В Болгарии НКО подменяют собой государство и создают рынок детей

Русские, спасайте своих детей! Интервью

Оноре Домье. Законодательное чрево. 1834
1834чрево.ЗаконодательноеДомье.Оноре
Оноре Домье. Законодательное чрево. 1834

Геноцидом и фашизмом назвали в Болгарии новый закон о социальных услугах. Часть общества начала активно бороться против инициативы. Подробности ИА Красная Весна рассказал активист родительской организации Болгарского объединения за права детей (Български род обединен за децата) Милко Божанков.

ИА Красная Весна: Милко, можешь рассказать подробнее о ЗСУ?

— Закон опасен тем, что является бизнес-планом определенной группы. Это скорее торговый закон. Он позволяет «неправительственным организациям» срастаться с государственными структурами. Он позволяет частным лицам, не декларируя прибыли, заниматься социальной деятельностью, при этом получать гранты от надгосударственных структур и государства, что фактически является получением доходов.

ИА Красная Весна: Вы хотите сказать, что ЗСУ создает рынок детей?

— Да, можно так сказать. Более того, это будет легальный рынок, который коснется не только детей, но и людей в домах престарелых. Лоббисты закона хотят исчезновения определенных социальных структур, которые их не устраивают в нынешнем виде. Речь идет о приватизации социального сектора государства.

ИА Красная Весна: При переходе социальной сферы в частные руки, НКО продолжают получать деньги от государства?

— Да. У Бюро социальной помощи, у Государственного бюро защиты детей существуют бюджеты, из которых они платят НКО за осуществление социальных услуг. Более пугающим является тот факт, что закон позволяет этим НКО вести стороннюю деятельность, такую как торговля информацией, даже торговля детьми.

ИА Красная Весна: Получается, что государство хочет отстраниться от своих социальных функций и передать их в частные руки?

— Государство уже давно отстранилось от своих функций. Сейчас оно пытается перепродать все свои обязательства частным лицам. В законе они называются частными поставщиками социальных услуг.

ИА Красная Весна: Это болгарские или иностранные «поставщики»?

— Закон разрешает иностранным фирмам работать без лицензии до шести месяцев. Я называю их фирмами, потому что иностранные НКО в этой сфере ничем не отличаются от бизнес-структур. Вы будете смеяться, но даже строительные компании могут осуществлять подобную деятельность.

ИА Красная Весна: Нет никаких четких критериев для осуществления социальной деятельности?

— Сейчас только создается частная организация, котороя будет выдавать лицензии на осуществление социальной деятельность. Одно НКО должно было выдавать другому НКО разрешение на поставку социальных услуг. Один торгаш будет выдавать другому торгашу лицензию. Изначально в законе не было прописано механизма контроля со стороны государства. После того как мы подали иск в конституционный суд, из закона убрали несколько пунктов. Также внесли изменения в порядок выдачи лицензии. Сейчас выдача лицензий должна осуществляться государством и НКО совместно. Решение суда нельзя назвать победой. Подобный закон не должен существовать.

ИА Красная Весна: НКО будут получать от государства деньги за каждого изъятого ребенка?

— Да. За каждого ребенка, который находится у них на попечении, они будут получать деньги. Сейчас родители в приемных семьях получают от 450 до 650 евро в месяц в зависимости от нужд ребенка.

ИА Красная Весна: Это неплохая зарплата для Болгарии.(Минимальный размер оплаты труда в Болгарии 300 евро — примечание ИА Красная Весна.)

— Даже высокая.

ИА Красная Весна: Усыновлять детей становится выгодным?

— Да, но я надеюсь, что такое не происходит. Интересно то, что ребенка забирают у родителей из-за бедности. Согласно ЗСУ и закону о защите детей бедность родителей дает основания для установления опеки над ребенком.

ИА Красная Весна: В Болгарии есть подобные прецеденты?

— Их множество. Хочу сказать огромное спасибо болгарским судам за то, что 97% этих детей возвращают в семьи. Это показывает бессмысленность нынешнего закона.

ИА Красная Весна: Но сначала их из семей изымают?

— Да. Проблема гораздо глубже — сама процедура превратилась в бизнес. Детей изымают по решению главы местной социальной службы без решения суда, но возвращают детей только через суд. Государство платит приемным родителям, тогда как биологические родители не получают никакой помощи. Еще страшнее тот факт, что родители обязаны пройти специальную процедуру для того, чтобы вернуть своего ребенка. Это схема для воровства государственных денег. Чтобы вернуть ребенка в родную семью, родители и ребенок должны пройти курс реинтеграции, который оплачивают либо сами родители, либо государство. Вдумайтесь, ребенка, который вырос в этой семье, где его любят, где ему стараются дать лучшее, психиатры должны подготовить к возвращению в семью. Никаких подобных процедур при изъятии детей не предусмотрено.

ИА Красная Весна: В таком случае чиновники могут шантажировать и угрожать родителям.

— Конечно. Это уже происходит. Мне известно о нескольких таких случаях, я могу описать их, не вдаваясь в детали. Закон вступил в силу 1 июля 2020 года. Глава бюро социальной помощи по «анонимному» сигналу может получить всю имеющуюся в государственных органах информацию о семье, в том числе данные от Государственного бюро по безопасности (аналог ФСБ), Министерства внутренних дел, налоговой и т. д. Чиновник по одному своему запросу может получить любые данные о семье. Со стороны государства нет никакого контроля за данными после того, как они попали на компьютер должностного лица. В данном случае чиновник передал информацию третьему лицу.

ИА Красная Весна: Идеальные условия для рэкета.

— Да. В одном квартале есть два конкурирующих магазина. Через бюро по социальной защите один из собственников получает всю интересующую его информацию для давления на конкурента. В другом случае соседи подают несколько десятков анонимных сигналов о жестоком обращении с детьми, и они не несут никакой ответственности. В законе нет пункта, предусматривающего наказание за лжесвидетельство. Ребенок остался в семье только благодаря честности главы местной соцзащиты. Она не поверила анонимкам и лично проверила семью.

ИА Красная Весна: Если бы она не захотела проверять семью, анонимок было бы достаточно для изъятия ребенка?

— Достаточно одного сигнала.

ИА Красная Весна: _Как происходит изъятие? К дверям квартиры приходит соцслужба с полицией?

— Это может произойти где угодно. Вы можете прийти забирать ребенка из школы или детского сада, а его там нет. Органы опеки не обязаны вас уведомлять об изъятии у вас ваших же детей.

ИА Красная Весна: У вас на глазах могут забрать вашего ребенка и вы ничего не можете сделать?

— Да. Вообще ничего, если вы попытаетесь оказать сопротивление, полиция арестует вас за сопротивление стражам порядка. Мы боремся за то, чтобы в закон была внесена норма, по которой постановление суда должно выноситься в течение трех дней. Сейчас рассмотрение подобных дел длится месяцами. По нынешнему законодательству в течение первых 48 часов родители не имеют права на общение с ребенком. Они не знают ни где он находится, ни в каком он состоянии. Вы пришли в школу, учительница сказала вам, что ребенка забрала опека или полиция, и всё. Даже, если вы узнаете, где ваш ребенок, вас к нему не пустят, чтобы вы не оказали на него давления.

ИА Красная Весна: А что потом происходит с детьми?

— Их определяют в приемную семью или распределительный центр.

ИА Красная Весна: Это открытый террор.

— Мне известен случай, когда мать, у которой соцслужба только что силой вырвала ребенка, сказала, что если ей не вернут ее сына, она обольет себя бензином и совершит акт самосожжения, так как не может без него жить. Опека построила дело таким образом, чтобы ее признали неуравновешенной. Психологи тут же признали ее психически нестабильной. Вы должны быть очень внимательными и не говорить ничего лишнего. Всё, что может родитель, у которого отбирают ребенка, это молча стоять и наблюдать.

ИА Красная Весна: Нет никаких механизмов, чтобы воспрепятствовать опеке?

— Никаких. Сейчас родитель даже не является стороной в судебном деле.

ИА Красная Весна: Как это?

— Суд принимает решение без присутствия родителей. На заседании мог присутствовать только их уполномоченный представитель. Мы внесли в парламент предложение, по которому и родители, и ребенок должны быть сторонами в суде. Возможно, это немного исправит дело.

ИА Красная Весна: Как сейчас обстоит процедура по возвращению ребенка? Сколько времени это занимает?

— Суд может рассматривать дело шесть месяцев, может год или даже два. Всё зависит от того, как опека построит дело, будет ли она обжаловать решение суда, суд может отложить рассмотрения дела и т. д. Факторов очень много.

ИА Красная Весна: В это время у ребенка нет связи с родителями?

— Всё зависит от чиновника, на которого вы попадете. Он определяет, увидите ли вы своего ребенка после суда или же вам позволят его навещать в приемнике.

ИА Красная Весна: Ребенок получает ужасную психологическую травму и его здоровье опеку не интересует?

— Это никого не интересует, по крайней мере, я остался с таким впечатлением. Дети в Болгарии вообще никого не интересуют, как и будущее.

ИА Красная Весна: В анализе ЗСУ есть статистика, согласно которой 48% детей в Болгарии живут за чертой бедности. Всех их могут изъять их семей?

— 100% детей в Болгарии попадают под действие этого закона. Бедность не является единственным критерием для изъятия. Основанием может стать вербальное насилие. Накричали на ребенка — кто-то подал сигнал — ребенка забрали. В законе много неясно прописанных критериев. Что это за критерий «ограничение передвижения»? Есть случай, когда у родителей забрали 14-летнюю девочку за то, что они не пустили ее на дискотеку. Девочка сама подала сигнал в опеку, ее забрали, а когда она осознала, что совершила глупость, было уже поздно. Она смогла вернуться домой только через месяц. Вы не можете ограничивать право ребенка на выбор.

ИА Красная Весна: Что значит право на выбор?

— Например, вы не можете лишить его права есть мороженое, даже если у него ангина. Вы не можете его остановить, так как вы ограничиваете его право на выбор.

ИА Красная Весна: Даже если ребенок хочет перейти дорогу на красный?

— Конечно. Вы не можете ему запретить совать пальцы в розетку. Вы вообще ничего не можете запретить.

ИА Красная Весна: Детей какого возраста больше всего изымают из семей?

— По закону они могут отнять ребенка до 18 лет. Я вижу определенную тенденцию. Социальные работники посещают родильные отделения и примечают многодетных мам с детьми дошкольниками. Приоритет отдается маленьким детям, чтобы у детей не было воспоминаний о своих настоящих родителях.

ИА Красная Весна: Могут ли иностранцы усыновлять детей в Болгарии?

— Да, сейчас число таких усыновлений растет. В ЗСУ уменьшили срок рассмотрения дел по усыновлению иностранцами до трех месяцев и убрали множество бюрократических процедур. До закона минимальный срок рассмотрения подобных дел был шесть месяцев и они проходили через МВД и МИД. Сейчас достаточно решения суда по делу.

ИА Красная Весна: Когда иностранцы усыновляют ребенка, кто-то получает о нем информацию?

— Мы пытались получить ответ на этот вопрос, даже требовали отставки министра иностранных дел. Согласно действующему законодательству МИД и соцработники каждые шесть месяцев должны проверять, где находятся усыновленные дети, всё ли у них хорошо. За прошедшие годы (я не могу назвать точный период) иностранцы усыновили более восьми тысяч детей в Болгарии. МИД Болгарии знает о местонахождении трех из них. Об остальных детях нет никакой информации.

ИА Красная Весна: Вы хотите сказать, что 8000 болгарских граждан исчезли и никто не знает где они находятся?

— Да. Возможны любые злоупотребления: торговля детьми, торговля органами… Возможно, есть какие-то расследования службы безопасности, но мне о таких неизвестно.

ИА Красная Весна: Как на это реагируют болгарские СМИ? Болгарская общественность?

— СМИ? Болгария находится на 111 месте в рейтинге свободы прессы.

ИА Красная Весна: И это страна Евросоюза.

— Болгария последняя в рейтинге среди стран Евросоюза. Мы первые по смертности, первые по коррупции, первые по детской заболеваемости, первые по бедности. Только в таких рейтингах мы занимаем лидирующие позиции.

ИА Красная Весна: Есть ли со стороны Евросоюза или европейских организаций контроль за судьбой усыновленных детей?

— Нам такие факты не известны.

ИА Красная Весна: Ситуация звучит ужасно.

— Оно не звучит, всё, действительно, ужасно. Было бы хорошо, если бы это было кино, но это не кино — это реальность. У меня складывается ощущение, что болгарскому обществу нет дела до своих детей. Поэтому мы пытаемся противодействовать этому любыми доступными нам средствами.

ИА Красная Весна: Что бы ты хотел посоветовать российским родителям?

— Братья и Сестры, вставайте и дайте отпор любому проявлению этого зла! Не спите. Следите за законами, не позволяйте протащить мимо вас эту гадость. Чтобы у вас было ваше государство, вам необходимо будущее, а будущее — это ваши дети. Спасайте их любыми способами. Даже ценой бунта или революции. Не отдавайте своих детей!

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER