22
окт
2021
  1. Классическая война
Виктор Шилин / Газета «Суть времени» №452 /
Так кто же первым отдал прямой и недвусмысленный приказ на захват Сталинграда?

Сталинградские «Фермопилы»: сущность врага

Сталинград во время налета вражеской авиации. 1942
Сталинград во время налета вражеской авиации. 1942
Сталинград во время налета вражеской авиации. 1942

В директиве ОКХ № 41, содержавшей планы немцев о походе за нефтью, город на Волге фигурирует достаточно косвенно. Традиционно в исторической литературе начало наступления на Сталинград связывают с подписанной позже Гитлером директивой ОКХ № 45, уточнявшей планы летней кампании. Это позволило в дальнейшем многим немецким военачальникам, причастным к будущему поражению, перекладывать всю ответственность за роковое решение на застрелившегося фюрера. Однако последние исследования показывают, что дело обстояло иначе.

Впервые недвусмысленно о захвате Сталинграда сказано в документе оперативного отдела группы армий «Б» под номером 2122/42. Он был подписан командующим группы Максимилианом фон Вейхсом и направлен в штаб 6-й армии Фридриха Паулюса 20 июля 1942 года. В нем сказано:

«…корпусам 6-й армии поставлена задача использовать нынешнюю слабость противника безостановочным преследованием и оборонять фронт на Дону минимальными силами… После захвата Сталинграда задачей 6-й армии станет удержание долговременных позиций между Волгой и Доном…»

В тот же день, 20 июля, штаб Паулюса выпустил приказ, с которым его армия начала сражение в излучине Дона — первый этап Сталинградской битвы. В нем снова повторены слова о быстром захвате города:

«Перед восточным фронтом армии пока только слабый противник с танками… Как можно скорее занять Сталинград, в том числе прочно удерживать железнодорожную линию Морозовская — Сталинград».

Документы фон Вейхса и Паулюса были подписаны за три дня до появления на свет директивы Гитлера. Их содержание и тон позволяют сделать выводы о том, что:

— решение о захвате Сталинграда было принято немецкими военными «на месте», в штабах группы армий «Б» и 6-й армии, а не в Берлине;

— советские силы, способные оказать сопротивление, оценивались как незначительные, а задача овладения городом воспринималась как проходная.

Как мы видим, послевоенные ссылки на волю «бесноватого фюрера», якобы ответственного за все роковые решения, беспочвенны. Директива ОКХ № 45, подписанная Гитлером, увидела свет лишь 23 июля. В документе действительно звучат слова о взятии города:

«4. На долю группы армий „Б“… выпадает задача наряду с оборудованием оборонительных позиций на р. Дон нанести удар по Сталинграду и разгромить сосредоточившуюся там группировку противника, захватить город, а также перерезать перешеек между Доном и Волгой и нарушить перевозки по реке».

Отметим, что Гитлер упоминает взятие Сталинграда не между делом, как Вейхс и Паулюс. Более того, в группу армий «Б» передается 24-я танковая дивизия, изначально направленная на Кавказ. То есть еще до начала больших боев сталинградское направление начинает оттягивать силы от группировки, устремившейся к основной цели.

Обратим внимание также на еще один фрагмент директивы, касающийся действий авиации:

«Особенно большое значение имеет заблаговременное разрушение города Сталинграда… движение судов в нижнем течении Волги должно быть парализовано путем сбрасывания мин».

Отметим, что звучащие так буднично слова о нарушении движения судов и «заблаговременном разрушении Сталинграда» обернутся затем ужасными злодеяниями. В волжские воды самолеты люфтваффе сбросят тысячи морских мин, взрывы которых будут разносить в клочья речные пароходы и баржи. Город же, подвергнутый страшной ковровой бомбардировке, будет почти полностью сожжен и уничтожен. Все эти бедствия были запущены сухими пунктами директивы, рассуждающей словно бы о неких инженерных задачах: помеху устранить, потоки пресечь. Так видела наш народ и страну немецкая военная машина — чуждой массой недочеловеков, которую необходимо эффективно ликвидировать.

Итак, мы убедились в том, что послевоенная концепция немецких военачальников о том, что вся ответственность за принятие решений лежит на Гитлере и его политической системе, а они «просто выполняли приказы» — не более чем лукавство. Вермахт с его командующими из прусской военной элиты, конечно же, был активнейшим участником национал-социалистического процесса, крупнейшим силовым фактором, нередко «тянувшим одеяло на себя». Как мы увидим чуть позже, ряд военачальников не просто разделяли идеологию нацизма, но активно ее осуществляли.

Перед тем как окунуться в круговорот непосредственно самих боевых действий сталинградской эпопеи, необходимо также разобраться с действующими лицами, то есть с тем:

— кто же, собственно, напал на Сталинград;

— кто оборонял его, и после нанес поражение врагу;

— что из себя представляли сам город и его жители на начало сражения.

Это тем более важно сделать потому, что во многих источниках противоборствующие стороны предстают сухими и безликими — лишь фамилии командиров, номера подразделений и их численность. Но это были сотни тысяч живых людей, находившиеся в определенном физическом и духовном состоянии. Военачальники, разрабатывавшие операции и принимавшие судьбоносные решения, имели свои сложные судьбы, отразившиеся на том, как именно они проявили себя в экстремальных условиях битвы на Волге.

Начнем наш анализ с вражеской, немецкой стороны. Ядром наступавшей на сталинградском направлении группы армий «Б» являлась 6-я полевая армия вермахта, возглавляемая тогда генералом танковых войск Фридрихом Паулюсом. Однако не Паулюс определял сущностные параметры 6-й армии — на начало операции «Блау» он занимал должность командующего лишь четыре месяца. Отцом-основателем, демиургом, сколотившим кадровый костяк и придавшим свой дух подразделению, был совсем другой человек, предшественник и бывший начальник Паулюса — генерал-фельдмаршал Вальтер фон Рейхенау. Его карьеру и историю его главного детища — 6-й полевой армии вермахта — стоит разобрать подробнее.

Вальтер фон Рейхенау, немецкий генерал-фельдмаршал
Вальтер фон Рейхенау, немецкий генерал-фельдмаршал
генерал-фельдмаршалнемецкийРейхенау,фонВальтер

Вальтер фон Рейхенау происходил из среды потомственной прусской аристократии. Его военная карьера, как и большинства генералов вермахта, началась еще до Первой мировой войны, в которую он вступил уже офицером. Рейхенау воевал на Западном фронте в артиллерии, с 1915 года в должности заместителя начальника штаба пехотной дивизии. Был награжден Железным крестом первой и второй степени и еще четырьмя орденами. После поражения в Первой мировой войне, крушения Германской империи и образования Веймарской республики продолжил службу в рейхсвере — куцых немецких вооруженных силах, сформированных по условиям Версальского договора. С приходом к власти нацистов начинается взлет Рейхенау на вершины армейской иерархии. С февраля 1934 года ему присвоено звание генерал-майора, с октября 1935 года он генерал-лейтенант, в октябре 1936 года произведен в звание генерала артиллерии. Рейхенау активно участвовал в строительстве новой армии — вермахта. Несмотря на свою профессию артиллериста, всячески способствовал развитию танковых войск, этого немецкого «меча-кладенца», благодаря которому стала возможна стратегия и тактика блицкрига. Вальтер фон Рейхенау также является автором нового текста присяги на верность рейхсканцлеру, то есть Адольфу Гитлеру.

С началом активной и агрессивной внешней политики Третьего рейха Рейхенау постоянно находится в гуще событий. С февраля 1938 года он командует 4-й группой войск в Лейпциге. После «Мюнхенского сговора» именно она в октябре 1938-го оккупировала ставшую причиной конфликта Судетскую область, а чуть позже и саму Чехию. Перед нападением на Польшу Рейхенау стал командующим 10-й армии вермахта, в октябре 1939 года переформированной в уже знакомую нам 6-ю армию. Именно она прошла маршем по Елисейским полям в поверженном Париже. По итогам победоносной для Германии кампании на Западе Рейхенау был произведен в генерал-фельдмаршалы.

С началом вторжения в СССР 6-я армия входит в состав группы армий «Юг». Летом 1941 года она наступает на Украине, осенью оккупирует Киев и Харьков. В декабре 1941 года Рейхенау получает повышение и возглавляет всю группу армий «Юг». Его преемником на посту командующего становится начальник штаба 6-й армии Фридрих Паулюс, о личности которого мы скажем чуть позже.

До Сталинградской битвы, полного разгрома и гибели своего «детища», Рейхенау не дожил — 14 января 1942 года у него случился инсульт, а 17 января он умер во время перелета из Полтавы в Лейпциг.

Подытожим. Вальтер фон Рейхенау является типичным примером потомственного прусского военного аристократа, после поражения в Первой мировой войне охваченного антикоммунистическими и реваншистскими настроениями. Он активно поддержал и с большим энтузиазмом воспринял приход национал-социализма, обещавшего возвращение утраченного величия и скорую расправу над внутренними и внешними врагами. По воспоминаниям современников, «бульдог» Рейхенау обладал большой энергией и харизмой, имел огромный авторитет в подчиненных ему войсках, причем как в офицерской среде, так и в солдатской массе. Его преемник Паулюс, также обладавший и профессионализмом, и волей, всё же ассоциировался с образом педантичного штабиста, а не харизматичного «отца-генерала», и потому не избежал уничижительного сравнения со своим бывшим командиром.

На наш взгляд, Рейхенау является в своем нацистском качестве не исключением, а лишь наиболее ярким примером, вершиной айсберга. Военная машина Третьего рейха была так мощна и сокрушительна именно потому, что состояла из подобных высокопрофессиональных военных, часто аристократов, имевших командный и штабной опыт Первой мировой и страшно униженных поражением в ней. Нацизм, принарядившийся в «социалистические» одежды лишь для привлечения симпатий масс, во многом был выражением настроений именно этой среды. Под командованием этих офицеров находились такие же мотивированные, по-немецки дисциплинированные и преданные своим генералам солдаты с хорошенько промытыми геббельсовской пропагандой мозгами.

Но в чем же на практике выражалась темная нацистская заряженность Рейхенау во время боевых действий на Восточном фронте? Для начала приведем цитату из приказа командующего 6-й армией генерал-фельдмаршала Вальтера фон Рейхенау от 10.10.1941 «О поведении войск на Востоке»:

«Главной целью похода против еврейско-большевистской системы является полный разгром и искоренение азиатского влияния на европейскую культуру. <…> Солдат на Востоке является не только бойцом по всем правилам военного искусства, но также носителем беспощадной народной идеи и мстителем за зверства, причиненные немецкому и другим народам».

Рейхенау видит себя не карателем, а «мстителем». В его нацистском сознании Советская Россия — это страшная еврейско-большевистская «матка», уже разложившая однажды Германскую империю изнутри и угрожающая теперь всей «европейской цивилизации», защитниками которой нацисты себя мнили.

Согласитесь, что это не «просто выполнявший приказ» военный, а человек с оформленным нацистским мировоззрением. Впрочем, это лишь документы. Проследим, каким было их воплощение в жизнь.

За сгинувшей в Сталинградском «котле» 6-й армией тянется кровавый след военных преступлений с самого начала вторжения в СССР. Один из наиболее ужасающих инцидентов произошел в августе 1941 года в украинском городе Белая Церковь. Тогда около 90 еврейских детей в возрасте от нескольких месяцев до семи лет, родители которых были ранее уничтожены карателями, содержались в подвалах в нечеловеческих условиях. Ситуация вызвала протест нескольких капелланов (армейских священников) и офицеров, осмелившихся спорить с начальством зондеркоманды, уже запланировавшим казнь. Спор разрешил лично Рейхенау, приказавший уничтожить детей. К слову, исполнителями стали не немцы, а украинские коллаборационисты.

В сентябре 1941 года, когда 6-я армия оккупировала Киев, в зоне ее ответственности произошло одно из самых страшных преступлений гитлеровцев на территории СССР. Более 33 тысяч евреев под предлогом эвакуации были собраны в крупном овраге под названием Бабий Яр, а затем планомерно уничтожены.

Нужно пояснить, что так называемые зондеркоманды, или айнзацгруппы, целенаправленно занимавшиеся уничтожением гражданского населения, принадлежали к иным, нежели вермахт, структурам — СД и СС. Однако в прифронтовых зонах эти подразделения подчинялись армейскому командованию и согласовывали с ним свои действия. Так, 6-я армия в ходе своего продвижения по Украине, Донбассу, волжским и донским степям взаимодействовала с зондеркомандой 4а. Солдаты армии часто привлекались к карательным операциям, нередко по собственному желанию. Многие были не против поглазеть или поснимать на фото ужасные экзекуции. Рейхенау в целях сохранения порядка, а может быть, по причине расовой брезгливости, даже пришлось выпустить специальный приказ, в котором солдатам запрещалось принимать участие или наблюдать за казнями.

Сам факт наличия такого распоряжения говорит о том, что нацистский дух царил не только в высшей офицерской среде, но и среди простых солдат. Сделаем необходимую оговорку — конечно, далеко не все в 6-й армии, да и в вермахте в целом были убежденными национал-социалистами. Конечно, были те, кто дистанцировался от этой идеологии и ее чудовищных воплощений, и даже те, кто внутренне протестовал. Но они были пассивны, а те, кто носил в себе дух нацизма, — активны, и именно таких государственная система выявляла и ставила на руководящие посты, давала им «зеленый свет» и всячески поощряла. В результате и вермахт в целом, и 6-я армия в частности, были нацистскими в полном смысле этого слова.

С приходом нового командующего Фридриха Паулюса ситуация не изменилась. Так, 29 января 1942 года в зоне ответственности 6-й армии под Харьковом была сожжена деревня Комсомольская. В ходе карательной операции было убито 10 человек, в том числе двое детей, сгоревших вместе с домами. Практика расовых чисток, преступного отношения к мирному населению и военнопленным продолжилась и в ходе Сталинградской битвы, когда под оккупацией оказались многочисленные сельские поселения, станицы, небольшие города и большая часть самого Сталинграда.

Однако нужно всё же отметить серьезную разницу между Паулюсом и Рейхенау. Паулюс — человек совсем другого склада. Во-первых, он не был выходцем из прусской аристократии, как многие немецкие военачальники, а являлся сыном простого бухгалтера, дослужившегося, правда, до высокого поста министра финансов в одной из прусских провинций. «Низкое» происхождение преградило Паулюсу путь в военный флот, куда он стремился, но дорога в армию оказалась открыта. Во время Первой мировой Паулюс служил штабным офицером в частях горной пехоты на территории Франции. После войны вступил в добровольческий корпус для борьбы с «заразой большевизма», распространявшейся из революционной России. Во время дальнейшей службы Паулюс показал себя прежде всего как превосходный штабист — до назначения командиром 6-й армии он никогда самостоятельно не управлял крупными подразделениями. Он был начальником штаба у танкового командира Гейнца Гудериана, затем в новой 6-й армии у уже знакомого нам Вальтера фон Рейхенау. Выделившись своим профессионализмом, Паулюс привлекался немецким Генеральным штабом для разработки плана нападения на СССР. В том числе поэтому он станет сверхценным свидетелем советской стороны на Нюрнбергском процессе. С началом войны Паулюс снова начальник штаба у Рейхенау. Учитывая их долгую совместную работу, есть основания предположить, что Паулюс находился под идеологическим влиянием даже не нацистской партии, а своего прямого командира.

Многие западные мемуаристы изображают командующего 6-й армии безвольным исполнителем приказов, который сначала глупо увяз в сталинградском капкане, а затем не решился на самостоятельный прорыв из котла. Однако эта трактовка дана с позиции послезнания. До того как произошло окружение и уничтожение 6-й армии, сослуживцы отзывались о Паулюсе с почтением, нацистская пресса превозносила его как триумфатора. И было за что. Под его командованием 6-я армия зимой 1942-го отбила крупное наступление советских войск на Харьков, а летом, с боями, несколько раз проламывая вновь выстроенную советскую оборону, прошагала до Дона и Волги. Да, взятие Сталинграда сильно затягивалось, но это воспринималось верховным командованием и лично Гитлером не как серьезная угроза, а как некий досадный частный сбой, который вскоре обязательно будет ликвидирован. Мы уже ознакомились с приказом Паулюса, давшим начало наступлению на Сталинград, — в нем очевидны его амбиции по форсированному взятию города с ходу. Гитлер в своей директиве, напротив, несколько остужает пыл полевых генералов. Вопрос же прорыва из окружения не так прост, как может показаться. Современные исследования говорят о том, что у Паулюса были очень веские чисто военные причины отказаться от этой затеи. Запрет Гитлера был не определяющим фактором, а лишь одним из них.

Пребывание Фридриха Паулюса в плену и его послевоенная судьба (он жил в ГДР и стал некоей советской альтернативой бывшим генералам вермахта, строчившим мемуары в ФРГ) говорят о том, что он не являлся глубоко убежденным нацистом, а находился, что называется, «в потоке». Если Вальтер фон Рейхенау — это пример нацистского военного актива, человека, распространявшего влияние, то Паулюс — это пример «ведомого», того, кто сам находился под влиянием.

В завершение анализа качеств немецкой 6-й армии, наступавшей на Сталинград, нужно сказать и о чисто количественных показателях. «Накачанное» резервами для проведения операции «Блау», летом 1942 года это соединение было самым крупным по численности и одним из самых сильных по огневой мощи. Так, российский военный историк А. Исаев приводит цифры в 430 тысяч человек (посчитано методом «по едокам»). Кроме того, еще в начале Сталинградской битвы согласно директиве ОКХ № 45 6-я армия была дополнительно усилена 24-й танковой дивизией.

Качественное превосходство над нашими войсками в огневой мощи давало наличие крупнокалиберной артиллерии. В составе войск Паулюса находились пять дивизионов 210-мм гаубиц (около 40 стволов), три дивизиона 105-мм пушек и четыре дивизиона 150-мм гаубиц.

Две танковые (вместе с приданной 24-й) и две моторизованные дивизии насчитывали более 300 машин, большую часть которых составляли модернизированные танки Т-3 (Pz. III lang) с длинноствольной пушкой. Еще двумя козырями наступавших на Сталинград немецких войск стало оснащение противотанковых батарей новыми 75-мм пушками Pac-40 и Pac-97/38, скачкообразно повысивших поражаемость советских танков, и наличие батальонов специальных штурмовых орудий (StuGIII), сыгравших большую роль во время боев в самом городе.

Итак, на вновь образованный в излучине Дона советский Сталинградский фронт наступала самая грозная сила вермахта: усиленная резервами, вооруженная до зубов, идейно заряженная и в военном отношении очень опытная. О том, кто противостоял ей с нашей стороны, и кому пришлось пройти все круги ада для достижения ключевой в истории Великой Отечественной войны победы, мы поговорим в следующей статье.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER