logo
  1. Культурная война
Аналитика,
Тема нежити, живых мертвецов, вампиров особенно волнует западного зрителя. И пусть бы забавлялись этим сами, так ведь нет — обязательно надо тащить всю эту муть сюда

Колониальная культура

15 февраля 2012 года в «Высшей школе экономики» прошел круглый стол на тему «Российская ментальность и вызовы времени», организованный фондом «Либеральная миссия». Поводом для дискуссии стала книга «Куда ведет кризис культуры?», выпущенная фондом в 2011 году.

Открывая обсуждение, культуролог Игорь Яковенко заявил: «Реально Россия сходит с исторической арены». Более того, свои ресурсы исчерпала и российская культура, которой «больше нечего предложить миру». А 16 марта 2012 года в «Новой газете» в своей статье «Что делать?» — по материалам круглого стола, Яковенко вновь рассуждал о том, что «можно сделать для трансформации культуры, критически неадекватной вызовам времени».

Напомним, что разговоры об изменении ментальности и необходимости социокультурных трансформаций начал еще лет двадцать назад советник Ельцина А.Ракитов. Как бы продолжая эти разработки, Яковенко указывает, что модернизацию России надо начинать именно с изменения «культурного комплекса» страны: «Как утверждают специалисты, характер человека формируется к трем-шести годам. Базовые ориентации личности формируются к шестнадцати-восемнадцати…

Таким образом, для того, чтобы сменить ментальность, необходимо радикально трансформировать культурную реальность, которая открывается входящему в жизнь человеку. Далее, устойчивая смена ментальности требует нарушения межгенерационной преемственности базовых оснований культуры».

Иначе говоря, нужно отделить поколение родителей от поколения детей: по утверждению культуролога, «необходима сознательная стратегия разделения общества на людей вчерашних и сегодняшних». И далее «стратегия трансформации должна включать в себя первосортность утверждаемого и второсортность изживаемого».

Как метод Яковенко предлагает «выход из гетто русского языка». «Английский — должен обязательно преподаваться в школе», «необходим один англоязычный канал национального телевидения. Англоязычные фильмы не переводятся, а титрируются. Практика показа детям мультиков по-английски и т.д.».

Вам, читатели, это ничего не напоминает? Именно так вели себя колониалисты во все века и во всех колониях — заменяли автохтонный язык своим: документооборот, преподавание, религиозная служба, армия, медицина — всё и все должны были говорить на языке завоевателя. И уж, конечно, вся элита переходила на чуждый язык и начинала презирать родной.

Однако продолжим приводить авторские аргументы. Яковенко подыскивает пример: «Самый яркий пример — смена корпуса востребованных аудиторией сказок в конце 60-х –70-х годов прошлого века. Сказка играет роль базовой мифологической структуры... услышанные в детстве сказки участвуют в формировании матриц сознания.

В конце 60-х годов ХХ века на книжном рынке появились качественно новые детские сказки. «Муми-тролли» Т.Янссон, «Волшебник Изумрудного города» А.Волкова, книги о Мэри Поппинс в переводах Б.Заходера пользовались бешеной популярностью... Дети, воспитанные на этой литературе, весело похоронили Советский Союз».

Короче, Яковенко предлагает всерьез взяться за детей: перестать рассказывать детям русские народные сказки, потому что «образ Иванушки-дурачка... губителен в стратегическом смысле для отечественной культуры». Школьникам также не надо читать и изучать русскую классику, потому что она препятствует «вхождению России в современный мир».

Потому ли распался СССР, что детям читали «Муми-троллей», — вопрос спорный, но то, что и сказки, и книги, и фильмы для детей действительно кардинально изменились, видно весьма отчетливо.

В советское время младшие дети росли на фильмах-сказках (например, «Варвара-краса длинная коса», «Снегурочка» и т. п.), школьники — на таких фильмах, как «Розыгрыш», «Вам и не снилось», «Доживем до понедельника». Это были фильмы и для детей, и для взрослых, в них обсуждались школьные проблемы, которые были близки и школьникам, и их родителям.

Теперь же в России для детей и подростков появляются эпатажные ленты новой волны: «Все умрут, а я останусь», «Школа», «Похороните меня за плинтусом». А еще и фильм «Сволочи», вызвавший бурю негодования культурной общественности. Но просто вне всякой конкуренции — фильмы про вампиров, которые в последнее время заполонили киноэкраны.

Тема нежити, живых мертвецов, вампиров особенно волнует западного зрителя. И дело, видимо, не только в том, что она щекочет нервы пресыщенного обывателя. Есть ощущение, что вампиры, зомби и прочая пакостная мистика задевает что-то потаенное в душе «цивилизованного человека», чем-то ему очень сродни. Ну и пусть бы, в конце концов, забавлялись этим сами, так ведь нет — обязательно (по закону культурного колониализма) надо тащить всю эту муть сюда.

Первый фильм про вампиров появился еще в 1922 году — «Носферату. Симфония ужасов» Фридриха Мурнау. Нельзя сказать, что в те годы тема пользовалась особой популярностью: в мировом кинопрокате прибавлялось по одному-двум фильмам в год. Главный конфликт в них заключался в противостоянии человека (героя) и вампира (антигероя), и еще до 90-х годов эти существа являли собой пусть обаятельную и притягательную внешне, но все же нечисть. К тому же нечисть, которая тяготится своим отлучением от добра и света.

Даже в относительно недавних фильмах, таких как «Дракула» (1992 г.) или «Интервью с Вампиром» (1994 г.), где вампиров играли популярные актеры Киану Ривз и Том Круз, взаимоотношения «героев-вампиров» с миром и обществом были сложны и неоднозначны.

Но в последние годы пошел просто вал низкопробных фильмов о вампирах, в которых они наделены только превосходными качествами. И в них вопрос о том, что вампир — существо проклятое, ушел, испарился. Перед нами обаятельный, красивый, богатый герой, начисто лишенный рефлексии о своих отношениях с Богом и Творением.

Приведу яркий пример — сериал (!) «Сумерки. Сага» (2007–2011гг.) повествует нам историю любви и взаимоотношений между оборотнем, вампиром и человеком. В фильме вампир — просто симпатичный юноша, который уже не пьет кровь людей, а пьет кровь животных. И ездит на роскошной машине, утреннее солнце его не убивает (как прежних кровососов), а всего лишь делает его кожу серебристой. Какая прелесть! В общем, классные парни, воплощение мечтаний девушки-подростка!

Среднестатистический подросток привыкает к жизни в выдуманных мирах, к отсутствию связи с действительностью, отсутствию морально-этических норм (какие у вампиров могут быть нормы?!). Со временем стирается грань между тем, что хорошо, что плохо, между добром и злом, возникает «привыкание» к жестокости и насилию. И уже не появляется сопереживания к страданию другого существа.

Известны случаи, когда подростки в лесу перерезали выбранным жертвам (своим друзьям) горло и пили теплую кровь. Все это было подражанием вампирским повадкам, эти дети очень увлекались фильмами про вампиров.

В последнее время также невероятно популярной стала и тема зомби. На экраны кинотеатров по три, а то и по четыре раза в год выходят фильмы о зомби: «Обитель зла», «28 дней спустя», «Эпоха мёртвых», «Паршивая овца» и т. д. Любимая тема таких фильмов — зомби-апокалипсис — один из вариантов конца света. Идея такова: из какой-то секретной лаборатории вырывается вирус, превращающий людей в зомби. Зомби начинают гоняться за обычными людьми, чтобы их съедать, грызть, рвать на части.

В сентябре 2012 года в Москве прошла акция, посвященная премьере сериала «Ходячие мертвецы» (3-й сезон). Для тех, кто лучше всех изобразит зомби, был заготовлен приз, и «победители» были-таки награждены.

В Нижнем Новгороде переодетые в зомби десятки молодых людей устроили массовую драку в центре города и жестоко избили двоих парней и их девушек. После того как один из пострадавших потерял сознание, «монстры» — скрылись.

Конечно, кроме фильмов ужасов существуют и другие причины агрессивного поведения детей и подростков. Здесь и неблагоприятные семейные и социальные условия, и отсутствие школьного воспитания, и «нерегулируемая улица». Но именно массовая культура с ее насилием и жестокостью зачастую является указующей путь директивой. Ужастики и фильмы про нечисть становятся спусковым крючком к агрессивному, неадекватному поведению детей и подростков.

Жестокость и нетерпимость подростков к своим сверстникам периодически демонстрируется в интернете. Участники драк выкладывают на ютубе ролики с избиениями, происходящими в школах: подростки бьют учителя, мальчики бьют мальчиков, девочки бьют девочек.

Еще одна раскрученная тема в молодежном кинематографе — фильмы про волшебников, главный среди которых, конечно же, «Гарри Поттер». После публикации в 1997 году первого романа Джоан Роулинг «Гарри Поттер и философский камень», книги этой серии приобрели огромную популярность (к 2011 году было продано 450 миллионов экземпляров!).

По словам автора книги, главной темой ее романов является смерть: «Мои книги в основном о смерти. Они начинаются со смерти родителей Гарри. Или взять неотступное стремление Волан-де-Морта — покорить смерть. Бессмертие любой ценой — цель всякого, кто прикоснулся к магии». Магия и привлекала: множество детей хотели учиться в Школе магии «Хогвардс» вместе с Гарри Поттером. Уже с первого фильма началась просто истерия на тему поттернианы и мода на мистику и волшебные палочки.

Российские психологи и педагоги достаточно быстро заговорили о чуждости этого произведения нашему менталитету. Поттерниана не приносит пользы в развитии детей, а скорее вредит. Для английской традиции «свойственно свободное обращение с темными силами», а у наших детей по прочтении этих книг появляются «глубинные устойчивые страхи», да и обычные люди изображены в них пренебрежительно.

Психолог Ирина Медведева пишет: «В «Гарри Поттере» люди фигурируют где-то на обочине... как существа низшие по отношению к магам. Их даже людьми-то толком не называют, все больше простаками, простецами. Таким образом, ребенок отчуждается от людей. Мало того, что он сопереживает главному герою-волшебнику, так еще и люди не заслуживают ни сочувствия, ни элементарного уважения».

Периодически ряд российских психологов и педагогов предлагает запретить книги о Гарри Поттере, но об этом даже речи быть не может. Первый и главный аргумент: серия фильмов о Гарри Поттере — одна из самых кассовых в истории мирового кинематографа. Последний фильм «Гарри Поттер и Дары Смерти» уже подбирается к миллиарду долларов в прокате.

Но главное, что следует отметить, — все современное кино про монстров, гоблинов, волшебников, вурдалаков и пр. создано не только для того, чтобы собирать кассу, удовлетворяя запрос на «щекотание нервов». Нет, тут речь действительно идет о трансформации культурного ядра. Причем бьют и по христианским основаниям, адресующим к любви и прощению, и по глубинным кодам, попадающим в мозг ребенка из семейных преданий, бабушкиных сказок и народных песен.

В русской сказке Иван-дурак — честный, искренний герой, на стороне которого добро и правда, а в современной жизни он — обыкновенный «лох»...

Не только современное кино и современная массовая литература эксплуатируют сюжеты в стиле «фэнтези» — гигантским отдельным миром, чуть ли не превосходящим по популярности (и доходности) «фабрику грез», стали компьютерные игры.

В мире виртуальных игр не нужно никаких переодеваний, чтобы ребенок смог почувствовать себя Бэтменом, Человеком-пауком или Роботом-трансформером. И вместе с ними начать войну. В большинстве игр проблемы игрока-героя решаются с помощью меткой стрельбы и грубой силы. Например, в играх-стрелялках герой должен убивать всех, кто попадается на его пути, за попадание в голову начисляются дополнительные очки. Так игра становится программированием детской психики на убийство, навыки убийства доводятся до автоматизма, а применяются все эти навыки уже в жизни.

В июле 2012 года в Петербурге 17-летний подросток нанес своей матери ножевые ранения после замечания о том, что он слишком долго играет в компьютерные игры. Волгоградский подросток зарубил мать топором, после того как она отказалась отдать в починку сломавшийся компьютер, на котором он играл. Известны случаи, когда дети убивают мать или отца, а затем продолжают игру, многие даже не раскаиваются в совершенном.

После выступлений таких культурологов, как Яковенко, вновь и вновь приходится убеждаться: всё, что сегодня происходит в нашей культуре, происходит не спонтанно, не самой собой и даже не вследствие стремления заработать как можно больше денег. Нет, все происходящее является осознанными действиями по изменению (трансформации) русского менталитета.

И этой трансформации, которая очень похожа на колонизацию, мы должны сопротивляться всеми возможными способами.