Теперь ученый должен не только делать науку, но и бороться за то, чтобы это можно было делать

Друзья, коллеги!

Я хотел бы сказать следующее. Я закончил институт в 2001 году и с тех пор занимаюсь наукой. И я не понаслышке знаю, что всё это время наука именно выживала, а вовсе не творила широко и вольно. И я знаю, что теперь речь идет даже уже не о выживании науки, а о ее смерти. Это понятно. Мне понятно, но это не понятно всем окружающим. И я хотел бы сказать, что, разговаривая со своими коллегами, я вижу, что многие из них действительно не осознают опасность, которая у нас есть. Я хочу сказать, что многие из них надеются, что всё обойдется, что всё пройдет, и они и дальше смогут заниматься, хоть как-то, любимым делом.

Я хочу сказать, что не будет никакого любимого дела и дальше они им заниматься не будут! Потому что мы стоим на грани! И это еще не всё. Опять же многие люди знают, что нужно протестовать, нужно выйти, нужно сказать свое мнение, но они не верят, что это может привести к чему-то хорошему. Они не верят, что их услышат, их поймут. Но зато я понял, что, разговаривая с этими коллегами, их можно убедить, им можно открыть глаза. И поэтому я хочу сказать и себе, и хочу сказать вам, попросить вас: разговаривайте с людьми, разговаривайте с коллегами, со знакомыми, с близкими, объясняйте им, что бороться нужно, что самое простое — это опустить руки. Но тогда ничего не получится вообще.

Я хочу сказать, что борьба обязательна, что теперь ученый должен делать гораздо больше, чем раньше: он должен не только делать науку, но и бороться за то, чтобы это можно было делать. И я прошу вас всех: разговаривайте с людьми, разговаривайте с близкими, убеждайте их — это нужно! Если все мы с вами будем так бороться, у нас всё получится, и наука будет жить дальше. Спасибо, друзья! Спасибо, товарищи!

Митинг: Ура!

Нашли ошибку? Выделите ее,
нажмите СЮДА или CTRL+ENTER