19
дек
2012
  1. Социальная война
Вера Сорокина / Газета «Суть времени» №9 /
Нет и не может быть ни одного родителя, который смог бы просочиться сквозь уже изготовленные и ныне плетущиеся сети ювенальной системы

Практикум по ювенальной юстиции

Предназначенная для уничтожения российского населения система ювенальной юстиции (ЮЮ) — явление тотальное. Дорогие читатели! Родители вы или бабушки и дедушки, братья и сестры, помните! Нет и не может быть ни одного родителя, который смог бы просочиться сквозь уже изготовленные и ныне плетущиеся сети ювенальной системы. Которая включает в себя регламентации, методички, законодательные акты, суды, отечественные и зарубежные фонды, «Озоны» и т. д. и т. п.

Неважно, что не все они еще узаконены и не могут пока работать в полную силу. Они создаются, и они уже работают.

В предыдущей статье мы писали о ползучем внедрении ЮЮ в регионах России. Сегодня поговорим о столице. Москва — по  определению, законодатель, а в этой сфере — несомненно.

РЕГЛАМЕНТ

Прежде всего, говоря о практике внедрения ювенальной юстиции в Москве, остановимся на следующем потрясающем документе под названием «Регламент межведомственного взаимодействия по выявлению семейного неблагополучия, организации работы с неблагополучными семьями, находящимися в социально-опасном положении (трудной жизненной ситуации)». Утвержден документ был 18 ноября 2010 г. (протоколом № 02–10 заседания Московской городской межведомственной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав) под руководством заместителя мэра Москвы Людмилы Швецовой. И начал действовать с 1 января 2011.

Отметим интересную вещь: после подписания этого документа Л. Швецова очень быстро продвинулась по властной лестнице. Мы не можем доказать связь этих событий. Но судите сами: 4 декабря 2011 года она была избрана депутатом Госдумы VI созыва от «ЕР». 12 декабря 2011г. мэром Собяниным отправлена в отставку в связи с переходом на работу в Госдуму, где сразу была назначена вице-спикером. В настоящее время в должности заместителя Председателя ГД она курирует Комитет ГД по труду, социальной политике и делам ветеранов, Комитет ГД по образованию, Комитет ГД по вопросам семьи, женщин и детей, Комитет ГД по культуре и Комитет ГД по делам общественных объединений и религиозных организаций.

Но вернемся к регламенту. Московский регламент, являясь тщательно разработанной нормативной базой ювенальной юстиции в отсутствие (и в ожидании) федеральных законов о патронате, тут же стал образцом для создания подобных же регламентов в разных регионах и городах России. И, по существу, практическим руководством к действию (например, в Липецке, Челябинске и т. п.).

Заявленной целью внедрения Регламента является своевременное выявление и непрерывное сопровождение каждого нуждающегося в помощи государства ребенка всеми учреждениями государственной системы, включая профилактику безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

Работа по сопровождению и помощь ребенку из криминогенных семей объяснима и целесообразна. Однако как отложенный до весны законопроект по патронату, так и данный Регламент не ограничивается распространением контроля на такие семьи, а наоборот, расширяет перечень оснований, необходимых для постановки неблагополучных семей на учет.

И речь идет не столько о своевременном, сколько о раннем выявлении. Этакий «встречный план»! Но в советское время встречные планы были направлены на производственное созидание, а не на духовное разрушение.

Опять возникает ситуация, подобная запуску кампании «Каждый пятый», навязанной нам Советом Европы. У них в Европе каждый пятый ребенок подвергается сексуальному насилию. У нас пока (пока не внедрена ЮЮ) и близко этого нет, но мы, по строгому указанию и настоянию Совета Европы, также включились в эту кампанию (см. предыдущий номер газеты).

Для раннего выявления, для расширения перечня оснований в Регламенте вводятся следующие понятия:

1. «Семьи (дети), находящиеся в трудной жизненной ситуации»— это семьи социального неблагополучия разного рода. Критерии определения неблагополучия: отсутствие работы у родителей по месту жительства, неудовлетворительные жилищные условия, развод родителей, конфликтные ситуации в семье, отсутствие связи со школой, невнимание родителей к успеваемости ребенка и др. Мне кажется, что комментарии излишни. И если вы не нашли свою семью в этом списке, читайте дальше.

2. «Семьи, находящихся в социально-опасном положении». Здесь критериями являются, в частности, неисполнение или ненадлежащее исполнение родителями своих обязанностей по жизнеобеспечению детей (отсутствие у детей необходимой одежды, регулярного питания, несоблюдение санитарно-гигиенических условий и др.)

3. Дети, «нуждающиеся в помощи государства». Это когда профилактическая работа может проводиться и с лицами, не указанными в перечне, через отдельное решение муниципалитета.

Очевидно, что введение такого рода новых понятий безгранично расширяет количество критериев, по которым можно ставить на учет семью и осуществлять в нее вмешательство. Прежде всего, по причине отсутствия «условий для воспитания детей» в семьях, находящихся в трудной жизненной ситуации. Отметим, что, по данным Росстата, около 80 % семей с детьми в России имеют социально-экономические проблемы и относятся к числу бедных семей.

Для выполнения вышеуказанной глобальной задачи взятия под контроль практически любой российской семьи Регламент предлагает «консолидироваться» буквально всему обществу для защиты прав детей.

Впрочем, если нет общественной поддержки, то будет административная. Насколько задача это конституционна, вопрос отдельный — и конкретно-подробный, поэтому и рассматривать его придется отдельно. Что мы, надеюсь, в недалеком будущем сделаем.

Мы же обратимся к обычному читателю, к его здравому смыслу и, главное, к родительскому инстинкту. Как к почти единственной надежде.

Кому же Регламент предлагает консолидироваться?

В разделе 4 «Субъекты взаимодействия» предложен список, который так велик, что приведение его полностью займет половину статьи. Поэтому коротко.

Вот как Регламент, например, дает пояснение обязанностей участковых врачей и медсестер: «При обслуживании и сопровождении семей с детьми (послеродовый патронат, вызовы на дом) выявлять наличие в семье неблагополучных социальных факторов, вести учет таких семей; при установления факта трудной жизненной ситуации или социально-опасного положения в течение трёх сутокпередавать соответствующую информацию в районную КДН». И так подробно по всем участникам списка.

Далее:

А пристрастные психологи комиссии, как вы понимаете, в детских рисунках обязательно найдут признаки сексуального насилия в семье. И мы славно поучаствуем в кампании «Каждый пятый».

И продолжение инструкции: «При выявлении признаков жестокого обращения родителей… незамедлительно (в течение трех часов) сообщать в органы опеки». Вот на днях в Петербурге из детского сада исчезла пятилетняя девочка — после того, как сообщила, что ее папа вчера шлепнул. И детсадовские работники, и опека действовали в соответствии с практикумом — Регламентом.

МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ №18

Разбраковывая, таким образом, семьи, Регламент ссылается в своих статьях на некие «Методические рекомендации №18 по профилактике жестокого обращения с детьми и насилия в семье».

Если Регламент можно найти в Интернете, то Методические рекомендации №18 — материалы для служебного пользования и «не подлежат тиражированию и распространению без соответствующего разрешения», как написано на их титульном листе.

Авторство рекомендаций не российское, в основном это компиляция из инструкций по выявлению жестокого обращения с детьми западноевропейских ювенальных служб. В них расписаны условия, препятствующие«нормальному воспитанию» и «нормальному развитию» ребёнка». А ведь именно эти не определяемые ни российским законодательством, ни обществом понятия, как мы помним, протаскиваются в законе о социальном патронате.

Подписаны же Методические рекомендации главным педиатром Комитета здравоохранения Правительства Москвы А. Г. Румянцевым ещё в 1999 г.(!). Но, как мы видим, эти подписанные Методические рекомендации терпеливо ждали (13 лет!) своего часа, не применялись, поскольку для этого не было соответствующей правовой нормативной базы.

Начало действия Регламента — 2011 год, затем Госдума должна была принять законы по ЮЮ (против которых мы боремся весь этот год). И тогда бы рекомендации заработали! Следует отдать должное тому, как задолго, систематизировано и терпеливо готовится уничтожение наших семей!

Согласно этим Методическим рекомендациям, условиями, препятствующими нормальному воспитанию и нормальному развитию детей, являются: «психологическая жестокость», «моральная жестокость», «оставление ребёнка без внимания», а также «синдром неуточнённого жестокого обращения с ребёнком».

И что с того, что «психологический и моральный вред» не является в России правовым понятием и не может контролироваться (общественностью, государством и пр.)? Что с того, что, по мнению юристов, эти понятия субъективны, не поддаются контролю и оценке извне? Не говоря о том, что они примитивизируют право.

Подробнее о вводимых данными рекомендациями понятиях мы поговорим в следующей статье. В завершение только отметим, что все еще существующие сегодня и передающиеся семьей культурные нормы, православные традиции, советские ценности призывают уважать ближнего, быть терпимыми друг к другу, любить и прощать. Иное начнется с введением понятий «психологического и морального вреда» — людей научат тому, что главное — их права. И что эти права ущемляются любой просьбой близкого человека, которая им не нравится. Что это будет за семья? Если она еще до этого не будет уничтожена изъятием ребенка.

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER