12
фев
2014
Сергей Кургинян / Газета «Суть времени» /
Главный герой произошедшего — это простая киевлянка, вышедшая вместе со своими товарищами помочь «Беркуту» тем, чем может. И не побоявшаяся показать свое лицо в передаче российского телевидения. Вот эта женщина и такие же мужчины и являются главными героями завтрашней украинской истории

Остаповцы и андриевцы

2 февраля 2014 года мы смотрели спектакль под названием «Оранжевый протест в Москве». Пока что это достаточно жалкий спектакль. Но, как показал опыт Украины, достаточно жалкие спектакли в жанре мягких театрализаций могут переходить во что-то совсем другое. Вообще опыт Украины и всё, что произошло на Украине, неимоверно важно для нас.

Ранее мы старались двигаться в фарватере только фактической информации. Это было важно, чтобы исключить обвинения в пропаганде и в таком залихватском подходе, при котором мы не знаем ничего, но пытаемся судить и рядить. Еще и потому это было нужно, что на самом деле очень много людей не знает, что именно происходит на Украине, не знает деталей, не понимает каких-то ключевых моментов происходящего.

Сегодняшний выпуск газеты, как я считаю, должен быть сделан принципиально по-другому. Потому что настало время морального выбора, экзистенциального выбора и, как мы говорим, метафизического.

Да, действительно, первое, что мы видим, — это то, как быстро может рухнуть гламурно-мыльная, благополучная декорация. Как быстро можно превратить такой чуть-чуть лощеный, стремящийся в Европу Киев в гигантскую помойную свалку, сильно напоминающую Душанбе 1992 года.

Будучи очевидцем тогдашних таджикских событий, я уже десятилетия нахожусь под их глубоким впечатлением. Я как раз тогда (и перед этим в Баку) убедился в том, как быстро всё меняется. Рядового гражданина нынешней России, а уж тем более обитателя нашей столицы — зализанной, гламурной — очень трудно убедить в том, что все эти беды, которые происходят в Сирии, Ливии, Египте и так далее, могут вдруг на полную мощь вкатиться в его гламурно-сытый, сонный, полупрозябающий быт, в котором находится место для мелких удовольствий даже тем, кто не слишком сильно жирует. Да, люди не могут решить свои крупные проблемы, но зато они могут, по их мнению, вкусно покушать, как-то развлечься... И вообще, вокруг такая мирная, как бы процветающая, залитая светом разного рода электрических приборов навязчиво рекламная жизнь.

Кстати, можно было бы обратить внимание на несколько вещей в этой связи.

Во-первых, на то, что эта навязчиво рекламная московская жизнь (в меньшей степени киевская — там есть другие черты, о которых поговорим ниже) не имеет ничего общего с жизнью тех европейских столиц, которую так прославляют. По уровню использования навязчивой рекламы, по уровню вот этой яркой кричащей гламурности Москва никак не может быть сопоставлена с Европой. К этому не имеет никакого отношения ни Париж, где это фактически запрещено, где любая, сколь-нибудь навязчивая реклама просто подавляется, в том числе и гражданским сопротивлением — люди ее заклеивают. Ни Лондон. Ни Рим. Ни Мадрид. Где, где это можно увидеть всё? Такое вот гламурно-московское? В Лас-Вегасе. В центрах развлечений.

Уже сам этот перебор навязчивый в эту сторону, призванный не обеспечить какую-то там, как они говорят, «нормально-европейскую жизнь», а утверждающий себя на обломках советского аскетизма, жирующий, так утрированно адресующий к низу человеческому, к похоти, к обжиранию, ко всем этим восклицаниям об элитности... Элитные унитазы... Элитная мебель... Евростиль... Вы, наверное, знаете (а если не знаете — рекомендую съездить, например, по Киевскому шоссе и увидеть), что у нас есть «евродрова» — это не совсем барахло, а нечто, похожее на дрова. Есть «евроканавы» — это хорошо выкопанные канавы. Есть «евролопаты»... и так далее и тому подобное. Вы же понимаете, что это уже отдает какими-то трагифарсовыми, вульгарными формами, не имеющими никакого отношения к реальности как таковой. Представляющими собой сплошной восклицательный знак: «Хочу! Хочу! Хочу! Хочу!». Когда эта декорация будет опрокинута, обнажится абсолютный ад.

Киевская декорация чуть-чуть другая. Я наблюдал ее неоднократно. Могу вывести некоторую закономерность, согласно которой чем страна более нищая, тем больше в центре города, особенно рядом с ключевыми правительственными зданиями, безумно роскошных машин. Как именно лакируются эти машины и почему они роскошней, чем в Москве, хотя, казалось бы, роскошней некуда, я даже объяснить не могу. Но Киев ломится от этой вульгарной дороговизны, от этого желания правящего меньшинства так жировать, как даже в Москве не жируют. Возможностей меньше, а желание переплюнуть Москву с точки зрения роскоши — огромное! Чудовищные по размеру особняки. Дорогущие, с использованием бессмысленно дорогих разновидностей мрамора (хозяева этих особняков не могут себе позволить даже наледь сбить со ступенек). И внутри этих огромных особняков — такая вульгарная, бессмысленная, тупая роскошь.

Это — киевский стиль. Он не так залит вот этим Лас-Вегасом, московской рекламой, но он еще более вульгарно-туземен. Он не имеет никакого внутреннего отношения к тому немногому хорошему, что еще существует в Европе. В частности, к европейской сдержанности. Европейскому чувству стиля. Европейской корректности внутренней, купленной ценой кровавых великих революций. Великой французской в первую очередь, но и не только — Парижской коммуны, других. Не раз говорили, что многие парижские улицы, которые были перестроены в очень широкие проспекты, так перестраивались для того, чтобы удобнее было расстреливать рабочие демонстрации картечью. Призрак генерала Галифе до сих пор висит над Парижем, над всей Европой. Вот всего этого в Москве и Киеве нет и в помине.

Я никогда не понимал, почему коллективная Дунька, рвущаяся в Европу, должна быть так не похожа на Европу? Откуда этот надрыв, не имеющий никакого отношения к тем культурам, к тем цивилизациям, в которые рвутся? И вот этот надрыв мы увидели в Киеве. Не спокойное и холодное желание попасть наиболее рациональным путем в наиболее хорошее место — в домик уютной, комфортной, гибнущей, мутирующей, разлагающейся европейской цивилизации, цивилизации, обреченной на коллапс и смерть. Не желание залезть в это уютное обиталище смерти, а желание рваться туда какими-то варварскими, дикарскими, чудовищными методами.

С одинаковой симпатией отношусь ко всем народам мира, ко всем странам, ко всем культурам, но всё это уж слишком напоминает Душанбе 1992 года. Сначала — праздничная толпа, а уже через два дня — вопли, крики... Сдирается вся эта тонкая пленка цивилизованности, которая была привнесена за советские годы, и начинает оттуда переть средневековье — больше, больше, больше... А потом на оперативных съемках — большие полиэтиленовые мешки, наполненные отрезанными мужскими половыми органами. Потом оперативные съемки, где орут и корчатся крохотные дети, с которых мастерской рукой содрана кожа, и они еще живы... Потом тебе показывают женщину, сошедшую с ума, седую, и когда ты спрашиваешь: «Ее пытали?» — говорят: «Нет, просто у нее дом рядом с той баней, в которой пытали».

Я не понимаю нескольких вещей. Как можно этого не видеть в происходящем? Как можно этому аплодировать? И как можно этого не бояться? Понимая, что это происходит на границах Европы. И что еще один шаг дальше — и поползут Венгрия, Румыния, а дальше — со всеми остановками. Может быть, те люди, которые в наибольшей степени это поощряют, этого и хотят? Может быть, в глубоком стратегическом плане это и есть заговор против Европы? Мутирующей, умирающей, жалкой, начиненной чуждыми ей субкультурами, деэнергетизированной, полуживой Европы. Может, ее хотят добивать подобными акциями? Такая мысль никогда не приходила в голову? А мне кажется, она достаточно очевидна.

Янукович, как бы кто к нему ни относился (а я повторяю и буду повторять, что до того момента, пока не произошло что-то супервопиющее — притом что это супервопиющее еще должно кончиться уходом Януковича с политической сцены, — вот до этого момента бить по Януковичу, по которому бьют бандеровцы с другой стороны, просто политически неблагоразумно и нелепо, это очевидно), Янукович — такой, какой он есть (как говорил когда-то Сталин: «У меня для вас других писателей нэт!»), — избран народом Украины. Нет другого способа создания легитимной политической власти, кроме демократических выборов. В противном случае речь идет об авторитаризме, о монархии или о теократии (Китай, Саудовская Аравия или Иран). Но если речь идет о европейской цивилизации, о вхождении в Европу и так далее, то Янукович избран законно. И никто не ставил под сомнение эти выборы.

Разговоры о том, какие потом были введены законы, — анекдотичны. Потому что законы были введены тоже в соответствии с демократическими процедурами. Есть мощная Верховная Рада — Парламент Украины. В ней есть определенный расклад сил. Если эта Рада хотела бы заблокировать законы какие-нибудь, она бы их заблокировала.

Народ выбрал эту Раду. Народ выбрал Януковича. Народ — пропорционально меньше, чем Януковичу, но как-то — оказал поддержку другим лидерам. И сформировался этот самый политический мир Украины. Ее политический космос. Он абсолютно легитимен с европейской точки зрения, с западной точки зрения.

А всё, что делают противники Януковича, абсолютно не легитимно с этой западной точки зрения. Захват административных зданий, создание комнаты пыток, санкция на захват бандитствующими толпами людей по каким-то идиотским обвинениями — что они являются какими-то там «титушками»... То есть людьми, выражающими другую точку зрения. Потому что поначалу вроде как говорили, что «титушки» — это провокаторы, которые устраивают эксцессы на улице Грушевского и в других местах. Но потом-то всю ответственность за эксцессы взяли на себя «герои» Майдана — «Правый сектор». Значит, «титушки» — это просто те молодые люди, которым не нравятся майданщики. Их по этому поводу надо захватывать, привозить в комнату пыток и допрашивать? Это европейский стиль? Это Таджикистан! Может быть, еще не дошедший до аккуратного сдирания кожи с детей, но уже дошедший до многого.

Андрей Лозовой, представитель «Радикальной партии» Олега Ляшко, экс-кандидат по 94 округу от Объединенной оппозиции, говорит, что надо выслеживать и избивать жен и детей сотрудников «Беркута». На странице Лозового в «Фейсбуке» написано (я цитирую): «Это жестоко, но у нас нет выбора. Кто знает, где живет хотя бы один «беркутовец», устраивайте им веселую жизнь. Бейте их жен и детей, поджигайте двери, выбивайте окна. Это шанс остановить мусоров, которые нас убивают». Это — европейский стиль? Пыточная комната — это европейский стиль? Использование против полиции — против «Беркута» демонизированного — бутылок с зажигательной смесью, называемых «коктейль Молотова» (это же то, чем танки жгли, да?), с добавлением туда натриевых смесей, превращающих и без того смертельно опасную жидкость в напалм, — это европейский стиль?

Что бы сделала лондонская полиция, если бы в Лондоне какие-нибудь хулиганствующие толпы по сходному поводу (например, Парламент бы проголосовал за то, чтобы не входить в Европу — почему бы не состояться этому? — официальный Лондон, Великобритания очень сложно относится к континентальной Европе, не правда ли?) начали прорываться к Вестминстеру и другим правительственным зданиям, закидывать их «коктейлями Молотова», захватывать людей и пытать, захватывать административные здания... Что бы сделала лондонская полиция? Там была бы проявлена мгновенная беспощадность — с огнем на поражение. И это было бы правильно!

Нет в этом украинском «протесте» ничего от западной демократии. На площадях стоят десятки тысяч людей, выдающих себя за сотни тысяч (никто не осмеливается уже говорить о миллионах) ... Прорывы организуют тысячи людей, которые выступают от имени 100 тысяч или 30–40–50 тысяч. Эти 30–40–50 тысяч называют себя народом, выступая от имени десятков миллионов людей, участвовавших в выборах. Естественно, что рано или поздно к власти приходят люди, у которых есть силовой ресурс. Снабженный желательно не только «коктейлями Молотова» с добавлением натрия, превращающего этот коктейль в напалм, но еще и автоматами, пулеметами и всем прочим.

Поскольку групп несколько и они ненавидят друг друга... Никто на Украине не ненавидит друг друга так, как Тягнибок и Яценюк. Я не буду, уважая аудиторию, приводить оценки, которые Тягнибок дает Яценюку. Мне отвратителен сам стиль фашистский, в котором эти оценки даются. Значит, никакие победы совокупной группы боевиков над уличными толпами и народом не приведут к установлению диктатуры. Они приведут к гражданской войне, потому что эти «шуры» (советы полевых командиров) очень быстро развалятся и полевые командиры начнут войну друг с другом. И это — в стране с ядерными электростанциями (нам всем памятен, наверное, всё же Чернобыль, и он состоялся не где-нибудь) ...

И это всё санкционируют?

Ведь это санкционируют комплексно! Запад поддерживает это информационно и идеологически, потому что ни один милиционер, ни представитель стороны, противостоящей Майдану (а на других площадях, между прочим, — в Харькове и так далее — стоит ничуть не меньше людей...), не становится позитивным героем западных информационных передач. Героями становятся только те, кто на Майдане, либо те, кому можно приписать принадлежность к Майдану. Значит, информационная и идеологическая поддержка оказана?

Слова Байдена о том, что любой следующий шаг в сторону нормального установления чрезвычайного положения (которое нельзя не установить в ситуации захваченных административных зданий) будет означать, что с этого момента Америка уже будет вмешиваться резко, поскольку «это исключает мирный вариант развития событий», — являются прямым политическим давлением. Такое же давление осуществляют все главы европейских государств, все крупные европейские политики, кроме Леха Валенсы. Такое же давление осуществляет ПАСЕ. Значит, не только информационно-идеологическая поддержка этому зверью оказана, ему оказана поддержка прямая политическая. Байден вообще порекомендовал убрать «Беркут» с улиц, то есть отдать город на разграбление бандеровским бандам.

Ему оказана военно-стратегическая поддержка, потому что в Черное море введены военные корабли Соединенных Штатов с морскими пехотинцами на борту. И этих пехотинцев достаточно (600 человек морских пехотинцев достаточно, чтобы развязать глобальную войну).

Финансово-экономическая поддержка. Заявлено о том, что будут арестованы счета всех, кто не ляжет, как сейчас говорят, под Майдан.

Мы абсолютно твердо знаем, какие именно люди это всё организуют и тренируют. Это Марко Ивкович, который организовывал проамериканский переворот в Сербии под видом сербского Майдана и так называемой бульдозерной революции в Сербии. Теперь он действует в точности по тем же схемам. Это руководитель отдела развития стратегии и координации Агентства международного развития США Финк Брайан Гомез, прибывший в Киев 28 октября для подготовки переворота. Это еще десятки таких же специалистов... А за спиной Тягнибока — наиболее опасного из тех, кто сейчас вертится на этой политической сцене, — стоят очень мощные международные силы. Привыкшие действовать беспощадно. И очень сильно укорененные в самую радикальную часть военных украинских спецслужб.

Пусть захват здания Министерства энергетики и угольной промышленности в Киеве произошел ненадолго. Но он же произошел! Разговор о том, что эти люди действуют бесплатно, в отличие от «титушек» ужасных, носят фантастически лживый характер. Фантастически лживый! «Твиттер» кишит объявлениями о том, за сколько (800 гривен за день) покупаются инвалиды в колясках, которые должны представлять собой такую щемящую сердце картину. Сколько при этом платят женщинам, которые должны катить эти коляски (400 гривен)! Мы всего этого не знаем? Это всё известно от и до!

Что произошло?

Запад окончательно, с неимоверной бесцеремонностью, наглостью и грубостью снял все маски приличия. Он поддерживает нацистов. Он поддерживает погромщиков. Когда ему надо, он вытирает ноги даже о символы демократии. Почему? Прежде всего потому, что любой сдвиг Украины в сторону России, даже минимальный, осуществленный Януковичем, даже самый жалкий сдвиг, является для Запада категорически неприемлемым, до истерики. А почему он так неприемлем? Потому что соединение Украины, Белоруссии и России создает хотя бы минимальный контур жизнеспособности великой державы, ее способности существовать суверенно в мире XXI века. Значит, этого не должно быть!

Европа знает твердо, чего она хочет. Она хочет, чтобы всё распалось на мелкие государства. Нежизнеспособные. Абсолютно жалкие. Не способные оказать даже элементарного человеческого сопротивления. Чтобы там, внутри, всё умирало. И чтобы она пожирала этот умирающий субстрат, пожирала его порцию за порцией. Боятся Китая, что Китай в один глоток сожрет больше, чем они, за 100 раз — с их трусостью и нерешительностью. Но даже этот страх и страх перед исламом отступает на второе и третье места после ненависти к России. Физиологической. Иррациональной. Предельной. России не должно быть.

Наиболее радикальная часть украинцев, которые ненавидят «москалей», вот эта вся бандеровская, греко-католическая и прочая публика, они прямо говорят о том, что им надо устроить на Украине массированную резню. И что эта массированная резня предполагает отсутствие с Востока любого российского минимально дееспособного государства. Хоть бы Чубайс его возглавил — всё равно, они хотят такого масштаба резни, при котором поток беженцев вынудит Россию действовать.

Мы не понимаем, что поставлено на карту? Мы не понимаем, какой нам брошен вызов? Мы не понимаем, к каким технологиям перешли?

Сейчас на Украине действуют уже многие сотни радикалов из России. Подчеркиваю — многие сотни. Они там обучаются и тренируются в действиях, приближенных к боевым, только для того, чтобы потом развернуть боевые действия в России. Если первый Майдан докатывался до нас аж 7 лет, то следующий Майдан докатится очень быстро. Но разве мало того, что будет происходить в самой Украине? Этого недостаточно? Недостаточно того, что при любом негативном развитии событий нам поставят ядерное оружие под Брянск? Что мы после этого будем делать?

Кто-нибудь из тех, кто образует подлый комитет «В защиту Майдана», — все эти Пионтковские, Илларионовы и прочие — не понимают, что в первый же момент, когда Запад будет знать, что он уничтожит Россию безнаказанно, он будет сжигать ее в ядерном огне? Даже не подумав об экологических издержках. Всему этому аплодируя, они-то где хотят находиться? Они хотят находиться там, где будут указывать цели ядерные, в которых будут сгорать десятки миллионов россиян?

Для того чтобы перебросить в Россию подлый, гнусный, выдрессированный, антинациональный, псевдорусский контингент, который сейчас тренируется в Киеве и других местах, нужно 10–15 дней. Просто еще не решено ни когда это делать, ни на кого всё же опереться. Страшно в стране с ядерным оружием опереться на исламизм. Страшно опереться на совсем оголтелые элементы в духе Бандеры. Но рано или поздно — обопрутся! Уже видно, что обопрутся. И никаких предрассудков. Никаких оглядок на нацизм и всё прочее. Никаких, даже, казалось бы, очевидных этнических фобий не будет! Никто не будет вспоминать Освенцим и всё прочее. Будут с помощью последней, окончательной сволочи, настоящего нацистского мерзопакостного субстрата уничтожать то, что ненавидят больше всего — Россию и всё, что с нею связано. Вот масштаб брошенного вызова. Затем зверь кинется и на Европу, и на мир.

На что в этой ситуации следует делать ставку?

Тактическую ставку надо делать на то, что не кооптированная в неонацистскую бандеровскую пакость часть украинской элиты, в том числе находящаяся у власти, найдет в себе мужество действовать. Холодно, осмотрительно, но действовать.

Я уже устал говорить о том, как я отношусь к ГКЧП. Что своим друзьям, которые были в ГКЧП, я беспощадно высказывал претензии. По очень многим поводам. Прежде всего по поводу их слабости. Благородство плюс слабость — это не политика. Они показали «Лебединое озеро» по телевизору вместо того, чтобы проводить настоящую идеологическую работу. Они отпрыгнули, когда возникла необходимость подавлять антиконституционные действия Ельцина. Они заигрались в несколько сценариев. И они испугались, честно сказать, своего народа. Эти люди были благородны, но они были ввернуты сразу в несколько игр, включая главную игру, которую вел преступник Горбачев. Я никогда не забуду благородства этих людей. Я всегда буду почитать то, что они сказали «нет» преступникам, которые развернули то, что развернулось потом. И я всегда буду говорить об этой слабости. Места слабости нет сейчас. Есть место только силе. И разуму.

С тревогой получаю информацию о том, что у силовиков на Украине могут лопнуть нервы. Я спрашиваю всех украинских собратьев: «Скажите, пожалуйста, при всей неописуемой пакостности произошедшего, при всей его чудовищной мерзостности, чем оно грозит стратегически, если вы не проявите слабости?» Ведь я начал говорить о ГКЧП только для одного... Вот эти люди, со всей их слабостью, сочетаемой, как я уже сказал, и с благородством, и со многим другим... Если бы эти люди не поехали к Горбачеву, что было бы при этом неуклюжем, несовершенном ГКЧП? Не при нормальном подавлении мерзости, а вот при этом неуклюжем ГКЧП? Если бы только они не сломались и не поехали к Горбачеву, что бы было?

Ведь это же поединок нервов! Тут кто первый сломается — тот и проиграл. Ведется не только идеологическая, информационная, военно-политическая и, наконец, политико-силовая война. Ведется война психологическая. Кто сломался — тот проиграл. Значит, первое, чего не должно происходить, — это слома. Второе, чего не должно происходить, — это истерик. Нелегитимных в том числе. Не должно их происходить. Власть должна быть легитимна на Украине.

Предположим, что она будет легитимна. Предположим даже, что она будет неуклюже маневрировать. И предположим, что всё это будет происходить так, как сейчас. Что в наихудшем случае грозит разумным украинцам? Близким нам украинцам, братьям нашим — что им грозит стратегически в наихудшем случае? Оставим в стороне частные, личные судьбы — что грозит стратегически, политически?

Первое. Понимая пакостность бандеровцев, шпанистость и погромность этой молодежи, давайте не преувеличивать их силу. В передаче Мамонтова, где я выступал, было показано довольно много съемок. Вы видели этих молодых людей? Это Шварценеггеры? Это Джеймсы Бонды? А вы глаза их видели? Это — пацанва, наглая и трусливая. Завтра, завтра они обнаглеют, оформятся. Их научат, оттренируют. И они окончательно превратятся в кровавого зверя. Но это произойдет еще только завтра, они к этому не готовы сегодня. А к чему они готовы? К чему готова эта жалкая сегодняшняя Европа? Она отменит выборы вообще? Она благословит авторитарную Украину? Никогда! А что произойдет на выборах? Тягнибок победит? Яценюк победит?

Второе. Наступило время того, о чем я говорил применительно к Москве 2011–2012 годов и относительно чего я не хотел и не имел оснований говорить на Украине. Наступило время низового гражданского сопротивления. Вопрос не в том, чтобы идиотски рвануться поносить Януковича, которого уже добивают с другой стороны. Вопрос в том, чтобы формировать антибандеровское низовое гражданское сопротивление, а не пародировать эту идею разного рода псевдогосударственными конструкциями.

Кто же в этой ситуации является позитивным героем происходящего?

Главный герой произошедшего — это простая киевлянка, вышедшая вместе со своими товарищами помочь «Беркуту» тем, чем может: принести еду, помочь медикаментами. И не побоявшаяся показать свое лицо в передаче российского телевидения, имеющей совершенно ясную окраску. Вот эта женщина — между прочим, вполне решительная, средних лет — и такие же мужчины и являются главными героями завтрашней украинской истории. Не элита, не оборзевшие от невероятной роскоши и воровства элитарии. А эта настоящая гражданско-патриотическая украинская элита, эти «остаповцы», которые противостоят «андриевцам», желающим только их смерти и говорящим, что всё «омоскаленное» должно быть уничтожено. Они являются настоящим героем завтрашней украинской истории. И уже сегодняшней. И они есть. Формируются низовые, народные сопротивления. Не псевдонародные структуры, а низовые народные сопротивления. И тут весь вопрос в том, чтобы Украина выдвинула своих «остаповских», народных, простых, дееспособных лидеров низового гражданского сопротивления. Своих гражданских активистов.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER
Cтатьи газеты «Суть времени» № 64