logo
Статья
  1. Экономическая война
  2. Обострение мировой «газовой войны»
В связи с начавшейся в сентябре 2014 г. «мировой ценовой нефтегазовой войной» и Катару, и его арабским соседям оказалось срочно необходимо политическое арабское единство

Обострение мировой «газовой войны». Часть III

* организация, деятельность которой запрещена в РФ

Основные актуальные события экономической войны в мире и в России мы регулярно обсуждаем в телевизионных лекциях программы «Смысл игры». Эти лекции читатели нашей газеты могут посмотреть в интернете.

Потому здесь я продолжу начатую ранее статью «Обострение мировой «газовой войны».

Напомню, что в первой и второй частях статьи мы обсудили основные этапы и направления постсоветских экономических войн против России на «газовом фронте».

Мы рассмотрели политику США, направленную на вытеснение экспорта российского газа из Европы политическими мерами (создание проблем и рисков российского газового транзита через Украину).

Мы обсудили ответную реакцию России, заключавшуюся в строительстве инфраструктуры газового экспорта в Европу в обход Украины — уже построенный газопровод «Северный поток» и запроектированный газопровод «Южный поток».

Мы рассмотрели создаваемые Еврокомиссией под «чутким американским руководством» законодательные препятствия для российского газового экспорта (ограничения «газовых директив» европейских законов).

Мы проанализировали попытки заместить в Европе российский газ азербайджанским и туркменским, а затем и ближневосточным газом Катара.

Продолжим тему.

Конкуренция «катарского газопровода» и «шиитской газовой магистрали», обернувшаяся необъявленной «горячей» войной США, НАТО и суннитских стран Персидского залива против Сирии, стала не единственным «газовым» аспектом драматических событий ближневосточной политики.

Очень серьезные проблемы для США, НАТО и региональных интересантов в этом смысле создали политические события в Египте, а также появление в регионе новой силы — «Исламского государства‌* Ирака и Леванта», ИГИЛ‌*.

Спровоцированная в 2011 г. США и арабскими странами Залива оранжевая революция привела к власти в Египте «Братьев-мусульман»‌*. Эта мощнейшая исламистская суннитская организация, умело прячущая за публично декларируемыми социально-гуманитарными целями свои халифатистские амбиции и военно-террористический потенциал, имеет сильные политические позиции не только в Египте. Ее крупные отделения активно работают почти во всех исламских регионах мира, включая страны Африки и Ближнего Востока.

Знаменательно, что США с самого начала поддержали правительство «Братьев-мусульман»‌* в Каире, продолжив перечисление Египту ежегодной помощи в размере 1,3 млрд долларов, установленной в 1978 г. по результатам мирного соглашения с Израилем в Кэмп-Дэвиде. А еще более откровенной стала поддержка новой египетской власти со стороны Катара, который, по данным разных источников, выделил правительству «Братьев-мусульман»‌* во главе с Мухаммедом Мурси помощь в размере от 11 до 13 млрд долларов.

Египетские «Братья-мусульмане»‌* сразу включились в поддержку антивластного мятежа в Сирии. И потому, что сирийские «братья-мусульмане» были давними главными врагами сирийской власти — они еще на рубеже 1980-х годов развернули жесточайший террор против власти алавитского клана Асада, а в 2011 г. сразу стали одной из ключевых боевых групп сирийской оранжевой революции. И потому, повторим, что главной силой международной поддержки и главным спонсором «Братьев-мусульман»‌* давно является Катар, заинтересованный в свержении Башара Асада и политически, и «газово-экономически».

Однако эти процессы создали острый внутренний конфликт в «арабском содружестве». Саудовская Аравия обоснованно увидела в столь явном повышении политического веса «Братьев-мусульман»‌* (и стоящего за их спиной Катара) посягательство на свою роль безусловного духовно-политического лидера мирового суннитского ислама. Тем более что катарская власть не только активно поддержала халифатистские амбиции «Братьев-мусульман»‌*. Как считают саудиты, Катар еще и поучаствовал в активизации выступлений шиитской (!) оппозиции против правящей суннитской королевской семьи Аль-Халифа в Бахрейне, где находится база американского Пятого флота. И где Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива, ССАГПЗ (фактически — Саудовская Аравия), создал собственную постоянную военную базу.

Результатом этого конфликта стали два почти одновременных политических переворота. 25 июня 2013 г. эмир Катара Хамад аль-Тани, чрезвычайно активно поддерживавший «Братьев-мусульман»‌*, неожиданно передал власть своему 33-летнему сыну Тамиму Аль Тани. Который отправил в отставку главного идеолога поддержки «Братьев-мусульман»‌*, премьера Хамада бен Джассема, но одновременно заявил, что будет проводить политику Катара в полном соответствии с заветами отца.

А 3 июля 2013 г. министр обороны Египта Абдул Фаттах Ас-Сиси объявил о свержении президента Мухаммеда Мурси и начал подавление тут же возникших массовых протестов «Братьев-мусульман»‌*. Это вызвало бурное возмущение США «недемократичностью» новой власти — и в части свержения «демократично избранного» Мурси, и в части репрессий против «Братьев-мусульман»‌*.

Однако Ас-Сиси тут же заручился обещаниями Саудовской Аравии и ее арабских союзников компенсировать возможный отказ США от ежегодных вливаний в египетскую экономику 1,3 млрд долларов. И практически обрезал поддержку «братьев-мусульман» в Сирии. А в мае 2014 г. Ас-Сиси триумфально избрался — как выяснилось, в решающей степени на основе воинственного антиамериканизма подавляющего большинства египетского общества, — на пост президента Египта.

Между тем, новый эмир Катара Тамим Аль-Тани исполнял свои обещания следовать курсом отца. И продолжил поддержку «Братьев-мусульман»‌* и в Египте, и в Сирии. Причем это всё сильнее противоречило интересам саудитов. Поскольку они сделали ставку на укрепление в Сирии для войны с Асадом так называемой «умеренной» оппозиции, политически приемлемой для подключившегося к этой войне Запада. А Катар поддерживал в Сирии не только весьма радикальных сирийских «Братьев-мусульман»‌*, но и другие ультрарадикальные джихадистские группы, тем самым постоянно компрометируя антиасадовскую оппозицию.

Кроме того, египетские «братья-мусульмане» при поддержке Катара и в союзе с шейхами бедуинских племен развернули в Египте, на севере Синайского полуострова, масштабную террористическую войну. То есть, начали активизировать в регионе межарабский раскол. Страны ССАГПЗ понимали, что политика Катара грозит превращением Египта — крупнейшей по численности населения и военному потенциалу страны региона — в их врага. И категорически не хотели это допустить. Кроме того, одной из главных целей террора на Синае оказался так называемый Арабский газопровод, который являлся очень важной доходной составляющей экспортной инфраструктуры Египта.

Об «Арабском газопроводе» скажем чуть позже. Сейчас же — об иных «болевых точках» роста напряженности между Катаром и другими странами ССАГПЗ.

С лета 2013 г. в Сирии начала резко активизироваться новая радикально-террористическая сила — ИГИЛ‌* («Исламское Государство‌* Ирака и Леванта»), ныне называемая просто «Исламское государство», ИГ.

Арабские соседи Сирии довольно быстро поняли, что основными «создателями» этой силы являются «Братья-мусульмане»‌*, Катар и ряд стран НАТО во главе с США. И что эта сила фактически выдвигает такие же (или просто те же самые), как и «Братья-мусульмане»‌*, притязания на тотальное (в том числе политическое и идейное) лидерство в суннитском исламском мире — на создание Халифата. Но при этом ИГИЛ‌*/ИГ еще и подкрепляет эти притязания мощной военно-политической организацией (туда вошла значительная часть офицерского состава иракской армии Саддама Хусейна, разогнанной американцами) и беспрецедентной террористической решимостью исламистского ядра, включающего осколки «Аль-Каиды»‌*.

Поняли страны ССАГПЗ и то, что речь уже не идет о трансформации Сирии в умеренное и подконтрольное саудитам теократическое суннитское государство. И что ИГ* претендует именно на полноценную халифатистскую (то есть глубоко враждебную ССАГПЗ) альтернативу.

Одновременно арабские соседи обвинили Катар — причем не без оснований — и в других «смертных» грехах. А именно:

в поддержке в Йемене хуситов (шиитов, шейхи которых давно посягают на часть саудовской территории);

в том, что спонсируемые Катаром «Братья-мусульмане»‌* и «Джебхат ан-Нусра»‌* проводят в Сирии военные операции против созданного саудитами «Исламского фронта» в союзе с ИГ*;

в том, что Катар «заигрывает» с Ираном в расчете на то, что при неуспехе своего проекта газопровода сумеет присоединиться к «шиитской газовой магистрали».

Конфликт между Катаром и другими арабскими странами неуклонно обострялся. И 5 марта 2014 г. Саудовская Аравия, Бахрейн и Объединенные Арабские Эмираты объявили о беспрецедентном недружественном шаге — отзыве своих послов из Дохи. В международной дипломатической практике такой шаг часто оказывается последним перед объявлением войны. В совместном заявлении в связи с отзывом послов эти страны еще и откровенно нарушили восточный дипломатический этикет, обязывающий к цветистой вежливости. Они предельно резко «выразили надежду на то, что <...> Катар предпримет незамедлительные шаги по реализации договоренностей ССАГПЗ в вопросах безопасности и защитит народы региона от разногласий».

Однако период такого острого противостояния продлился недолго. В связи с начавшейся в сентябре 2014 г. «мировой ценовой нефтегазовой войной» и Катару, и его арабским соседям оказалось срочно необходимо политическое арабское единство. Переговоры, начавшиеся при посредничестве эмира Кувейта, завершились в декабре 2014 г. восстановлением отношений и возвращением в Доху арабских послов.

При этом, как сообщают арабские сайты, Катар обязался умерить антиегипетскую и антисаудовскую риторику своего телеканала «Аль-Джазира», прекратить поддержку диверсионной деятельности «Братьев-мусульман»‌* на египетском Синае, а также экономическую и военную поддержку «Джебхат-ан-Нусры»‌* и ИГ* в Сирии.

После этого «Аль-Джазира» действительно несколько затихла, а «Джебхат-ан-Нусра»‌* и ИГ начали (по крайней мере, в Сирии) сдавать позиции. В начале февраля 2015 г. местное ополчение и курдские отряды самообороны «пешмерга» освободили сирийский город Кобани на границе с Турцией, осажденный и захваченный силами ИГ осенью. А сирийская армия президента Асада «выдавила» боевиков «Джебхат-ан-Нусры»‌* из района Дейр аль-Адаса в провинции Дераа, тем самым перерезав основные пути снабжения боевиков из Иордании.

Однако теракты «братьев-мусульман» в Египте продолжились. В том числе, на северном Синае, на объектах «Арабского газопровода».

Продолжение следует.

* «Исламское государство»‌* (ИГ/ИГИЛ‌*/ISIS‌*/ Daesh‌‌* — ДАИШ‌*) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.