Резолюция Второго Народного собрания в поддержку РАН

Мы, участники собрания, обсудив ситуацию с российской наукой, заявляем следующее:

1. Мы отдаем должное всем тем, кто в течение многих лет защищал российскую науку, используя оборонительный подход. Тем, кто сносил лишения, терпел унижения — и работал, отстаивая РАН и науку в целом как один из краеугольных камней в здании российского государства.

2. События последнего времени показали, что применяя только этот подход, нельзя противостоять наступательной агрессивной среде, стремящейся окончательно обрушить то, что нам дорого.

3. К числу событий последнего времени, которые свидетельствуют об этом, относится все то, что связано с принятием крайне прискорбного и опасного, как нам представляется, Закона о Российской академии наук.

К сожалению, именно борьба оборонительного подхода (к сторонникам которого мы относимся с большим уважением) и подхода ликвидационно-вестернизаторского (который нам глубоко чужд) породила в виде некоего компромисса небрежный, плохо обсужденный, с трудом залатанный Закон о РАН.

4. Мы, собравшиеся на площади Революции, считаем, что наступательный подход в вопросе о РАН и нашей науке в целом требует не просто отмены этого закона, а решений совсем иного масштаба.

В рамках этих решений, носящих стратегический, а не ситуационный характер, необходимо создать принципиально новое законодательство о российской науке вообще и о РАН в частности. На нынешнем этапе развития человечества и в нынешней российской ситуации наука в целом и РАН как один из ее краеугольных элементов должны быть признаны стратегической отраслью. Этот статус стратегической отрасли должен быть подкреплен законом о стратегических отраслях, обеспечивающих выживание и развитие России.

5. Статус стратегической отрасли ставит науку в один ряд с обороной и безопасностью. Что неизбежно требует, чтобы наука — равно как оборона и безопасность — находилась в личном подчинении не министров и правительства в целом, а главы государства.

6. Само по себе такое решение вопроса о подчиненности не является панацеей. Главное — это форсированное, продуманное государственное задание. Иначе — госзаказ. Это с неизбежностью порождает другое финансирование науки и другой тип взаимодействия между наукой и государством.

7. Для того чтобы такой госзаказ мог быть сформирован, необходим подчиненный непосредственно Президенту России Государственный комитет по науке и технике.

8. Российская академия наук — это драгоценное, хрупкое сооружение, реформаторское воздействие на которое обрушит фундаментальную науку одномоментно. Собирать ее потом мы будем десятилетиями. Поэтому необходима стратегическая пауза, в ходе которой государство и научная общественность, а также граждане в целом сформируют новые основания для диалога о судьбе науки. Выработают новые законодательные подходы. И сформируют новую стратегию действительного выхода России из нынешнего сырьевого, да еще и криминально-буржуазного, прозябания. Это потребует чрезвычайных усилий и от граждан, и от научного сообщества. Но альтернативы этому нет. Точнее, этой альтернативой может быть только окончательное обрушение науки.

9. На пути выработки стратегического подхода есть серьезнейшее препятствие — глубокий крах отраслевой науки. Признаем очевидное — российское деловое сообщество, оно же криминально-буржуазная среда, обуреваемо неуемной алчностью, прочими регрессивно-потребительскими страстями. И потому чурается любой науки, даже самой прикладной.

Чудом уцелевшая Российская академия наук — эта сокровищница фундаментальной науки — оказалась оторвана от производства. Из цепи между фундаментальной наукой и производством выбито отраслевое научное звено. Причем особо разрушена та его часть, которая примыкает к фундаментальной науке. Эта ситуация требует и более глубокого анализа — количественного в том числе. И новых стратегических организационных решений, от которых, помимо прочего, зависит и судьба РАН.

Будем ли мы восстанавливать этот сегмент отраслевой науки с опорой на обновленную РАН, вливая в нее соответствующие ресурсы и выдавая ей соответствующие задания?

Будем ли мы восстанавливать этот сегмент с опорой на его оставшуюся часть? Или же мы сформируем государственную суперкорпорацию, в недрах которой произойдет такое восстановление?

В зависимости от ответа на эти вопросы целевые задания государства, адресованные РАН, будут разными. А значит, и структура РАН будет разной.

10. Мы призываем ответственные силы в госуправлении, граждан, которым небезразлична судьба отечественной науки, и само научное сообщество сформировать тройственную комиссию, осуществить серьезную проработку вопросов, поставленных на этом народном собрании, организовать необходимые конференции и выступить с полноценной, развернутой стратегией, определяющей судьбу нашей науки как стратегической отрасли.

11. Такая программа должна быть представлена обществу через несколько месяцев. К этому моменту она должна быть и проработана, и обсуждена. Причем обсуждение должно носить подлинно дискуссионный характер.

12. Под оборонительным этапом отстаивания РАН следует подвести черту. Начиная новый этап, мы осознаем всю меру ответственности за судьбу нашей науки как стратегической отрасли. И заявляем о том, что этот статус нашей науки мы будем отстаивать всеми конституционными способами, включая референдум.

Председатель Профсоюза работников РАН В.П.Калинушкин

Председатель Московской региональной организации Профсоюза работников РАН В.А.Юркин

Руководитель Международного общественного движения «Суть времени» С.Е.Кургинян

Председатель Общероссийской общественной организации защиты семьи «Родительское Всероссийское Сопротивление» М.Р.Мамиконян

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER