Размножение военно-политических группировок в исламе грозило смутой. Для того чтобы ее избежать, нужно было построить диалог. Диалог же мог быть построен только на основе некоего языка

Судьба гуманизма в XXI столетии

Перед тем, как мы доберемся до сведений, имеющих для нас существенное значение, нам придется заняться определенными исламскими сюжетами, которые прямого отношения к нашей теме не имеют. Но без знания которых невозможно перебросить мост между предметом нашего исследования и определенными сведениями, хранимыми как в исламе, так и в доисламских религиях, имеющих прямое отношение к богине Нейт и нашим попыткам продвинуться в поисках западной идентичности на еще большую историческую глубину.

В VII веке н. э. внутри ислама начали возникать различные обособляющиеся религиозно-политические группировки. Такие, например, как хариджиты (арабское слово, означающее — «выступившие», «покинувшие»). Раз уж я заговорил о хариджитах, то необходимо сообщить читателю хотя бы минимальные сведения.

В 657 году н. э. состоялась Сиффинская битва между армиями халифа Али, любимого зятя Пророка Мухаммеда, и мятежного сирийского губернатора, которого звали Муавия ибн Абу Суфьян. Муавия, почувствовав, что он терпит поражение, приказал своим солдатам наколоть на копья списки Корана. Тогда набожный халиф Али приказал остановить битву. Это возмутило часть солдат Али. Двенадцать тысяч таких солдат покинули его лагерь. Именно их называют хариджитами.

Двенадцать тысяч воинов Али, назвав себя хариджитами, ушли в город Басру, создали там свою военную базу. И стали нападать на города, сохранившие верность халифу Али.

В 661 году они убили Али и ранили того самого Муавию ибн Абу Сафьяна, с которым Али заключил возмутившее их перемирие. Хариджиты практиковали политические убийства и мятежи как средства достижения своих целей. Со временем они раскололись на более мелкие группировки (азракиты, ибадиты и так далее).

Я не могу в этом исследовании подробно разбирать все военно-политические группировки, сформировавшиеся в исламе в рассматриваемую эпоху. Скажу только, что те же хариджиты, да и другие аналогичные группировки, занимались не только мятежами и убийствами, но осмыслением ислама.

Хариджиты, например, признавали законными только двух первых халифов — Абу Бакра и Умара ибн аль-Хаттаба. Между тем, вопрос о том, кого из халифов признавать или не признавать, был основным камнем преткновения, породившим фундаментальные расколы в исламе. Равенство всех мусульман — арабов и неарабов, выборность халифа, соотношение власти халифа и совета (шуры), представление о большом и малом грехе и о мере наказания за большой грех... — вот примерный список вопросов, позволяющий осознать роль интеллектуального, идеологического начала в формировании такой военно-политической группировки, как хариджиты.

То же самое касается других группировок — кадаритов, джабритов, мурджиитов. Кадариты — это группировка, возникшая в VII веке н. э. в Ираке. Она подвергалась гонениям, со временем стала весьма влиятельной. В нее входили в основном те, кто в доисламский период были приверженцами дуализма. Кадариты настаивали на абсолютной свободе человека. И тем самым признавали человека субъектом, свободным в помыслах и совершении поступков. Человек в концепции кадаритов является творцом (халик) своих действий. К кадаритам также причислялись и мутазилиты, еще одна группировка, сыгравшая значительную роль в религиозно-политической жизни Дамасского и Багдадского халифата в VII–IX вв. н. э. Джабриты, в отличие от кадаритов и родственных им мутазилитов, являлись сторонниками абсолютной божественной предопределенности (кадар).

Я не собираюсь заниматься даже самым поверхностным обсуждением таких группировок. Я только хочу, чтобы читатель а) знал об их существовании, б) представлял себе, вокруг чего эти группировки себя выстраивали. Все это для меня важно лишь потому, что без таких, увы, очень пунктирных описаний исламских военно-политических групп непонятно, как и зачем сформировалась в исламе некая спекулятивная дисциплина, именуемая «калам».

Калам — это дисциплина, позволяющая более или менее свободно рассуждать на религиозно-философские темы. Это дисциплина, позволяющая толковать догматы ислама. Причем в случае калама речь идет о толкования, основанных на разуме. Это лишь один из возможных видов толкования в исламе. Иногда калам называют рационалистической теологией, иногда одним из основных направлений арабо-мусульманской философии. Но всегда подчеркивается, что калам не является одной из модификаций мусульманской ортодоксии, ориентированной, в отличие от калама, не на более или менее свободные игры разума, а на следование религиозным авторитетам.

Особо настаивали на таком следовании ортодоксы-салафиты (от слова «салаф», что означает «предшествие», а также «предки», «предшественники»). Салафиты отрицали любые символическо-аллегорические трактовки в исламе, а также любые формы диалога между исламским миром и Западом. Очень настороженно салафиты относились к исламским последователям Аристотеля. Это направление в исламе именовалось «фальсафа», то есть «философия». Я здесь хочу подчеркнуть, что калам и фальсафа — это не одно и то же, но что представители калама и фальсафы понимали друг друга и одинаково противостояли салафитам.

Еще одно направление в интерпретации ислама — суфизм. Обсуждать это сложнейшее, выдающееся направление в исламской мистике я здесь не имею возможности. Скажу лишь, что речь идет именно о мистике. То есть не о тонких, по преимуществу умственных трактовках Корана, предлагаемых каламом. И не о философских размышлениях по поводу Корана, предлагаемых фальсафой, а о прямых мистических откровениях того или иного рода.

А теперь — главное. То, ради чего, собственно, и нужны были справочные сведения, которые я привел выше.

Размножение военно-политических группировок в исламе грозило смутой. Для того чтобы ее избежать, нужно было построить диалог. Диалог же мог быть построен только на основе некоего языка. При этом диалог нужно было строить не только между военно-политическими группировками, обладающими, как мы убедились, очень серьезными интеллектуальными амбициями, но и между мусульманами и представителями немусульманских верований. Оказалось, что калам является наилучшим языком для такого диалога. Присущий ему метод рассуждения, основанный на символико-аллегорическом толковании ислама и отрицающий ссылки на авторитеты в качестве способа аргументации, был признан теми, кого призывали к подобному диалогу во избежание смуты внутри ислама.

При этом выдающиеся представители калама подвергались преследованиям со стороны упертых и не желавших вести диалог властителей. Выдающийся представитель калама ал-Джаад ибн Дирхама, требовавший опираться в трактовках Корана на разум и подвергать противоречащие разуму стихи Корана таавилу (то есть символико-аллегорическому толкованию), был казнен где-то в районе 742 г. н.э.

Его ученик Джахм бен Сафван, настаивавший на способности разума независимо от откровения отличать добро от зла, был казнен в 745 году. Но в итоге калам выстоял. Расцвет мутазилитского калама приходится на вторую половину IX века. Потом его снова начинают преследовать. Потом возникает новая школа калама, и он переживает период относительного благополучия. Потом калам начинает всё плотнее смыкаться с фальсафой... Стоп.

Нас, в сущности, интересует один представитель мутализитского калама — философ Махмуд аз-Замахшари (1075–1144).

Он написал очень важный для нас тафсир (то есть комментарий к Корану в духе обсуждавшегося нами выше калама). Этот комментарий называется «Аль-Кашшаф» («Раскрывающий»).

Махмуд аз-Замахшари закончил свой труд 20 февраля 1134 года. Место написания труда — город Мекка. Труд аз-Замахшари по сей день является каноническим, хотя ортодоксы, конечно же, будут настаивать на том, что он существенно еретический. В сущности, именно для того, чтобы избежать негодования по поводу того, что мы обсуждаем еретическое сочинение, пришлось обозначить место мутазилизма в истории исламской мысли.

Труд аз-Замахшари является единственным полным мутазилитским комментарием к Корану, сохранившимся до наших дней. Вокруг этого труда сформировалась значительная критическая литература. Даже противники аз-Замахшари восхищались его талантом и глубиной. Что не помешало им написать массу опровержений «Аль-Кашшафа», а также массу переработок этого выдающегося сочинения. Переработки, разумеется, были призваны очистить «Аль-Кашшаф» от идей мутазилизма (что, конечно же, невозможно).

Тафсир «Аль-Кашшаф» опирается на уникальные рукописи Корана, а также уникальные документы, позволяющие осуществлять тонкие и глубокие интерпретационные теологические размышления.

Почему всё это так важно для нас? Потому что тема, которую необходимо обсудить, существенно скомпрометирована разного рода научной фантастикой. И у людей, совсем не знакомых с теологией вообще и мусульманской в особенности, сама постановка этой темы на обсуждение вызывает определенное отторжение: «Как же, как же, знаем мы, кто, когда, кого и зачем потчевал такими фантазиями».

Так вот, уважаемый читатель, я собираюсь потчевать тебя не фантазиями известного сочинителя «ужастиков» господина Лавкрафта, а размышлениями выдающихся ранних исламских мудрецов. Возможно, кстати, для кого-то это и не имеет решающего значения. Но я рекомендую тем, для кого это не имеет решающего значения, прекратить чтение моего исследования. В любом случае, для меня это имеет не просто решающее, а абсолютное значение. Потому что заниматься исследованиями неявных идентификаций, опираясь на фантастику, новодел, дешевый оккультизм и прочее, я не буду.

Вместо этого «увлекательного занятия» я буду «скучно» цитировать суры Корана. Например, Суру «Звезда», в которой упоминается, некий «народ Ад» (или «адиты»).

«50 (49). И что это — Он, господь Сириуса, 51 (50). И что это Он погубил первых адитов»...

Отмечая по ходу дела, что Сириус был особо важной звездой для Древнего Египта, я далее обращаю внимание читателя на адитов, причем если следовать Суре, именуемой именно «Звезда» (к вопросу о том, почему Он — господь Сириуса), не абы каких, а прямо-таки «первых адитов».

Присмотримся теперь к двум сурам — процитированной мною только что Суре «Звезда» и Суре «Заря», в которой сказано:

«6. Неужто ты не видел того, как поступил твой Господь с [народом] Ада? 7. Ирамом — обладателем колонн, 8. Подобных которым не было создано в какой-либо стране?»

И ознакомимся с тем, что вполне можно назвать авторитетными для ислама интерпретациями сказанного в вышеназванных сурах.

Аз-Замахшари в своей книге «Аль-Кашшаф» говорит о том, что Ад был сыном Ауса (Уза), сыном Ирама (Ар’ама), сына Шама (Шема), сына Нуха (Ноя). И что поскольку имя праотца племени зачастую использовалось для названия всего племени, то народ Ада называл себя также Ирамом.

Авторитетные для ислама легенды повествуют о том, что некий царь Шаддад пожелал создать на земле около Адена (города на Аравийском полуострове на побережье Аденского залива) некое подобие рая. Что он построил город, здания которого были возведены из золота и серебра и украшены драгоценными камнями. Что Шаддад не послушался Худа, посланника Аллаха, который хотел образумить царя, замыслившего некое конкурентное Аллаху строительство. А поскольку Шаддад не послушался Худа, то Аллах за гордость и неверие Шаддада наслал на его город Ирем (Ирам) бурю. Буря уничтожила город и покрыла его песками.

Именно об этом говорится в только что процитированной нами Суре «Заря».

А теперь я должен ознакомить читателя с Сурой «Худ»:

«11.50 И [отправили Мы] к [племени] Ад [к адитам] их брата [по кровному родству] Худа. Он обратился: Народ мой, поклоняйтесь [лишь] Аллаху (Богу, Господу), нет для вас [как и для всех остальных] иного бога. Ведь вы ложно клевещете [на Творца, выдумывая всяких земных и небесных богов]».

«11.53 Они ответили: Худ, ты не привел нам [убедительных] доказательств [и чудеса нам ни о чем не говорят], твои речи не отвратят нас от наших богов и божеств, мы не верим тебе [не уверуем вместе с тобою]!»

«11.54 Мы [со своей стороны] можем сказать лишь, что тебя не без помощи некоторых наших богов постигло зло [умопомрачение, а потому ты начал говорить такие странные вещи]». Он ответил: «Бог свидетель и вы будьте свидетелями того, что я абсолютно чист от всего вашего многобожия [богохульства]».

«11.57 Если вы и проигнорируете [мои воззвания], то [важнее для меня перед Богом, что] я довел до вас всё, ради чего был Им избран (ради чего был к вам направлен). [Оставаясь в неповиновении Божьему приказу уверовать, вы будете низвергнуты, уничтожены] и вслед за вами по велению Творца появится другой народ [к которому перейдет всё ваше достояние и нажитое богатство]. А вы — даже в ничтожно малом количестве — ничем Ему [Господу миров] не нанесете вреда [навредите вы своим слепым упрямством лишь самим себе]. Всё у Него учтено и сохранено».

«11.58 Когда пришло (свершилось) Наше повеление [снизошло на них наказание], Мы спасли Худа и тех, кто уверовал вместе с ним, проявив тем самым Нашу милость [говорит Господь миров]. Мы спасли их от сурового наказания [постигшего ярых отступников]».

«11.59 Вот оно — [известное в истории человечества племя] Ад. Они отвергли знамения Господа, проявили непокорность Его посланникам и [своим поведением] шли по стопам всякого упрямого тирана [а потому плохо кончили]».

«11.60 Их постигло [Божье] проклятие в этой жизни, [то же самое ждет] и в Судный День. Прислушайтесь, услышьте! «Адиты (племяАд) отвергли своего Господа, а потому оказались отвергнуты Господом навсегда! [От них ничего не осталось, лишь назидательные вехи истории. В вечности их также ничто хорошее не ждет]».

А вот что сказано в Суре «Ограды», где тоже излагается полемика Худа с адитами. Полемизируя с ними, Худ говорит, в частности:

«7.69 Неужели вы удивляетесь тому, что напоминание от вашего Господа дошло до вас через мужчину, который является одним из вас, чтобы он мог предостеречь вас? Помните о том, как Он сделал вас преемником народа Нуха (Ноя), сделал вас еще более рослыми. Помните о милостях Аллаха, быть может, вы преуспеете».

Итак, об адитах и их городе Иреме (Ираме) в Коране сказано очень и очень много. Сказано и о ветре, погубившем город, и об адитах, которые, как мы только что убедились, были преемниками народа Ноя. Сказано о том, что Господь сделал их особо рослыми. К сожалению, я просто не могу привести всё, что сказано. Ибо сказано слишком много. И это сказанное по-разному трактуется разными исследователями Корана. Как светскими, так и религиозными. Для нас важно, что речь шла, во-первых, о толковании чего-то такого, что и конкретно, и авторитетно. И, во-вторых, чтобы из этих толкований мы могли почерпнуть нечто, важное с точки зрения предмета нашего исследования.

Пока что мы убедились, что и адиты, и город Ирем (Ирам) — это не выдумки фантастов, а элементы священного текста. Для тех, кто понимает, чем настоящее отличается от подделок, это крайне важно. А всем остальным, повторяю еще раз, этот текст читать незачем. Мы также обсудили несколько разных интерпретаций того, что сказано в Коране. Мы также произвели некий начальный анализ того, почему появлялись эти интерпретации, чем одни интерпретации отличаются от других и так далее.

Ниже я приведу фрагмент из книги досточтимого шейха Саида-афенди аль-Чиркави «История пророков». Напоминаю читателю, что Саид-афенди аль-Чиркави (он же Сайид Эфенди Чиркейский) — это глубоко почитавшийся в Дагестане шейх, погибший в августе 2012 года в результате теракта, совершенного террористкой-смертницей. То есть речь идет, опять же, о суждениях человека, почитаемого среди мусульман, мученически погибшего от рук псевдоисламистов, глубокого знатока ислама, человека широко и традиционно образованного. И несклонного что-либо выдумывать. Более того, просто не способного это делать в силу определенного склада ума и души, в силу своих занятий и своих моральных устоев.

Итак, слово Саиду Эфенди Чиркейскому:

«

Среди неверных царей были два правителя, власть которых распространилась на весь мир: Намруз бин Кан’ан (некоторые считают, что это был не Намруз, а Бухтанасар (Навуходоносор)) и Шаддад, сын Адила. У Шаддада был младший брат Шадид, под их властью оказался весь мир. После смерти последнего все его владения перешли к Шаддаду. Он силой захватывал города и села, царства и княжества, в его сердце не было места жалости. Не было насилия, которого народ не претерпел бы от него. Прожил он на свете тысячу лет, столько же раз женился и имел четыре тысячи сыновей.

Шаддад любил просматривать книги, ниспосланные предыдущим пророкам, где встречал упомянутые Аллахом описания Рая. Шаддад решил создать Рай на земле, подобный описанному в книгах. Для обсуждения этого вопроса он созвал визирей и инженеров и поручил им найти подходящее место с благоприятным климатом, где вода была бы в избытке и земля обильно плодоносила.

Все инженеры отправились в путь и в поисках такого места без устали обходили все уголки земли. Они выбрали подходящее для «Рая» местечко на земле Йемена, и все согласились с этим. Шаддад стал готовиться к обустройству своего «Рая». Он созвал опытных мастеров и отправил их закладывать город. Они огородили для строительства территорию площадью десять на десять фарсахов [старинная мера расстояния]. Со всего мира собрали всё золото и серебро до последней монеты, переплавили в кирпичи, из которых возвели ограду и начали строить внут­ри дворцы. У людей забирали всё ценное для сооружения Ирама (райского города).

Увидев серьги в ушах сироты, жадный Шаддад не нашел в себе силы их оставить. Больная девочка-сирота обратилась с мольбой к Всевышнему, и ее просьба стала смертельным ядом для тирана, от которого он принял свою погибель. До такой степени проклятый притеснял всех, но всё же Могущественный дал ему волю до отведенного срока.

Так построил Шаддад город с дворцами, украшенными великолепными жемчугами и прекрасными узорами, в котором в изобилии были вода и фрукты. Со дня сотворения мира не было города, подобного этому. В нем были все условия, но по сравнению с описаниями Рая в книгах они, по воле Аллаха, выглядели смехотворно. Триста лет строили этот город, в течение еще двадцати лет собирали утварь, подобающую Раю, и после завершения пригласили туда Шаддада. Вместе с детьми, женами и со всей свитой на верблюдах, убранных золотом, и конях с серебряными уздечками Шаддад двинулся в путь. Но в пути истек отведенный срок, и Всемогущий отомстил Шаддаду за его жестокость к сироте: громоподобный голос раздался с небес и поразил всех наповал. Шаддаду не дано было увидеть украшенный многочисленными драгоценностями город, на строительство которого ушло триста лет, и хоть один час в радости пожить в нем.

Мусульмане, не издевайтесь над людьми, не обижайте слабого, от ду’а угнетенного погибает тиран. Не делайте то, что вызывает гнев Аллаха, ибо Он не прощает насилия.

»

Сказанное Саидом Эффенди Чиркейским говорит о том, что никакого рая на земле в коммунистическом смысле слова Шаддад не строил. Что он строил нечто, основанное на насилии и неравенстве. И что построенное им, конечно, было Городом Зла. Иначе говоря — Темным Градом. Но этот Темный Град был для очень многих крайне притягателен.

Для того чтобы это показать, мне придется от коранических источников и суждений крупных исламских авторитетов перейти к чему-то совсем другому. И пусть никто не говорит, что этот переход является лично для меня желанным и притягательным. Я только исследую свою тему и не более того. И поверьте, я очень скоро смогу перебросить мост от всей этой исламской и доисламской арабской тематики к тому, что вынесено в заголовок этого исследования.

Сихр означает по-арабски «колдовство». Колдун («сахир») — это тот, кто обращается к джинну за помощью. Для обозначения человека, одержимого джиннами, в арабском языке используется также слово «машур» («масхур»), которое дословно переводится как завороженный или околдованный.

В Суре «Джинны» говорится:

«72.6 некоторые люди удалялись от того или иного [зла, вреда] с помощью некоторых джиннов, чем и приумножили грехи этих джиннов [так как последние начинали всё больше ощущать свое личное превосходство, мнить себя спасителями, забывая о Творце и осмеливаясь в разных формах притеснять людей, выходивших на связь с ними, обращавшихся к ним]. Они [люди] подобно вам [джиннам], думали, что Аллах (Бог, Господь) никого и никогда воскрешать [для Суда и ответа пред Ним] не будет [в чем явно заблуждались]».

«72.18 Поистине все мечети [места совершения земного поклона пред Богом] принадлежат Аллаху (Богу, Господу). [Все храмы, где молятся Богу, принадлежат Ему]. Не взывайте же кроме как к Нему [не молите о помощи, защите ни джиннов, ни людей, ни выдуманных вами богов]».

Итак, джинны — это отнюдь не научно-фантастическая выдумка. И это не некие сущности, которые в Коране не обсуждаются.

Это то, что, во-первых, вполне обсуждаемо в коранической традиции. И, во-вторых, весьма существенно отличается от того, что знакомо нашим советским и постсоветским людям из книги «Старик Хоттабыч» и одноименного фильма. Что же касается «Волшебной лампы Алладдина», в которой фигурируют и джинн, и пустой город, то, к сожалению, этот сюжет в сознании нашего советского и постсоветского соотечественника фигурирует не в качестве глубокой и таинственной притчи, а в качестве очень банальной сказки.

Итак, джинны, а также те, кто ими заколдованы или заворожены. Арабы называют таких «машур» или «масхур». Джинны перешли в исламскую эпоху из эпохи доисламской. Может быть, они — один из наиболее сохранных элементов доисламской традиции, причем таких элементов, к которым ислам относится относительно терпимо. Это духи, созданные из чистого бездымного пламени, появившиеся раньше людей, живущие в мире, как бы параллельном человеческому. И несравнимые с людьми по мощи, скорости и возможностям.

В арабской мифологии существует несколько видов джиннов.

К примеру, ифрит — это повелитель огня, самая злая и могущественная и самая близкая к Сатане разновидность джинна.

Есть еще гуль. Это оборотень, обитающий в пустыне и питающийся свежей мертвечиной.

А есть еще и марид — это джинн воды, существо разумное и рациональное. И так далее.

В доисламскую эпоху население Аравии поклонялось джиннам как богам. Это происходило во многих местах, включая Мекку.

В Суре «Аль-Хиджр» сказано:

«15.26 Создавая миры, Мы сотворили две категории живых существ. Мы сотворили человека из густой звучащей глины.

15.27 А мир джиннов Мы сотворили раньше, когда сотворили Иблиса из пылающего огня, который пробивается в поры человеческого тела».

Джинны во многом схожи с людьми, они нуждаются в пище, женятся, имеют детей, умирают. Бог посылает им пророков...

Есть сура, в которой обсуждается взаимодействие джиннов с царем Соломоном. Эта сура называется «Саба». Саба — это государство с древней культурой, располагавшееся на востоке Йемена. Территория, на которой в древности располагалась Саба, сейчас называется Мареб. Государство Саба достигло наивысшей степени развития в Х веке до н. э.

В Суре «Саба» сказано нечто о самой Сабе:

«34.15 Клянусь, у обитателей Сабы на их родине — в Йемене — было знамение, указывающее на Наше могущество: два сада с правой и с левой стороны. Им было повелено Нами: «Вкушайте из удела, дарованного вам вашим Господом, и будьте благодарны за Его милость, и расходуйте ее на добрые деяния. Поистине ваша страна благая, в ней тень и плоды, и ваш Господь прощает тех, кто Ему благодарен».

«34.16 Но они не были благодарны и признательны Аллаху за добрую жизнь и отвратились, и тогда Мы послали на них разлив плотины, который разрушил их сады и заменил их цветущие плодоносящие сады двумя другими садами с горькими плодами, бесплодными деревьями, тамариском и немногими дикими лотосами».

Тут описываются события, которые историки считают вполне реальными. Они настаивают на том, что в Йемене существовала огромная плотина под названием «Мареб». Что эта плотина позволяла орошать 300 квадратных километров, превращая их в цветущие и плодоносящие сады. И что потом плотина была разрушена. К сожалению, историки не знают точно, ни кто построил эту плотину, ни кто ее разрушил.

А вот что говорится в этой суре о джиннах и Соломоне (Сулеймане):

«34.12 Мы и Сулейману подчинили ветер, который утром или вечером в одно дуновение проходит путь, равный обычному месячному ходу. Мы для него заставили течь расплавленной струей источник меди. Мы подчинили ему джиннов, которые трудились перед ним по приказу его Господа. А если какой-либо из джиннов нарушит наше повеление слушаться Сулеймана, тому Мы дадим вкусить суровое наказание — огненную муку».

А вот еще о джиннах и Сулеймане:

«34.13 Что он желал, то и делали они для него: святилища для поклонения Всевышнему, статуи и монументы, огромные чаши, размером с водоем, и большие котлы, прочно стоящие на подставках. Мы велели роду Дауда творить добрые деяния в знак выражения благодарности Аллаху, но мало кто из Моих рабов помнит Мою милость и благодарен за это».

Итак, джинны, согласно Корану, а не научным фантастам, строили храм Соломона — одно из самых загадочных сооружений на планете. Но они же, согласно арабской магической традиции, строили и город Ирем (Ирам). Там ими повелевал Шаддад, царь адитов.

(Продолжение следует)

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER