НЛО или летательные объекты на основе технологий НЛО? Взгляд из лаборатории

Продолжаем публикацию интервью американского физика Гаральда (Хэла) Путхоффа популярному американскому подкастеру Джо Рогану. В этом отрывке обсуждаются возможные устройства для квантовой связи, над которыми Путхофф, по его словам, работает. Если то, что он говорит, правда, то такая связь может оказаться проходящей сквозь все экраны.

Более того, поскольку такая связь не будет иметь носителей в виде электромагнитных волн, то скорость распространения сигнала остается неясной. Именно этот вопрос — скорость распространения сигнала — Путхофф не обсуждает, хотя, вероятно, если он в самом деле доказал принципиальную возможность такой связи, то из уравнений должна была следовать и скорость распространения сигнала.

Ссылки на опубликованные фрагменты интервью:

Читайте также: Так есть НЛО или нет? Разговор физиков через десятилетия

Читайте также: Так откуда к нам прилетают «тарелки»?

Читайте также: Как в США изучали двигательные установки внеземного происхождения. Интервью

Читайте также: НЛО нет? А летательные аппараты откуда? Отвечает физик

Джо Роган: Мы говорим о потенциальных источниках энергии, потенциальных источниках двигательных установок. Какова, на ваш взгляд, вероятность того, что объекты, которые видят люди, наши? Что они созданы в рамках какой-то сверхсекретной программы с использованием какой-то передовой двигательной установки, передовой энергетической системы, информация о которой не разглашается?

Путхофф: Я бы не исключал, что в наших лабораториях могут работать довольно интересные штуки. Я знаю, что то, что разрабатывается в тайных лабораториях, о некоторых из них мне известно, действительно является продвинутым. Но эти [разработки] просто не могут охватить все явления, которые мы наблюдаем с помощью так называемых аппаратов НЧИ — аппаратов нечеловеческого интеллекта.

Джо Роган: Как вы думаете, могли ли некоторые из этих устройств быть получены методом обратной инженерии этих нечеловеческих аппаратов?

Путхофф: Некоторые материалы, я бы сказал, да. Думаю, у нас есть кое-что. В интернете сейчас можно найти информацию о том, что, например, институту Баттеля (Мемориальный институт Баттеля — частная некоммерческая научно-исследовательская организация, которая занимается изучением и внедрением новых технологий в различных отраслях. Тесно сотрудничает со многими компаниями и федеральными властями США. Проводит исследования в области фармацевтики, агрохимии, здравоохранения, энергетики, национальной безопасности, транспорта, экологии и др. Штаб-квартира расположена в г. Колумбус, штат Огайо. В институте и лабораториях, находящихся под его управлением, работают около 22 тыс. человек. Ежегодно выполняются заказы около двух тысяч компаний и государственных ведомств на миллиарды долларов, регистрируется до 100 патентов. Подразделениями института являются национальные лаборатории в Окридже, Ливерморе, Брукхевене и ряд других. — прим. ИА Красная Весна) якобы предоставили какие-то материалы с места крушения [НЛО] в Розуэлле. И мы постоянно слышим описания фольги, которую можно сжать, отпустить, и она снова распрямится и так далее.

Материал такого типа был… предоставлен институту Баттеля, и они работали над ним несколько лет, пытаясь понять, смогут ли они его воспроизвести. И утверждается, что из этих исследований получился нитинол — материал, который можно нагреть, и он затем восстановится в исходное состояние. Это находится в открытом доступе. Он [материал] не совсем воспроизводит тот эффект, который вы видели, но отчасти да, в каком-то смысле это сдвиг в этом направлении.

И оказалось, что некоторые из ведущих инженеров-материаловедов, работавших над этим, перед смертью рассказали родственникам, что работают с фрагментами с места крушения в Розуэлле. И они добились определенного прогресса, но незначительного. Можете поискать информацию в интернете и убедиться, что это так.

Джо Роган: Связано ли это с ограничением, которое мы обсуждали ранее, с ограничением информированности сотрудников [о том, какими исследованиями занимаются их коллеги по работе] и отсутствием у других ученых доступа к этим материалам для совместной работы?

Путхофф: Да, ограничение информированности, я бы сказал, — это самое большое препятствие для достижения действительно хорошего прогресса, безусловно. Думаю, так оно и есть.

Джо Роган: И эта загадка существует уже довольно давно.

Путхофф: Довольно давно. Десятилетия.

Джо Роган: Также в соответствии с тем, что сказал Боб Лазар. Боб Лазар сказал о большом разочаровании: когда он работал, ему было поручено разобраться с двигательной системой, но у него не было доступа к металлургам. У него не было доступа ни к кому другому, кто тоже работал над подобными вещами. И он говорил: наука просто не может развиваться таким образом. Должно быть сотрудничество.

Путхофф: Абсолютно верно. Это на 100%. И это даже хуже, чем вы думаете. Я имею в виду, одна из историй, с которыми я столкнулся, была такой: у корпорации были в подвале материалы с мест крушений [НЛО], но они даже не могли поднять их на верхний этаж, чтобы их собственные ученые могли их изучить, настолько был ограничен доступ. И тогда мы сказали: «Хорошо, ну, отдайте их нам, а потом мы зайдем через главный вход и передадим их вашим ученым. И мы не скажем, что это из вашего подвала, и не скажем, какое это имеет отношение к делу. И, знаете, может быть, это сработает». Это было запрещено. Всё было настолько разрозненно. Так что ограничение доступа для большей части этой темы ― это уже смерть.

Как я уже говорил, возвращаясь к истории с Теллером, что больше сотрудничества, большая открытость всё же лучше, даже несмотря на возможные ошибки, утечку информации и материалов, даже несмотря на то, что это может помочь противнику.

Джо Роган О, конечно. Ну, определенно для нас с вами, кому это интересно. Был ли у вас личный опыт чего-то, что вы не могли объяснить?

Путхофф: Нет, на самом деле, не было. То есть однажды я видел, как что-то похожее на спутник совершило поворот под прямым углом, так что это попадает в эту категорию, но кто знает? Кто знает, что это было? Так что нет, не видел.

Джо Роган: То есть вы никогда не садились в самолет, не летали к обломкам и не имели возможности всё осмотреть?

Путхофф: Нет, никогда.

Джо Роган: Боже, неужели вы не хотели бы?

Путхофф: Ну я бы, конечно, хотел.

Мы уже ранее задавались вопросом, говоря, например, о ясновидении или квантовой запутанности, что происходит в нашей физике, что мы не понимаем, как такие вещи могут происходить. Вам будет интересно узнать, что мы с вашим знакомым Джоном Полом ДиДжорио совместно работаем над исследованием нового средства коммуникации — квантовой коммуникации.

Сейчас я непосредственно участвую в программе по изучению квантовых коммуникаций. И вот оказывается, что обычные электромагнитные сообщения не могут проникнуть сквозь преграды, металлические двери и так далее. Почему? Потому что когда электромагнитный сигнал достигает металлической двери, электрические и магнитные поля создают противодействующие эффекты, и поэтому сигнал не может пройти.

Так вот, несколько лет назад, когда я копался в этом, пытаясь выяснить, как объяснить необычные эффекты, я углубился в электромагнетизм, дойдя до квантовых уровней, и обнаружил, что существуют некоторые дополнительные квантовые процессы, в которых можно в конечном итоге подавить электрические и магнитные поля, но при этом всё равно получить квантовый сигнал, который, в принципе, может проникать сквозь преграды. И это означало бы, что можно общаться с подводными лодками.

То есть, хотя соленая вода достаточно проводящая и электромагнитный сигнал не может проникнуть туда и передать сигнал, если вы сможете убрать электрические и магнитные компоненты, но у вас всё еще останется лежащий в их основе квантовый аспект, сигнал сможет пройти. Или то же самое с космическими кораблями.

Когда наши космические корабли возвращались, как только космические корабли «Аполлон» начинали движение в нашей атмосфере и были окружены плазмой, у нас был период, когда не было связи по той самой причине, что электромагнитные сигналы не могут проходить через заряженную плазму. Но этот аспект квантовой связи мог бы [пройти].

Джо Роган: Что бы вы использовали для этого? Как бы вы закодировали информацию квантовым способом и как бы вы ее спроецировали? Какое оборудование было бы задействовано в чем-то подобном?

Путхофф: Что ж, оказывается, что оборудование для генерации сигналов представляет собой очень тщательно спроектированный комплекс антенн, собранных таким образом, чтобы предотвратить передачу электромагнитных компонентов. Секрет технологии, однако, заключается в детекторах. Потому что, если электромагнитных сигналов нет, как детектировать такой сигнал? Ведь все наши детекторы, как вы знаете, [работают так:] в них поступает электромагнитный сигнал, который генерирует ток и так далее. Оказывается, особые виды сигналов на квантовом уровне могут быть обнаружены только квантовыми устройствами. Квантовые устройства могут обнаруживать эти сигналы квантовой связи, даже если с ними не связаны электрические и магнитные эффекты.

Вот это мы и рассматриваем. И когда я думаю о том, в каких областях это может применяться ― конечно, это может широко применяться в таких областях, как связь, в условиях, когда требуется преодолеть экранирование. Но это может быть как-то связано даже с некоторыми аспектами сознания. Потому что есть люди, пытающиеся думать, ну, а как насчет сознания? Это всё еще просто молекулы и нейроны, вращающиеся вокруг, или есть какие-то дополнительные поля?

Есть физик и анестезиолог ― физик Роджер Пенроуз, получивший Нобелевскую премию за работу по общей теории относительности, и Стю Хамерофф, анестезиолог ― они объединились и начали говорить: «Хорошо, есть ли вероятность существования квантовых аспектов в обычной жизни, в обычном сознании?»

Потому что, как говорит анестезиолог, что звучит довольно разумно: «Когда я даю человеку определенный анестетик, он теряет сознание». Значит, в анестезии должно быть что-то такое, что захватывает то, что отвечает за сознание. Короче говоря, они разработали модель, согласно которой в мозге, по их мнению, действительно происходят квантовые процессы.

Помимо того, о чем мы все читаем и знаем, например, о нейронах и тому подобном, в нашем мозге и нервной системе также распределены так называемые микротрубочки. Оказывается, у микротрубочек такая структура, что они могут улавливать квантовые сигналы. Итак, идея о том, что даже в нашем сознании существуют механизмы обнаружения квантовых сигналов, — это совершенно новая область для исследований.

И вот некоторые экспериментаторы, работающие в области биологии и сознания, рассматривают такую идею: ладно, вместо того, чтобы просто говорить о квантовой запутанности, о том, как информация передается отсюда — туда, возможно, мы действительно сможем выяснить, каков же этот механизм? Итак, это совершенно новая область.

Я разработал доказательство принципиальной возможности этой скрытой квантовой коммуникации еще в 90-х, по засекреченному контракту. Так что я получил доказательство принципиальной возможности такой связи. Однако вы спрашиваете: «Хорошо, если у вас есть доказательство принципа, то почему мы его не используем? Почему его нет повсюду?»

Оказалось, что квантовые детекторы представляют собой совершенно новый тип схем, еще не готовый к массовому производству. Поэтому я отложил всё это на полку, пусть полежит там какое-то время. А теперь, благодаря квантовым вычислениям, оказывается, что много исследований направлено на разработку криогенных схем, работающих при температуре, близкой к абсолютному нулю, для использования в квантовых вычислениях.

И я сказал: «Хорошо, они заработали, эти переходы Джозефсона (переходом Джозефсона называют два сверхпроводника, разделенных диэлектриком. Если толщина диэлектрика мала, то ток может проходить через диэлектрик без сопротивления. — прим. ИА Красная Весна), и это именно то, что я хочу использовать в своей схеме детектирования». И в конце концов решил снять это с полки. Я обратился к Джону Полу и показал ему, какой потенциал у них есть, не только в области связи, но, возможно, он может быть полезен для биологических или медицинских целей, в том числе и для чего угодно, благодаря другим работам с микротрубочками.

И он сказал: «Хорошо, давайте попробуем». Итак, мы… У нас есть еще одна крупная лаборатория, которая занимается сборкой для нас схем, работающих при температуре около 3,7 градуса выше абсолютного нуля. То есть это действительно довольно сложная техническая задача. Но мы с ним работаем над этим вместе. Он мой коллега.

Джо Роган: Увлекательно. Квантовая запутанность, это то, что, по-вашему, происходило с водорослями? То есть, если бы вы могли что-то сделать с водорослями в одном месте, то часть той же колонии водорослей, находясь на большом расстоянии от первой, мгновенно осознала бы, что что-то происходит?

Путхофф: Это единственное, что я могу себе представить на данный момент, исходя из известной нам физики.

Джо Роган: На каком расстоянии они были друг от друга?

Путхофф: Ну, я собирался разнести их примерно на пять миль. Как оказалось, мне так и не удалось провести этот эксперимент <...> (В одной из частей своего интервью Путхофф рассказал, что он не провел эксперимент с водорослями, поскольку ему предложили заняться более сложными экспериментами — ясновидением — прим ИА Красная Весна).

Джо Роган: Итак, если рассматривать все эти технологии с учетом появления инноваций и всё возрастающей мощи технологий, например, квантовые вычисления, как и многое из того, что мы видим сейчас, считаете ли вы, что всё это шаги к дальнейшему пониманию того, как эти летательные аппараты могут работать?

Мы всё ближе и ближе к тому моменту, когда раскрытие информации ускорит этот процесс, и нам придется с этим смириться. Нам нужна была бы своего рода амнистия. Амнистия для тех, кто незаконно присваивал средства и лгал конгрессу. Амнистия для всех оборонных подрядчиков, которые получили доступ к этому оборудованию, этим материалам и тому подобному.