, для принятия новых списков требуется 17 рекомендаций, причем каждый участник форума вправе рекомендовать только один перечень кандидатов. Далее списки подадут в аккредитационный комитет. В каждом из них должно быть восемь рекомендаций с запада, шесть — с востока, три — с юга.

4 февраля Стефани Уильямс в ходе заседания Форума политического диалога по североафриканской стране (ЛФПД) огласила дополнительные требования к кандидатам в Президентский совет и переходное правительство. По ее словам, желающие попасть во временный орган исполнительной власти должны подписать под видеофиксацию ряд обязательств. Среди них — следование дорожной карте по объединению ливийских госорганов, принятой на ноябрьских заседаниях ЛФПД в Тунисе, отказ от нарушения сроков предстоящих выборов и согласие с результатами голосования.

Уильямс также объявила, что желающий перейти с одной должности на другую, например, в судебной власти или в военных структурах, должен отказаться от прежнего поста. Кроме того, при формировании переходного правительства «кандидатов распределят исходя из соображений разнообразия и географического баланса в Ливии, поэтому женщины займут не менее 30% высших руководящих постов, таких как вице-премьер и министр».

5 февраля (то есть уже на следующий день после объявления «дополнительных требований»!) прошли итоговые голосования Форума политического диалога по кандидатам на посты премьера и Президентского совета в переходном правительстве.

Выяснилось, что второй тур голосования по двум итоговым спискам принес победу практически совсем малоизвестным кандидатам (список с их именами набрал 39 из 73 голосов участников ЛФПД). Список кандидатов, в котором были «политические тяжеловесы», включая Агилу Салеха и Фатхи Башагу, получил всего 34 голоса.

Некоторые аналитики предположили, что такой результат получился из-за крайне негативного социального рейтинга Башаги в Ливии: многие делегаты форума голосовали по принципу «кто угодно, лишь бы не Башагу». Нельзя также исключать, что выборные махинации Стефани Уильямс были сознательно направлены на то, чтобы сохранить ключевых «политических тяжеловесов» для основных выборов в постоянное, а не переходное правительство, которые должны пройти менее чем через 11 месяцев.

Однако, во-первых, состав нового переходного правительства оказался достаточно специфическим. Премьер-министром стал уроженец Мисураты, председатель совета директоров Ливийской холдинговой компании по развитию и инвестициям (LEDCO) и основатель движения «Ливия будущего» Абдель Хамид Дбейба. Как утверждают ливийские аналитики, достаточно близкий к «Братьям-мусульманам» (организация, деятельность которой запрещена в РФ)***.

Президентский совет возглавил Мухаммед аль-Манфи, формально представляющий Киренаику. Ранее он был послом ПНС (то есть Триполитании) в Греции, и был объявлен Афинами персоной нон грата после того, как Триполи и Анкара подписали в декабре 2019 года Меморандум по морским зонам. Кроме того, будучи выходцем из Тобрука, он тем не менее был против Халифы Хафтара и ЛНА, то есть отстаивал интересы ПНС и Триполитании. Наконец, вице-президентами стали Абдалла Хуссейн аль-Лафи (вновь Триполитания) и Муса аль-Куни от Феццана.

Таким образом, как мы видим, в кресле премьера и Президентском совете трое из четырех оказались реальными представителями Триполитании, а Киренаика осталась без своих представителей вообще!

Но даже не это главное. Главное то, что никто из новоизбранного переходного правительства не имеет ни политического веса и авторитета (крайне важных в условиях Ливии), ни политического опыта, ни наработанных широких политических связей. И любые дополняющие это правительство фигуры новоизбранных министров «из женщин и молодежи» им в этом не поддержка. А самостоятельно удержать разваливающуюся и воюющую Ливию от новых конфликтных взрывов новоизбранные премьер-министр и Президентский совет наверняка просто не смогут.

А значит, они в любом случае неизбежно окажутся на своих постах ведомыми теми внутриливийскими и внешними политическими силами, которые — просто по необходимости — окажутся их формальными советниками и неформальными советчиками. Быть может, главный смысл выборных махинаций г-жи Стефани Уильямс был именно в этом? И тогда встает крайне важный вопрос: кто и каким образом приготовился или назначен стать этими формальными советниками и неформальными советчиками?

Эти проблемы наверняка понимают многие специалисты. В частности, исследователь по ливийской проблематике в нидерландском Институте международных отношений «Клингендаль» Джалял Харшауи заявил, что, несмотря на формальное завершение эпопеи выборов в переходное правительство, «разногласия и конфликты интересов между регионами и даже внутри них останутся. Более того, вполне могут возникнуть новые трудности, особенно при формировании полноценного правительства. И, конечно же, влияние будут продолжать оказывать различные государства, которые до сих пор вмешивались в ситуацию в Ливии».

Тем не менее генсек ООН Антониу Гутерриш сразу заявил журналистам, что «избрание главы переходного правительства Ливии стало прорывом на пути к урегулированию в стране… Я верю, что это прорыв. Он последовал за успешными переговорами военного комитета „Пять плюс пять“, приведшего к прекращению огня. Теперь у нас есть прекращение огня, есть политическое соглашение о проведении выборов, есть переходные власти… Теперь принципиально важно, чтобы все иностранные боевики покинули страну».

***

На этом я завершаю столь длительную и обстоятельную аналитическую «сагу» о развитии турецкой экспансии в многострадальной Ливии. Она (как и предыдущая «сага» о Сирии в многосерийной статье «Турецкий гамбит») понадобилась мне для того, чтобы детально, доказательно и содержательно разобрать, как действует новая неоосманская Турция, добиваясь своих целей. Действует с избирательным и точным использованием «мягкой силы» пантюркизма и исламизма, но вовсе не пренебрегая «жесткой силой» прямого военного вмешательства и направления в «горячие точки» подконтрольных боевиков из самых «отмороженных» джихадистов. Причем действует нередко не сама по себе, а с оглядкой и учетом интересов своих заокеанских «партнеров» из США и Великобритании.

Сейчас самых «горячих» и главных направлений турецкой экспансии четыре.

Это Сирия, где Анкара сначала мечтала «хапнуть» всю страну как бывшую провинцию Оттоманской Порты, но пока (благодаря вмешательству России!) была вынуждена удовольствоваться только узкой сирийской полоской расселения туркоманов вдоль южной границы. А сейчас Турция воюет за оттеснение от своей границы слишком воинственных и непримиримых курдов, а также за сохранение «идлибского нарыва» как необходимого очага генерации и воспитания прокси-джихадистов, но вовсе не оставляет надежд на полный неоосманский реванш.

Далее, как мы показали выше, это Ливия, где Турция с достойной некоторого уважения настойчивостью добивается позиций главного «окормителя» Северной Африки и особенно главного оператора «взрывного» миграционного антропотока в Европу.

Затем, это Восточное Средиземноморье, в котором Анкара надеется «отжать» у Греции бывшие морские территории османов (которые в Турции давно называют «Наша Голубая Родина») и получить доступ к крупным шельфовым ресурсам нефтегазового сырья, а также независимые морские пути для транзита мигрантов.

И это, конечно, Карабах и, шире, российское Закавказье. Где Турция рассчитывает создать для себя постоянный и устойчивый «независимый» транзитный коридор к Каспию и далее в Среднюю Азию (что, напомним, когда-то фактически завещал Анкаре Збигнев Бжезинский). Но и не только. Нет сомнений, что в случае успеха Карабах станет «запалом» неоосманского процесса во всем макрорегионе. И продолжится он сначала созданием политически нестабильного антироссийского «гнойника» в Закавказье, а далее ползучей неоосманской экспансией в важнейшие регионы России и республики Средней Азии. И, не исключено, в китайский Синцзян.

При этом общим знаменателем процесса во всех этих случаях является навязывание Турцией населению и элитам на территориях проникновения — в разных сочетаниях и дозах, в зависимости от местной специфики, — идеи «тюркского родства» и/или идеи единства в исламской Умме. Что и есть центральные идеи неоосманизма.

Здесь не могут не возникать вопросы о том, как и на какой основе возродился в Турции этот неоосманизм, как выстраивались, как и кем используются его механизмы, какие инструменты для этого созданы, кем и почему курируется и «окормляется» неоосманский процесс, и куда он ведет в современном мире.

Все эти вопросы мы будем обсуждать в следующей статье.

(Продолжение следует.)


* — Организация, деятельность которой запрещена в РФ.

** — Организация, деятельность которой запрещена в РФ.

*** — Организация, деятельность которой запрещена в РФ.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER