Тяни, детка, тяни!
Обзор ключевых событий недели
Ватсон, токайского!
Согласно данным американского инвестиционного банка Goldman Sachs, глобальный риск конфликтов достиг самого высокого уровня с середины 1960-х годов.
Если посмотреть на опубликованный этим весьма уважаемым финансовым учреждением график (Рис. 1), то видно, что текущие показатели фрагментации и рисков уже превысили значения времен холодной войны. А вся логика наблюдаемых событий говорит в пользу того, что конфликтность будет только нарастать. География конфликта вокруг Ирана расширяется, Европа стремительно вооружается, а Украина (или те, кто стоит за ее спиной) предпринимает попытки объединить эти два ТВД в один. Вдобавок в Восточном Средиземноморье зреет еще один масштабный и, по-видимому, долгоиграющий конфликт с участием как минимум Греции, Турции, Франции и Израиля.
Кстати, на днях французская газета L’Express опубликовала очередную агитку о том, как русские мечтают напасть на Европу, рассмотрев аж пять различных сценариев. Причем в этот раз даже указав конкретные даты нападения в каждом рассматриваемом случае. Обсуждать абсурдность этих сценариев нет смысла, зафиксируем лишь то, что градус запугивания доверчивого европейского населения вышел на новый уровень.
Однако наиболее обсуждаемым событием последних дней стало на первый взгляд несколько странное заявление казахстанского президента Касым-Жомарта Токаева с призывом урегулировать конфликт на Украине. Странное оно как минимум своей нарочитой неуклюжестью, поскольку Токаев явно умнее, чем произнесенный им текст, но тут гораздо важнее контекст самого заявления, нежели его формулировки.
Сразу же отметим, что Токаев несколько раз подчеркнул, что говорит не от себя, а по просьбе неких не называемых им партнеров. Что тоже не вполне соответствует действительности, поскольку у Астаны есть свой весомый интерес, связанный с конфликтом на Украине.
Однако о своих задетых интересах Токаев вполне мог сообщить Путину приватно в кулуарах, не вынося сор из избы. Но Кремль сделал все, чтобы этот сигнал Токаева был услышан массовой аудиторией. Причем без обсуждений и дискуссий: пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков практически мгновенно ответил Токаеву (и партнерам), не оставив для дискуссии места.
Казахстан — важный экономический партнер России, через него, в частности, идет довольно значительная часть параллельного импорта, также территория Казахстана — часть китайского «Нового шелкового пути», поэтому ссориться с Астаной нам никак не с руки, при всех наших издержках от токаевской «многовекторности». Впрочем, Токаев не первый руководитель дружественных нам стран, который призывал к примирению. Ранее это делал Лукашенко, которого Зеленский тоже активно провоцировал втянуться в войну. Потерпев неудачу, Киев переключился на Казахстан.
Дело в том, что атаки ВСУ по российском судам и портам на юге, в частности по инфраструктуре Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), сильно ударили по экспортным возможностям и России, и Казахстана.
После того как несколько нефтетанкеров были атакованы украинскими дронами, КТК приостановил работу, поскольку переваливать нефть стало крайне затруднительно. А через КТК, напомним, идет более 80% экспорта казахской нефти. Вместе с металлами и рудой через российские порты проходит до половины всей экспортной выручки Казахстана.
Еще один пострадавший от остановки КТК — Румыния, куда Казахстан поставляет 63% импорта сырой нефти. А дефицит топлива в разгар уборочной сулит большие проблемы не только румынам.
Вслед за этим Казахстан был вынужден сократить добычу нефти, что подстегнуло цены на черное золото. Однако не вся так называемая казахская нефть на самом деле является таковой. Совладельцами КТК и казахских месторождений являются американские нефтегиганты Chevron и ExxonMobil. Chevron принадлежит 15% КТК и 50% крупнейшего нефтяного месторождения Казахстана Тенгиз. По оценке компании, длительные перебои в работе трубопровода могут вынудить ее сократить добычу на месторождении и поставить под угрозу многомиллиардные доходы от проекта. Так что удары украинских дронов — это удары по американской экономике в том числе. О чем недавно заявил пресс-секретарь Песков.
По данным западных СМИ, Chevron уже пожаловался Трампу на действия Киева, после чего Вашингтон потребовал от украинских властей прекратить удары по КТК и по танкерам, вывозящим «казахскую нефть». И вообще бить только по российским судам.
И тут начинается главная интрига.
Во-первых, понять, чье на самом деле то или иное судно, достаточно трудно. Флаг может быть любой, порт приписки тоже, команда и капитан многонациональны. Значит, либо надо вообще запретить ВСУ атаковать танкеры с нефтью, либо снабжать их точной оперативной информацией о судах. Может ли обычный дрон отличить одно судно от другого, вопрос отдельный, но допустим, что может. Тогда все упирается в разведданные. А разведданные у ВСУ, как известно, на 99% — с американских спутников. С последующей обработкой, в том числе и с помощью Palantir. Ну, чтобы был частный посредник, а государство США было формально не при делах.
Тогда получается, что Palantir руками украинцев воюет с Chevron и ExxonMobil. Или, обобщая: технофеодалы Кремниевой долины гадят американской нефтянке, то есть Рокфеллерам. (Знаменитая рокфеллеровская Standard Oil, будучи разделенной в начале ХХ века на части по антимонопольному законодательству, по сути, возродилась в лице ExxonMobil.) Пикантный сюжет американской политики перед выборами в конгресс.
Во-вторых, в этом сюжете с казахской нефтью есть еще один игрок — Азербайджан.
Примерно в те же дни, когда украинские дроны атаковали КТК, президент Азербайджана Ильхам Алиев, будучи в Германии, на совместной пресс-конференции с канцлером ФРГ Фридрихом Мерцем заявил, что Азербайджан готов заменить российскую нефть на европейском энергорынке, если европейские банки возобновят финансирование нефтегазовых и инфраструктурных проектов.
Но российская нефть и нефтепродукты с начала СВО не поступают в Европу, за исключением Венгрии и Словакии. А добыча нефти в самом Азербайджане с пиковых значений 2010 года сократилась почти вдвое — на 45%, старые месторождения исчерпываются, а разработка новых обходится дороже. А вот поставки казахской нефти в Европу в обход России через Азербайджан вполне себе вариант. Возможно, именно его имел в виду Алиев?
Казахская нефть через Азербайджан уже экспортируется в Турцию. Сначала ее везут в Баку по Каспию, а оттуда по трубопроводу Баку — Тбилиси — Джейхан. Но пока объемы небольшие — 1,5 млн тонн в год. Для сравнения — через КТК проходит 70 млн тонн в год. Поэтому у Токаева, а точнее у Chevron и ExxonMobil, добывающих нефть в Казахстане, появляется альтернативный маршрут доставки нефти в Европу, а у США — еще один рычаг давления на европейский энергорынок. Алиев предлагает Европе раскошелиться и проложить новые трубы, расширив экспортные возможности Казахстана и Азербайджана, но сливки с этого проекта будут снимать американцы. Азербайджан же получит плату за транзит и статус энергетического хаба.
Уже давно обсуждается проект строительства Транскаспийского нефтепровода из Казахстана в Азербайджан и Транскаспийского газопровода из Туркмении. Пока на уровне идеи. В обоих случаях против строительства резко выступают Россия и Иран, которые в военном плане контролируют Каспийское море. Но Россия и Иран в данный момент заняты военными действиями, и вполне возможно, что «партнеры» Токаева, от лица которых он предложил урегулировать украинский конфликт, сочли момент подходящим, чтобы разменять условный мир на Украине на означенные трубопроводы.
Также в ходе визита в Берлин Алиев косвенно подтвердил факт якобы состоявшейся встречи высокопоставленных немецких и российских представителей в Баку. Вполне возможно, что разговор шел именно о таком обмене.
Похоже, очень многим хочется связать вместе конфликт на Украине и войну США с Ираном в одну большую переговорную позицию, чтобы решить хотя бы часть проблем.
И в этом смысле провокации Зеленского с ударами по иранскому судну в Каспийском море с последующими извинениями — из этой же серии. Ирану не нужен еще один противник в лице Украины, ему вполне хватает соседей и США. А вот Украина активно развивает сотрудничество со странами Персидского залива, находящимся в контрах с Ираном, тем же Катаром и ОАЭ. Регион готовят к большой войне, и не надо быть Goldman Sachs, чтобы это увидеть.
Каким ты хочешь быть Востоком
Как и предполагалось, новый виток обострения на Ближнем Востоке оказался связан с блокадой Баб-эль-Мандебского пролива, через который идет около 12% глобального морского трафика. Хуситы, опекаемые Ираном, пообещали заблокировать пролив для прохода саудовских танкеров.
Начиная с 23 июля хуситы атакуют не только саудовские танкеры в Красном море, но и инфраструктуру королевства, связанную с добычей и экспортом нефти. Наиболее мощный удар, насколько можно судить, пришелся по саудовскому НПЗ в Джизане, куда прилетело сразу несколько ракет, которые саудовская ПВО (на самом деле, американская) перехватить не смогла. После чего начался сильный пожар.
Своими ударами хуситы обнулили ставку саудовцев на нефтепровод «Восток — Запад», который рассматривался Эр-Риядом как альтернативный маршрут на случай закрытия Ормузского пролива. Теперь саудовцев зажимают между двумя проливами и одновременно толкают к участию в большой ближневосточной войне. Отдельный вопрос, кто именно сооружает войну в регионе и зачем.
Первый маркер начавшегося процесса эскалации — в середине июля госдепартамент США призвал своих сограждан покинуть все страны региона, что обычно означает эскалацию уже в ближайшем будущем.
Второй маркер грядущей эскалации — это соглашение саудитов с США по поводу обогащения урана. Возня вокруг него развернулась нешуточная, некоторые эксперты полагают, что это пролог к легитимации саудовского ядерного оружия. Другие склонны видеть в этом некие уступки американцев в ущерб Израилю. Пока процесс довольно мутный, и чем все закончится, неясно. Но любая атомная станция в пределах досягаемости иранских или хуситских ракет — это большой риск для всего региона.
Другой вопрос, что есть Пакистан с его ядерным оружием и оборонным соглашением с Саудовской Аравией о взаимопомощи в случае нападения на одного из них. Вдобавок курсируют слухи о том, что Израиль и Индия спонсируют афганских и пакистанских талибов, чтобы натравить на Иран. А значит, Пакистан тоже не останется в стороне.
Третий маркер — это недавнее интервью Sputnik Iran члена комиссии по нацбезопасности и внешней политике парламента Ирана Ахмада Бахшаеша Ардестани. Он, в частности, заявил, что Ирану необходимо создать ядерную бомбу, чтобы исключить риск ликвидации руководства страны. Без ядерного зонтика лидеры будут вынуждены постоянно находиться в глубоком подполье. Для Ирана это единственный способ остановить войну на истощение.
По его словам, сейчас идеальный момент для того, чтобы обзавестись ЯО, поскольку Иран уже находится в состоянии войны с США, и радикально ситуация не ухудшится.
А 25 июля New York Times сообщила, что американские спецслужбы пришли к выводу, что новый верховный лидер Исламской республики Моджтаба Хаменеи гораздо больше, чем его отец, заинтересован в создании ядерного оружия. То есть американцы своими действиями радикализуют иранские элиты, да и не только их. Впрочем, даже если Иран обзаведется ядерным оружием (а, по оценкам экспертов, на это нужны считанные месяцы), то целями атак могут быть только страны Ближнего Востока. То есть США ничем не рискуют, разве что и так уже сильно пострадавшими военными базами где-нибудь в Бахрейне. А вот арабы и Израиль — очень даже подходящая цель для Ирана. Или для операции под чужим флагом, чтобы спровоцировать обмен ядерными ударами. Сценарий хоть и маловероятный, но, учитывая поведение Трампа, вовсе не невозможный.
Вывод из всего этого простой: рано или поздно большинство стран Ближнего Востока обзаведутся ядерным оружием. А в этом случае у американцев будут абсолютно развязаны руки, чтобы превентивно нанести ядерный удар. Хотя бы и тактическим ЯО. Администрация Трампа время от времени подогревает такие настроения, делая двусмысленные заявления. А значит, внутренний моральный запрет на применение ЯО уже по факту снят.
А еще есть Турция с ее амбициозными планами как в отношении Черного и Средиземного морей, так и Ближнего Востока. Сама Турция пока недостаточно сильна для реализации этих амбиций, но капля камень точит. Конфликт вокруг Ирана нарушил хрупкий баланс в регионе, открыв возможность для его полномасштабного переформатирования. Хотя первой ласточкой было, конечно, крушение режима Асада в Сирии. При самом активном участии Анкары и явно в пику Израилю. Который, помогая свергнуть Асада, получил вокруг себя суннитское море, все более тяготеющее к исламизму халифатистского толка.
Израильский военно-политический аналитик Джонатан Спайер отмечает, что Турция, Катар и Пакистан превращаются в мощный суннитский альянс, открыто противостоящий Израилю. Также просматриваются попытки втянуть в этот альянс саудитов и египтян.
Турция — ключевой спонсор суннитского исламистского режима нового президента Сирии Ахмеда аш-Шараа. В соглашении, подписанном 13 августа 2025 года, Анкара взяла на себя роль по подготовке и формированию новой сирийской армии и сил безопасности. Цель — к 2030 году создать армию численностью в 200 тыс. солдат.
По имеющимся данным, в создаваемых турками сирийских военных структурах доминируют суннитские исламистские командиры, многие из которых напрямую связаны с Турцией, а также лица, находящиеся под санкциями минфина США за участие в террористических организациях. Другими словами, в Сирии турки создают формально государственную армию, но контролируемую исламистами. Своего рода ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) 2.0. Только уже международно признанный и имеющий в союзниках США и Турцию. Но цель у нового ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) та же, что и у старого — создание нового халифата на территории Сирии, Израиля, Ливана и Ирака. А дальше как пойдет — хоть в Иран, Пакистан и Индию, хоть в Среднюю Азию.
И немного конспирологии. Во всех зарубежных поездках и важных встречах президента Сирии аш-Шараа неизбежно сопровождает некий таинственный бородач. И некоторые эксперты, глубоко погруженные в тему, считают, что это бывший лидер ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) Абу Бакр аль-Багдади, которого американцы якобы убили несколько лет назад, а на самом деле просто вывели на скамейку запасных. И что вся история стремительного обрушения режима Башара Асада — это фактически реванш ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) 1.0, отданный на аутсорс туркам.
Отметим, что Турция — крупнейший торговый партнер нового сирийского режима. Турецкий экспорт в Сирию находится на рекордном уровне, и обе страны стремятся к годовому объему торговли до $10 млрд.
Новая Сирия, под чутким руководством Анкары стремительно превращающаяся в ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) 2.0, — это еще одна головная боль Израиля, впридачу к Ирану.
Но одной Сирией аппетиты Анкары не ограничиваются, турки активно работают и с Палестиной, и с Ливаном, и на Балканах, не говоря уже про Украину.
Офис палестинского движения ХАМАС в Турции и другие объекты движения используются для планирования и руководства атаками, а также для сбора и перемещения средств. Представители ХАМАС путешествуют по миру по турецким паспортам. А поскольку ХАМАС — это палестинский филиал «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), то тут уже торчат не только турецкие, но британские уши. Порой возникает подозрение, что Израиль и был нужен только для того, чтобы стать спусковым крючком для взрыва во всем регионе. Войну одновременно с Сирией, Ираном и Ливаном Израиль явно не потянет, если только не применит ядерное оружие, хотя бы в качестве орудия возмездия. А оно у него есть.
В Ливане Турция в последние годы ведет скрытую и систематическую работу по наращиванию влияния, сосредоточив свои усилия на суннитском городе Триполи на севере страны и на туркменской общине в Аккаре.
За последнее десятилетие Анкара развила тесное стратегическое партнерство с Катаром. Турция — крупный импортер катарского газа. Турция поддерживает постоянную военную базу в Катаре. Обе страны поддерживают движения политического ислама в регионе. Катар — один из главных спонсоров «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).
Третье слагаемое суннитской триады — Пакистан.
Турция вливает значительные инвестиции в Пакистан и последовательно голосует в ООН вместе с Исламабадом по таким чувствительным для него вопросам, как статус спорного штата Кашмир. На более глубоком уровне обе страны разделяют схожую националистическую направленность с исламистским оттенком и траекторию исторического сближения с Западом — в первую очередь с Великобританией, которая становится одной из движущих сил переформатирования региона. В идеале Лондон хотел бы вернуть Ближний Восток под свое крыло, вытеснив оттуда американцев. Но и американцы прекрасно понимают игру своих собратьев, отступая и хаотизируя оставляемые позиции.
Огромные финансовые возможности Катара, обычные военные возможности Турции и ядерный потенциал Пакистана вместе образуют мощную комбинацию.
Не грех напомнить, что в середине июля в Киев приезжал глава МИД Турции Хакан Фидан (в прошлом руководитель турецких спецслужб) и на пресс-конференции с главой МИД Украины Андреем Сибигой заявил, что Турция обеспечит будущие гарантии безопасности для Украины на море.
Это заявка Анкары по итогам СВО стать хозяином Черного моря, чего не было с момента заключения Кючук-Кайнарджийского мира (1774 год), когда Россия выбила у Османской империи выход к морю и право держать там свой флот. У Турции сейчас серьезный флот: 17 фрегатов, а наш Черноморский флот стоит у стеночки, выдавленный ударами украинских дронов. Так турки без единого выстрела возвращают себе утраченные 250 лет назад позиции.
При этом Турция активно взаимодействует с причерноморскими странами и восстанавливает свое влияние на Балканах и в Закавказье.
Аэропорты Приштины и Скопье построены и управляются турецкими холдингами, дороги в Боснии и Северной Македонии строят турки, турецкие банки открывают отделения там, где сто лет назад стояли османские гарнизоны. Через свои инструменты мягкой силы, такие как Агентство по сотрудничеству и координации (TİKA) и Управление по делам религии Турции (Диянет), турки реставрируют османские мечети и мосты. В Албанию и Косово Турция поставляет беспилотники, оставаясь важным торговым партнером для враждующей с ними Сербии.
Через Азербайджан и Грузию идет Срединный коридор. Турки управляют аэропортами Тбилиси и Батуми, турецкий бизнес — крупнейший инвестор в Аджарии, товарооборот с Грузией сопоставим с российским, а с Азербайджаном — давно его опережает. В случае реализации транзитного маршрута через Сюникскую область Армении Анкара получит прямой сухопутный выход к Каспию и дальше в Среднюю Азию.
А Россия свое былое влияние в этих регионах утрачивает.
