logo
Статья
  1. Мироустроительная война
Власть концепции халифатизма в исламском мире велика. А наличие крупных финансовых средств, значительного числа вооруженных приверженцев, а также перспективы захвата нефтяных месторождений мирового значения способны перевести эту концепцию из области утопий в сферу реальной политики

Ближний Восток: провозглашение халифата

* организация, деятельность которой запрещена в РФ

29 июня 2014 года группировка «Исламское государство‌* Ирака и Леванта» (ИГИЛ‌*), ведущая наступление в Ираке, заявила о том, что халифат создан. Территорией халифата были названы подконтрольные ИГИЛ‌* районы в Ираке и Сирии.

Халифом провозглашенного образования представители группировки объявили лидера ИГИЛ‌* Абу Бакр аль-Багдади: «Он будет имамом и халифом мусульман по всему миру». Одновременно с этим сам аль-Багдади обратился к мусульманам всего мира с призывом присягнуть ему на верность.

Кроме того, было объявлено, что «Исламская группировка Ирака и Леванта» должна отныне называться «Исламское государство»‌*.

Этот день, 29 июня, группировка отметила публичной казнью в сирийском городе Дейр-Хафир восьмерых ополченцев. Их тела после казни были прибиты к крестам и выставлены на главной площади города на три дня. Данная акция очевидным образом демонстрирует главное качество внешней и внутренней политики заявляемого халифата. А именно — беспощадное уничтожение инаковерующих и отрицание существующих государственных границ.

Разумеется, оценки заявки по поводу создания халифата в исламском мире весьма неоднозначны. Многие считают эту инициативу нежизнеспособной. А вот глава Иракского племенного революционного совета (то есть объединения именно суннитских племен), по сообщению The New York Times, выражается о представителях провозглашенного халифата откровенно грубо. По мнению лидера племенного совета, племена в Ираке — уже являются мусульманами, и они не позволят кому бы то ни было «управлять собой именем ислама».

Но ведь каким бы поспешным ни считали заявление о создании халифата — слово не воробей. И оно уже прозвучало. Власть концепции халифатизма в исламском мире велика. А наличие крупных финансовых средств, значительного числа вооруженных приверженцев, а также перспективы захвата нефтяных месторождений мирового значения способны перевести эту концепцию из области утопий в сферу реальной политики. А также реального мироустроительства.

Во второй половине июня в иракских СМИ прошла информация о том, что еще до начала масштабной кампании по захвату городов и областей Ирака руководители 13 террористических группировок Иордании под контролем США вступили в союз с лидером ИГИЛ‌* Абу Бакром аль-Багдади. То есть с главой провозглашенного халифата.

Этот союз явился логичным завершением длительного развития отношений между иракскими и иорданскими экстремистами. Иранское издание «Javan» подчеркивает, что одновременно с известными заявлениями Обамы о намерении США бороться с ИГИЛ‌* звучат «признания некоторых иорданских официальных лиц о том, что члены ИГИЛ‌* были обучены американскими специалистами на одной из секретных баз в Иордании». Так, пишет «Javan», «имеются свидетельства того, что в 2012 году десятки членов ИГИЛ‌* прошли обучение в небольшом городе Ас-Сафави в пустынном регионе на севере Иордании». Так что иорданские экстремисты и группы боевиков ИГИЛ‌* — это в буквальном смысле однокашники.

Кроме того, для обеспечения деятельности такого союза боевиками ИГИЛ‌* в конце июня был взят под контроль участок ирако-иорданской границы. А контроль за границами страны, наряду с целенаправленным захватом нефтяных центров Ирака, очевидным образом является одной из главных задач проводимой ИГИЛ‌* военной кампании.

Размах операций и масштабность заявлений ИГИЛ‌* заставляет региональных политиков и экспертов задуматься на темы глобальной политики. Крупнейшая турецкая газета «Миллиет» в середине июня опубликовала материал, начинающийся словами: «Спустя сто лет камни на Ближнем Востоке снова начинают перемещаться».

Эти слова отражают новые тенденции в мироустроительстве. Причем в таком мироустроительстве, которое начинает менять политическую архитектуру целых регионов. И вот уже знаковые фигуры ближневосточного региона всё чаще начинают высказываться именно в русле таких изменений.

Получили известность слова, которые произнес в интервью ВВС премьер-министр правительства Иракского Курдистана Нечирван Барзани сразу после взятия боевиками ИГИЛ‌* Мосула: __«Я не верю, что однажды Ирак станет прежним, это практически невозможно».

А ведь идеологи ИГИЛ‌* помышляют не только об Ираке, Сирии, не только о союзе с иорданскими группировками, но и о Турции.

В турецкой прессе обсуждается заявление одного из лидеров ячейки ИГИЛ‌*: «После завоевания Сирии настанет черед Турции, с божьей помощью мы возьмем и Стамбул».

Еще в одном видеообращении ИГИЛ‌* сделано заявление о намерении отвоевать Испанию и другие «оккупированные земли».

Далее, необходимо обратить внимание и на то, кто именно выдвигается и раскручивается ИГИЛ‌* в качестве харизматических фигур халифатистов. Немецкая «Ди Вельт» обращает внимание, что такой фигурой оказался повоевавший в Сирии полевой командир Омар аль-Шишани, известный также как «Омар Чеченец». Свое прозвище лидер боевиков получил в 2013 году, когда участвовал в сирийском военном конфликте в качестве командира международной группировки «Армия эмигрантов и партизан», связанной с «Аль-Каидой»‌*.

28-летний уроженец Панкисского ущелья в Грузии, этнический чеченец Тархан Патирашвили, ныне Омар аль-Шишани, всё чаще становится героем видеороликов ИГИЛ‌* — роликов мироустроительных по своему духу и содержанию. В одном из них он произносит слова: «Мы будем возвращать халифат». В другом — заявляет о ликвидации границы между Ираком и Сирией. Наличие фигур с такой этнической принадлежностью в стане халифатистов означает, что этот колокол звонит и по России.

Весьма интересно, как именно реагирует на всё это международное сообщество. В сложившейся ситуации (прямо скажем, далекой от международных правовых стандартов), примечательно повел себя генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. В интервью швейцарской газете Neue Zürcher Zeitung он (возможно, невольно) высказался воистину с глобалистическим юмором, определяя позицию ООН. «Мандат СБ ООН, — сказал Пан Ги Мун, — не потребуется для военного вмешательства США в ситуацию в Ираке, если власти этой страны обратятся за помощью к Вашингтону». А дальше — главное: США «должны принять решение, намерены ли они использовать наземные формирования или другие военные средства, и обсудить эти действия с ведущей региональной силой — Ираном». Предложение это, на первый взгляд, поражает своей эксцентричностью, однако Пан Ги Муну нельзя отказать в специфической логике.

В самом деле, ведь власти Ирака могут обращаться за помощью не только к одному государству (а именно, США), но и к другим (например, к Ирану, к которому уже и обращаются). И если США в этом случае не нужен мандат СБ ООН, то он равным образом не потребуется и Ирану. Логично, не так ли?

Именно это и хочет сказать Пан Ги Мун. В случае, если Ирак попросит оба государства о помощи, настаивает он, «для этого, несомненно, не требуется решения СБ ООН».

Что же из этого следует на практике?

Президент США Обама в конце июня 2014 года выразил убеждение, что террористическая группировка «Исламское государство‌* Ирака и Леванта» представляет угрозу американским интересам, как в среднесрочной, так и в долгосрочной перспективе. И конкретизировал: «Они (то есть ИГИЛ‌* — М.П.) дестабилизируют ситуацию в стране, которая могла бы быть нашим союзником». (И, добавим мы, при распаде страны подарят Ирану огромный кусок стратегически важной территории, населенной шиитами.) А потому США будут оказывать Ираку помощь, содержание которой всё еще остается вопросом дискуссионным. Но уже сейчас в Ираке размещено 130 американских военных инструкторов.

С другой стороны, Иран, по данным американских дипломатов, наращивает военную поддержку правительству Ирака. И он оказывает не только техническую и логистическую помощь.

Как встревожено сообщает The New York Times со ссылкой на диписточники, на багдадском аэродроме «Ар-Рашид» создана база для иранских беспилотников, которые уже осуществляют разведывательные полеты над территорией Ирака. Там же базируется подразделение иранских специалистов по радиоэлектронной разведке, занятых перехватом коммуникаций командиров ИГИЛ‌* (подумать только, какая радость для американских 130 инструкторов и другого, менее гласного персонала!).

Но и это, оказывается, еще не всё. Дважды в день, сообщает далее The New York Times, в Багдад вылетают иранские транспортные самолеты, переправляя иракским военным до 70 тонн вооружений и военного оборудования. Однако если и этого мало, то на границе с Ираком сосредоточены десять иранских дивизий, готовые по призыву правительства Нури аль-Малики встать на защиту шиитских святынь в Ираке.

Совершенно ясно, что оставить такой объем присутствия Ирана без своего контроля США не могли. Не говоря уже о беспокойстве за судьбу нефтеносных районов. И в конце июня начались полеты над Багдадом оснащенных вооружением американских беспилотников.

Так что можно с уверенностью сказать, что американо-иранское соприкосновение в Ираке началось. И оно наверняка не будет бесконфликтным.

И наконец, исследуя ситуацию в Ираке, хотелось бы вернуться еще раз к теме, уже затронутой в предыдущих выпусках рубрики «Мироустроительная война». Режим в Дамаске уже длительное время держит под контролем военную ситуацию в своей стране и весьма далек от капитуляции... Режим в Багдаде, оправившись от первого шока стремительного наступления ИГИЛ‌*, начал военное сопротивление. А это значит, что не только решающий перелом в военных действиях в пользу религиозных экстремистов и халифатистов, но и продолжение интенсивных военных действий потребуют от противников Багдада подключения новых свежих сил. У нас уже возникали резонные предположения, что источником таких сил сегодня является африканский континент. Теперь эти предположения начинают подтверждаться. Как сообщило иранское агентство Фарс, Катарский эмират нанял 1800 боевиков из Марокко и других стран Северной Африки для участия в боевых действиях в Ираке на стороне ИГИЛ‌*. Боевую подготовку эти наемники прошли в Ливии. Теперь они переправляются на запад Ирака, где участвуют в военных действиях.

Таким образом, ближневосточная военно-политическая ситуация развивается очень быстро. В ней появляются новые политические форматы (заявка о создании халифата) и новые военно-политические группы (специалисты США, специалисты Ирана, а также приток североафриканских боевиков). И было бы большой ошибкой думать, что ее развитие не окажет воздействия на украинский военный конфликт, а также на положение дел в России.