logo
  1. Наша война
Аналитика,
Получено на данный момент 162 ответа из 53 регионов. Наиболее дисциплинированно ответили региональные органы МВД. Наименьшее число ответов мы получили от общественных палат

Краткий анализ данных из ответов ведомств регионов на вопросы по СБН

Анна Кульчицкая,Анна Кульчицкая,
помощник члена Общественной палаты РФ

Организация «Родительское Всероссийское Сопротивление» в сентябре 2019 года направила письма с информацией и запросами в органы региональной и федеральной законодательной власти России, уполномоченным по правам человека и ребенка, в общественные палаты, областные Думы, губернаторам и в региональные МВД.

Нас интересовала информация, связанная с реальным состоянием профилактики в сфере семейно-бытовых отношений, а также статистические данные по правонарушениям в сфере «домашнего насилия», особенно в отношении женщин.

Получено на данный момент 162 ответа из 53 регионов. Наиболее дисциплинированно ответили региональные органы МВД. В некоторых регионах ограничились качественной картиной, отказав в предоставлении статистики, сославшись на служебную тайну. На самом деле такую ссылку можно смело назвать неграмотной: «статистика преступности» специально упомянута в законодательстве как категория сведений, не подлежащих засекречиванию, и к служебной тайне обобщенные данные по региону также не могут относиться.

Наименьшее число ответов мы получили от общественных палат. На волнующую и касающуюся подавляющего большинства граждан проблему откликнулись всего 3 региональных палаты (Ярославской, Кемеровской и Челябинской областей), а также ОП РФ, в стенах которой мы сейчас находимся.

Прохладно отнеслись к обращениям и областные Думы. Их ответы ограничивались дежурной фразой «Законопроект о профилактике семейно-бытового насилия в установленном порядке в Думу не поступал, законодательная инициатива по указанному вопросу не вносилась. В этой связи обсуждение в Думе проблематики по обозначенному в Вашем обращении вопросу, в настоящее время полагаем не рациональным».

Уполномоченные по правам (всего пока получено 25 ответов) также единодушно отмечали, что их пока никуда не звали давать отзывы и проект закона им никто не показывал, поэтому в данный момент они не могут принять участие в обсуждении значимой для них темы. В то же время некоторые из них проявили свое неравнодушие к теме, а также выразили благодарность РВС за активную позицию.

Довольно конкретными были ответы региональных департаментов социальной защиты населения.

Ответы
социальных служб

Те из них, кто ответил, отмечали, что существующая сеть кризисных центров полностью удовлетворяет потребность в предоставлении услуг жертвам семейно-бытового насилия. Очередей нет, некоторые регионы даже закрыли за ненадобностью центры. При этом большинство из них обходится в работе без помощи различных НКО. Но в некоторых регионах в ответах отражена деятельность различных НКО, осваивающих эту сферу услуг, — оказание помощи и сопровождение выявленных жертв насилия (Курганская, Липецкая область и другие).

Так, в Нижегородской области АНО «Центр социальных программ «Жизнь», включенная в реестр поставщиков социальных услуг за период с 2017 по август 2019 года, обслужила 113 человек (женщин и детей от 3 до 7 лет), и на это было выплачено из областного бюджета 3 427 543,11 рубля.

Примером наиболее «прогрессивной» деятельности служит государственный «Кризисный центр помощи женщинам» в Астрахани. Здесь, работая, что называется, на опережение и с опорой на международный опыт, уже применяют программу «Переосмысленная мужественность» для мужчин, проявляющих психофизическое насилие в отношении женщин. Переосмыслили свою мужественность в рамках этой программы уже 14 мужчин в Астраханской области.

Содержание ответов органов МВД

Ответы МВД позволяют судить о ведущейся в регионах профилактической работе, работе по сопровождению случаев правонарушений в сфере семейно-бытовых отношений, в том числе совершенных в отношении женщин и детей. Собранные актуальные официальные данные помогают оценить, что сейчас происходит в России с насилием в сфере семейно-бытовых отношений и с состоянием работы по профилактике преступлений в этой сфере.

Общая оценка дается в письме замначальника ГУОООП МВД России от 15.10.2019 г. В нем говорится:

«За последние пять лет отмечается значительное снижение числа фактов домашнего насилия, в том числе в отношении женщин».

Выдержки из ответов УМВД фактически иллюстрируют ответ федерального органа. В каждом из развернутых ответов, которые прислали региональные УМВД России, говорится о снижении количества преступлений в сфере семейно-бытовых отношений. Все региональные органы УМВД подчеркивают, что у них нет препятствий для исполнения требований законов, в том числе в сфере профилактики и защиты потерпевших.

В некоторых ответах выделяются категории нарушителей — в состоянии опьянения, не работающие, ранее совершавшие правонарушения.

Подчеркивается, что большинство (в Брянской области — две трети) преступлений в отношении детей — это преступления по 157 статье — уклонение алиментов (средств на содержание детей).

Указывается, что появились законные основания для постановки на учет возможных «дебоширов», причем административное наказание за побои сразу является основанием для постановки на учет сроком до 1 года. Учет возможно продлевать в случае последующих обращений.

В ответе УМВД Республики Коми от 23.10.2019 г. особо подчеркнуто:

«Частичная декриминализация статьи 116 Уголовного Кодекса Российской Федерации, в результате которой ответственность за побои была распределена, повлияла на эффективность проводимой профилактической работы. Если до внесения вышеуказанных изменений, заявления по фактам нанесения побоев в быту направлялись в мировые суды, где в своем большинстве они прекращались по различным основаниям, то с введением административно-наказуемых побоев, лицо их совершившее, при отсутствии признаков повторности, привлекается к мерам административного воздействия. С момента декриминализации статьи 116 УК РФ сотрудниками полиции выявлено и задокументировано более 17 тыс. административных правонарушений по статье 6.1.1 КоАП РФ, привлечено к административной ответственности более 8,9 тыс. граждан».

В Кировской области за период с 2006 по 2018 год произошло снижение количества бытовых убийств и фактов причинения тяжкого вреда здоровью в 4,3 раза. Статистические данные по Кировской области предоставлены отдельно по преступлениям, «совершенным на бытовой почве» и «совершенным в сфере семейно-бытовых отношений». Что подчеркивает необходимость осторожности при непрофессиональной интерпретации статистики. Если по первому из этих разделов в 2017 году зафиксировано 31 убийство, то по второму только 7.

Данные УМВД по Курской области демонстрируют, что учет в МВД ведется с достаточной детализацией, и в числе «бытовых» преступлений можно выделять совершенные в жилище или на улице. В этой области также произошло снижение количества преступлений с 2014 по 2018 год — на 53,7% (с 1449 до 671). Из них снижение преступлений, совершенных на улицах, составило 67,4% (со 175 до 57). Представлены и данные о социальном статусе лиц, совершивших преступления: 70% из них люди, не имеющие постоянного источника дохода, более 16% — наемные рабочие, более 7% — пенсионеры.

Хочу обратить внимание на среднестатистический психологический портрет лица, совершающего «бытовые» преступления, который отмечается в большинстве регионов. Это гражданин, имеющий уголовное прошлое, с низкой социализацией, отсутствием четких жизненных приоритетов и стабильных средств к существованию, склонный к употреблению алкогольных напитков, в результате распития которых зачастую и возникают конфликты.

Ответ из Вологодской области демонстрирует, насколько детально МВД фиксирует и пол потерпевшего, и отношения между преступником и потерпевшим. Там строки по насильственным преступлениям даны отдельно по мужчинам и женщинам и разбиты на графы: супруг, бывший супруг, сожитель, член семьи, родитель, сын или дочь, родственник. Такая фиксация дает возможность говорить и о проблеме, и о методах профилактики насилия с необходимой конкретностью.

В итоге мы видим снижение количества преступлений в сфере семейно-бытовых отношений по всем регионам. Видим, что возможность работать в рамках закона и на основании действующего законодательства у органов МВД есть, в том числе заниматься профилактикой, вести учет и контроль. Но профилактика — это борьба с причинами. Значит, нужно искать причину преступлений. И основная причина лежит на поверхности.

Основная причина —
пьянство

Ответы их всех регионов говорят об отсутствии эффективных мер воздействия на лиц, находящихся в состоянии алкогольного опьянения.

Дело в том (и это отмечает большинство региональных ведомств), что после упразднения системы вытрезвителей и ЛТП, выведения их как избыточных по нагрузке из системы МВД и передачи обязанности помощи лицам, находящимся в состоянии алкогольного (наркотического) опьянения, органам здравоохранения, эффективность работы с данными людьми существенно снизилась. Попробую это объяснить простыми словами.

Полиция не может задержать пьяного, так как ей нужно доказательство, что он пьяный, — медицинское освидетельствование, только после этого можно такого человека доставить в выделенные во всех регионах места в стационарах. Но для этого нужно добровольное согласие на медицинское лечение, сопровождение и т. д. И вот наиболее активные граждане, которые еще бодры и «веселы» или агрессивны, часто не желают «добровольно» вытрезвляться.

Те же, которые уже находятся в состоянии беспамятства, алкогольной комы, по закону «О полиции» могут быть перенаправлены в стационар для оказания им помощи. И это хорошо. Но опасность для окружающих они уже часто не представляют, тогда как те, кто еще находится в якобы дееспособном состоянии, — являются самым опасным и потенциальным в отношении совершения преступлений контингентом. Их необходимо изолировать до того момента, как они вернутся в адекватное состояние.

Практически все регионы поддерживают инициативу возвращения системы вытрезвителей и ЛТП.

Также предлагаем учесть и распространить действующий уже сейчас, пусть неполноценный, но имеющийся в наличии опыт взаимодействия между полицией и медиками по маршрутизации пьяных, их освидетельствованию, доставке в стационары и сопровождению «естественного» вытрезвления. Это предложение связано с тем, что на федеральном уровне до сих пор не рождено решение проблемы: единый комплексный порядок действий, применяемый к гражданам, находящимся в общественных местах в состоянии алкогольного и другого опьянения.

Оговорка по Фрейду

В заключение краткого анализа хочу обратить внимание на одну из, надеюсь, опечаток, в одном из ответов. Она отражает то отношение к реальной статистике, которое, увы, есть у лоббирующих новый закон о «домашнем» насилии людей.

«Приходится признать, что в последнее время жалоб на насилие в семье стало намного меньше, но все же такие случаи есть».

Итак, статистика говорит о снижении насилия в семье, а уменьшение жалоб — прямое следствие действия системы профилактики. И наша задача — менять ситуацию с «насилием» в семейно-бытовой сфере так, чтобы «выплескивая воду, не выплеснуть ребенка».