Нет ничего хуже решительно действующих людей, которые этой решительностью прикрывают свою глубокую человеческую растерянность

Впереди переворот? Куда ведет вакцинация

Изображение: Скриншот страницы соцальной сети Instagram @mordoronfire
Мангал «Горящий Кремль», сделанный на Украине
Мангал «Горящий Кремль», сделанный на Украине
Мангал «Горящий Кремль», сделанный на Украине

Летние месяцы я практически безвылазно — если нет каких-нибудь ЧП — провожу в Александровской коммуне. Этой коммуне, работе с ней, самой разной, я уже сейчас отдаю гораздо больше половины своей энергии и времени. И перед тем, как я перейду к основной теме, мне хотелось бы чуть-чуть объясниться по поводу того, почему это так, а также — как из этого обстоятельства вытекает многое, включая мой взгляд на происходящее. Это не лирическое отступление, это по существу дела. Я вскоре перейду к ковиду, вакцинации и всему остальному.

Ну, так вот. Я как-то экстремально остро пережил печально знаменитый референдум 1993 года — так называемый «Да-Да-Нет-Да», на котором существенная часть российского общества, а отнюдь не только его элита, отдали голоса за Ельцина, поддержали его преступные реформы, причем уже понимая, что они ограблены, унижены, растоптаны, страна расчленена и так далее.

С этого момента, как мне представляется, стало уже трудно говорить о том, что вот у нас отвратительная элита, которая навязала замечательному народу какие-то чудовищные преобразования. Стало ясно, что как-то всё уж очень не ахти и с процессами в широких общественных группах, именуемых народом, населением, и в каких-то партийных группах самого разного рода, ну и с элитой, конечно, в первую очередь; что это такое вопиющее неблагополучие — глубинное, страшное, по отношению к которому слово «проклятие» не является избыточно пафосным.

Я понял в 1993 году, что я буду жить в отвратительной стране с очень неблагополучным населением, чудовищной элитой и более чем странными политическими партиями, которые будут болтать о том, что они выражают интересы народа. Я понял, что всё это будет чудовищно плохим, и в этой чудовищно плохой среде я должен буду жить, потому что вне России я жить не могу, а Россия такова, какова она есть. И я понял даже больше. Что мне придется это защищать, потому что как только это рухнет, — а государство обрушить было очень легко, и сейчас это легко сделать — главное, что потом на территории появятся оккупационные войска, будут летать американские вертолеты, и всё станет совсем фатальным. Значит, жить нужно внутри этого чудовищного неблагополучия, в этом роковая необходимость. Это надо будет любить, защищать, как-то в нем существовать, а существовать в целом я могу только никак не задевая свое человеческое достоинство и представление о своих ценностях.

Вот это мое понимание наложило отпечаток на всё, что происходило и происходит. И когда какие-нибудь очень пафосные группы начинают кричать о том, как омерзительна жизнь в России, я могу ответить только одно: она еще более омерзительна, чем вы кричите. Но только я-то знаю об этом давно, и если меня что-то и удивляет, и вселяет надежду, так это то, что она не настолько омерзительна, как могла бы быть. Всё, что происходит сейчас с ковидом, — это жуткая мерзость. Но она чуть меньшая, чем та мерзость, которая происходит повсеместно, как на Востоке, так и на Западе. То, как ведут себя наши элиты, — это сплошная пакость. Но это могла бы быть еще большая пакость, потому что всё-таки они как-то огрызаются, всё-таки как-то страна существует и даже что-то к себе присоединяет. А казалось, что это будет полностью невозможно.

Это вовсе не означает, что можно воспевать то, что есть. Я назвал это давно «стабилизацией криминального капитализма». Этот капитализм не мог не быть криминальным, я объяснял это много раз. Он и стал криминальным. И то, что произошло в 2000-е и в 2010-е годы и так далее, — это стабилизация этого субстрата, а вовсе не изменение его качества. Никто не меняет его качества, его стабилизируют, им пытаются управлять, его пытаются нормализовать.

Ну, так вот, это окончательно нормализовать, стабилизировать и облагородить невозможно. Оно то, что оно есть. Сдержать его деструктивные позывы в определенной степени можно, их можно смягчить, поэтому мы летим вниз не с той скоростью, с которой могли, а гораздо медленнее. И процессы происходят не столь однозначно, как должны были, а гораздо более сложным образом. Но они всё равно омерзительны, изначально.

И те, кто кричат: «Как можно этого не видеть!» — (а потому не реагировать соответствующим образом), видимо, не понимают, что эта реакция предполагает какие-то неповрежденные группы и массивы в обществе, какое-то большое количество чего-то такого, на что можно опереться в этой борьбе. Если же это не так, то ситуация напоминает Рим периода упадка. В нем попытка организовать классовую борьбу — не знаю, рабов и колонов — малопродуктивна.

Ровно так же сейчас никакого отношения к классовой борьбе не имеет ситуация, в которой мы живем. Общество находится в глубоком регрессе и апатии. Оно аморфно, оно само настолько же повреждено, как элиты и партии — «народ и партия едины». Оно начинено всеми теми социальными, психологическими, метафизическими вирусами, которые породил 1993 год. И не надо мне говорить, что это было когда-то давно, мы тогда еще не родились, ни за что не отвечаем. Исторически мы отвечаем за всё. А я — так уж тем более, потому что я не только жил в ту эпоху, но я еще и находился в гуще борьбы.

Таким образом, я не могу негодовать по поводу того, что что-то из происходящего здесь скверно. Потому что если что-то меня может изумить, то лишь только то, что это не до конца скверно, не так скверно, как могло бы быть.

Что же касается того, как можно исправлять подобного рода ситуацию, — ну так исправлял же ее Древний Рим, принимая христианство. Были какие-то катакомбные группы — параллельные, живущие другой жизнью, гораздо более благой, нравственной и какой-то твердой по своим основаниям. Они-то и оказались востребованы Константином по тем или иным причинам. Потом и сам Рим удержался на плаву какое-то время, и Византия создалась, Восточная Римская империя. Она так держалась тысячелетие и была унаследована Русью. И сам этот Западный Рим потом воссоздал Священную Римскую империю и как-то собрал эти баронства — чудовищные совсем и темные группы — во что-то более светлое и осмысленное, чем и была средневековая и буржуазная Европа.

Вот отсюда и проистекают мои приоритеты: и мое нахождение в Александровском, и распределение времени и энергии между различными видами деятельности. Ко мне обратились люди, несущие на себе отпечаток всех повреждений эпохи. Они сказали, что хотят из этого выбраться, что они могут представлять собой какую-то молекулу в том опорном контингенте, который сможет реально изменить направление исторического процесса.

Они проявляют удивительную самоотверженность и в целом верность и стойкость — это очень небеспроблемное всё, ну так я этим и занимаюсь. Безнадежное ли это дело или здесь есть надежда — я не умею сидеть, сложа руки, я должен бороться так, как считаю нужным, я должен защищать то, во что я верю.

Я твердо знаю, что предаваться иллюзиям по поводу того, что неблагополучное общество с крайне неблагополучными партиями осуществит какие-то пертурбации, при которых нынешнее неблагополучие превратится в рай земной или во что-то благополучное, — невозможно. Опомнитесь, посмотрите на эти лица! На все сразу: и властные, и оппозиционные.

Находясь в Александровском, я не только занимаюсь проблемами людей, которые, как я считаю, могут сложить некоторую молекулу будущей дееспособной в историческом плане субстанции. Видите, как осторожно говорю? Могут — молекулу сложить. Но это уже действие.

Я также разбираюсь со всей этой ковидной проблематикой в нескольких ее аспектах и пытаюсь нащупать какие-то настоящие смысловые точки в главном вопросе, который меня беспокоит: а кто же это так лихо зачистил уже в Советском Союзе очень разные научные направления, которые могли бы выволочь Советский Союз из той ситуации, в которой он оказался в так называемый застой? Кто же этот «герой»?

Как оказались уже в Советском Союзе зачищены перспективные направления в электронике? Как оказалось зачищено всё, что было связано с настоящей плановой экономикой и нелинейной оптимизацией, без которой плановой экономике невозможно действовать? Как оказалась зачищена настоящая большая советская психология или советская философия (все эти ильенковы), советский марксизм? Как оказалась зачищена наша педагогика и, наконец, наша медицина? Почему мы вдруг оказались в каком-то таком сумрачном лесу однообразной медицинской научности, которая таковой не была? Где наследники Ухтомского, где наследники академика Сперанского? Где наследники многих других наших медицинских светил, разрабатывавших направления, альтернативные тому, которое победило? Где они? Куда они делись?

Академик Алексей Дмитриевич Сперанский
Академик Алексей Дмитриевич Сперанский
СперанскийДмитриевичАлексейАкадемик

Я пытаюсь мучительно в этом разбираться, я не медик, мне фактически приходится вторую профессию приобретать, и одновременно я пытаюсь до конца понять, что же всё-таки произошло с этим вирусом-то, который долгое время объявляли естественным, а теперь уже твердо объявляют искусственным? И как это может быть, что одно поменялось на другое, а нет ни виновных, ни объяснения, почему это произошло? И так далее.

И вот посреди всего этого дела возникает вот эта эпопея с вакцинами, в которой меня беспокоит ее перегретость, экзальтированность, внутренняя упертость и неприязнь к позиции оппонента. Не будет в этом добра. Кто бы ни был тут прав и виноват, но когда общество приходит в это состояние, то все пагубные процессы медицинского характера, а я буду сейчас их обсуждать, ничто по отношению к пагубным процессам социального и политического характера.

Встреча Путина с Байденом не дала почти ничего. Ситуация, скорее, даже ухудшилась, потому что выяснилось — это как-то всё находится за кулисами, но всё более очевидно — что Байден пытался что-то продавить и не смог. Значит, давление на Россию будет расти.

Эксцесс с нашими справедливыми военными действиями против британского эсминца — это только начало подобного нарастания напряженности. Враг просто не может в этой ситуации не воспользоваться расколотостью общества и всеми этими ажиотажами, которые происходят вокруг этой ковидной темы.

Поэтому, с одной стороны, сама эта тема представляется крайне опасной, будучи взятой как вещь в себе и для себя. А с другой стороны, эта тема не существует как нечто замкнутое, она начинает управлять общественными умонастроениями, много чем еще. Как в этой ситуации вести себя? И как к этому ко всему относиться? Я же не пытаюсь учить других, я пытаюсь сам нащупать для себя какой-то путь и делюсь тем, что мне удалось нащупать.

Так сложилась моя жизнь, что большую ее часть я проработал в виде руководителя тех или иных видов организаций: театра, аналитического центра и так далее. Я никогда не руководил организациями, в которых мой авторитет не был высочайшим, я просто не умею это делать! Я считаю, что именно с помощью высочайшего авторитета можно эффективно руководить. На настоящий момент часть моих близких друзей и соратников вакцинировалось, а часть нет. Я никак не влиял на позицию одних и других. То есть я считал и считаю, что право каждого из людей распорядиться своим здоровьем так, как он считает нужным.

Мои очень умные, дорогие мне сотрудники, причем ближайшие, вакцинировались. Часть из них, слава богу, пока что не заболела, а часть заболела. И, может, потом повторно ревакцинируется, я не знаю, но только я на это давить не буду! Я не буду на это влиять, во-первых, потому что я считаю, что вопрос здоровья каждого из этих людей — это его вопрос, это его личное право выбора! А во-вторых, потому что я ничего толком про эти вакцины не знаю. Я узнал о них примерно в тысячу раз больше, чем нужно квалифицированному пользователю, но это не значит, что я о них что-то узнал. Так как же я могу начать что-то, будучи руководителем, вменять людям, сам точно не зная, что же именно я им вменяю? А если я им вред вменяю?

Мне кажется, что подобная позиция касается не только меня как руководителя. Она должна бы была касаться и мэра Москвы, и президента России и наших губернаторов. Разве нет? Разве не она озвучена публично и президентом России, и многими другими официальными лицами?

Ведь мы ничего не знаем. Заповедь врача — «не навреди». Мы не знаем — вы это можете понять, что мы не знаем! — что это такое? Как же можно, не зная, что это такое, проявлять такой фанатизм и такую ретивость? Откуда она взялась? Что она означает? Что это за загадочная судорога, охватывающая весь мир? Чем она вызвана? Что в ее основе?

Мне хотелось бы перед тем, как перейти к моей интерпретации поведения самых разных наших властных элит, ознакомить вас с неким текстом, который написало лицо, в общем-то, рядовое. Он опубликован в газете «Взгляд» 22 июня, этот текст. Но мне кажется, что это рядовое лицо, некий Сергей Худиев, как-то наиболее грубо и внятно озвучивает ту идеологию, которая сейчас овладела умами как психологический вирус, как социокультурный вирус. Давайте внимательно вчитаемся в эти положения для того, чтобы понять: а чего творят-то?

Зачитываю: «Заповедь „не убий“ требует прививаться».

Понимаете? На самом деле вы нарушаете заповеди Христа, если не прививаетесь. В заголовок это вынесено! Неслабо?

«Рост заболеваемости COVID-19, — читаю, — (причем в ситуации, когда вакцинация доступна уже полгода) вызвал, с одной стороны, попытки властей всё же как-то побудить людей вакцинироваться (к продавцам были суровые медицинские требования и до ковида, если кто не знал), с другой — взрыв антипрививочной паники в соцсетях…»

Смотрите, как изначально выстроена манипуляция: с одной стороны, благородные попытки властей всё же как-то побудить людей вакцинироваться, а с другой стороны — взрыв антипрививочной паники в соцсетях. На одной стороне благородная власть, которая побуждает людей к разумным действиям, а на другой стороне — темные силы в соцсетях, антипрививочные.

«Это, конечно, не холерные бунты и не погромы времен „черной смерти“, но явление достаточно прискорбное — оно оборачивается смертями, которых вполне можно было бы избежать».

То есть оракул, изрекающий данную истину, не только беседует прямо с Христом и знает, кого именно убивают и кого нет… а вот, может быть, вакцины убивают — как тогда быть с заповедью? Не только отрицает разум в огромных группах людей, которые почему-то от чего-то отстраняются… (они неграмотные, дикие, сумасшедшие — да?). Но он еще и говорит о том, что подобное поведение оборачивается смертями.

А альтернативное поведение ими не оборачивается? А вся ковидная истерия этим не обернулась? В Израиле министерство здравоохранения сообщило о том, что резко повысился уровень заболевания миокарда после вакцин. Этому оракулу из газеты «Взгляд» это известно или нет? «Причины, по которым следует (и я давно привился), достаточно понятны. Как православный христианин я знаю, что заповедь „не убий“ требует ни прямо, ни косвенно, ни действием, ни бездействием не покушаться на жизнь и здоровье человека — как ближнего, так и себя самого».

Опа! Пить нельзя, курить нельзя… А поедание мяса, которое вредит здоровью? А психологические факторы?

Один мудрый патриотический политик «единороссовского» плана говорил много лет назад: «Запретите Кургиняну выступать! После него моя бабушка пьет валокордин».

Значит, завтра вам скажут, что вы посягаете на свое или чужое здоровье, например, тем, что являетесь слишком мрачными. Или тем, что слишком напористо говорите, — это психологическая диверсия. Тогда возникают сертификаты «психологически устойчивый типаж». И вы должны предъявить QR-код, в котором будет написано, что вы «психологически устойчивый типаж». А иначе вам нельзя входить в места общественного пользования — а вдруг ваша мрачность повлияет на людей? Вы разнесете психологическую заразу, а психологическая зараза породит психосоматическую, а психосоматическая породит физиологические последствия, люди заболеют. Что тогда?

Вы вообще понимаете, докуда можно зайти в этой логике? И что бы на это ответил автор христианского учения? Который много чего рекомендовал такого, что явно вредило здоровью тех, кому он это рекомендовал… Я уж о крестных муках говорить не буду…

«Пренебрегать медицинскими мерами, которые призваны остановить смертельную инфекцию, значит совершать то, что в законе называется «причинением смерти по неосторожности».

А вы убеждены в эффективности этих медицинских мер? Вы откуда знаете, что они эффективны? Или вы считаете их эффективными, а другие — нет. Другие не идиоты. Если бы они знали, что вокруг свирепствует смертельная болезнь, а эти меры приведут к тому, что они сами не будут умирать и их близкие, они бы быстро их применили! Они не сумасшедшие и не идиоты. Они умнее вас, великий христианин. Значит, вы уже переходите от неких христианских заповедей тут же к уголовному кодексу. От уголовного кодекса — к расстрелам?

«Даже если вы сами переносите ковид легко, вы становитесь частью той цепочки, по которой вирус доходит до других людей. Потом эти люди умирают».

Вы эти цепочки представляете себе все? Я ем хурму, а язык вяжет у медника в Дамаске… Знаете, что такое эти цепочки? Объясняю простейшую. Вы съели баранину жирную, у вас оказалась повреждена печень, это привело к различного рода инфекционным заболеваниям. Вы передали инфекционные заболевания, инфекционные заболевания убивают людей. Вас надо расстрелять за то, что вы ели жирное мясо? Или пили водку?

Или вы зачем-то поперлись в горы. Схватили воспаление легких, после него вы схватили какой-нибудь туберкулез, а туберкулез задел мою маму. Как вы смели ходить в горы?!

Вы доведите эту логику до конца! А ведь она не является изобретением данного господина, он не сумасшедший, он рупор определенных групп.

Дальше.

«Конечно, в отличие от других случаев, когда пренебрежение безопасностью привело к гибели людей, невозможно отследить конкретных виновных».

Это невозможно отследить, пока не будут применены соответствующие математические средства. Всё отследят! Ел баранину, сволочь? Уплетал за обе щеки? Следить за ним: у него возникли какие-то осложнения печени, они привели к заболеваниям! Он принес вред!

А вы такую максиму знаете, что жить вообще вредно?

«Если ресторатор принципиально отказался повиноваться санитарным требованиям, и люди отравились — его легко найти. Как и владельца кафе, где в результате наплевательского отношения к безопасности произошел пожар, и люди задохнулись в дыму. Предъявить человеку, который отказался прививаться, его конкретных жертв возможно только в редких случаях. Но мы знаем, что каждый умерший от ковида должен был от кого-то заразиться. И что прививка очень существенно снижает вероятность такого исхода».

Кто сказал?! Кто сказал, что она снижает вероятность такого исхода, что она не порождает другие исходы. Мудрец на букву «м», вы почитайте данные израильского министерства здравоохранения. Вы почитайте сейчас еще всю медицинскую аналитику Запада. Там нам уже показывают, что вакцинированные в определенных группах умирают чаще, чем невакцинированные!

«И что заповедь „не убий“, которая требует соблюдать правила санитарной и пожарной безопасности, в данном случае требует прививаться».

Я повторяю снова: люди не идиоты. Уважаемые руководители регионов и страны, вы управляете не скотом, не безмозглыми идиотами, а гражданами, существенная часть которых умнее вас, и которые очень даже обеспокоены здоровьем своим и своих детей. Это для них один из самых высоких приоритетов, и если они не вакцинируются, то не потому, что им хочется нанести вред своему здоровью, а потому, что у них есть свое мнение на этот счет. И пока это мнение не изменится, вы ни черта с ними не сделаете. Вы только накликаете на себя и на нас всех большую политическую беду.

И вот такие «мудрецы» на букву «м», которых вы побуждаете к таким опусам, они сработают с точностью до наоборот. И уже работают. Я живу сейчас в глубокой провинции, и я знаю, как там относятся а) к своему здоровью, б) к вакцинации.

Опомнитесь!

«Другое соображение относится к общественной солидарности. Мы, люди, друг к другу. Могу ли я потратить полчаса, чтобы чей-то дедушка, или мать, или муж не умерли?»

Вы понимаете, какое, я прошу прощения, блевотное чувство вызывает подобный текст? Вы понимаете, что в пиаре, даже самом пакостном и экспрессивном, надо знать меру?

«Могу ли я потратить полчаса, чтобы чей-то дедушка, или мать, или муж не умерли?»

«Ты, козел, не можешь потратить полчаса? Ленивая скотина!»

Это не ленивая скотина, это человек, у которого другое, чем у тебя, представление о благе! И ты это благо, представление о нем данного человека должен уважать! И разговариваешь ты со взрослыми людьми, а не с идиотами, падкими к твоим понтам!

«В лентах социальных сетей я постоянно читаю о людях, которые мучительно борются с болезнью, о семьях, хоронящих своих близких…»

Всем соболезную. И что? А я читаю о людях, которые после вакцинации умерли или заболели!

«…и можно легко сделать свой вклад в то, чтобы этого было меньше».

А чего-то другого больше?

«Наши героические медики…»

Вот это такая слащавая патока, такая помесь меда с дерьмом и ядом, которые уже прямо объясняют, что происходит в нашем отечестве!

«…работают в тяжелых условиях…»

Кто-нибудь опровергает, что они работают в тяжелых условиях?

«В ситуации, когда человечество в целом и моя страна в частности борются с вирусом, почему бы не выступить на стороне людей, а не вируса?»

Поняли? Теперь он же должен дальше что-то добавить.

«Что можно положить на другую чашу весов?»

Вот ведь какой объективный!

«Я пытался расспрашивать об этом людей, которые выступают против прививок. Их возражения сводятся к тому, что они не верят в безопасность и эффективность вакцинации. Вакцины, по их мнению, не только не спасают жизни, но и причиняют вред здоровью — вызывают (по разным версиям) рак, бесплодие, какие-то страшные мутации. Что же, давайте рассмотрим такую возможность».

Вот манипулятор-то!

«Если вакцинация бесполезна, то мы имеем дело, как минимум, с массовым мошенничеством — государство (причем не только наше, но и другие государства мира тоже) тратит бюджетные средства на пустышку. Если она еще и активно вредна, то мы имеем дело с тяжким преступлением против здоровья и жизни людей — причем преступлением неслыханных, глобальных масштабов. Предлагать людям под видом эффективной вакцины фуфломицин или тем более отраву — это преступление, те, кто его совершают, должны сидеть в тюрьме.

Между тем медики как в России, так и во всем мире предлагают вакцинацию именно как действенное и безопасное средство против ковида — и проводят ее в своих странах. Китай, например, недавно отчитался, что привил уже миллиард человек».

Значит, авторитет медиков говорит вам, идиотам, что «это лекарство полезное», очень спасительное и всё прочее. А кто вам говорит другое? Антипривочные конспирологи! А кто они такие? Они люди, жаждущие славы, безграмотные идиоты, да? Это так разложены силы, господин на букву «м»? «Мудрец», я имею в виду. Так разложены силы?

А что-то я вижу другой расклад. Я вижу людей с высочайшими званиями — нобелевских лауреатов, крупнейших специалистов, я читаю письма групп людей с большими медицинскими заслугами, занимающихся именно иммунологией, вакцинацией и всем прочим, которые говорят, что вакцины вредны.

Вы нам говорите про государство? А не это ли государство говорило в 2013 году, что в пике эпидемии заниматься вакцинацией могут только сумасшедшие? Оно что, стало другим с 2013 года, это государство?

Теперь эти медики. Им надо доверять. А чему в них надо доверять? Надо доверять господину Андерсону, который говорил, что только преступники могут считать, что ковид изобретен искусственно, — или господину Андерсону, который в секретном письме господину Фаучи писал, что он абсолютно не уверен в том, что он заявляет публично? А теперь это письмо нашли и опубликовали.

Надо доверять Фаучи, который говорил, что только идиоты могут считать, что это искусственный вирус, или Фаучи, который признал, что, может быть, он искусственный? Кому надо доверять?

Одни и те же медики, одни и те же ученые на протяжении последних двух лет заявляют прямо противоположное. Когда они лгали? Либо в этом случае, либо в этом. Но в каком бы случае они ни лгали, они лгуны. А значит, мошенники. А значит, преступники. В чем я неправ?

И между прочим, на стороне другой позиции — авторитетнейшие специалисты, а не какие-то спекулянты на ковиде, которым хочется прославиться. Так ведь? Вам называть их имена?

А дальше начинается еще более важный вопрос. Кому верить? Верить мейнстриму, который продавливает свою позицию и обещает машины в лотерею или что-нибудь еще людям, которые знают, что бесплатный сыр существует только в мышеловке? Или верить тем, кто идет против мейнстрима?

Так ведь веришь всегда тем, кто идет против мейнстрима. Потому что, как пелось в песне: «Где гляди — не гляди, а не выглядишь выгод».

В чем для французского известного вирусолога, которого посадили в сумасшедший дом, выгода?

В чем выгода для лауреатов Нобелевской премии, которых маргинализовали, стерли в грязь, которые говорили: «Не делайте этого»? В чем выгода? В том, чтобы их стерли в грязь?

Изображение: (cc) ucalgaryfacultyofmedicine
Люк Монтанье
Люк Монтанье
МонтаньеЛюк

В чем выгода для руководителей частных медицинских клиник? Им так хочется, чтобы Минздрав вцепился им в горло? Они говорят: «Не надо этого делать». Выгода какая? Прославиться?

А вот в чем выгода тех, кто идет в мейнстрим, понятно. Я вовсе не хочу сказать, что все, кто говорят, что надо вакцинироваться, получили заказ большой фармы, государств, которые выполняют этот заказ, или тайных конспирологических групп. Я чуть позже объясню, что я по этому поводу считаю. Но я прекрасно понимаю, что среди тех, кто говорит о пользе вакцин, есть люди, которые подпевают официальной позиции, как они подпевали и позиции о том, что этот вирус является естественным.

У нас Генеральная прокуратура не говорила, что будет судить тех, кто считает, что этот вирус искусственный?

А сейчас что будет говорить Генеральная прокуратура? Она будет судить спикера Государственной думы? Я что-то не вижу, чтоб генеральный прокурор подал на него соответствующее обвинительное заключение. А почему я этого не вижу, господин генеральный прокурор? Потому что вы изменили позицию? А почему вы ее изменили?

А почему никто из тех, кто изменил позицию, не объяснил хотя бы, что он ошибся? Так разговаривают с обществом? Если вы заявляли одну позицию, потом заявили диаметрально противоположную?! Сами же! Если Facebook сначала поставил под цензурирование (говорили, что цензурирование — это советский ужас), — под цензурирование всё, что связано с химеричностью вируса, под запрет. Если все научные статьи должны были выходить с соответствующим вердиктом, что это все статьи сумасшедших, а теперь всё наоборот, то когда эти люди были правы? Тогда или сейчас? Они когда подделываются под конъюнктуру, тогда или сейчас? Но когда-то они подделываются! Или у них возникли новые ошеломительные сведения? Какие?

Теперь давайте порассуждаем дальше. Если на самом деле это так, а этот господин (которого мне уже надоело читать, руки марать не хочется) всё время говорит, что все те, кто против, извлекают для себя выгоду в виде какой-нибудь славы или чего-нибудь другого (великая слава сесть в сумасшедший дом крупнейшему ученому просто потому, что он говорит правду! — весь худший бред про андроповские психушки и про советские репрессии — весь реализован в мировом масштабе) — это что за дела такие?

Самое страшное в произошедшей ковидной эпопее заключается в том, что весь научный мейнстрим своим холуйством, поддакиванием и всем прочим замарал себя в глазах совсем не такого безграмотного, как это мейнстриму кажется, общества, человечества!

Если ему уже верить нельзя, то кому надо верить? Это-то и есть самый сложный вопрос.

Теперь, значит, предположим, что это всё — биологическое оружие. Сказали об этом уже многие. Сейчас все соревнуются в том, кто на кого укажет: кто на Форт Детрик, а кто на Уханьский центр. Между прочим, Уханьский центр пронизан был американцами, работал на американские гранты. Так вот, если это биологическое оружие, которое разрабатывается по модели так называемого усиления функции, то есть берутся какие-то вирусы, к ним что-нибудь прививается, чтобы они оказались более опасными, а дальше рассматривают: одни — а как сделать так, чтобы этого не произошло, а другие — а как еще усилить (одни называются мирными исследователями, а другие — военными, и всё!), — если всё это существует, то кто вам сказал, что люди, которые построили все эти фуриновые сайты и всё прочее (что сейчас обсуждать, наконец, начали, и о чем я говорил год назад, а все таращили глаза и говорили: «Фи, какой дурной тон»), что они уже не встроили в это дело возможности усиления функции в условиях вакцинации?

Одно дело — обычное усиление заболевания в условиях вакцинации. Это называется антителозависимое усиление инфекции.

А другое дело — встроенное усиление инфекции. Вы делаете химеру и знаете, что ее будут давить, примерно понимая, как этот вирус устроен. Вы вызываете своих противников — или подельников, это уже как кому судить, — на то, чтобы они это сделали, и возникает усиление вируса. То есть вы используете это усиление функции, антигенное усиление инфекции, в своей программе построения биологического оружия. Вы уже знаете, что будут колоть, примерно или точно, и хотите, чтобы этот укол усилил заболевание.

Тогда — я ни на чем тут не настаиваю — возникает вопрос: «Это индийский штамм? Или это реакция искусственно созданного вируса на вакцину?»

А если это реакция искусственно созданного вируса на вакцину, то что такое репрессивное вакцинирование? Это репрессивное усиление функции, которое должно будет породить усиление вакцинирования. А оно породит еще большее усиление функции, а оно породит еще большее усиление вакцинирования.

Пусть это моя гипотетическая модель. В чем ее некорректность в условиях, когда два года замалчивали, что это биологическое оружие, а теперь уже сказали? Конспирологическая теория? А замалчивание всего: настоящей степени угрозы… ее раздули в сто раз. COVID-19 — это очень опасное заболевание, но его чудовищность раздули в сто раз. Это раздували специально? Это был приказ соответствующих министерств и ведомств, который выполнили эти свободные ученые, дававшие клятву Гиппократа? Или уже не дававшие? Им можно после этого верить?

Они говорили, что всё это естественный вирус. Теперь говорят все те же самые — Фаучи это говорит, все говорят, — что он, скорее всего, искусственный. Им можно после этого верить? А если им верить нельзя, то как ориентироваться людям в том, что делать? Это же серьезнейший вопрос!

Этот Худиев, он же что говорит? Что ему известно, в чем наше благо. Ему почему-то это известно. А почему известно? А потому что это знает насквозь лживое, прогнившее медицинское мейнстримное сообщество. Он от его лица выступает, а оно уже несет черт знает что. Оно уже говорит о том, что… Во-первых, что такое эта ревакцинация? Это уже признание того, что меры, рекомендованные этим медицинским сообществом, оказались ошибочными — «ошибочка вышла». «Дурак ты, боцман, и шутки твои дурацкие».

А если эта вторая ревакцинация тоже не подействует, то будет сказано, что это еще новый штамм, а потом еще новый. А дальше что? А вы не знаете, что в условиях этих самых быстрых штаммирований, про которые вы говорили, что их не будет — вирус устойчив, в этом основа вакцинации, — теперь он неустойчив. Это что за бред? Теперь надо каждые три месяца, два месяца, каждую неделю вакцинироваться?

Так о чем идет речь? О защите здоровья людей, о благородной защите этого здоровья? Или о каких-то действиях, которые под маской этой благородной защиты осуществляют вообще какое-то переустройство мира, наших представлений, ценностей? Ведь называть этот бред «кредо христианина» можно, только сильно сойдя с ума.

Подчеркну еще раз: я не утверждаю, что вирус и вакцина построены по принципу развивающейся спирали, так называемой положительной обратной связи: вакцина — вирус — более сильная вакцина — более сильный вирус и так далее… Я не утверждаю этого. Но я не считаю эту эксцентричную гипотезу абсолютно неправдоподобной, потому что слишком много странного, а когда в мире слишком много странного, то правдивыми становятся странные гипотезы, парадоксальные.

До странных объемов раздута опасность этого COVID-19, который — еще раз подчеркну — является очень опасным заболеванием. Поэтому как я могу сказать своему ближайшему другу: «Не вакцинируйся!» Кто я такой? Я этот сумасшедший христианин? Псевдохристианин, разумеется, поскольку большинство христианских организаций, как мы знаем, выступает с совсем другой позиции.

Изображение: Kremlin.ru
Александр Гинцбург
Александр Гинцбург
ГинцбургАлександр

Теперь следующий вопрос: вы говорите о ценности безопасности. В принципе люди всегда легко поддерживают всё, что направлено на обеспечение безопасности. А здесь — такое сопротивление! Вы хоть понимаете, какое? А о ценности свободы вы уже перестали говорить? А ее в христианстве нет?

Свобода выбора ограничена другим человеком, да? А докуда она ограничена? Пальцем пошевелить нельзя? Пальцем пошевелить, если ввести эти ограничения в абсолют, вы это понимаете?

Теперь, что происходит со свободой? Вам все говорят, что вы нарушили это, это, это — вы молчите. Что происходит с субъектом власти? У нас санитарные врачи стали субъектами власти? Мы их не выбирали, мы им в руки чрезвычайные полномочия не вручали. У нас региональные лидеры стали субъектами власти? А вы не понимаете, что это ведет к конфедерализации?

Россия не любит чересчур гибких и изощренных схем, она любит простоту. Если сказали, что прививка — свободный выбор гражданина, значит это свободный выбор гражданина. А если теперь, говоря по-прежнему это, вы начинаете лишать этой свободы выбора одну группу, другую, в одном месте, в другом, — то это хуже, чем если вы скажете, что это обязательная прививка. Вы этого не понимаете, эту психологическую истину?

Вы готовы всех и всегда прищучивать подобным образом? Вы будете эти запреты неукоснительно соблюдать всегда? Вы не видели элитные пьянки, где все сидели без масок и гудели? Вы кому-нибудь из них претензии предъявили? Вы не видели, что такое эти «Алые паруса» — празднование окончания учебного года? Это что, соблюдение ваших предписаний? Или вы будете соблюдать их тогда, когда вам хочется, а когда надо — отменять? Но это большой бедой обернется и для вас, и для страны!

Следующее. Вы хотите применять насильственные по сути методы, обладая определенным аппаратом. Вы знаете свойства этого аппарата. Вы понимаете, что вы эти свойства не измените. Значит, аппарат будет на свой манер применять то, что вы ему вменяете. А это будет раздуваться средствами массовой информации: интернетом, чем угодно. Будут создаваться специальные подставы, когда аппарат будет грубить за бабки, просто для того, чтобы Навальный или кто-нибудь еще могли выложить соответствующие полуфэйки. Будут и фэйки. А насилия не терпят, особенно в таком вопросе.

Значит, перед тем, как показать вам то, что порой называют фейком, я всё-таки зачту некий текст.

Александр Муженский, сын потерпевшей от сотрудников полиции ОВД Хорошевский.

«Это моя мама, ей 52 года, она мать четверых детей, мне 32, брату 28, сестре 14, младшему брату 8. Ей стало плохо от жары в МФЦ. Сняла маску, пока ждала талон, подошли сотрудники МФЦ, пригрозили: если немедленно не оденет, вызовут полицию, что и сделали. На момент, когда приехала полиция, мама была в маске и сидела получала в окошке социальную карту. Подошли, не представились, начали требовать документы и проехать с ними. Мама их просто игнорировала, потом один из них додумался ткнуть на секунду маме в лицо своей ксивой, формально представившись, и на просьбу мамы прочитать его фамилию, так как она не успела прочесть, отказал. Стали под локти пытаться ее силой вытащить из МФЦ. На требование разъяснить основания задержания не реагировали. Когда мама начала выдергивать руки и сопротивляться, стали надевать наручники — как раз начало видео. Младшая сестра с братом в это время сидели в машине, ждали маму. Если бы добрые люди ее не позвали, может, и не успели бы так быстро среагировать и остановить произвол. Уже через час задержания полицейские поняли, что перегнули палку, и стали давать заднюю, даже перестали мою маму называть психбольной, грозить ей пятнадцатью сутками ареста за оказание сопротивления полиции. А когда узнали, что мой отец полковник юстиции с двадцатипятилетним стажем работы в главной военной прокуратуре, хоть и на пенсии, вообще перешли на „вы“, и начали лебезить. Но однозначно это превышение должностных полномочий со стороны сотрудника, а значит уголовное дело. Также будем требовать привлечения его напарника и подадим жалобу на сотрудников МФЦ, которые вместо того, чтобы предложить помощь или вызвать скорую, когда мама пожаловалась, что ей плохо, вызвали наряд полиции».

Изображение: Telegram-канал Иван-Чай
Кадр из видео задержания женщины в МФЦ
Кадр из видео задержания женщины в МФЦ
МФЦвженщинызадержаниявидеоизКадр

Это отдельный случай. Как вы думаете, сколько их будет в предвыборный период? Их будет достаточно для того, чтобы здесь создать всё что угодно. Значит, явное применение двойных стандартов к разным группам населения и ситуациям, грубое насилие, переходящее в преступное насилие, необъяснимость этих резких реакций и всего прочего, вызовут уже не только психологический, но и социально-психологический эффект. А он превратится в политический. В больший или меньший — вопрос отдельный, но он обязательно превратится в нечто подобное. А тогда скажите мне, пожалуйста, как в этом странном мире, в этом зазеркалье, в этом концентрированном сумасшествии можно будет удерживать политическую стабильность? В условиях, когда враг хочет дестабилизировать ситуацию.

Неизвестно, чего вы добьетесь вашими сомнительными мероприятиями с точки зрения медицинской, а вот чего добьетесь с политической — понятно. И как я тогда должен полностью игнорировать чуждую мне на сегодняшний момент гипотезу о том, что это всё и связано с желанием дестабилизировать ситуацию и осуществить переворот? Я лично так не считаю, или покамест у меня нет достаточного количества доказательств для выдвижения такого обвинения, но это абсолютно правдоподобная гипотеза.

Вы что, не знаете, что творите? Вы не знаете, какой у вас аппарат? Вы не знаете, что такое насилие? Вы не знаете, что действие рождает противодействие? Вы не знаете, как реагируют на двусмысленность: что, с одной стороны-де, мол, вы свободны делать всё, что угодно, прививаться или нет, а с другой стороны, вас с работы будем выгонять, не будем давать вам лечиться и не будем пускать вас в общепит? А также, наверное, в магазин.

Вы не знаете, как на это реагируют те группы общества, которые, возможно, с ума великого, вы приравняли к скоту, который вы тянете куда угодно?

Я не считаю — покамест — что все, кто в этом участвуют, заговорщики. Я не считаю ангажированными, проплаченными или действующими в приказном порядке людей, в том числе интеллектуалов, которые выражают позицию, прямо противоположную моей. Я так не считаю, и я так никогда считать не буду. Потому что я уважаю право других людей на другую позицию.

Но пусть эти другие люди поведут себя так же, а не начинают создавать сайты «Миротворец» или угрожать посадками в тюрьму. Пусть эти другие люди уважают другую позицию.

Взаимное уважение и спокойствие — вот единственное, что может предотвратить политическую дестабилизацию, возможную уже в августе этого года. И я совсем не считаю, что нет людей, которые хотят такой дестабилизации. Это было бы просто странно, чтобы все хотели только стабильности. И те, кто хотят дестабилизации, будут использовать все факторы, включая ковидную карту. Так что вы делаете? Кому вы подыгрываете и зачем?

Есть такой анекдот советской эпохи, в котором банан вешают на шест и говорят, что надо снять этот банан с шеста, а рядом лежит второй шест. Ну, самые сложноорганизованные существа сразу берут второй шест и сбивают банан. Другие трясут шест. Когда им говорят, что думать надо, они тоже берут второй шест и сбивают банан. Самым низкоорганизованным существом в этом антисоветском анекдоте выставлен секретарь советского обкома, который трясет-трясет, а когда ему говорят, что думать надо, он отвечает: «Что думать? Трясти надо!»

Так вот, дело не только в том, что это анекдот с соответствующим антисоветским душком… тут неправильно соотносятся фактор воли и фактор мысли.

Администратор должен мобилизовать волю, он должен администрировать. Его психологическая доминанта — волевая. Когда эта воля направлена на что-нибудь толковое — всё здорово, когда она направлена на что-нибудь плохое — всё плохо, но она всегда на что-нибудь направлена. Администратор не философ, он должен трясти! К его услугам нет второго шеста. Наши администраторы находятся в полной зависимости от какого-то научного сообщества, которое говорит им, что именно происходит, и далее заявляет: «А другого средства, кроме вакцин, нет. Хотите — бездействуйте, и у вас будут заполняться больными ваши ковидарии и всё прочее, стройте новые. Хотите — применяйте вакцины. А третьего не дано, не дано, и всё».

Администратор должен получить в свои руки инструмент, который он должен применить так, как рекомендовано. Его задача дальше волевым образом это осуществить — всё! Нет ничего хуже решительно действующих людей, которые этой решительностью прикрывают свою глубокую человеческую растерянность. Болезнь очень серьезная, она обостряется, точного понимания, почему, нет. Свою интеллектуальную импотенцию мейнстримное медицинское сообщество прячет под маской вакцин как единственного возможного спасения, как панацеи, и далее они передают это администраторам. Администраторы должны трясти! Не будешь принимать мер, тебе скажут: «Ты довел население до эпидемии». Будешь принимать меры, тебе скажут: «Фиг ли такие меры принимаешь, эта вакцина — плохая!»

Ошалев окончательно, растерявшись, ничего не понимая, не зная, ни у кого спрашивать, не имея никаких доступов ни к каким интеллектуальным интерфейсам автономным (а в принципе этих интерфейсов и нет), администратор хватается за возможность администрировать. Ему дали в руку вакцину, он и начинает вакцинировать. А что он должен делать, что вы ему предлагаете, без всякой теории заговора?

А дальше всё определяется его волевым потенциалом: чуть что, он представляет себя новым Сталиным или еще неизвестно кем — Берией и еще кем угодно, — вспоминает со вздохом о советском времени, когда все всё делали и все слушались и так далее и тому подобное. И начинает закручивать какие-нибудь гайки. Ни на издержки он не будет обращать внимания, потому что «лес рубят — щепки летят», ни на политические последствия, которые являются самой неочевидной частью этих издержек, и которые тем не менее совершенно очевидны для любого человека, который захочет задуматься, а не трясти. Он будет администрировать, спасать всех будет — от неразумия, от нигилизма, от распущенности! «Неразумный народ надо спасать, окормлять!» А тут еще международный опыт: «Мать-перемать! Всюду так спасают, а мы что, рыжие, что ли?!», международные компании. И никаких там перегородок между этим международным опытом и всеми мерзавцами, которые за границей всё это нашептывают, и нашими — нет. Это одна шайка-лейка, совершенно понятно.

Значит, не нужно никакой теории заговора, никакого желания совершить мятеж, для того чтобы администратор начал администрировать. Он просто должен трясти.

Что же касается его интеллектуальных показателей, то по этому поводу есть одна притча, в которой говорится, что один мальчик всё время выигрывал в игре, где камешек прятался в одном из сжатых кулаков, и нужно было отгадать, в каком. Мальчика спрашивают: «Как ты угадываешь?» Он говорит: «Ну я думаю, умный он или глупый… Я, — говорит, — делаю такое лицо, как у него, и пытаюсь вообразить, какие у меня мысли».

Вы в 1993 году создали то, что создали. Эти мысли не высшего качества, совсем. И это касается далеко не нашей бюрократии и не наших градоначальников, губернаторов и более высоких структур. Борис Джонсон или этот самый Байден — посмотрите на это всё. Это мировой процесс. Умные люди отошли в сторону и ждут мировой катастрофы — ковидной или другой. Эти люди есть, и они не на переднем плане.

Поэтому, конечно, кто-то понимает, что провоцирует мятеж. А кто-то старается, ревностно исполняет свои административные обязанности и ориентируется на научное сообщество, которое ему один раз солгало, второй раз солгало, третий раз солжет, и каждый раз будет его водить по любому кругу.

Что я здесь могу рекомендовать? Ну прежде всего я должен сказать, что это моя блиц-передача, и я буду детальнее разбираться в том, какое создано биологическое оружие, кем создано, как была подменена идея биологического оружия вот этим тезисом о том, что этот вирус естественный, и так далее. Я разберусь до конца.

Второе, я всё-таки доразберусь с тем, кто зачищал определенные медицинские направления: Сперанского и многих других, и почему вдруг одно направление оказалось так выпячено? И почему любое обсуждение на альтернативной основе, сколь угодно высоколобое, фундаментальных проблем физиологии и медицины практически запрещено. Я буду с этим разбираться, обязательно. Да, это не моя профессия, но я буду опираться на мнения экспертов и буду учиться.

А третье, — то, что я хочу сказать всем: президенту России, мэру Москвы, премьер-министру, — обратите особое внимание на альтернативные высоконаучные точки зрения. Не слушайте тех, кто прет рогом и находится в мейнстриме. Слушайте тех, кто осмеливается, будучи ученым высокого уровня или медиком высокого уровня, высказывать альтернативную, наказуемую точку зрения. Слушайте их, учитесь у них, разговаривайте с ними и не торопитесь.

Что же касается общества, то я твердо уверен, что пока вот эта лучшая часть медицинского и научного сообщества не объединится по-настоящему, не превратится в высокоавторитетную гражданскую инстанцию и не станет выступать от имени этой инстанции, заставив себя слушать, объединившись с теми, кто способен доносить их точку зрения до широких общественных масс, пока этот субъект не предъявит свою точку зрения так, чтобы ее невозможно было игнорировать, ничего в мире не изменится, и в стране тоже.

Вопрос в том, как расколются касты, — медицинская и научная. Вопрос в том, как объединятся люди, у которых хватило совести не идти в тупик. Вопрос в том, какой волевой потенциал проявит это объединение, как это соединится с гражданским разумным поведением. И как всё это будет услышано, потому что альтернатива — бунт, мятеж, разрушение государства, крах существующей системы, которая, как бы омерзительна ни была, она лучше находящихся рядом, за бугром, и она лучше, чем могла бы быть. А ее очередной крах породит нечто неописуемо омерзительное. Для того чтобы ситуация была другой, нужно просто терпеливо выращивать нечто ответственное и искупившее грех 1993 года, сумевшее преодолеть всё то, что навязано последовавшей эпохой, сумевшее превратиться в по-настоящему эффективное человеческое сообщество. Тогда из молекул таких превращений создастся то, что обеспечит новую жизнь сначала России, а потом человечеству. Только ради этого стоит жить и работать.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER