После провала путча 15 июля 2016 года было арестовано более 9 тысяч подозреваемых в соучастии, и начались масштабнейшие чистки в среде госслужащих, журналистов, судейском корпусе, сфере образования, но в первую очередь — в армии и полиции

Турция. Неоосманский синдром. Часть I

Александр-Габриэль Декамп. Янычары патрулируют Смирну. 1831
1831Смирну.патрулируютЯнычарыДекамп.Александр-Габриэль
Александр-Габриэль Декамп. Янычары патрулируют Смирну. 1831

Вот уже много месяцев тема неожиданных поворотов в политике Турции звучит в мировых СМИ все громче и тревожнее. Если совсем недавно эта тема была окрашена в основном в «сирийские цвета», то сегодня она стала и намного разноцветнее, и намного многоплановее.

Так что же в Турции и с Турцией происходит?

Сжатый, но по необходимости объемный исторический экскурс

Происходящее сегодня в Турции неразрывно связано с личностью президента страны Реджепа Тайипа Эрдогана. Который, по сути, уже давно производит масштабнейшую ревизию политического наследия Мустафы Кемаля Ататюрка. Того самого, который, после разгрома Османской империи (халифата и султаната) в Первой мировой войне, направил Турцию по пути строительства светского национального государства.

Мустафа Кемаль сумел пересмотреть крайне болезненный для обломков халифата Севрский мирный договор 1920 года, заключенный с победителями султаном Мехмедом VI, по которому Турция потеряла почти все свои коренные территории, в том числе все арабские и курдские земли, а также проливы. Он заключил в 1923 году новый Лозаннский мирный договор, по которому Турция сохраняла за собой Восточную Фракию (то есть важнейший кусок территорий в Европе) и проливы, а также другие земли, отнятые у нее по Севрскому договору, но взамен официально отказывалась от каких-либо притязаний на остальные земли халифата: Аравию, Египет, Судан, Ливан, Сирию, острова в Эгейском море, Ливию (Триполитанию и Киренаику), а также на Месопотамию, Палестину и Трансиорданию.

Страна была официально объявлена Турецкой республикой. Созданная Кемалем единственная правящая Народно-республиканская партия (НРП) подкрепляла свою власть опорой на армию как гаранта целостности и жизнеспособности светского национального государства.

А переход к такому государству был очень непростой. Поскольку в молодой республике неоднократно возникали восстания как пантюркистов (за отвоевание прежних территорий империи и возвращение халифата), так и исламистов (за спасение священной веры ислама и восстановление шариата).

На съезде НРП в 1931 году Кемаль объявил шесть принципов новой государственной идеологии, которую далее назвали кемализмом, а в 1937 году официально закрепили в конституции Турции. Эти принципы включали:

  • республиканизм как форму правления;
  • народность как опору власти на широкие массы;
  • национализм как подчеркивание единства нации (на деле — попытку учредить моноэтничность) турок;
  • светскость (как отрицание ведущей роли религии в государственном строительстве и политике, отделение ислама от государства);
  • этатизм (ведущая роль государства в определении экономической политики и контроле в экономике);
  • реформизм (курс на прогресс, просвещение общества и борьбу с пережитками, тормозящими развитие).

Этот курс и эту идеологию Турция в основном сохраняла в дальнейшем, и даже после смерти Мустафы Кемаля в 1938 году официально присвоила ему титул Ататюрка (отца турок).

Во Второй мировой войне Турция сначала в 1939 году заключила с Францией и Великобританией Договор о дружбе и взаимопомощи, затем 18 июня 1941 года с Германией — Пакт о дружбе и ненападении, а далее объявила о своем нейтралитете в войне. Однако при этом уже в 1941 году Турция, вопреки Конвенции Монтрё, начала пропускать германские и итальянские боевые корабли через проливы в Черное море (против СССР) и стала снабжать Германию стратегическим сырьем, в том числе хромовой рудой. А в 1942 году Турция сосредоточила на границе с СССР ударный кулак из 26 боеготовных дивизий, отвлекая советские войска с главных фронтов.

Тем не менее в марте 1945 года Турция официально присоединилась к антигитлеровской коалиции, объявив войну Германии и Японии, и тем самым избежала военных репараций и возможных территориальных потерь.

В 1947 году Турция присоединилась к антисоветской доктрине президента США Трумэна «О поддержке «свободных народов, противостоящих давлению вооруженного меньшинства или давлению извне» и начала получать от Америки огромное финансирование своего военного строительства — поставки современных вооружений, строительство инфраструктуры, аэродромов и военно-воздушных, военно-морских и ракетных баз. А в 1952 году Турция вступила в НАТО и стала главной (и тогда практически единственной) опорой южного фланга альянса.

В 1950 году оппозиционная происламская Демократическая партия (ДП) выиграла выборы и тут же практически раздавила доселе несменяемую правящую кемалистскую НРП: ее имущество и средства были национализированы по обвинениям в противоправных действиях. А далее ДП развернула мощную кампанию реисламизации Турции: введение ислама в обязательную школьную программу, создание религиозных школ, строительство новых мечетей и медресе.

В 1960 году в результате студенческих протестов против исламизации в Стамбуле и их кровавого разгона полицией страна фактически оказалась на грани гражданской войны. В этих условиях гарнизон Анкары под руководством полковника Алпарслана Тюркеша совершил военный переворот и объявил о создании Комитета национального единства (КНЕ) во главе с командующим Сухопутными войсками генералом Джемалем Гюрселем. КНЕ распустил парламент, арестовал правительство, запретил деятельность политических партий. Некоторые деятели ДП были осуждены, а премьер-министр от ДП Мендерес и два его министра — казнены.

КНЕ при подготовке следующих выборов изменил Конституцию, ужесточив антиисламские запреты, усилив исполнительную власть, превратив однопалатный парламент в двухпалатный, а также создав Конституционный суд и Совет национальной безопасности. Заодно был радикально вычищен высший командный состав армии: из 255 действующих генералов чистку смогли пройти только двадцать.

Однако парламентские выборы 1961 года вернувшаяся под эгидой КНЕ партия НРП выиграла с минимальным перевесом над преемницей ДП, Партией справедливости (ПС) и в результате оказалась вынуждена создавать с исламистами из ПС коалиционное правительство. Тем не менее главные властные посты КНЕ получил: глава КНЕ Гюрсель стал президентом, а лидер НРП Исмет Иненю возглавил правительство. Но следующие выборы в 1965 и 1969 годах исламистская Партия справедливости выиграла с очень убедительным перевесом.

В январе 1970 года от ПС отделилась отчетливо происламская Партия национального порядка (ПНП) Неджмеддина Эрбакана, а из НПР выделилась праворадикально-халифатистская Партия националистического действия (ПНД) Алпарслана Тюркеша. Далее, по сути, обе эти партии, происламская и праворадикально-халифатистская, меняя свои названия, фактически в основном определяли политику Турции, в то же время неуклонно ее трансформируя в антикемалистском направлении.

В частности, Тюркеш создал под эгидой своей ПНД молодежное ультраправое националистическое (фактически — неофашистское) халифатистское движение под названием «Бозкурт» (в переводе — «Идеалисты»), более известное как «Серые волки». Главными идейными принципами организации являются тезисы о превосходстве тюрок как этноса или даже расы, хотя турками признаются и те, кто разделяет мировоззрение, культуру и цель создания Великого Турана, а также исповедует ислам. «Бозкурт» отметилось широким участием в НАТОвской секретной антикоммунистической боевой сети «Гладио», и в том числе крупными терактами по всему миру, а далее вооруженными нападениями и терактами против этнических меньшинств в Турции, особенно против курдов.

Борьба между исламистами и националистами-халифатистами сделала политическую власть в Турции крайне неустойчивой. В следующее десятилетие, с 1971 до 1980 года, в стране сменилось 11 правительств, и все более отчетливо пахло гражданской войной.

В сентябре 1980 года в Турции произошел военный переворот, власть захватил Совет национальной безопасности во главе с начальником Генштаба генералом Кенаном Эвреном. Парламент был распущен, деятельность всех политических партий запрещена, депутаты лишены неприкосновенности.

В 1983 году СНБ принял новый закон о политических партиях, по которому ограничивались права центральных комитетов и лидеров партий, поощрялась деятельность внутрипартийных оппозиций, вводилась необязательность партийного подчинения при голосованиях, запрещались политическая деятельность в вузах и участие студентов в политической борьбе; для вступления в партию вводился возрастной ценз 21 год.

Кроме того, на лидеров четырех тогдашних ведущих партий — Эрбакана, Тюркеша, Бюлента Эджевита и Сулеймана Демиреля — был наложен запрет на политическую деятельность на 10 лет (фактически его сняли через 4 года). Сильнее всего пострадали главные антикемалисты», лидеры ПНС и ПНД. Они были арестованы, партийное имущество конфисковано в пользу государства. Эрбакану было предъявлено обвинение в использовании ислама в политических целях, а Тюркешу — в создании незаконной вооруженной организации и подготовке госпереворота. При этом ПНД Тюркеша (около 1700 отделений в регионах, около миллиона сторонников, тренировочные лагеря и склады с оружием по всей стране) была разгромлена в специальной военно-полицейской операции.

В июне 1983 года был принят Закон о выборах, который устанавливал 10%-ный порог прохождения в парламент. А на выборах в ноябре победу одержали кемалисты: новосозданная праволиберальная светская националистическая Партия отечества (ПО) Тургута Озала (получила 45% голосов) и Народная республиканская партия (НРП) (с 30% голосов).

Однако этот успех кемалистов был недолгим.

К началу 1970-х годов происламские партии поддерживало не более 11% населения. Но в середине 1990-х годов за исламистов голосовало уже вдвое больше избирателей. В июле 1996 года лидер исламской партии «Рефах» Неджметтин Эрбакан возглавил правительственную коалицию, и всего за год успел провести через парламент крупный пакет происламских законов: приравнял дипломы выпускников исламских институтов к светским, сократил рабочие часы в священный месяц рамадан, разрешил женщинам в государственных и учебных заведениях ходить в хиджабе и т. д. Кроме того, при Эрбакане наметился быстрый рост происламских настроений в силовых структурах, в том числе в жандармерии.

В феврале 1997 года президент Сулейман Демирель в официальном послании Генштабу заявил, что деятельность правительства угрожает светскому строю и стабильности в стране. Генштаб ответил «20 требованиями» к правительству, в том числе отказу от всех мусульманских нововведений, борьбе против исламского фундаментализма и признанию Эрбаканом сугубо светского характера турецкого государства.

Далее правительство Эрбакана под давлением президента и армии ушло в отставку, а в январе 1998 года Конституционный суд Турции принял решение о роспуске партии «Рефах» и судебном преследовании ряда ее функционеров. Мэр Стамбула Реджеп Эрдоган, как один из лидеров «Рефах», получил 4 месяца тюрьмы «за проявление исламистских настроений» — и приобрел в среде исламистов серьезный дополнительный политический капитал. После того как в 2001 году была запрещена преемница партии «Рефах» — «Фазилет» («Партия добродетели»), Эрдоган из осколков этих партий собрал новую Партию справедливости и развития (ПСР), которую определил как «партию исламской демократии». И которая в 2002 году уже выиграла парламентские выборы (после чего Эрдоган с 2003 года возглавил правительство), а далее уверенно побеждала и в 2007, и в 2012 годах.

После парламентских и президентских выборов 2007 года представители ПСР заняли все ключевые властные посты: президента, премьер-министра и спикера парламента.

Освобождение от политических конкурентов

Наиболее действенными средствами борьбы Эрдогана с политическими конкурентами — гражданскими и военными — стали, конечно, громкие судебные процессы.

В октябре 2008 года ПСР начала судебный процесс по делу «Эргенекона» — тайной националистической организации, которую обвинили в попытке свержения законной власти. Следствие арестовало сотни представителей политических и общественных организаций, профсоюзных лидеров, военных, журналистов, преподавателей и ректоров университетов. Процесс завершился в августе 2013 года очень суровыми приговорами — вплоть до пожизненного тюремного заключения. Из 275 обвиняемых оправдали лишь 21 человека.

Еще один крупный процесс о заговоре был начат ПСР в январе 2010 года по делу «Бальоз» по обвинению о готовящемся госперевороте с целью свержения правительства Эрдогана. Якобы план командующего Первой полевой армией генерала Четина Догана включал взрывы в двух стамбульских мечетях, крушение турецких самолетов над Эгейским морем с обвинением в этом Греции, распространение слухов о начале войны с Грецией, введение в стране режима чрезвычайного положения и захват власти. Судебный процесс завершился в сентябре 2012 года. 322 военных были признаны виновными и получили приговоры к тюремному заключению сроком от 13 до 20 лет.

Однако судебный инструмент в борьбе ПСР и Эрдогана с конкурентами стал не единственным и, возможно, не главным. Не менее действенными оказались инструменты исламского управления и контроля — джамааты.

В 2012 году Эрдоган объявил, что главная задача турецкой системы образования — воспитание «благочестивого поколения», и тогда же правительство ПСР провело крупную реформу системы образования. В ее ходе были существенно расширены права выпускников религиозных школ имам-хатибов, в программы светских учебных заведений были введены обязательные курсы изучения Корана и Сунны, а также уроки арабского языка. Началось систематическое вытеснение государственных светских школ новыми школами с обстоятельными исламскими составляющими учебных программ. И затем — неуклонное обновление политической элиты молодежью, воспитанной на принципах «благочестивого поколения».

Готовыми структурами для вовлечения в политику такой молодежи стали джамааты — исторически сложившиеся в Турции религиозные общины, которые ранее возникли в основном вокруг суфийских вероучителей — шейхов течений (тарикатов) Накшбандийя и Мехлевийя. Джамаат — объединение группы мусульман с целью совместного изучения ислама, совершения религиозных обрядов, толкования религиозных догм, ориентации в текущей (в том числе политической) жизни общины.

Однако в Турции успешно действуют не только суфийские джамааты. Не менее влиятельными стали джамааты, складывающиеся вокруг общин «Братьев-мусульман» (БМ) (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

Исламское течение «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) было основано в 1928 году в Египте вероучителем Хасаном аль-Банной и затем в 1950 году, после смерти аль-Банны, оказалось подхвачено другим исламским авторитетом, Сейидом аль-Кутбом. БМ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — это не просто религиозная, а именно религиозно-политическая организация, уделяющая особое внимание и мягкому суфизму, и политике, и экономике, и, главное, что привлекает сторонников, социальной деятельности (создание и финансовая поддержка школ, больниц, центров помощи неимущим и т. д.).

В Турции БМ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) обосновались в основном после Второй мировой войны, в том числе в результате эмиграции сторонников БМ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) из арабских стран, которые в 1950-х годах встали на путь секулярного национализма и социализма. БМ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) оказались очень успешны и востребованы исламскими партиями, особенно при Эрдогане. Вплоть до того, что его ПСР эксперты иногда называют партией «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

В сегодняшней Турции джамааты имеют очень большое влияние на культуру, политику, экономику и религию республики и оказываются в значительной мере инструментами социального и политического контроля, пронизывающего всё общество.

Отметим, что не все джамааты в Турции действуют в русле политики Эрдогана. В частности, одним из самых серьезных оппонентов Эрдогана является специфический суфийский джамаат Фетхуллаха Гюлена. Который задолго до Эрдогана выдвинул и реализует свой образовательный проект «золотого поколения» — высокообразованных во всех науках молодых мусульман, открытых миру и высококонкурентных на любых мировых рынках труда. Для реализации своего проекта Гюлен создал международное движение «Хизмет», школы Гюлена существуют в десятках стран мира и пользуются популярностью и авторитетом. Сам Гюлен с 1998 года находится в эмиграции в США «на лечении», а Эрдоган регулярно (и пока безуспешно) требует от США его выдачи в Турцию как преступника.

Тем не менее, несмотря на растущую мощь управления через ислам и джамааты, о судебной дубинке и административном ресурсе Эрдоган тоже не забывает.

В конце 2013 года в Турции разразился большой коррупционный скандал. Управление по борьбе с финансовыми преступлениями в ходе операции «Большая взятка» арестовало свыше 50 чиновников, после чего Эрдоган сменил в своем правительстве сразу десять министров. Но заодно назвал саму операцию заговором, направленным на дискредитацию и раскол правительства, и уволил более 2000 сотрудников, участвовавших в антикоррупционном следствии.

Летом 2013 года Эрдоган провел показательную символическую операцию окончательного разрыва с кемализмом, санкционировав вырубку Парка Ататюрка и снос здания Культурного центра Ататюрка в Стамбуле. Протесты против этой акции выплеснулись далеко за пределы Стамбула, прошли в половине регионов страны и приняли открытый политический характер. Демонстранты называли себя солдатами Ататюрка, выступали против исламизации страны, обзывали Эрдогана диктатором и падишахом, требовали его немедленной отставки. Протесты были решительно подавлены полицией.

И в том же 2013 году турецкие газеты (напомним, вполне подконтрольные власти правящей ПСР), вдохновленные недавней победой ставленника БМ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) на выборах в Египте Мухаммеда Мурси и поражениями Башара Асада в соседней Сирии, писали, что пора возвращать Турции ее провинции, незаконно отторгнутые от империи более ста лет назад. Наиболее откровенной оказалась очень влиятельная газета «Миллиет» (Milliyet), которая еще в марте 2013 года напечатала карту необходимых территориальных «возвращений» Турции. На этой карте в «новую Турцию» вошли иракские Мосул и Киркук, сирийский Халеб (Алеппо), Кипр и другие острова на Эгейском море, Восточная Греция, включая Салоники, часть болгарских Родоп с черноморским побережьем, Кырджали и Варной, а также грузинский Батум.

В 2014 году Эрдоган решился поменять Конституцию и учредить выборы президента не парламентом, как ранее, а прямым всенародным голосованием. И добился успеха, переизбравшись с 51,8% голосов избирателей, то есть укрепив свою политическую легитимность.

Но он в то же время прекрасно понимал, что в стране уже сложилось достаточно сильное и влиятельное (особенно в крупных городах) научное, политическое, журналистское, предпринимательское и т. д. сообщество, которому не нравится не только проводимая им исламизация страны, но и всё более отчетливый разрыв с Западом. И не менее хорошо Эрдоган понимал, что военные, которые во времена кемализма были (по Конституции) политическими гарантами устойчивости государственного строя, — несмотря на проведенные чистки, ностальгируют по временам собственного фактического всевластия, не ограниченного ни гражданскими политиками, ни джамаатами.

15 июля 2016 года, когда Эрдоган находился в отпуске, в Турции произошла крупнейшая попытка военного переворота. Мощная группа турецких военных очень быстро взяла под контроль ряд стратегически важных объектов и в столице Анкаре, и в Стамбуле, Мармарисе, Карсе, Конье, Малатье, а также международные аэропорты в Стамбуле и Анкаре, мосты через Босфор, ключевые госучреждения и главные офисы телекомпаний.

В ночь на 16 июля в Анкаре истребители ВВС нанесли авиаудары по президентскому дворцу и зданию парламента (причем в этот момент там шло заседание депутатов!), а наутро в атаку на эти здания включились танковые подразделения.

В своем телеобращении мятежники заявили, что Генштаб вооруженных сил взял власть в стране в свои руки, а турецкое руководство отстранено от власти, и сразу объявили в стране военное положение и комендантский час.

Однако Эрдоган сумел выйти в телеэфир через одну из еще не захваченных телекомпаний с заявлением о незаконности военного переворота и призывом к сторонникам выйти на улицы Анкары и Стамбула для противодействия путчистам. И эти люди вышли на улицы по всей стране, причем решающим фактором поддержки Эрдогана и правительства, то есть организации протеста, оказались именно джамааты. А поскольку практически вся полиция и основные сухопутные части армии не поддержали переворот, путчистам не удалось удержать захваченные объекты. Часть самолетов мятежников была сбита, множество мятежников было уничтожено и полицией, и народными толпами, несколько лидеров переворота на вертолете сбежали в Грецию.

После провала путча было арестовано более 9 тысяч подозреваемых в соучастии, и начались масштабнейшие чистки в среде госслужащих, журналистов, судейском корпусе, сфере образования, но в первую очередь — в армии и полиции.

Некоторые злые языки позже утверждали, что июльский путч — это тонкая и хорошо подготовленная спецпровокационная операция Эрдогана, направленная на подавление и зачистку главных остатков кемалистской и другой оппозиции в стране. Так ли это — неизвестно.

Однако через три месяца после подавления путча Эрдоган в выступлении в университете собственного имени в городе Ризе (центр вилайета на северо-востоке страны) заявил следующее:

«Некоторые наши историки считают, что границы, установленные Национальным соглашением (оно было принято 28 января 1920 года Великим собранием Турции с целью регулирования границ страны после поражения в Первой мировой войне, вопреки решениям султана), включают Кипр, Алеппо, Мосул, Эрбиль, Киркук, Батуми, Салоники, Кырджали, Варну и острова Эгейского моря…

Нас спрашивают, почему вы интересуетесь делами Ирака, Сирии, Грузии, Украины, Крыма, Азербайджана, Карабаха, Балкан, Северной Африки (современные Ливия, Алжир, Тунис и Египет)… Братья и сестры, я спрашиваю вас, разве можно отличить Ризе от Батуми? Разве мы можем думать отдельно об Адрианополе и Салониках и Кырджали? Разве мы можем согласиться, что не связаны Алеппо и Газиантеп, Мардин и Хасеки, Сиирт (город в Турции) и Мосул?

Мы говорим на одном языке, мы разделяем ту же культуру… Да, это наши Ирак, Сирия, Ливия, Крым, а также Карабах, Босния и другие братья, и наша обязанность и право заботиться об этих регионах».

То есть после подавления путча уже не газеты и не отдельные аналитики и историки, а сам почти всевластный президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган впервые публично заявил свои халифатистские притязания. То есть вполне в духе Османской империи объединил исламизм и халифатизм как цель и политический вектор Турции.

(Продолжение следует.)

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER