Мы, а не они, развиваем демократию в сторону обещанного ими активного права. Но они говорят, что мы зовем назад. Куда назад? В демократию?

Мы не они. Они не мы. Реакционная аналитика — 3

24 апреля мы сдали в приемную Президента еще 92 598 подписей под письмом протеста против их ювенальных затей. И 38 906 подписей под письмом протеста против их затей в сфере образования. Итак, всего мы сдали до четверти миллиона (!) живых подписей под первым письмом. То есть мы реализовали все, что они от нас потребовали, дабы мы могли причаститься активному праву. В ответ они сказали, что у нас что-то там под копирку (Геббельс по сравнению с ними такой правдолюбец, что дальше некуда). И лихорадочно приняли европейскую конвенцию по правам детей, открыв двери для секспросвета в наши школы. А то и в детские сады.

Но два их особо зловредных закона — о патронате и об общественном контроле — нам пока удалось отбить. И мы не прекращаем борьбу.

Здесь я хотел бы сфокусировать внимание читателя на другом. На том, что мы, а не они, развиваем демократию в сторону обещанного ими активного права. Но они говорят, что мы зовем назад. Куда назад? В демократию? А они куда зовут? Подо что объединяются против нас, создавая новый блок — единороссов и оранжоидов?

И это притом, что оранжоиды мечтают их (консервативных) развесить по столбам рядом с нами (реакционными).

На митинге 25 апреля мы, протестуя против принятия европейской конвенции по правам детей, вырабатывали новую стратегию борьбы по разным направлениям. И заявили, что наши ориентиры — развитие глубокой народной демократии и полноценного гражданского самоуправления. Если это называется назад, то где перёд?

Итак, мы — за развитие демократии и гражданского общества. Мы делаем реальные шаги в этом направлении. Но мы реакционны. А они? — то бишь высший представитель бюрократии Д. Медведев, выступающий от лица руководимой им ЕР и заявляющий, что министр образования не рубль, чтобы его все любили. Кто они? Тут, право же, попахивает Салтыковым-Щедриным: «Начертавши прямую линию, он замыслил втиснуть в нее весь видимый и невидимый мир, и при этом с таким непременным расчетом, чтобы нельзя было повернуться ни взад, ни вперед, ни направо». Реакционно повернуться никуда нельзя было — вы понимаете? А консервативно или либерально — поворачивайтесь себе куда угодно, за милую душу. Хоть во власовщину. Хоть в развал государства. Тут полный плюрализм. Понятно вам?

Зюгановцы — те все поняли. И лихо повернулись в нужную нереакционную сторону в ходе ратификации европейской конвенции по правам детей, не проголосовав вообще. Лихой поворот, читатель, не правда ли?

Впрочем, я, дабы нарастить реакционность своей аналитики до предела, не буду в редакционной статье размениваться на такие мелочи, как Зюганов. И поставлю вопрос ребром, спросив читателя: «А что, по-твоему, вытекало бы из правоты фраз Самариной о новом консерватизме Медведева?» Напомню, что Самарина, которую я цитировал в предыдущей редакционной (и реакционной) статье, утверждает судьбоносность нового консерватизма Медведева. Мол, Медведев, выступая на открытии проекта «Гражданский университет», кардинально изменил понятие отечественного консерватизма, впервые противопоставив консерватизм не либерализму, а реакционности. Либералов он при этом ни разу не покритиковал. И «таким образом, подлинными врагами модернизации — и партии! — объявляются не «оранжевые» либералы, а противники демократии».

Я не говорю, что Самарина правильно трактует текст Медведева. Трактовка текстов Медведева требует глубоких и даже глубочайших познаний в областях, сопредельных с аналитикой. Тут, знаете ли, на одной аналитике далеко не проедешь. Но предположим, что Самарина права. Что из этого следует?

Первое — из этого следует, что оранжевые являются друзьями или мягче — союзниками консерваторов в их медведевском понимании. Согласитесь, я абсолютно корректно трактую Самарину. Это она по поводу моих высказываний в Колонном зале несла ахинею. А я цитирую точно — то бишь суперреакционно.

Второе — из этого следует, что консерваторы, они же едросовцы, должны составить блок против реакционеров — вместе с кем? Вместе с оранжевыми, которые им теперь не враги.

Третье — кто же эти реакционеры? Кому должен противостоять этот нетривиальный блок? Понятно, что «Суть времени» и лично ваш покорный слуга — реакционеры. Но как-то маловато для такого блока, не правда ли? Я, кстати, заранее предупреждаю, что буду противостоять этому блоку всеми силами, если он состоится. И буду это делать вне зависимости от того, как поведут себя другие. Предоставляю читателю самому расшифровывать это только что мною введенное и далеко не элементарное понятие «другие» и продолжаю.

Будучи лишен маниакальной амбициозности — чего уж нет, так нет — я понимаю, что в списке реакционеров занимаю далеко не первое место. Кто же в нем занимает первое место?

Я человек, не лишенный политического опыта. И знаю, КАК составляется список реакционеров. И ГДЕ он составляется, тоже знаю. А еще я знаю, что о том, на каком месте ты находишься в этом списке, можно узнать по накалу и охвату ведущейся против тебя информационной войны. Чем более остервенело тебя поносят и чем шире спектр поносящих тебя изданий, тем выше твой статус в списке этих самых реакционеров.

Так что я мог бы и вознестись, согласитесь. Но я не возношусь. И считаю, что выше меня в этом списке находятся разного рода советники В. Путина, неистово поносимые за те или иные грехи — «закон Димы Яковлева», например. И не только.

Но дело тут не в реальных политических фигурах. Дело в принципе. Рано или поздно список реакционеров будет составлен. Что дальше? Кстати, далеко не исключено, что первым номером в этом списке будут не советники Путина, а он сам. Но, повторяю, набор имен в этом списке — далеко не самое главное. Намного важнее то, что список этот составляется не для того, чтобы бесконечно изгаляться по поводу каждого из тех, кто в этом списке находится.

Рано или поздно должна сформироваться коалиция реакционеров. А также антиреакционная коалиция консерваторов и оранжевых. Их коалиция может быть явная или неявная. Коалиция Горбачева и Ельцина была неявной. Но она была. И тому есть масса доказательств. Реакционная же коалиция вначале состояла из Лигачева и его дружного коллектива. А потом ее сложили из членов ГКЧП.

После чего состоялся ГКЧП. И коалиция консерваторов-горбачевистов с оранжоидами-ельцинистами зачистила реакционеров-ГКЧПистов.

Которые, во-первых, не выдвинули никакой мобилизационной программы, способной кого-то консолидировать вокруг них.

Во-вторых, оперлись именно на то, на что не надо опираться, ведя политическую борьбу (танки в этой борьбе не опора, а очевиднейшая подстава).

И, в-третьих, на общественную поддержку наплевали с высочайшей горы.

Добавив к этому, что, в-четвертых, настроения в обществе были не чета нынешним, я завершаю свой цикл реакционных редакционных статей тем, что написал в заголовке: «Мы не они. Они не мы». Имеющий уши, да услышит. Аминь.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER