Штрассеровцы постоянно пропихивают идею некоего как бы противостоящего гитлеризму национально-революционного солидаризма. Идею третьего пути, нового национализма, чего-то, противостоящего и капитализму, и советскому социализму

Судьба гуманизма в XXI столетии

Фелькише (или фелькиш) — это националистические объединения самого разного рода, бурно формировавшиеся в Германии конца XIX — начала ХХ века. В движение фелькише входили разного рода националистические объединения, политические партии, издательства, неформальные объединения частных лиц и так называемые ферейны. То есть закрытые общества, зачастую декларировавшие свой специфический культурный, а не собственно политический характер, свою ориентацию на пение, танцы, спорт и что угодно еще.

Такие культурные общества (или ферейны) постепенно превращались, вопреки первоначальным декларациям их нейтральных спортивных, хоровых и театральных интересов, в политические клубы. Эти клубы не разрывали полностью связи со своей первоначальной деятельностью. Но постепенно эта деятельность приобретала специфически ритуальный характер. Участники ферейнов организовывали фестивали немецкого фольклора, насыщали ритуально-традиционалистским содержанием всё что угодно — от пивных фестивалей до занятий гимнастикой и альпинизмом.

Ферейны брали на себя обязательства участвовать в общих мероприятиях по особому календарю. И видели в этом свой вклад в формирование специфической немецкой идентичности. А поскольку эта индентичность должна была организовываться еще и на основе пресловутого «против кого мы будем теперь дружить?», то дружить предлагалось против католицизма и иудаизма.

Георг фон Шенерер (1842–1921) был одним из создателей идеологии, которая обосновывала, почему дружить надо именно против этих двух зол.

Шенерер — идеолог пангерманизма и немецкого национализма. Он является одним из ярких борцов против еврейского капитализма в Австро-Венгерской империи. Будучи поклонником канцлера Бисмарка и сторонником объединения Германии и Австрии, Шенерер уже к началу 70-х годов XIX века становится видным представителем немецкой прогрессивной партии. От этой партии он избирается в Императорский совет. Он становится главным оратором этой партии в парламенте. Позже, сочтя партию недостаточно радикальной, Шенерер выходит из нее и становится лидером австрийского немецкого национального движения (оно же — пангерманизм).

В конце 70-х годов XIX века Шенерер выступает с предвыборным воззванием «Моя программа», в котором заявляет: «Если не будет положен конец теперешнему положению честных ремесленников и крестьян, то обнищание не только захватит всё более широкие слои населения, но и наступит социальный переворот, по сравнению с которым пережитые до этого многие коммунистические путчи покажутся настоящей детской игрушкой».

Выступая за высвобождение немецкого ядра Австрии и за воссоединение этого ядра с Германией, Шенерер одновременно требовал возрождения древнетевтонского мира. В его изданиях месяцы указывались не по современному, а по древнегерманскому календарю, в котором нулевым годом был 113 год до н. э., когда кимры и тевтоны одержали победу над римской армией.

Шенерер пропагандировал культ языческих богов древних германцев. И — необходимость очищать национальное ядро от чуждой ему семитской крови. Он участвовал в погромах еврейских газет, привлекался за это к уголовной ответственности. Но это привлечение к уголовной ответственности лишь повышало популярность Шенерера.

Именно Пангерманская партия, возглавляемая Шенерером и окончательно оформленная в 1885 году, создала в 1894 году пангерманистское объединение фелькише-клубов. Это объединение было создано под вывеской Союза немцев. К 1900 году в новой организации было более 160 ферейнов, а количество активистов Союза немцев приблизилось к 150 тысячам. Напоминаю читателю, что речь идет об австрийской организации. С поправкой на это обстоятельство и яростно германистский характер, а также на эпоху — следует признать, что созданная Шенерером за короткий срок организация являлась очень масштабной.

В конце XIX — начале ХХ века партия Шенерера смогла получить большое влияние в австрийской части Австро-Венгерской империи. Правительство этой части империи пыталось умиротворить чехов, предоставив им определенные права по части языка, а также запрещая лицам, не знающим чешского языка, занимать административные должности на территориях с чешским населением.

Партия Шенерера разгромила это правительство, организовала гонения на чешских и иных ненемецких учителей. К несчастью для Шенерера, он и его единомышленники, так сказать, опередили нацизм. Если бы всё то же самое Шенерер раскручивал в условиях краха Австро-Венгерской империи, популярность его начинаний была бы на порядок выше. Но он умер 14 августа 1921 года, то есть через три года после краха Австро-Венгерской империи. А при наличии Австро-Венгерской империи многие его идеи воспринимались как «раскачивание имперской лодки» с использованием для этой цели немецкого национализма, раздражающего другие народы империи.

Антисемитизм Шенерера носил очень накаленный характер. Будучи врагом иудеев, заявлявшим: «Еврейская верность ненадежна, свинство в природе этой расы», Шенерер одновременно призывал к войне с Римом во всех его обличиях. Он заявлял: «Гибеллиния уйдет, Германия придет!»

Гибеллиния — это царство гибеллинов, то есть тех сторонников Священной Римской империи, для которых император был выше папы. Именно наследники гибеллинов, они же — Габсбурги, занимали венский имперский престол в момент, когда Шенерер всё это заявлял.

Главным лозунгом всех фелькише, собираемых и вдохновляемых Шенерером и его партией, была строка из стихотворения самого Шенерера: «Без Иуды, без Рима строим мы собор Германии».

Сторонники Шенерера выступали с антисемитскими законодательными инициативами, предвосхищавшими гитлеровские. Вот фрагмент из подобного закона о запрете на еврейскую иммиграцию в Австро-Венгрию: «Мы, немцы-националисты, относимся к антисемитизму отнюдь не как к такому явлению, о котором надо сожалеть или которого следует стыдиться, а, напротив, как к главной опоре национальной идеи, главному средству прогресса истинно народного мировоззрения. И потому как к величайшему национальному достижению века. Мы считаем предателем народа, дезертиром нации любого сторонника как самого еврейства, так и его партнеров и агентов... Относительно решения социального вопроса мы требуем следующего:

1) запрещения иммиграции евреев в Австрию,

2) установления особых законов для евреев, уже проживающих в стране,

3) введения особого закона против евреев, обирающих народ».

Понравившееся Гитлеру слово «фюрер» заимствовано им у Шенерера, который так называл себя. Приветствие «Хайль!» — это такое же заимствование.

Впрочем, настоящим кумиром Гитлера являлся не сам Шенерер, а его самый талантливый ученик Карл Люэгер, который, в отличие от Шенерера, был сторонником Австро-Венгерской империи и поддерживал Габсбургов. Люэгер в 1890 году, выступая в парламенте Нижней Австрии, заявил, что всех венских евреев надо посадить на корабль, увезти в открытое море и утопить. Его за это выступление носили на руках. Созданная им Партия христианского социализма (католическая — вот еще одно отличие люэгеровского начинания от начинаний Шенерера) завоевывала всё больше голосов. Люэгер был избран мэром Вены. Какое-то время австрийский император пытался заблокировать приход Люэгера на этот пост, потом сдался. Люэгер провел реформы, получившие поддержку тех слоев, к которым он обращался. Он умер в 1910 году, на его похоронах было больше людей, чем на похоронах любой высокой популярной особы.

Люэгер важен нам потому, что Адольф Гитлер выдал конкретную оценку данной фигуре в своей книге «Майн кампф». В этой книге он упрекает Шенерера за неспособность привлекать широкие массы в партию, Люэгера — за недостаточно последовательный антисемитизм и неспособность встать на расовую точку зрения. Но одновременно он заявляет: «Если бы доктор Карл Люэгер жил в Германии, его поставили бы в один ряд с самыми великими людьми нашего народа».

Надеюсь, что сообщенных сведений достаточно для того, чтобы заявление неонацистского элитного «Братства» о том, что фелькишский образ жизни должен быть само собой разумеющимся, было оценено по достоинству. Это не проходное утверждение. Это часть очень мощной и далекоидущей концепции.

Руководитель «Братства», начальник отдела личного состава РСХА, штандартенфюрер СС доктор Альфред Франке-Гирш получил от высшего руководства рейха задание собрать и обобщить все сведения о методах подпольной работы и выработать на этой основе реальную систему подпольной работы в случае поражения гитлеровской Германии. Франке-Гирш выполнил поручение. И концепция «Братства», полностью вобравшая в себя (внимание!) именно штрассеровский солидаризм, является основой ведения подпольной работы ушедшим в подполье рейхом.

В послевоенной ситуации это стало называться Германским освободительным движением, объединением Германии по федералистскому принципу, созданием великого германского или даже всегерманского рейха, ориентированного на Европу.

Уже в 1950 году Совет «Братства» заявляет о преобразовании своей организации в Германский орден, о создании орденского совета. И о создании внутреннего кольца этого ордена. С 1951 года этим орденом начинает управлять вынырнувший на поверхность Вернер Науман. Он вступил в НСДАП в 1928 году. К 1934 году стал очень высокой фигурой в том самом СА, которое разгромил Гиммлер, уничтожив, в том числе, и Грегора Штрассера. Особое покровительство Гиммлера спасло Наумана от уничтожения в «ночь длинных ножей». Но это не значит, что Науман был чужд штрассерианству, сделавшему его одной из высочайших фигур СА.

К 1938 году Науман возглавляет Имперское министерство народного просвещения и пропаганды, входит в знаменитый кружок друзей рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. После тяжелого ранения на Восточном фронте Науман возвращается в Берлин в качестве очень высокого чина СС и становится управляющим делами Имперского министерства народного просвещения и пропаганды, то есть правой рукой Геббельса. Человек невероятно энергичный, наделенный огромными физическими возможностями, Науман завоевывает всё более мощные позиции в окружении Гитлера. Гитлер в своем завещании назначает Геббельса рейхсканцлером, а Наумана — министром пропаганды. Науман — последний человек из тех, кто разговаривал с Геббельсом и его женой перед тем, как они совершили самоубийство 1 мая 1945 года.

2 мая 1945 года Науман вместе с Мартином Борманом и лидером нацистской молодежи Артуром Аксманом бежит из бункера. Он попадает в советский плен, но те, кто берут его в плен, не понимают, с кем имеют дело. Весной 1946 года Науман бежит из Восточной Германии. В конце 1951 года Науман берет в свои руки управление подпольным рейхом. А когда в 1953 году его арестовывают, то Науман фактически выходит сухим из воды.

Необходимо подчеркнуть, что создаваемые Науманом структуры («Кружок гауляйтеров», «Кружок Наумана»), проводившие в послевоенной Германии тайные встречи раз в неделю, включали в себя выдающихся деятелей рейха, втайне сохранявших ориентацию на штрассерианство. Да и сам Науман, как мы видим, тоже сохранял эту ориентацию. Как и Геббельс, к которому Науман был особенно близок.

Что же касается самого Отто Штрассера, то он, объявив в конце войны о роспуске своего «Черного фронта», еще не переехав из Канады в Германию, уже стал создавать из членов «Черного фронта» новую неонацистскую структуру, назвав ее «Союзом обновления Германии». Программные положения этого союза поразительно совпадают с программными положениями «Братства». И тут мы наталкиваемся на федерализм (в смысле объединенной Европы), на солидаризм (в духе Шенерера–Люэгера–Штрассеров), на фелькише и на специфическую экологию.

Далее началась сложная политическая игра. Уже в 1949 году неофашисты, сформировав союз «Немецкой правой партии», немецкой «Партии восстановления» и «Немецкой консервативной партии», провели в бундестаг пятерых делегатов. Тут же вступила в игру сугубо штрассеровская «Социалистическая имперская партия», она же — «Партия народного социализма», возглавляемая в числе прочих генерал-майором гитлеровского вермахта Отто Эрнстом Ремером. Это тот самый Ремер, который был командиром охранной части дивизии СС «Великая Германия». Охранные части этой дивизии подавили антигитлеровский заговор 20 июля 1944 года. Ремер в послевоенные годы неоднократно заявлял, что он гордится этим своим великим деянием.

Штрассеровцы сплетали сеть из разного рода организаций. «Братство»... «Немецкий союз»... «Немецкое сообщество»... «Союз обновления Германии»... «Немецкий социальный союз»... «Сообщество дела»... «Общество воссоединения Германии»...

Трудно даже перечислить все эти структуры, находившиеся под явным или неявным контролем штрассерианцев. В игру включается бывший боевой руководитель штрассеровского «Черного фронта», построенного в Южной Америке. Он же — руководитель штрассеровского свободно-германского движения Бруно Фрике.

Мы уже обсудили включение в эту игру Вернера Наумана и его верного соратника со времен гитлеровского бункера Артура Аксмана. Но ничуть не менее активно действовали и другие. Например, доктор Вернер Бест, бывший заместитель самого Гейдриха по суперзловещей нацистской службе безопасности СД. Натягивались всё новые и новые нити. В 1951 году Науман становится политическим советником самого Гейнца Гудериана, одного из самых популярных в среде нацистских фронтовиков гитлеровский военачальников. Под Гудериана стягивают этих самых бывших фронтовиков с тем, чтобы превратить их в политическую силу. Создаются всё новые и новые издания. Конечно же, вскоре в игру оказывается включенным пресловутый Отто Скорцени. А также фон Овен, который покинул бункер фюрера в Имперской канцелярии на два дня раньше, чем Науман, получив задание вести работу по возрождению национал-социализма.

Собравшийся штаб начинает создавать не только многочисленные печатные органы, но и некие общества — беженцев, налогоплательщиков, рыночных торговцев. Начинается адресная работа с учетом специфики каждой из немецких земель. Друзья Штрассеров и их враги начинают налаживать отношения в новых условиях.

Все более активно заявляется о необходимости консолидации Европы на основаниях этого самого фелькишевского федерализма и солидаризма. Арест Наумана, который мы уже обсуждали, фактически ничего не меняет в динамике процесса. Сплочение и усиление оставшегося нацистского сообщества продолжается. Продолжается и концептуальное перевооружение этого сообщества на основе фелькишества, солидаризма, европеизма и так далее. А в марте 1955 года в ФРГ возвращается Отто Штрассер. И рассматриваемый нами процесс вступает в новую фазу.

К формируемому штабу начинают подключаться представители фашистской элиты Италии, Испании и Португалии... Налаживаются связи с нацистской элитой, проживающей в Латинской Америке... Эти эмигранты налаживают связи с латиноамериканскими диктатурами... В общем, процесс начинает приобретать настолько глобальный характер, что диву даешься.

И вот мы подходим к главному. В 1958 году некий Вернер Хавербек создает организацию под названием «Всемирный союз по защите жизни». Идеи этого союза должна пропагандировать другая организация — «Коллегиум гуманум». Вернер Хавербек — очень крупная нацистская фигура. В 1933 году сам Рудольф Гесс назначает его начальником Имперского ведомства по содействию укреплению германской народности.

После знаменитого полета Гесса Хавербек уходит в тень и переходит на дипломатическую работу. Хавербеку в создании этого самого «Союза по защите жизни» помогают Отто фон Габсбург и принц Саксен-Кобургский и Готский Эрнст.

Итак, защита жизни. Что она собой представляет?

Защита жизни — это «единая идейная концепция».

Это программа «сохранения и установления порядков, отвечающих законам природы».

Это программа «возврата к определяемым законами жизни формам существования, при подчинении им с благоговением и самоотречением, независимо от мнимого прогресса и так называемого жизненного уровня».

Это программа «обновления и осмысления жизни в духе... естественного жизненного порядка, без высокомерия, жажды прибыли, мании величия, вырождения, эксплуатации и гибели».

Это программа действий «во имя приоритета духа, души и личности против бездуховности и пагубности».

«Союз по защите жизни» именует себя «моральной силой будущего для политики, культуры и общества». При этом жизнь понимается этим союзом как некое целостное явление (вспомним Ницше с его «над жизнью нет судьи»). Поскольку жизнь столь целостна и всеобъемлюща, то она должна стоять над узко понимаемой политикой, которая должна обеспечить именно здоровое руководство людьми в интересах живущих, именно здоровое хозяйство, именно здоровый мир между всеми людьми, народами и расами. Тут главное слово — здоровый. Какой смысл в него вкладывается?

Для рассматриваемой нами организации здоровье может быть обеспечено только построением некоей «жизненной всеобщности». То есть (внимание!) определенной окружающей среды. В эту среду включаются общественный и государственный строй, образ жизни народов, развивающийся по собственным законам жизни — во имя здоровья и защиты самой жизни.

С помощью чего всё это можно обеспечить?

В обсуждаемой концепции говорится о том, что это можно обеспечить только с помощью «биологического поворота» или же биополитики. Ну вот мы и выходим на классическое фелькишеское понятие жизни. Оно окончательно оформилось в 1968 году, а в 1964-м его попробовали применить на выборах в бундестаг, осуществив политическую разведку боем с использованием «Национал-демократической партии» Адольфа фон Таддена.

Результаты оказались достаточно скромными.

В 1969 году партия фон Таддена получает 4,3 % голосов. В ней разочаровываются, она не может переломить это разочарование.

Что же касается тех, кто провел разведку боем с использованием фон Таддена, то они никоим образом не зацикливаются на данном проходном персонаже и продолжают строить радикальную международную сеть. Во имя оптимизации этой сети и ее соединения с наиболее актуальным содержанием Отто Штрассер то создает, то распускает разного рода «социальные союзы», «союзы социалистов». В целом он, конечно же, занимается фелькишеско-фашистской европейской деятельностью. Наиболее интересным для нас продуктом этой деятельности является некое «Социально-органическое движение за порядок в Европе», функционирующее совместно с Народной партией Швейцарии и имеющее в качестве печатного органа журнал «Призыв к Европе». Что тут особо интересно? То, что речь идет о некоем социально-органическом движении. Мы вновь сталкиваемся с фелькишско-фашистской деятельностью. Но на этот раз — общеевропейской.

Штрассерианцы создают рабочие партии, солидаристские партии... Они создают молодежные организации — такие, как «Молодежь голубого орла». Эта организация заявляет о приверженности немецкому социализму независимо от марксизма и от крупного капитала. В 1969 году в «Независимую рабочую партию» штрассерианцев вступает некий Вольфганг Штраус, специальностью которого является использование национал-солидаризма против советизма.

В 1969 году Штраус выпускает брошюру «Третья революция», где говорится о солидаристских восстаниях против социализма советского образца. А также об освободительном национализме. Фактически выпуск брошюры Штрауса знаменует собой перевод процесса, организуемого рассматриваемыми штабами, в русло так называемых «новых правых».

В 1968 году к процессу подключается бывший руководитель штрассеровского «Черного фронта» в Южном Бадене Карл Йохайм-Армин. Мы видим, что штрассеровцы медленно и упорно завоевывают всё новые позиции. Армин вносит свою лепту в дело создания организаций социал-революционных националистов Европы. Эти организации создаются в Бельгии, в Италии и других странах.

Штрассеровцы постоянно пропихивают идею некоего как бы противостоящего гитлеризму национально-революционного солидаризма. Идею третьего пути, нового национализма, чего-то, противостоящего и капитализму, и советскому социализму.

В 1975 году выходит книга Гюнтера Барча, которая называется «Революция справа? Идеология и организация неофашистов». В этой книге есть глава «Мировоззрение новых правых». Барч утверждает, что это мировоззрение основано на шести столпах. И перечисляет мировоззренческие столпы.

№ 1. Биогуманизм.

№ 2. Европейская теория познания логического эмпиризма.

№ 3. Биологический тип человека.

№ 4. Этноплюрализм с янсенизмом и евгеникой.

№ 5. Освободительный национализм.

№ 6. Европейский социализм.

Тут многое нуждается в расшифровке, в том числе и адресация исследователя к янсенизму.

(Продолжение следует.)

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER