Проблема в том, что армия, использующая нелетальное оружие, должна сражаться против армии, вооруженной обычным, смертельным оружием

Иллюзии постклассической войны — 2

Прежде чем рассказать о детище Д.Александера и его команды — нелетальном оружии, добавим еще два слова об атмосфере, которая сейчас существует в США вокруг темы спецсолдат-экстрасенсов, левитаторов, телепатов и прочих проходящих сквозь стены, одним словом, воинов-джедаев.

Эта тема сначала была поводом для скандала (армию США обвиняли в пытках заключенных тюрем Гуантанамо, Абу-Грейб и других с применением нелетальных технологий Александера), потом ее творцы стали восприниматься почти как сумасшедшие, но безобидные уфологи.

В 2004 году британский журналист Джон Ронсон написал злую сатирическую повесть «Вперившиеся в козлов» («The Men Who Stare at Goats»). Название намекает на неудачный эксперимент по мысленному контакту с животными, а сама повесть Ронсона представляет собой полудокументальное исследование с реальными именами и эпизодами, множеством интервью с бывшими «джедаями», с их бывшими руководителями и т.д. А в 2009 году Голливуд выпустил по его книге фильм под названием «Безумный спецназ», где сарказм Ронсона смягчен до легкой иронии, а лирико-драматический финал прямо намекает на то, что над неудачами первопроходцев поначалу всегда смеются, но именно благодаря им человечество познает неизведанное.

Ирония... Патетика... Определенная доля военного бюджета США тратится на настоящее нелетальное оружие. Речь идет о десятках миллиардов долларов. И три процента от этих десятков миллиардов идут на экзотические причуды Александера. Казалось бы, мелочь. Но если практичные американцы, трепетно относящиеся к расходованию средств налогоплательщиков, расходуют их на экзотику, то потому, что хотят извлечь из этого реальную выгоду. Ведь извлекли же архитекторы нашей перестройки вполне реальную выгоду из телевизионных выступлений Кашпировского, Чумака и многих других. Советский Союз развалился, потому что по общественному сознанию был нанесен удар, в том числе, и с помощью этого. И когда видишь, как вздымается новая волна того же самого (а она, к сожалению, очевидна), посещают самые мрачные мысли. В том числе, и о перестройке-2.

Но пора переходить от обсуждения экзотики к обсуждению нормальных видов нелетального оружия. Тех видов, в которых нет ничего от экстрасенсорных фантазий (которые, как мы убедились, тоже ведь не вполне фантазии).

Нормальные нелетальные технологии, как уже говорилось, признаны последним словом в военном деле, их воплощением в практику заняты десятки и даже сотни исследовательских и производственных групп и, несмотря на строгую секретность (или благодаря ей), постоянно находятся в поле внимания СМИ.

Сейчас в отечественной и западной прессе существует не только описание тех или иных видов этого оружия, но и серьезные классификации NLW по факторам и способам воздействия на человека.

Наиболее устоявшееся определение нелетального оружия таково: «Оружие нелетального воздействия — это оружие, которое разработано специально и применяется главным образом так, чтобы выводить из строя персонал или вооружение и военную технику противника, минимизируя при этом безвозвратные потери личного состава и нежелательное нанесение ущерба материальным ценностям и окружающей среде».

Нелетальное оружие считается не только наиболее гуманным видом оружия, но и наиболее эффективной альтернативой классическому и, тем более, ядерному оружию в недалеком будущем.

Факторы нелетального оружия воздействуют на человека двумя способами. Во-первых, непосредственно (прямое воздействие), т.е. путем ограничения его возможностей  (нарушение внимания, мышления, движения, способности принимать решения) или через воздействие негативных импульсов на органы чувств (вызывающих раздражение, резкую боль, временную потерю зрения, равновесия и координации движения, потерю сознания), или, наконец, механическим способом через применение обездвиживающих средств (специальной сверхлипкой пены, клея, сетей и т.д.).

Во-вторых, это косвенное (непрямое) воздействие, когда применение NLW нарушает условия жизни или работы, выводит из строя жизненно необходимые системы (источники энергии, системы пищевого снабжения, средства коммуникации, системы наблюдения и наведения и т.п.).

Среди средств прямого воздействия можно выделить средства кинетического воздействия, например, всем уже известные травматические пистолеты, стреляющие резиновыми пулями или особыми мешочками с песком. Или сеткометы, набрасывающие на человека прочную кевларовую сеть на расстояние до 10 метров. Или водометы, применяемые для разгона демонстрантов. Или ружья, стреляющие ирритантами — химическими составами раздражающего, усыпляющего или паралитического действия, а также малодорантами — зловонными веществами. Или электрошоковые устройства, стреляющие специальными картриджами, которые при попадании воздействуют мощным электрическим зарядом.

Сюда же относятся световые (ослепляющие), шумовые (оглушающие) гранаты и их комбинации; акустические пушки, долженствующие вызвать сильную боль в ушах (такие сегодня применяются против морских пиратов); вооружения, использующие электромагнитное (микроволновое) излучение, которое вызывает труднопереносимую обжигающую боль, но не нарушает работу жизненно важных органов человека; наконец, всевозможные пенные составы, либо прилепляющие противника к земле, либо делающие дорогу столь скользкой, что по ней невозможно передвигаться.

Другой вид нелетального оружия — средства воздействия на вооружения и военную технику. От простейших — специальных сетей, способных остановить на скорости четырехтонный грузовик, до более сложных — аэрозолей, превращающих бензин или смазку в военной технике в густое желе, или химических веществ, воспламеняющих резину колесной техники.

Во время агрессии в Югославии, например, с натовских самолетов разбрасывались длинные металлизированные ленты, которые, попадая на провода линий электропередачи, создавали короткие замыкания.

В ходе войны в Ираке США впервые применили установки психотронного воздействия, которые были размещены на американском крейсере «Белкап». После включения этих установок, как пишут западные издания, закаленные гвардейцы Саддама Хусейна, охваченные животным страхом, сдавались сотнями и тысячами.

Отметим также, что практически все работы по конструированию и совершенствованию несмертельного оружия заказываются и финансируются Пентагоном, а его конструктивные особенности и физические принципы являются строжайшим секретом. Кроме того, в 1999 году Советом НАТО утверждены основы для принятия нелетального оружия на вооружение альянса.

Одновременно идет безудержная реклама этого вида оружия в СМИ. Маститые и не очень эксперты убеждают, что будущая война будет выглядеть так: солдаты противника, ослепленные и оглушенные, потерявшие представление о том, где они находятся, беспорядочно разбегаются в разные стороны, оставляя на поле боя обездвиженную и горящую военную технику, а супертехнологичные американские войска победно движутся к своей цели.

Впрочем, это картинка для особо впечатлительной публики. На деле все немного сложнее.

Начать с того, что пока трудно найти примеры высокой боевой эффективности как нелетального оружия в целом, так и отдельных его видов. Главным образом его сегодня применяют при проведении полицейских и миротворческих акций — разгонах демонстраций, подавлении беспорядков в гражданском секторе и т.д., а это, согласитесь, вовсе не равнозначно боевому применению.

Правда, западные источники утверждают, что именно полицейские и миротворческие акции станут основным содержанием войн будущего, а те, кто ориентируется на традиционную войну, — отсталые консерваторы, но проверить, так ли это будет, пока нет никакой возможности.

Так, по ряду сообщений, в 1995 году в Сомали американские морские пехотинцы использовали липкую пену для того, чтобы построить заградительный барьер против мятежной толпы. Когда пену распылили, и она мгновенно образовала заградительную стену, сомалийцы подождали, когда она подсохнет, и легко перелезли через нее. Утверждается, что это был первый и последний случай применения пены в боевых условиях.

Многократно описанная микроволновая система активного отбрасывания (Active Denial System), вызывающая у человека нестерпимую жгучую боль, весьма эффектно смотрится на полигоне — в чистом поле стоит человек, на него направляют излучающую антенну... и он с криком убегает. Но в реальной боевой обстановке система обладает массой недостатков.

Во-первых, прибор имеет весьма малый радиус действия (до 500 метров), и добиться его увеличения пока не удается. Кроме того, сама установка и обслуживающий ее персонал весьма уязвимы. Это безоружную толпу демонстрантов легко разогнать обжигающими микроволнами, а как противостоять регулярным войскам, имеющим на вооружении не только обычное стрелковое оружие (что стоит снайперу с расстояния в километр «снять» оператора?), но и дальнобойную артиллерию, управляемые противотанковые средства, боевые вертолеты и беспилотники? Еще сложнее использовать прибор в партизанской войне — в лесу, на пересеченной местности, из засад, невидимые и неслышимые, партизаны уничтожат установку в два счета.

Химические составы раздражающего и усыпляющего действия также не лишены принципиальных недостатков. Во-первых, они известны еще с Первой мировой войны и против них давно нашли защиту в виде противогазов и средств химзащиты. Во-вторых, использовать их можно лишь в особых, почти стерильных условиях — при отсутствии ветра, осадков, тумана и т.п. — иначе либо химсостав значительно ослабнет, либо, при перемене ветра, может повредить собственным войскам

О самых фантастических изобретениях из области нелетального оружия уже сами авторы стараются не упоминать. Например, предлагалось распылять над войсками противника особый состав, привлекающий кусающих и жалящих насекомых, и «боевые пчелы» или «боевые комары» набросятся на солдат противника и зажалят их если не до смерти, то до потери чувства долга. Что ж, в любую войну солдатам приходилось терпеть кровососущих насекомых, и история войн умалчивает о том, чтобы какое-либо сражение было проиграно из-за их укусов.

Короче говоря, сами творцы и сторонники нелетального оружия сейчас сконцентрировались лишь на перспективных направлениях разработок. Это, в частности, психотронное оружие, лазерное оружие, компьютерное оружие, инфразвуковое оружие, оружие с использованием электромагнитного импульса и ряд других.

Наконец, есть ряд нерешенных концептуальных проблем. Одна из них в том, что дисциплинированного солдата слабыми «нелетальными» средствами остановить очень сложно. А если усилить, к примеру, электрический импульс электрошокового устройства или концентрацию паралитического газа, то оружие из нелетального тут же превращается в летальное.

Другая проблема в том, что нелетальное оружие пока непривычно, и поэтому срабатывает эффект неожиданности. Но как только оно станет достаточно распространенным, изобретательный человеческий мозг обязательно придумает либо средство защиты от него, либо средство его уничтожения.

Наконец, еще одна проблема в том, что армия, использующая нелетальное оружие, должна сражаться против армии, вооруженной обычным, смертельным оружием. Как долго выдержит такую войну армия, связанная принципом «гуманной войны»?

Аналитик в области безопасности Сидни Фридберг как-то заметил, что превосходство в технологии почему-то не спасло США 11сентября 2001 года. Инженерное чудо — пассажирские лайнеры «Боинг», использованные для атаки на Нью-Йорк и Вашингтон, — были захвачены террористами, вооруженными обычными ножами.

Войска США, проводившие антитеррористическую операцию в Афганистане, в горах Торо-Боро, чаще использовали верховых лошадей и старейший самолет-бомбардировщик B-52, произведенный полвека назад, чем новейшие супертехнологии.

Как ни удивительно, именно Джон Александер считает, что чем сложнее и высокотехнологичнее система обороны и безопасности, тем эффективнее будут против нее самые примитивные методы ведения войны и совершения диверсий. Современный военный компьютер, способный точно рассчитать траекторию попадания боевой ракеты прямо в бункер Бен Ладена, имеет множество слабых мест. Его не только можно перепрограммировать и отправить ракету обратно — то есть в самого стреляющего, но и сделать полностью бесполезным, просто обесточив.

Что ж, приходится согласиться с Александером в этом утверждении.

Мы вовсе не хотим сказать, что высокие военные технологии не важны и не нужны и что в случае войны мы шапками закидаем летящие на нас крылатые ракеты. Мы лишь хотим подчеркнуть, что традиционное оружие и технологии еще долго не утратят своего значения, а новейшие методы ведения войны, включая нелетальные, далеко не везде и не всегда можно применять.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER