logo
Статья
/ Владимир Чернышев
Даже в немецком научном сообществе отвергается тезис о наказательном характере денацификации и выдвигается гипотеза о том, что американцы ставили перед собой цель трансформировать немецкое общество, не наказывая его

Денацификация в Западной Германии: элиту отмыть, общество трансформировать

Для понимания политических процессов, протекающих на территории современной Германии, необходимо представление о генезисе политически активных немецких субъектов. Последние либо образовались, либо претерпели серьезные трансформации в первые послевоенные годы — во время процесса денацификации. Анализируя процесс денацификации, мы можем составить представление не только о структурах, которые были использованы США в холодной войне против СССР, но и о тех субъектах, которые осуществляли влияние на процесс денацификации. Также мы можем попытаться выяснить их истинные цели и методы ведения политической борьбы в Германии.

Под денацификацией принято понимать политику, реализуемую на территории Германии и Австрии, нацеленную на устранение влияния национал-социализма на австрийское и немецкое общество, а также культуру, прессу, экономику, юриспруденцию и политику.

И хотя политическую форму освобождение от фашизма в Германии приобрело уже 9 мая 1945 года, законодательно денацификация была оформлена несколько позже, в виде «Закона 104 об освобождении от национал-социализма и милитаризма», принятого 5 марта 1946 года. Концом процесса денацификации можно считать 1 апреля 1951 года — дату вступления в силу «Закона о регулировании правовых отношений лиц, попадающих под действие 131-й статьи конституции». Таким образом, можно четко определить временные рамки, ограничивающие процесс денацификации в Германии.

После победы над фашистской Германией ее территория была разделена на четыре зоны влияния — по числу союзных стран-победительниц: французскую, британскую, американскую и советскую. Правительства стран-победительниц были представлены в Германии верховными комиссарами. Кроме верховных комиссаров, влияние на внутреннюю немецкую политику могла оказывать также часть немецкой элиты, зарекомендовавшая себя в качестве «антигитлеровского сопротивления» и поэтому имевшая более высокие шансы избежать действия закона «об освобождении от национал-социализма».

В первую очередь интересно рассмотреть процесс денацификации на территории американской зоны оккупации, так как США к тому моменту стали одной из двух сверхдержав и, соответственно, проводили в Европе в целом и в Германии в частности политику, направленную против Советского Союза.

Но прежде чем рассматривать субъекты процесса и их влияние на денацификацию, обозначим заявленную цель процесса денацификации, а именно: устранение влияния национал-социализма. Это подразумевало как физическое устранение или изоляцию особо убежденных носителей национал-социализма, так и замену идеологии национал-социализма на другую идеологию: на так называемую демократическую в трех зонах оккупации и на коммунистическую — в советской зоне.

Под заявленными идеологическими целями скрывались политические интересы. Об этом можно судить по примеру французской зоны оккупации Германии, так как она единственная имела общие границы с контролирующей страной — Францией. Национальные интересы проявились во французской зоне в виде элементарных территориальных претензий и попытки аннексировать территорию немецкой земли Саар. Однако это вошло в противоречие с американскими интересами, в которых было получить под свое влияние всю территорию Западной Германии и вытеснить СССР из Восточной Германии. На вопрос о том, были ли за «национальными интересами» США скрыты другие мотивы, нам предстоит ответить в конце нашего исследования.

О динамике процесса денацификации можно судить по данным литературы и публицистики, основывающихся на первичной документации послевоенных лет, а также по исследованиям, использующим данную литературу в качестве фактологического материала. Наиболее показательным параметром динамики процесса является отношение властей стран-победительниц к гражданам Германии. Отношение это можно условно разделить на несколько стадий: выявление людей, поддерживавших национал-социализм, и военных преступников, определение степени их включенности и вины, определение наказания, последовательность выполнения наказания, а также амнистии и помилования.

В Законе 104 были прописаны 5 степеней вовлеченности в национал-социализм: главные преступники, уличенные (активисты), вовлеченные, пособники и освобожденные. Каждая степень вовлеченности предусматривала определенное наказание. Естественным образом в процессе судебных разбирательств, осуществлявшихся над гражданами Германии, могли возникнуть как справедливо осужденные и справедливо оправданные, так и несправедливо осужденные и несправедливо оправданные (и осужденные, но амнистированные или помилованные).

Оправданные, амнистированные и помилованные получали возможность быть встроенными в общественную жизнь наравне с теми, над кем суд не состоялся. Осужденные, даже получившие сравнительно мягкие наказания, имели возможность опротестовать свой приговор, и, как показывает пример преступника против человечности Эрнста фон Вайцзеккера, отца будущего президента ФРГ Рихарда фон Вайцзеккера, делали это. Эрнст фон Вайзеккер — бригаденфюрер (генерал) СС, заместитель министра фон Риббентропа с 1938 по 1943 год, обвиняемый в участии в депортации французских евреев в Освенцим. Нюрнбергским трибуналом он был признан виновным и приговорен всего лишь к 7 годам лишения свободы. Однако вскоре его приговор был пересмотрен верховным комиссаром американской зоны оккупации Джоном Макклоем. В итоге Эрнст фон Вайцзеккер вышел на свободу через 3 года и 9 месяцев. Его сын, президент ФРГ с 1984 по 1994 года, Рихард фон Вайцзеккер всю жизнь называл приговор исторически и морально несправедливым.

Конечно, можно предположить, что это был только лишь единственный случай, который ничего не доказывает, но, во-первых, мы скоро убедимся, что это не так. А во-вторых, это очень показательный случай. Ведь это именно тот случай, когда представитель нацистской элиты, осужденный международным военным судом за преступление против человечности, получает довольно мягкий приговор, который впоследствии пересматривается отдельным уполномоченным лицом, верховным комиссаром от США. И это именно тот случай, когда родственник этого элитного преступника получает впоследствии элитное положение в обществе — становится президентом ФРГ.

В динамике процесса денацификации на примере американской зоны оккупации можно выделить следующие фазы: фазу Нюрнбергского трибунала, докризисную и посткризисную фазу. Под кризисом здесь подразумевается кризис денацификации, произошедший 8 сентября 1947 года в Баварии. Суть его заключается в следующем. Во время нюрнбергских процессов по отношению к немецким гражданам, не относящимся к военным преступникам, была применена практика заполнения анкет, по которым специальная комиссия принимала решения о степени вовлеченности и вины гражданина в преступлениях национал-социализма. До 1 июня 1946 года данная комиссия на территории американской зоны состояла исключительно из представителей США. Однако после этого срока властные полномочия передаются аттестационным комиссиям, состоящим из немецких «проверенных» граждан. Существование немецких комиссий по денацификации позволял и описывал Закон 104 об освобождении от национал-социализма и милитаризма. Однако 8 сентября 1947 года в американской зоне оккупации в Баварии 34 гражданина Германии, являющиеся председателями комиссий и обвинителями, решили сложить свои полномочия. Причиной такого поступка со стороны ответственных членов комиссий было то, что на невовлеченных в преступления нацистов граждан возлагалось более тяжкое наказание, чем на членов и сподвижников нацисткой партии. Одновременно с этим члены комиссии критиковали отсутствие кадровой политики при формировании комиссий с одной стороны, нехватку правовой поддержки, а также защиты чести и достоинства членов комиссий, с другой стороны. Всё это тормозило и вообще ставило под вопрос выполнение Закона 104. Американским властям нужно было заменить сложивших полномочия ответственных лиц какими-то другими, более покладистыми и менее принципиальными. А это не могло не сказаться на ходе процесса денацификации.

Если представить докризисную фазу денацификации в цифрах, то возникнет ощущение произошедшей несправедливости. По сравнению с жертвами, которые понес в войне Советский Союз, по сравнению с масштабом преступлений, совершенных нацистской Германией, наказание было явно неадекватным. Из примерно 12 миллионов жителей американской зоны оккупации 3,5 миллиона должны были быть осуждены, так как являлись членами нацистской партии НСДАП. Однако за первые 8 месяцев оккупации в лагеря для интернированных по принципу «автоматического ареста» были сосланы только 100 тысяч граждан, еще 370 тысяч уволили с работы. Однако главная проблема состояла в том, что действительно виновные всё чаще избегали наказания. Народ видел, понимал и чувствовал эту несправедливость, и виноватыми оказывались комиссии по денацификации.

Одним из самых важных действующих лиц в процессе денацификации являлся верховный комиссар от Соединенных Штатов Джон Джей Макклой. Из немецкой элиты можно выделить ключевую фигуру, близкую к антигитлеровскому заговору (заговору 20 июля 1944 года), — графиню Марион Денхоф. Также следует обратить внимание на первого канцлера ФРГ — Конрада Аденауэра. Вокруг этих публичных лиц концентрировались события, связанные с рассматриваемым процессом.

Во время образования ФРГ в американской зоне несколько раз меняются верховные комиссары, что говорит о неоднозначности американской позиции в отношении политики, проводимой в Германии. В 1949 году смена верховного комиссара в американской зоне происходит дважды: 15 мая генерал-лейтенант Клэренс Хюбнер сменяет генерала Люсиуса Клея. 24 мая 1949 года вступает в силу основной закон Федеративной Республики Германия, происходит формирование ФРГ. После этого вторая смена верховного комиссара в американской зоне оккупации не заставляет себя ждать: 2 сентября Джон Макклой сменяет Хюбнера. А уже 15 сентября канцлером ФРГ избирается дальний родственник верховного комиссара Джона Макклоя — Конрад Аденауэр. Точнее сказать, они женаты на двоюродных сестрах (с девичьей фамилией Цинсер). Эта связь новоиспеченного канцлера с имеющим полноту власти верховным комиссаром говорит о том, что волеизъявлением немецкого народа при выборах канцлера могли и пренебречь. Уже на основании этого можно делать выводы о степени демократичности передачи власти в новой немецкой демократии.

В каком направлении развивалась денацификация после кризиса в Баварии, можно судить по действиям верховного комиссара в конце периода денацификации. 31 января 1951 года Макклой принимает решение о смягчении наказания 79 военным преступникам. Многим из них смертная казнь была заменена на пожизненное заключение, сроки были урезаны, некоторые были выпущены раньше срока по состоянию здоровья и возвращены в общество. A 1 апреля 1951 г. принимается федеральный закон об отмене Закона 104 о денацификации (так называемый 131-й закон) для трех нижних степеней вовлечения в национал-социализм. Вовлеченные в национал-социализм при этом могли подать ходатайство о пересмотре их дела и переводе на более низкую ступень вовлеченности. Уже 1 июля 1951 года закон вступает в силу. Эту дату можно считать окончанием процесса денацификации.

Несколько другая динамика денацификации рассматривается в исследовательской работе У. Герхард и Г. Гантнер «Денацификация как ритуальный процесс». Рассмотрим ее подробнее. Работа носит исследовательский характер и опирается на методологию внеценностного понимания Макса Вебера. В качестве теоретического фундамента для описания процесса денацификации используются модели «Обряд перехода» Арнольда ван Геннепа и «Ритуальный процесс» Виктора Тернера.

Авторы работы выделяют три фазы процесса трансформации немецкого общества:

Динамика денацификации в фазе преследования военных преступников схематично изображена на рисунке 1.

Осужденные в ходе Нюрнбергского трибунала и постнюрнбергских процессов были приговорены как к смертной казни и пожизненному заключению, так и к ограниченному лишению свободы. Были также и оправдательные приговоры. Со временем многим из тех, кто не был казнен немедленно или не покончил с собой, приговор был смягчен. Смертная казнь была заменена на пожизненное заключение. Пожизненное заключение заменялось на ограниченное лишение свободы. Приговоренным к лишению свободы сроки сокращались. Многие преступники были освобождены досрочно и возвращены к общественной жизни. Эту схему можно представить на примере Николауса фон Фалькенхорста, военного преступника, приговоренного к смертной казни за убийство британских военнопленных. Норвежско-британский военно-полевой суд над Фалькенхорстом состоялся 2 августа 1946 года. А уже 4 декабря 1946 года Фалькенхорст был помилован по просьбе Свена Гедина. Казнь была заменена на 20 лет лишения свободы. Однако уже 13 июля 1953 года Фалькенхорст был освобожден по причине болезни, отбыв в заключении чуть меньше семи лет. Умер Фалькенхорст через 15 лет после освобождения.

Под первой фазой денацификации в исследовании «Денацификация как ритуальный процесс» понимается время практики «презумпции виновности» и «автоматического ареста». На этой фазе обвиняемый гражданин должен был доказать свою непричастность на разборе специальной комиссии, состоявшей из представителей власти союзников. Программа денацификации в этой фазе касалась тех немцев, которые не были причислены к военным преступникам. Она касалась и тех, кто, будучи национал-социалистом или милитаристом, был успешен в общественной или экономической жизни.

Программа предписывала принять следующие меры: ликвидация ведомств и учреждений, интернирование в лагеря, увольнение из общественных организаций и производственных предприятий (рисунок 2). Интернированные имели право на индивидуальный протест. Протест в большинстве случаев вел к освобождению из лагеря, но не отменял возможности предъявления последующего обвинения. Эти обвинения рассматривались позже аттестационными комиссиями по денацификации.

Под второй фазой денацификации подразумевается период времени, когда был принят Закон 104 и работали аттестационные комиссии по денацификации, до момента основания ФРГ (рисунок 3).

Как уже упоминалось в начале, в Законе 104 были прописаны 5 степеней вовлеченности в национал-социализм. Каждая степень вовлеченности вела к определенному наказанию. Но недовольные вердиктом комиссии могли подать жалобу в кассационную палату для пересмотра своих дел. Однако из-за перегруженности комиссий до пересмотра могло и не дойти. Более того, большое количество граждан просто попали под амнистии. Те же, чьи вердикты были пересмотрены, снова были перераспределены по пяти степеням вовлеченности.

К концу 1947 года комиссии уже стали массово пересматривать все попадавшие к ним случаи. Для этого были специально упрощены процедуры: для доказательства непричастности можно было даже не являться лично, а решать вопрос по переписке. К 1948 году наказания даже основным преступникам пересматривались. Их освобождали, подвергая лишь денежному штрафу. Таким образом, происходила ресоциализация национал-социалистов в немецкое общество.

По окончании процесса денацификации были подведены официальные итоги. Комиссии по денацификации провели около 950 тыс. расследований. Это не составляет и третьей части от 3,5 миллионов немецких граждан, в отношении которых должны были быть проведены расследования. При этом большая часть подозреваемых была освобождена. Основных преступников было выявлено 1600 человек, а также 21600 активистов.

Интересно посмотреть, какие выводы из этой статистики делают авторы исследовательской работы «Денацификация как ритуальный процесс». Три фазы трансформации немецкого общества приравниваются к трем фазам из модели Арнольда ван Геннепа — исследователя, который впервые сформулировал концепцию приобретения нового статуса через ритуал, который обязательно должен иметь три фазы: сепарационную, пороговую (лиминальную) и восстановительную. На основании этого делается вывод о том, что денацификация может быть рассмотрена как ритуальный процесс, а также, что американская послевоенная администрация ставила перед собой цель не наказать немецкий народ, а трансформировать немецкое общество (например, мы видим, что военные преступники не понесли должного наказания, а были возвращены в немецкое общество). Авторы исследования приходят к выводу, что наказательной денацификации в американской зоне вообще не проводилось. Целью денацификации была реабилитация всех немцев. При этом реабилитация военных преступников достигалась тем, что их возвращали в общественные структуры, то есть де-факто перемещали из прекративших свое существование нацистских структур в демократические.

Однако тут необходимо отметить, что авторы исследования «Денацификация как ритуальный процесс» забывают о том, что военные преступники не просто возвращались в структуры на равных правах, а ставились на элитные позиции. Помимо приведенных выше примеров, это хорошо иллюстрирует Рихард Гелен, руководитель разведки Третьего рейха на Восточном фронте, который стал президентом внешней разведки ФРГ в 1956 году. Такая же история произошла и с его преемником в разведке рейха на Восточном фронте Герхардом Весселем, ставшим с 1 мая 1968 года преемником Гелена и вторым президентом внешней разведки ФРГ. Ряд продолжает Эрих фон Манштейн — военный преступник, осужденный за геноцид и применение тактики выжженной земли, который впоследствии стал неофициальным консультантом правительства ФРГ по формированию бундесвера — современных вооруженных сил Германии. Хорошо известен также пример освобождения финансового магната Альфрида Круппа. Крупп, помимо того, что занимал высокие посты в НСДАП, являлся крупным промышленником, координирующим деятельность ВПК в Третьем рейхе и на территории оккупированных им стран. Он обвинялся в экономической эксплуатации захваченных земель и принужденных работников. В итоге Крупп был приговорен к 12 годам лишения свободы и с конфискацией имущества, однако был освобожден Джоном Макклоем, не отсидев и четырех лет и вернув свое имущество.

Не менее показательно и то, что дети нацистских преступников получают высокие элитные позиции в обществе. Например, сын военного преступника Эрнста фон Вайцзеккера Рихард фон Вайцзэкер становится президентом ФРГ. А двоюродный племянник военного преступника генерал-фельдмаршала Альберта Кессельринга, осужденного за убийства итальянских заложников, — Райнер Кессельринг — становится вице-президентом Федеральной разведывательной службы Германии (БНД). Не забудем и вице-президента БНД, а позднее посла Германии в Российской Федерации Рюдигера фон Фрича, сына эсэсовца с хорошо затертой биографией. Еще одним таким элитарием является Арндт Фрейтаг фон Лорингофен — сын Бернда Фрейтага фон Лорингофена, доверенного лица Гитлера. Бернд Фрейтаг фон Лорингофен провел в бункере с фюрером его последние дни, но, вероятно, из-за причастности своего родственника Весселя Фрейтага фон Лорингофена к заговору генералов (состоявшегося 20 июля 1944 года), не попал в категорию военных преступников и стал впоследствии бригадным генералом бундесвера. При этом его сын Арндт Фрейтаг фон Лорингофен стал вице-президентом БНД, затем послом в Чехии, а в конце октября 2016 года был назначен руководителем разведки НАТО.

Таким образом, мы видим, что даже в немецком научном сообществе отвергается тезис о наказательном характере денацификации и выдвигается гипотеза о том, что американцы ставили перед собой цель трансформировать немецкое общество, не наказывая его. Это хорошо объясняет, почему американцев обвиняют в том, что денацификация не являлась эффективной и не достигла своих заявленных целей (освобождение Германии от национал-социализма и милитаризма). В то же самое время, необходимо отметить кризис денацификации 1947 года и то, что нацистские военные преступники, а также их дети получили высокие элитные позиции в немецком обществе. Получается, что люди из простого народа вынуждены были терпеть лишения за преступления нацистских элитариев, к которым не просто отнеслись снисходительно, а на самом деле вернули к власти. То есть денацификация была реализована по принципу, хорошо описываемому немецкой поговоркой о разбойниках: «Маленького повесили, большого отпустили».

Допуская довольно сильное обобщение можно сказать, что простые немецкие люди прошли через трансформацию денацификации и поверили в демократию, но немецкая элита по большей части либо осталась связанной с фашизмом, либо попала в подчиненное положение к фашистским элитариям.